КГБ [18+]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » КГБ [18+] » Осень 2066 года » [20.10.2066] Случайных случайностей не случается.


[20.10.2066] Случайных случайностей не случается.

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

Время: 20 октября 2066

Место: КГБ. Верхние этажи. Комната в средней обстановке с присутствующим баром.

Действующие лица: Виктор и Маттия

Описание ситуации:
Внимание, девушка, к вам клиент!
После того, как шухер к клубе почти затих и все вернулось на круги своя (по крайней мере для рабов), работа продолжилась в обычном режиме. И кто бы думал, что человек, когда-то представившийся рабом возвращается в свою же комнату уже как Господин?

Дополнительно: Отсутствует.

+10 ZEUR начислено всем участникам эпизода.

0

2

Пребывающая в полной неподвижности девушка провела так почти целый день. Лишь только вышла из комнаты утром, мимолетом позавтракала и вернулась к себе. В обед организм не высказал желания пойти поесть и поэтому Матти осталась в комнате. Одиночество без книг тихо убивало девушку. Она не могла настолько много времени проводить без печатных строк, в которые можно было уйти и забыть о действительности. Но кого волнуют психологические аспекты рабыни? Верно, никого.
Вот и приходилось Матти сидеть на окошке, вглядываться невидящими глазами в горизонт и думать о том, что она успела прочитать за свою не особенно то и долгую жизнь. Это не слишком сильно успокаивало, но по крайней мере, жрало время, которого было слишком много.
Ближе к вечеру к девушке в комнату ввалилась охрана, что означало, что ею заинтересовался кто-то из клиентов. Задавать вопросы охране смысла не было, так что девушка спрыгнула с подоконника и спокойно позволила себя отконвоировать в комнату, где ее должны были привести в порядок, дабы клиент не оскорбил свое тонкое восприятие какой-то лохматой и хреново одетой девчонкой.
Правда сегодня одежда была необычной. Матти уже привыкла ко всей этой лишней пышности, которой обычно ее обряжали, как куклу. Но на этот раз ее засунули в душ, отмыли просто водой, без всяких лишних гелей и бальзамов. Волосы и то привели в порядок чем-то абсолютно без запаха.
Наскоро расчесав еще мокрые волосы их высушили и перехватили обычной ленточкой, чтобы они не лезли в глаза. Из одежды на Матти быстро оказался простенький сарафанчик и сандалии. А на косметику даже время тратить не стали. Девушка только пару раз украдкой куснула губы, чтобы они стали еще краснее и философски рассудила, что этого будет достаточно.
Охрана отвела девушку к нужной комнате, почти доброжелательно подталкивая ее к дверям. Матти мысленно отметила, что отсутствие сопротивления мужчинам, когда они пытаются полапать ее меж этажей при конвое, дает свои плоды. По крайней мере синяки на спине от их рук оставаться перестали.
Темноволосая толкнула дверь, осторожно скользнула в небольшую щель и сразу уселась на пол на колени, опуская взгляд. Движение было настолько выверенным, что Матти даже не успела понять, был ли кто в комнате или клиента тут еще нет. Но с другой стороны, какая разница? Если он уже тут, подаст голос. Если нет- она подождет. Привычка садиться чуть в стороне от двери еще не подводила. По крайней мере о нее еще ни разу не споткнулись.

+3

3

После успешно выполненного задания пятнадцатого числа, Виктор никак не мог забыть о той девчонке, соседке из комнаты рабов. Молодой эльфёнок теперь оказался в собственности Виктора, и о нём росомаха перестал переживать. Но девчонка осталась в Клубе, и кто вот знает, что с ней там стряслось после восстания. Может, и нет её уже в живых. Погибла, как и многие другие рабы в тот злополучный вечер октября.
До сего дня ликан всё никак не мог позволить себе наведаться в Клуб: было ещё задание с организацией пожара в особняке одной важной шишки. Хоть Виктор и не был занят непосредственно ликвидацией объекта, но всё равно работать пришлось много. Постоянные дела и задания старого Гада отвлекали росомаху от тревожных мыслей о девушке. За свою жизнь он только и делал, что выполнял приказы, убивал кого-нибудь или калечил. А потом отсиживался на каких-нибудь съёмных квартирах, как велел хозяин.
Из-за того, что росомаха настоял на сохранении жизни Томасу, старый Гад, явно обидевшись, решил ещё ликану и не заплатить за выполненное задание. И это тогда, когда Виктору нужны были деньги. И вообще, он в Клуб тоже собирался сходить. Раньше в деньгах зверь не видел особого смысла, но всегда брал, когда давали. Уж куда их спустить после – Виктор всегда находил. Вкусная еда, дорогой алкоголь, который росомахе казался куда вкуснее обычного пойла, азартные игры, бабы. С появлением в холостяцкой квартирке Виктора эльфа, трат только прибавилось, а денег – нет. И наконец, после пожара в особняке Джонсонов, росомаха разжился дорогими хрустящими бумажками. Теперь можно было смело валить в Клуб и не бояться выставленного там счёта. Заслуженный отдых, казалось, что может быть лучше? Но это было ужасно! Виктор распереживался ещё с ночи, не спал, думал всё про девчонку. Вдруг, она уже мертва, а он ничего не смог предпринять, чтоб спасти её. Спас остроухого, а её – потерял. Потом думал ликан, что не идти же к ней с пустыми руками, как обычный клиент. Ведь она так хорошо отнеслась к нему, не кричала и не боялась. От хозяина он знал, что девушкам было принято дарить подарки, и теперь, лёжа без сна, всё думал и думал, что ей можно подарить, что она любит, и что не отберут в Клубе. Цветы? Но что она потом с ними делать-то будет? Конфеты? А, вдруг, она не любит сладкое? Украшения? Так отберёт охрана или другие рабы. В общем, даже под утро росомаха так и не придумал, что бы такое подарить.
К вечеру Виктор предпочёл свалить из квартиры, оставив эльфёнка одного. Надо было всё обдумать. Будто шёл на задание Виктор, так ему казалось. На счёт подарка он так и ничего не придумал за всю ночь и день, зато надумал пройтись по недорогим магазинчикам. Мало ли, вдруг, что-то подвернётся такое этакое, то самое, что нужно. На Алмазном берегу, как ни странно, совершенно спокойно уживались и небольшие магазинчики с недорогим товаром, и огромные гипермаркеты, ценники на продуктах в которых ставили в тупик даже состоятельных граждан.
«Я умею только раздвигать ноги, да читать книги».
Всплыли в подсознании слова хрупкой девчушки по имени Матти, той, которую оставил зверь в комнате поутру, выполняя приказ своего хозяина.
«Больше семи лет в обнимку с книгами».
Росомаха редко что-то запоминал, считая информацию лишней, но это запомнил. И теперь хмурился, уставившись на книги, что были сложены неаккуратной стопкой на одном из многочисленных прилавков крытого рынка. Книги не новые: где-то потрёпана обложка, где-то – потёрты страницы. Продававший их торгаш, на прилавке которого было много всякой дряни, помимо книг, зачем-то уточнил, что книги ему продал по дешевке какой-то человек. Но что они хорошие, качественные, про жизнь. Есть и сказки… Спросил, что Виктору надо, может, что-то посоветовать…
«Здесь не хуже, чем там. Но здесь нет книг. А без них мне тяжело».
- Мне надо… какую-нибудь хорошую. Чтобы там писали честно.
Ликан хоть и умел читать, но читал мало и редко, только по делу, или новости, хотя их проще было посмотреть по телевизору. А теперь ему приходилось выбирать книгу, да ещё и не себе, а девушке. Жуть какая. Хорошо, что торгаш оказался понятливым, и быстро предложил какую-то книжку росомахе. Открыв толстую обложку в конце, Виктор узрел небольшую надпись. Простой синей ручкой, довольно ровным подчерком было написано: «Для М…» и больше ничего. Зверь купил именно эту книгу, посчитав, что Матти точно понравится, ведь её имя тоже начинается на «М».

В просторном номере стояла приятная прохлада. Росомаха уселся на кровать, не переставая теребить книгу в руках, и стал ждать заказанную рабыню. Маттия выжила, и была в прейскуранте. Поэтому с заказом проблем совсем не возникло. Несколько десятков минут ожидания – так было всегда. Но сегодня ликану казалось, что он ждёт слишком долго, или что Матти на самом деле уже нет в живых, и просто её имя забыли убрать из каталога, а теперь ищут ей замену, чтоб не разочаровать ожидания дорогого клиента, коим и был Виктор. Но распахнувшаяся дверь сразу развеяла все сомнения, потому что в неё юркнула та самая хрупкая, маленькая девчушка, которую оставил Виктор в комнате рабов утром четырнадцатого числа сего месяца. Вошедшая рабыня на росомаху даже не взглянула. Уселась рядом с дверью, как и положено невольнице Клуба. А Виктор не знал, что теперь говорить и стоит ли вообще начинать. Так и продолжал сидеть на кровати, всё сильнее стискивая книжку вспотевшими пальцами, шумно сопел, не в состоянии подобрать нужных слов и действий, и упрямо смотрел на хрупкую Маттию.

+2

4

Девушка приняла нужную позу, положила ладони на колени и созерцала ковер с таким спокойным выражением лица, будто это было смыслом ее жизни, и по узорам на ткани она собралась писать докторскую. Буквально через пару минут девушка уже сообразила, что в комнате она не одна, уж больно громко сопел сидящий Виктор. Но в целом, это ничего не меняла. Разрешения встать и приблизиться или хоть поднять глаза девушка не получила.
"Ну и что это за отдельный пункт фетишизма? Сидеть и пускать слюни на коленопреклоненную девушку? А толку с этого? Нет, мне совсем не трудно посидеть и не отсвечивать. Но дальше-то что? Должно быть какое-то движение или нет? Впрочем, мне-то какая разница. Платит то мой молчаливый клиент и его проблемы в том, что мы попросту теряем время."
Матти не считалась какой-то особенно дорогой игрушкой, поэтому ей часто везло на клиентов, которые покупали ее прямо таки по часам. И они уже торопились все быстро закончить и расплатиться, чтобы, упаси боги, не пришлось переплачивать за секс. Но пауза продолжала тянуться и девушка немного занервничала.
"Да что же это такое. Ты что, хочешь, чтобы я подняла глазки и нарушила правило, чтобы было за что меня наказать? Будто вам хоть когда-то нужен повод на это! Не нужен. Я уже знаю. Тогда что мы тянем? Моральный фетиш? Да, всякие люди бывают. Богиня, стукни там его уже. Скучно же сидеть. Ковер не окно, много не наглядишься. Ну уж нет, я все равно не буду поднимать взгляд. Хоть пусть тут состаримся. Я хорошая девочка и какой-то непонятный клиент трагичной тишиной и сопением мне всю репутацию не испортит!"
Девушка облизала губы и чуть заметно двинулась, выпрямляя и без того идеальную спину. Немало времени ушло на то, чтобы научиться сидеть именно так, как нужно, да еще и при этом красиво выглядеть.
Время продолжало тикать, но ничего не происходило. Матти упорно изучала ковер перед собой, не поднимая чуть опущенной головы и взгляда. Ковер казался все более интересным, чем все остальное. Стоило вглядеться в него чуть внимательнее и резко оказалось, что фантазия у Матти ничего так. Разлились серыми полосами реки, более темными были острова, черными точками по ним расходились горы и леса. А вон там, чуть в стороне, явно разинуло зубастую пасть какое-то морское чудовище. И ряд зубов то у него явно не один! В общем, жуть какая-то, а не ковер. И кто только такие вообще делает?
"Тик-так. Богиня, ну что это такое вообще? Это как со стороны смотрится. Я сижу, пялюсь в пол и молчу. Он...а скорее всего, это мужчина, женщины так не дышат, сидит и тоже молчит, предположительно глядя на меня. Это за способ бесконтактного секса, а? Если что, мужчина, у вас ничего не выходит. Я еще не возбудилась и совершенно сухая! Так, я снова думаю не о том. Ковер. Просто смотреть в пол перед собой и не забывать, зачем я здесь."
Темноволосая снова вернулась к миру ковра. Оказалось, что реки и острова – это еще самое малое и скучное, что можно на нем увидеть. Вон, чуть в стороне раскинула крылья какая-то птица с шикарным оперением. Чуть ближе приоткрытая пасть какого-то крокодила или нечто на него похожее. А рядом с ним овальная голова какого-то пришельца с раскосыми черными глазами. Выше него четырехлистный цветок с тремя рядами зубов.
“Ужас какой. Это я ведь совершенно трезвая и адекватная. Не хочу знать, что увидит здесь человек пьяный или… под дозой. И как только можно такую жуть стелить под ноги нормальным людям? Не понимаю! ”
Спустя еще несколько минут Матти сдалась. Игра в тишину могла продолжаться бесконечно и девушка рискнула поднять глаза, даже с риском получить за это.
"Прошло достаточно времени. Нет, судить, конечно, не мне. Но совесть то надо иметь!"
Матти подняла глаза буквально на пару секунд, но увиденного ей оказалось достаточно. Виктор! Перед ней сидеть тот самый Виктор, которого девушка не так давно считала своим соседом по комнате. Рабом. Но рабы не заказывают других рабов, а значит, все наблюдения и подозрения темноволосой были верными. Виктор не был рабом. По крайней мере клуба.
"Ты жив. Я не знаю, зачем ты пришел, но ты жив. И это главное. Даже если ты пришел меня убить за то, что я видела лишнее. Томас, вон, тоже пропал. Но с тобой все в порядке. Спасибо, Богиня. Ты сделала мне неожиданный подарок. Интересно, что же тебя сюда привело, дорогой зверь? Ничего, сегодня я все узнаю. Только вот теперь ты клиент, а я купленная игрушка. Мне будет недоступна половина способов общения. Но ничего, где наша не пропадала!"
Поднимать взгляд девушка больше не стала, но тихо выдохнула себе под нос и намекающе уточнила:
- Господин, мне можно говорить?
"Богиня, как же я рада его видеть. У нас тут творились такие ужасы. А я спать нормально не могла, воображала всяческие ужасы, что могли с ним случиться. Но нет, вот он, живой и здоровый. Ну же, дай мне разрешение заговорить и посмотреть на тебя."

Отредактировано Маттия (02.07.2015 02:34:42)

+3

5

Время всегда играло с Виктором злую шутку. Когда-то давно, в юности, он всё никак не мог по нему ориентироваться и то опаздывал на задания, то приходил слишком рано. Теперь, с возрастом, как считал сам зверь, это у него прошло, и хозяин больше не жаловался на задержки. Но сейчас, как и давно, Виктор не знал, сколько уже прошло времени, но почему-то считал, что слишком много. Девушка пялилась на ковёр, будто он был интересней самого росомахи, а ликан, в свою очередь, пялился на Маттию, такую близкую и живую, но невозможно далекую одновременно. Почему-то росомаха забыл о том, что девчонка была здесь на работе, когда он являлся теперь клиентом. И что ей нельзя было радостно кидаться ему на шею и разговаривать с ним. Таковы правила. И почему Виктор забывал о них?..
Раньше росомаха приходил в Клуб отдыхать. На рабов он был неприхотлив, поэтому не тратил баснословные деньги на нечто диковинное. Какая разница, куда совать-то? Ноги, руки на месте – и сойдёт. И выбирал он всегда по цене. Листал каталог, рассматривал, брал самое дешевое на пару часов, трахал и шёл бухать в бар. Потом, иногда, ещё раз брал кого-нибудь на ночь. Порой, после некоторых заданий, хозяин почему-то велел Виктору отдохнуть хорошенько, и это означало, что на счету ликана вдруг появлялось куда больше денег, которых хватало и для того, чтобы убить или покалечить. Росомаха выполнял и это задание хозяина – так же послушно и качественно, как сотни других. Подумаешь, отдых. Хозяину виднее, как надо отдыхать его вещи. Иногда это так и было. Разорвав парочку щупленьких тел невольников, Виктор понимал вдруг, что ему куда лучше и даже убивать каждого встречного совсем не хочется, и нет никакого желания подраться с проходящим мимо. И в баре кулаками махать не охота. Ведь странно. Старый гад и правда знал о Викторе куда больше самого Виктора. Так было раньше.
Но пятнадцатого числа всё пошло не так, как думал росомаха. Он чуть не потерял молодого эльфа, дважды. Про Маттию, которую росомаха тоже хотел бы спасти, он предпочёл хозяину даже не заикаться. И потом, столько времени, даже после успешно выполненного задания, хозяин не говорил Виктору съездить в Клуб и отдохнуть. Не давал денег. Злился, наверное.
Вот, наконец-то, спустя столько дней, росомаха оказался в КГБ и рядом, в нескольких метрах, от него молчаливо сидела та самая Маттия.
- Д-да! Конечно можно! Какой я тебе господин-то!
Громко, по-военному, выпалил Виктор, когда девушка подала голос. Зверь растерялся, выронив книгу на пол, и полез быстро её понимать, ведь это подарок. Всех больше в жизни росомаха боялся странных ситуаций, в которых совсем непонятно, как надо действовать. Сегодняшний поход в Клуб был именно таким, а молчаливая девчонка только усугубляла положение дел.
- Ты не помнишь меня? Мы там, в общем, тогда… в комнате.
Росомаха насупился, подобрав книгу с пола, и опять уселся на кровать.
- Как ты? Синяки, кажется, прошли после того вечера.
Натянуто улыбнулся зверь, тщетно пытаясь оторвать пристальный взгляд от груди девушки. Да, тогда был очень интересный вечер, ликану понравилось.
- Я, вот, к тебе пришёл тут.
Сообщил и без того очевидный факт Виктор, почесавшись в затылке.
- Боялся, что ты погибла, но раньше никак не мог прийти. Может, похавать?
Доброжелательно предложил Виктор девушке, поднимаясь с кровати.

+2

6

Сориентировался Виктор быстро. Матти оказалась совсем неправа. Он не со зла молчал и ничего не говорил, а просто по незнанию. Где ему было знать, как строго наказывалось отступление от правил, даже если клиент смотрел на это сквозь пальцы. Жаловаться же девушка собеседнику не стала, но искренне обрадовалась тому, что он зашел к ней ней не просто так.
"Спасибо, Богиня. Не зря я просила тебя, чтобы с ним было все в порядке. Ты сделала все в лучшем виде. И он даже меня помнит."
- Конечно господин, - отозвалась девушка, осторожно поднимаясь и перебираясь поближе к Виктору, все так же опускаясь рядом с ним на полу на колени. За это время мужчина успел презабавно уронить книжку, что держал в руках. Девушка заинтересованный взглядом скользнула по ней, но переспрашивать и уточнять ничего не решила.
- Конечно, я тебя помню, - еще тише отозвалась девушка, - Но тут везде камеры и если я радостно брошусь к тебе на шею, а именно это мне и хочется сделать, когда я вижу, что ты жив, мастера потом спустят с меня шкуру.
Матти подняла на Виктора взгляд снизу вверх и честно ему улыбнулась. Правда в глаза пришлось почти насильно нагнать радости. Взгляд упорно не хотел показывать того, что девушка ощущала.
"Как же я могла тебя забыть, глупый. Ты и Томас, вы были...такие разные, но интересные. Да и ты со своим...зверем внутри. А я ведь еще за тебя волновалась! Так и знала, что ты не простой раб. Ну не похож ты на них всех был, хоть и старался. Интересно, что ты все таки здесь делал? Но спрашивать...Не хорошо такое спрашивать. Ладно, может когда-нибудь и узнаю. А нет - так нет."
- Прошли, - Матти продемонстрировала Виктору запястья, уже не хранившие следы его рук.
"Медицина здесь творит чудеса. Особенно, когда врачи знают, что все, что с тобой произошло не носит на себе следов самоистязания. Тогда они работают и быстро и даже не очень больно. Хотя, могут и так. Но синяки сводят за полчаса, при чем совсем бесследно. И это здорово, на самом то деле. Верно, Богиня? Когда твое тело - это холст, уметь с него стирать очень даже полезно."
- Я рада, что ты пришел. Честно. Я все дни только и думала, что о тебе и том эльфике. С мной то что, со мной ничего не случится. Мне суждено еще немножко пожить. А вот за вас обоих я очень беспокоилась. Особенно о тебе, - девушка повела плечами, честно высказывая свои мысли. Если эльф еще мог быть тихим и незаметным, то у Виктора это бы явно не вышло. Куда там, его характер просто к такому не располагает.
"А со мной правда ничего не приключится. Что мне будет то? Богиня проследит, что ее игрушку не поломали раньше времени. И пока я ей нужна - я буду жить. А все остальное уже не так уж и важно. Условия жизни могут быть любыми. Главное, чтобы было за чем наблюдать и делать выводы. Верно, Богиня? Но мне приятно, что моя жизнь хоть кого-то интересует...Из живых."
- А...А у нас ужин еще только через несколько часов, - недоуменно отозвалась Матти, все так же не поднимаясь с пола и поглядывая на Виктора снизу вверх, - Так что пока ничего не выйдет.
Девушка как-то не подумала, что раз Виктор пришел сюда как клиент, то любая его просьба, касательно еды или выпивки будет исполнена немедленно.
Так же, девушка старалась не пытаться перекинуть взгляд на принесенную мужчиной книжку. Просто потому, что это было невежливо.
"Ты ведь ее мне принес, верно? Иначе бы не потащил ее сюда и с собой. Я тебя уже люблю, честно."
- Как ты вообще поживаешь то? - внезапно для себя вслух уточнила девушка. Нормально говорить с людьми она не умела и поэтому поддерживала разговор сумбурно и по минутной прихоти, - Если я вообще могу это спрашивать.

+2

7

- В спальнях клиентов на вип-этажах камер нет. Но у меня нет денег на вип-номера. Для этого нужно больше… зарабатывать. Не называй меня так.
Грубо закончил говорить Виктор, опомнился, что продолжает мять в руках книгу, резко отложил её на кровать, подальше от себя, и уставился на Маттию. Она помнила его, что подкупало росомаху на продолжение разговора. Ликан мялся, не зная, что следует говорить дальше. Но девчонка оказалась не дурой, исправно отвечала на вопросы, продолжала говорить.
- Да, ну это. Я-то, что со мной будет? Я могу любого убить голыми руками!
Недоумевал Виктор, пытаясь разъяснить девчонке, что это о таких, как она и тот маленький эльф стоит переживать, уж точно не о росомахе. Тем более, у него был личный хозяин, если что – старый гад непременно бы помог.
- Эльф тот, Томас. Вообще, его не так зовут. У него очень сложное имя, длинное. И… красивое, ну, наверное. Я-то не понимаю. Не запоминаю такое.
Пожал плечами ликан. Тяжело вздохнул, замолчав. Забыл, что хотел сказать про остроухого, и зачем вообще начал говорить про него. Горестно вздохнул.
- Так что, зря ты беспокоилась. Я живой. Здоров, даже не ранен.
С какой-то гордостью радостно заявил Виктор, улыбнувшись девчонке.
- Можно же заказать! В номер доставят всё, что будет нужно. И спиртное, и еду. Можно – из ресторана. Там вкусное мясо. Ты любишь мясо, Матти?
Назвав девушку по имени, росомаха вдруг вспомнил про книгу, которая всё продолжала лежать на кровати. Засопел, не зная, как сказать о том, что она для рабыни, ведь, вдруг, он совсем всё не так понял, и она не любит книги?
- Я тут того ещё… Когда шёл. К тебе, сюда. То наткнулся на торговца.
Ликан замолчал, засопев громче, нахмурил брови, соображая, как сказать.
- Точнее, я специально пошёл на рынок. Хотел… чтобы тебе понравилось, купить что-то. А потом увидел книги, им торговал один человек. Купил, вот.
И вдруг сказал всё правду, как будто отчитывался перед своим хозяином, а не клубной рабыней. Тот тоже всегда требовал не утаивать информацию.
- Иду, гляжу, а там – книги. Говорят – подержанные, читали уже их. И кто-то сдал, а книги – хорошие. Ты говорила, что любишь их… читать.
Виктор не знал, что любила читать девушка, может, он совсем не угадал.
- Ну и вот. Держи. Если не понравится – можешь выбросить, она не дорогая.
Зачем-то пояснил росомаха, понял, что говорит не то, зря, и хмурился вновь. Быстро поднял девчонку за руку и принудительно усадил на кровать, вручив в руки книгу. Сам тоже уселся рядом, уставившись на грудь Маттии, снова.
- Я? Я хорошо, поживаю. У меня всё есть. Своя квартира, работа, деньги. А, да, ещё эльф. Тот, Томас, он живёт со мной. Пятнадцатого числа я нашёл его сильно избитым в коридоре. Подобрал, не хотел, чтобы он умер. А потом…
Как рассказать девчонке все подробности того дня – Виктор не знал. Замолчал, соображая. Ведь нельзя было разболтать лишнего, хозяин ругаться будет. Но и объяснить всё своими словами ликан не мог. Не находились те самые нужные и важные слова, чтобы сказать, как он отстоял эльфа. Заставил старого гада сохранить тому жизнь. Ведь в итоге всё получилось как нужно.
- В общем, он теперь со мной живёт. Так вышло. Я не покупал его, его мне хозяин… подарил.
Наконец-то хоть одно нужное слово само собой подобралось, а то Виктор уже опять успел разволноваться. Ведь нет ничего плохого, что росомаха обозвал Томаса подарком? Или не стоило говорить про хозяина… Да что же всё тут так сложно!

+2

8

Мужчина говорил так честно и искренне, терялся в словах и смущался, что было сразу видно, что все это идет от сердца. У Матти прямо таки потеплело на душе. О ней кто-то волновался. Почти впервые в ее осознанной жизни она была хоть кому-то нужна. И все же девушка думала о том, что Томас не прав. Виктор может и был зверем, но ровно как и пишут в книгах. Самый страшный зверь - это человек. Никто из людей еще не считался с Матти. Но сначала ее пожалела вампирша, потом эльф...А теперь и настоящий оборотень хвастается ей, что он сильный и за него беспокоиться не нужно. Это было так мило, что девушка бы даже улыбнулась, если бы умела это делать спонтанно.
"Да, наверняка у Томаса есть настоящее, красивое эльфийское имя. Как там к книжках у эльфов бывало? Наррилалион, Лайяноллиора. Длинные, странные для нашего языка, но так скользят по губам когда их произносишь, что все-равно красиво. Так что и у него тоже должно быть что-то замечательное. Интересно, а в этом книжки врут? Или у них тоже что-то такое?"
- Это хорошо, что ты не ранен. Мне даже кошмары о тебе снились, - девушка честно вздохнула, признаваясь в сокровенном. Действительно, несколько раз она просыпалась ночью от биения собственного сердца. Она видела во сне Виктора и Томаса. Окровавленных, с ранами от пуль, избитых. Снилось многое, но суть сводилась к одному - они были мертвы. Приходилось тихо ночью красться в ванную и долго приходить в себя. Девушка правда не понимала, что с ней происходит. Просыпается отсутствующая душа и требует волноваться за тех, кто неожиданно оказался так близок.
- Я всеядная, я ведь уже говорила, - отозвалась девушка, искренне умиляясь желанию себя покормить. Только вот как было объяснить этому большому...мужчине то, что ест то она совсем немного. И не обидеть при этом. Ведь такие порывы чужой души стоят дорого, - Но если ты так хочешь меня покормить, то достань мне пару яблок. Буду благодарна.
В пункт питания рабов явно не входило ничего, что стоит дороже определенных денег. Ровно как не входили туда и яблоки. Матти их честно любила и немного переживала из-за того, что достать их не представляется возможным. А тут такая возможность!
"Все же он такой милый. Большой, сильный, взрослый...И трогательно добрый. Богиня, Богиня. Любишь ты устраивать сюрпризы. То в виде совсем мальчишек-садистов, то в виде таких больших и добрых людей, что так страшны с виду."
Матти совсем затихла, внимательно слушая откровение Виктора. Он так...честно рассказывал о том, как собрался и пошел покупать ей книгу, что девушка расцвела окончательно. Спохватилась и улыбнулась мужчине, не желая показаться совсем уж эмоциональным бревном. Эту улыбку нельзя было назвать фальшивой. Душа хотела улыбаться, только вот привычки не было. Так что пришлось делать все самой.
- Спасибо, - девушка даже не пискнула, когда оборотень усадил ее рядом с собой, вручив книгу. Матти крепко прижала трофей к себе, поднимая на мужчину взгляд, - Большое спасибо.
"Интересно, правила клуба позволяют мне ее себе оставить? Или ее тоже заберут, раз нам нельзя иметь ничего своего? И прятать ведь нельзя, тогда точно заберут. Положу на стол, когда прочитаю. Если что - скажу, что подарок от клиента. Может тогда и решат оставить. Вроде новых переселений не планируется..."
- Я рада за тебя, правда. Твое место на свободе, а не здесь. Не место это для тебя было, а почти сразу это поняла. Ты слишком...не такой как все здесь.
Сердце девушки в действительности дрогнуло, когда она услышала о том, что юного эльфика чуть не убили. Дурные предчувствия оказались правдой.
"Виктор его спас. Хоть они и недолюбливали друг-друга все время, но он спас его. И это просто чудесно. Томас заслужил нормальную жизнь. Если они поладили с Виктором, то жить будут дружно и хорошо. А это место вполне могло сломать этого забавного остроухого. Он ведь как цветок был. Тянулся на ласку, удивлялся всему подряд...Ребенок, настоящий ребенок."
- Это хорошо, что вы будете жить вместе. Ты сможешь о нем позаботиться, а тобой он восхищался, хоть немного и опасался. Но у вас тоже все будет хорошо.
Матти чуть помолчала и снова бросив взгляд на книгу, заставила себя нормально поблагодарить оборотня:
- Я еще раз хочу сказать тебе спасибо за подарок. Огромное, ты даже не представляешь, сколько места в моей жизни занимали книги, - совсем тихо призналась девушка, - А тут их нет совсем. Нам ведь нельзя ничего покупать самим...А ты еще и запомнил, что я говорила. Это вдвойне ценно.
Матти бережно отложила книгу и обняла Виктора за шею, благодарно целуя. Чем еще его поблагодарить девушка не знала. Спустя некоторое время темноволосая отстранилась и заглянула мужчине в глаза.
- Я действительно рада тебя видеть. Тут у меня нет никого, а к тебе я успела привязаться. Жаль, что тебе приходится платить за то, чтобы увидеться со мной. Это как-то...неправильно. Я чувствую себя виноватой.

+3

9

- В кошмарах?
Участливо уточнил Виктор, а потом подумал, что он и правда выглядит, как из самого настоящего кошмара. Большой, сильный, страшный, ликан ещё. Зубастый и грозный, способный в миг разорвать человека на части. Такому-то точно место в кошмарах, как же иначе. И Матти – такая хрупкая, беззащитная, разумеется, ей надо бояться таких, каким был Виктор.
- Ну да. Ты говорила, что…
Вот что девушка говорила, росомаха упустил. Он слишком был погружен в свои собственные, не вселяющие радость, мысли, что забыл слушать.
- А, яблоко! Ну яблоко можно. Они же тут наверное есть… надо уточнить, тут должно быть всё. Говорят, меню ресторана «Золотой век» на столько огромное, что его ещё никто не осилил прочесть полностью…
Кажется, это когда-то говорил хозяин. Или он просто шутил, а Виктор опять ничего не понял? Но сейчас росомаху это не волновало. Нужны были яблоки! Дан приказ – значит надо его исполнить, что тут может быть проще? Виктор умеет, и он всё сделает, только надо немного подумать. Но думать оказывается опять некогда. Ликан недоверчиво глянул на девушку, которая его благодарила. И вот за что? За эту дешёвую, потрёпанную временем старую книгу?! Если бы Виктор знал, что всё так обернётся, то купил бы что-то дорогое и хорошее, а не с потёртыми страницами. Росомаха нахмурился, не зная, как бы объяснить, что подарок-то совсем не дорогой. Вдруг подумал, что если он скажет, что купил книжку на улице, девушка сразу же расхочет её читать и выкинет. Ведь она – дешёвка. Поэтому ликан продолжал молчать.
«Не такой, как все? Ну конечно, я же зверь, она не поняла что ли?»
Всё абсолютно запуталось, и росомаха даже забыл, о чём собирался сказать.
- Ну он маленький просто ещё, эльф. Этот. И заботиться я о нём не смогу – я редко свободен, работа такая. А Томас, он просто пока живёт у меня.
Всё-таки, кажется, девушка была правда благодарной. Ещё был вариант, что она специально притворяется, но про это Виктор старался не думать совсем.
- Наверное, ты читала красивые книги. Я не знаю, какими они бывают.
Росомаха слышал, что чаще встречаются электронные книги, у хозяина же была огромная библиотека со всякими бумажными книжками, некоторые из них были просто огромные, тяжелые, у каких-то Виктор видел украшения на обложке, помимо картинок, видны ещё и каменья всякие, красивые, кстати.
- Привязаться?
От размышлений о книгах и воспоминаний, какими их видел ликан, Виктор оторвался не особо охотно. Ему нравились те большущие, пустые залы библиотеки хозяина, в которых можно было ходить, главное – ничего не трогать, старый гад разрешал. Вот бы оттуда подарить что-то Матти, но это, скорее всего, будет воровством, а у хозяина воровать себе дороже.
- Ладно тебе! Я не так богат, чтоб снимать дорогие номера или vip-рабов. Но на тебя мне денег хватает, когда хозяин платит мне. Я вообще сюда потрахаться прихожу, часто. Хозяин велит, говорит, чтоб я ходил. Так что…
Виктор замолчал и растерянно уставился на девушку.
- Нет, я не в смысле, что ты дёшево стоишь! Я просто не о том, я хотел сказать. Сказать хотел, что мне не сложно приходить к тебе, вот.
Росомахе вдруг показалось, что он точно наговорил что-то обидное. Ну не умеет он подбирать правильные и нужные слова, как старый гад Лабиен…

+2

10

Виктор все продолжал смущаться и явно ощущать себя не в своей тарелке. Но почему, ведь девушка совсем не хотела его пугать! Это было почти смешно, когда взрослый мужчина, да еще и не человек искренне нервничает, пытаясь объяснить необъяснимое самой обычной человеческой девчонке. Но Матти было не смешно. Она ощущала, что ей действительно приятно от того, что он волнуется о ее мнении о нем. Да еще и слова подбирает, чтобы не обидеть...
- Я даже не знала, как называется тут ресторан, - честно призналась девушка, - Мы там только иногда для клиентов еду заказываем. Да и то не особо часто, это не совсем входит в нашу работу. А то того, как я здесь оказалась, я точно об этом не знала.
Девушка внимательно смотрела на мужчину, пытаясь понять, что он сейчас испытывает. Но в его глазах металась лишь какая-то неуверенность и вина. Только за что, Матти решительно не понимала.
"Да что же я делаю не так то...не понимаю. Решительно не понимаю, Богиня! Я не хочу, чтобы он думал, что он мне неприятен. Я действительно скучала, волновалась...И за него и за Томаса. А он его еще и спас. Что бы там кто не говорил - Виктор хороший. Может тоже не совсем свободный, но хороший."
- Да, он совсем еще ребенок, я тоже заметила. Такой...тянущийся к открытиям. А его судьба приласкала, суда сразу закидывая. Ему это явно на пользу не пошло, но я знаю, что ты его его не обидишь сам и в обиду не дашь. Ты же молодец.
"Забавно же, он хоть и эльфик, наверняка старше меня намного, но я старше него в...виде восприятия этого мира. Меня уже сложно удивить. А он доверчивый и забавный, как щенок. Везде носом лезет и упорно пытается попробовать на себе все, до чего дотянется. Ему повезло с Виктором."
- Красивые? Все книги по своему красивы, - девушка легко повела плечами, - Но прекрасны тем, что открывают окна в другие миры. И после всего одной книги можно придумать целый свой мир, додумать любого героя или ситуацию. Книги помогают раскрыть крылья. Так что их внешнее оформление совершенно ничего не значит.
"Достаточно только понять характер героев и новый мир сам идет к тебе в руки. И его можно творить как с закрытыми, так и с открытыми глазами. Чудо, что не все это понимают."
Матти часто развлекалась именно так. Она никогда даже не думала о том, что может писать или сочинять что-то сама, но девушка любила придумывать новые приключения для понравившихся ей героев. А иногда даже переписывать судьбы, неожиданно вознося в главные герои того, кто лишь мелькнул в стороне.
Темноволосая честно выслушала исповедь Виктора, мысленно отмечая, что у него действительно есть хозяин, но зверь его явно ценит и любит, иначе бы не говорил о нем так легко. Ну, а когда мужчина запутался в словах и смущенно затих, девушка и вовсе засмеялась. Искренне.
- Ты просто чудо, Виктор, - отозвалась Матти, - Неужели ты думаешь, что меня может обидеть то, что хозяева клуба решили поставить на меня какую-то более низкую бирку, чем на всех остальных? Я все-равно не получаю с этого ни копейки, так какая разница? Я шлюха и не собираюсь этого стесняться. Ведь это действительно единственное, что я умею. Да и благодаря этому я еще жива. Разве стоит просить большего?
Девушка потерлась о плечо мужчины щекой и подняла на него взгляд.
- Тебе не обязательно выбирать слова, когда ты со мной говоришь. Друзья должны говорить то, что думают. Иначе какие они друзья?
"Если ты вообще считаешь меня другом. Поторопилась я что-то немного."
- Просто знай, что я всегда буду тебя ждать, если ты захочешь меня увидеть, ладно?

+3

11

Девушка говорила о книгах. Говорила странные вещи, непривычные Виктору. Какие-то миры, другие, разнообразные, которые можно додумать и представить. Росомаха где только не бывал. Видел многие страны, но редко смотрел по сторонам, ведь он всегда был на задании, которые нельзя было провалить. И только сейчас, сидя в номере Клуба, он вдруг задумался о том, что сам участвовал в разных историях, о некоторых из них и в никаких книжках не прочитать, ибо были они слишком секретными и пугающими.
- А ты, какую историю хотела бы придумать?
Неожиданный смех девушки ввёл Виктора в состояние, чем-то схожее с падением. Когда ты несёшься с большой высоты, дёргаешь за кольцо парашюта, но тот не раскрывается ни в какую. Но ты продолжаешь тянуть за него, в надежде, что вот-вот, ещё несколько раз – и всё получится, твоя жизнь будет спасена и твоя морда не встретится с асфальтом, что оборвёт твою жизнь. Росомаха успел только подумать, что если она сейчас не заткнётся – он свернёт ей шею. Потому что нельзя над ним смеяться! Он – зверь. Сильный, большой, он убить может, а она хохочет тут, дура! Но девушка вдруг продолжила говорить, и Виктор понял, что все его мысли были совершенно напрасными. Над ним никто не потешался.
- Я не думаю…
В чём-то ликан сказал правду – конкретно в этот момент он и правда забыл думать. Мысли куда-то исчезли, и Виктор тупо пялился на грудь девушки. Опять. Вот сколько можно? Она же его друг. Шлюха, правда, но друг же.
«Хозяин бы точно над таким посмеялся, если бы узнал, но он не узнает».
Виктор улыбнулся, обнимая хрупкую девушку за талию. Ему было без разницы, кто она. Главное заключалось в другом – она ждала его.
- Я бы хотел… приходить чаще, но не смогу.
Улыбка неохотно сползла с губ, ликан опять нахмурился. Всё верно, ведь у него много разной работы, и никогда не известно – вернётся ли он с задания здоровым или хотя бы просто живым. Каждый раз его жизнь оказывалась в опасности так или иначе, в какой-то момент Виктор смирился с этим, начиная воспринимать, как должное. Но теперь, лишь осознавая, что он может вдруг больше не увидеться с Маттией, Виктору становилось не по себе. А она даже и не узнает, что его больше нет, будет думать, что забыл росомаха о ней просто, вот и не приходит в Клуб. Зачем помнить о шлюхах, даже если они считают себя твоим другом? Но он в то время будет гнить в земле. Разумеется, если от него хоть что-то останется и кто-нибудь додумается его похоронить. Никто же не сообщит Маттии о его гибели.
«Я обязательно скажу Томасу, обязательно! Чтобы он сказал ей, если я не вернусь с задания. Если меня больше не будет – он скажет, скажет ей!»
В это хотелось верить. Гадкие мысли о том, что эльф никому не будет нужен после смерти Виктора, нещадно царапали душу. Как он тогда сообщит Маттии всё, что нужно, если сам не будет нужен совершенно никому?
- Мне нельзя погибать, там, на задании.
Высказал вслух свои мысли Виктор. Рабыня не могла слышать, о чём думал ликан, поэтому наверно она и не поняла, с чего бы это клиенту вдруг думать о смерти. Росомаха даже клиентом, выходит, был совершенно неправильным.
- Да, яблоко.
Вспомнил вдруг ликан, спохватился, и быстро встал с кровати.

+2

12

Всего один вопрос поставил девушку в тупик. Еще никто не спрашивал у нее ничего подобного, никто не интересовался ее любовью к книгам. Да и кому было это делать? Ее первому хозяину были интереснее раздвинутые ноги девушки, чем ее личность. А книги так, были возможностью дешево откупиться от ребенка, да и не дать ему сойти с ума, совершенно без людей в большом загородном доме. Без телевизора, без интернета и связи.
"А какую историю хотела бы придумать я?"
Матти действительно задумалась. До этого она как-то додумывала продолжения книгам неосознанно, просто для того, чтобы ощутить завершенность, которой не хватает многим книгам. Уж больно любят авторы оставить недосказанность, чтобы любой читатель мог сам решить концовку и аудитория любителей книги стала бы шире.
- Вот и не думай, - легко согласилась девушка, - Зачем обращать внимание на чужое мнение, когда все люди всегда будут критиковать друг-друга? Ради удовольствия, в насмешку, просто так...Слишком много слов, значит ценности они не имеют. Стоит слушать лишь себя, да тех, кто тебе близок. Ведь ты меня не осуждаешь за это? Не брезгуешь? Значит и действительно, пусть думают, что хотят.
Темноволосая испытывала невероятную для себя легкость слов. Обычно молчаливая, вся в себе девушка просто ожила, слова сами рвались из груди, что для нее было совершенно не свойственно. Но привыкая доверять судьбе, Матти не противилась. Да и Виктор, вроде, не горел желанием заставить ее молчать.
"Что ж, Богиня. Может быть это переход на новую стадию. На ту, где я стану настоящим человеком, в не пародией. Может быть, я даже начну говорить больше вслух, чем сама себе. Но пока это лишь приятное исключение, а не данность. Буду пользоваться. Вдруг привыкну и мне понравится? И голова перестанет быть такое пустой-пустой, когда у меня что-то спрашивают..."
- Не имеет значения как часто. Значение имеет лишь то, что ты действительно хочешь приходить и приходишь, - Отозвалась девушка, пытаясь понять, что испытывает ее собеседник. Когда он это сказал, то показалось, что его окатили холодной водой. Глаза стали страшными. Точь в точь как тогда, когда он только появился на пороге их общей с эльфом комнаты. Но Матти не боялась.
"Это что же такое вспомнилось тебе, Виктор? Что сразу захотелось крови? Хозяина вспомнил, что не одобряет твои походы по шлюхам? Но нет, вроде же говорил, что разрешает он ему. Не знаю, Богиня, не знаю. Чужая душа потемки, а мне бы еще в своей разобраться хоть немного..."
К чему была сказана фраза, Матти действительно не поняла. Но просто постаралась поддержать по своему:
- Богиня не допустит, Виктор, - легко отозвалась девушка, - Ни одна встреча не случайна, а значит, все должно быть хорошо. Ты сильный. А сильные люди просто так не ломаются. Они идут по своей дороге, даже если этого не осознают. И в конце-концов достигают того, что хотят. Если не начинают метаться меж ложных целей, которых становится все больше и больше, когда ты почти уже пришел. Чем больше возможностей, которые кажутся легче изначальных планов, тем ближе ты к мечте. И нельзя сворачивать.
Матти натянула на лицо ободряющую улыбку, провожая Виктора взглядом. Вот же чудной человек, даже о яблоке вспомнил! И как раз неожиданно пришел ответ на ранее заданный вопрос.
- Ты спросил меня, чтобы я хотела придумать? Легенду. Страшную легенду о том, как главный злодей и главный герой сходятся в битве, - глаза рабыни заблестели неподдельным интересом, - О том, как все их долгое и сложное противостояние завершится тем, как герой прибудет в цитадель тьмы с ватагой своих нахватанных по дороге друзей. И как их ждет красивое поражение. О душевных муках героя, которые он будет испытывать, когда одного за другим его друзей обезглавят на потеху кровожадной толпе. И о том, как она него наденут кандалы и он будет рабом того, кого хотел убить. Но нет, здесь ничего не закончится. Рабы- это вещи. Поэтому он будет день за днем смотреть на то, что на самом деле происходят в самом сердце зла. О том, что там тоже живут и любят. Рожают детей и играют свадьбы. И постепенно герой будет сломан тем, что все его светлые идеалы были ложью. Что нет добра и зла. Что просто есть люди разные по силе. И когда он это поймет - он и обретет саму суть тьмы и и истинного рабства. Потому что нет наказания страшнее, чем сломанные идеалы.
Девушка тихо вздохнула и закончила:
- Но таких книг не пишут. Они все заканчиваются победой добра. Почему? Ведь никогда не бывает так, что террор и смерть побеждает юный мальчик, мечтавший о друзьях и подвигах. Скорее всего он захлебнется своей кровью и умрет. Но кому нужны книги, похожие на жизнь? Видимо, только мне.

+1

13

- Богиня?
Насторожился ликан, остановившись на полпути к телефону. Видимо, яблоку всё-таки не суждено было появиться в этом номере. Виктор о нём опять забыл. Богиня. Вот что девчонка имела ввиду? Росомаха не верил в богов. Неслучайные встречи, всё должно быть хорошо. О чём говорила рабыня? Боги решают, когда смертным умереть, как им жить. За Виктора всё решал его хозяин и его это очень устраивало. Значит, бог для Виктора это Лабиен?
- Ты хочешь сказать, что богиня послала меня в Клуб? И после этого я встретился с тобой? Но то было лишь заданием. Хозяин приказал, я выполнил. Тихая комната с не проблемными рабами, отсутствие камер наблюдения внутри, возможность достать еду, деньги – всё это не делал никакой бог. И от смерти меня он тоже не спасал, в отличие от хозяина.
Нахмурился росомаха, аккуратно пристроив на тумбочке только взятый в руки телефон. Фрукты в номер – как просто запомнить. Но ликан забыл.
- Мне некуда сворачивать. И некуда идти, чтоб изменить эту… судьбу.
Наверное это было страшно, когда ты ничего не можешь изменить. Росомаха страха не чувствовал. Оставаться всегда одним и тем же, жить в неизменном мире – это хорошо. Один хозяин, одна линия поведения и нет проблем. Девушка говорила дальше. Виктору казалось, что он и не понимает того, что она пытается рассказать. Герои злодеи – не существовало их в реальности. Кем был сам росомаха? Он убивал не раздумывая, лишь по приказу, но он был предан хозяину. Ликан оберегал Лабиена и его семью, воспринимая и себя их частью. Это его стая, пусть неправильная, как и он сам, но стая. Семья. И он пошёл бы на многое, чтоб защитить их всех. Ещё появился Томас, который тоже стал дорог Виктору. И Матти. Так злодей ли он? Но когда девушка закончила говорить, росомаха понял, что думает так же.
- То, что ты говоришь, разве это легенда?
Фыркнул росомаха, заявив со знанием дела.
- Ты как будто родилась только сейчас, а до этого тебя не было. Всё читаешь сказки и думаешь, что всё есть только в книжках, но там, за окном – посмотри. Там есть даже больше, чем в этих сказках.
Виктор и сам был живой легендой, непривычной даже в кругу нелюдей. Такие, как он, погибают в первый оборот, не умеют контролировать себя. При встрече с такими, их проще убить. Но Виктор зачем-то понадобился старому гаду и тот взял с собой. Подарил возможность жить нормально. Ошейник и браслеты дали росомахе возможность спокойно ходить по городу, среди людей и не бояться, что однажды он очнётся среди трупов.
- Боги. Может, они намного ближе, чем ты думаешь? Ходят рядом, живут здесь же, и твоя жизнь зависит от них. Твоя судьба. И все твои действия. Я могу тебя убить, покалечить и мне ничего не будет за это. Разве я бог?
Все эти рассуждения о высших существах казались Виктору бредом. Если его хозяин вершит его судьбу, значит Лабиен – бог? А чего? Он старый, живёт давно, вдруг, он и есть бог и он бессмертный? Ведь Виктор сам живёт больше сотни лет, но в некоторых документах, которые выдаёт хозяин на задания, ему всего-то каких-то тридцать пять. Кто-то воспринимает его обычным молодым человеком. Ведёт с ним дела, даже не подозревая, что за росомахой стоит его хозяин. Лабиен всем говорит, что ему восемь веков от роду. И ему верят, как и документам Виктора. А что если хозяин врёт и живёт он уже бессчётное время, создаёт миры, определяет судьбы и иногда приходит в свой же, созданный им мир просто так? Нет, сложно всё с этими богами всякими. Живут вот так бог о бок с богом люди, и не подозревают, что проще начать что-то делать, подойти к нему ближе, попросить, как бы попросили они самих себя, а они всё возносят великие мольбы к небесам, поднимая руки, плачут горько по ночам, а бог-то здесь! Он есть! И он не слышит их страданий, ведь молят не его, а пустые небеса без Создателя.

+2

14

"О нет, Виктор. Не Богиня послала тебя в клуб. В него пришел ты сам, только вот все те маленькие кубики поводов, что собрали нас вместе и сотворены руками Богини. Но зачем тебе об этом знать? Простым людям не понять, им будет страшно, что за них уже все решено и даже вся та иллюзия выбора, что им дается - уже решена заранее. Как бы человек не трясся над тем, что имеет. Как бы не считал, что он свободный, богатый и своенравный...Его путь тоже записан. И все что с ним произойдет будет на радость Богини, которая хочет развлечься. Но нет, играет она не со всеми. Иначе это было бы слишком сложно. Игры достойны только те, кто чем-то ее заинтересовал. Так что у каждого из нас есть выбор. Жить так, чтобы не привлекать ее внимания или попробовать прожить такую жизнь, что Богиня не сможет надолго от тебя отвернуться и забыть. Только вот проблема в том, что Богиня как ребенок. Ей может надоесть ее игрушка и она ее сломает. Просто возьмет и выбросит, чтобы потом не жалеть. И долго вспоминать красивый миг агонии, что испытывала игрушка в последние мгновения. Но я не знаю, чем я так ее зацепила, что я до сих пор жива. Что она вытаскивала меня из разных ситуаций и толкала в нужную сторону. Может потому, что я просто хороший и благодарный наблюдатель? Никогда от нее ничего не требую, а принимаю все то, что есть, без скандалов и упреков? И всегда зову ее, когда начинается что-то интересное. А то вдруг она пропустит?"
- Это мир сказок, Виктор, - тихо отозвалась девушка. Она знала, что не совсем подходит этому миру постоянно пребывая на каком-то своем уровне, думая о чем-то другом, слишком книжном, а не настоящем. Но в этом была вся Матти. Книжная фея, девочка-кукла, - Может быть и есть там что-то за окном. Но я уже не помню. Последний раз я там была...Давно. Наверное больше десяти лет назад. Да и закрывая глаза я уже не уверена, что была там. А не просто себе это придумала. Вся моя жизнь - это четыре стены, книги и Богиня. Может быть я странная. Но так уж сложилось. Я не знаю другой жизни и не думаю, что узнаю. В моем возрасте уже поздно пытаться заново собрать мир из того, что есть. Он уже сложился и весь в голове. Понимаешь ведь?
Виктор немного злился. Матти была в этом уверена, но не до конца понимала, почему он злится. Ему не нравятся ее слова? Но ведь она не собиралась их ему навязывать. Просто хотела рассказать и все.
"Ох, Виктор, Виктор. Нет, ты не бог. Да, ты можешь меня убить, сделать мне больно. Но тебе то это зачем? Ты не получишь от этого такого удовольствия, которое получила бы Богиня, наблюдавшая за нами. Ведь только она может познать душу. И мою и твою. Мою - захлебывающуюся от боли. И твою - наслаждающуюся тем, что ты получаешь власть над кем то. И это высшая форма наслаждения. Контрасты."
- Может быть, Виктор. Но почему мы пытаемся спорить о Богах? Прости, если эта тема тебе неприятна, давай выберем другую.
Матти несколькими легкими шагами догнала мужчину, взяла его за руку и прижалась всем телом к его спине, думая, что он должен ощущать биение ее сердца.
"Просто будь со мной чаще. Мне кажется, что я начинаю в тебе нуждаться почти как в книгах. Только вот интересно, почему? Ведь ничего такого особенного мы с тобой еще не сделали. Интересны пути Богини. Непонятны, неповторимы".
- И все же ты очень хороший. Хоть почему-то и не хочешь этого понимать. Поверь книжной девочке, которая привыкла наблюдать за людьми и смотреть их характеры. Я не знаю, какой ты для хозяина. Но когда ты спокоен и расслаблен, ты хороший.
Судя по всему яблоку действительно была не судьба попасть в номер. Но Матти уже забыла про него, чуть поднимаясь на цыпочки и целуя Виктора между лопаток.

+2

15

- Не понимаю.
Грубо отозвался ликан, отвернувшись от девчонки. Он не только не понимал, он даже не собирался этого делать. Хозяин говорил иначе, объяснял многое. И если эта девочка сама создала свой мир у себя в голове, то росомахой управлял его хозяин. В его жизни было многое, но большая часть от этого – по приказу Лабиена. Даже этот визит в Клуб напрямую зависел от Паука.
- И ты не понимаешь. Потому что просто маленькая и глупая человечка.
Виктор испытывал неприязнь ко многим и очень часто, если не сказать, что постоянно. Ему редко нравились люди или вампиры, ещё реже – оборотни. Все они казались странными, с сомнительными идеалами. Некоторые говорили, что никому не подчиняются, и хозяев у них нет и на власть государства им плевать. Но сами-то они работали на каком-нибудь вшивом заводике в Латвии, получая каждый месяц свою вшивую зарплату, которой хватало на то, чтобы разок нажраться в дешёвой забегаловке. И, нажравшись, всё рассказывать всем, о своей независимости и как ты руководство завода на хую вертел. Ликану всегда казалось забавным делом – убивать такую дрянь. Он чувствовал себя вершителем правосудия, стражем законов, в котором нуждаются такие, как Лабиен. Им не следовало пачкать свои руки грязью этого мира, а Виктору нравилось убивать, выполняя очередное задание старого Гада. Это можно назвать работой, либо развлечением. Росомаха всегда считал, что он развлекается, а приказы хозяина выполняет так, заодно.
- И ничего мне с твоими богами непонятно. У меня вот есть один, личный.
Объяснял ликан, рассказывая громко, спорил, хотя Матти отвечала намного тише, даже приходилось прислушиваться. Странные они, люди. Росомаха был в этом уверен. И даже эта маленькая девочка – слишком странная. Стоит ли ей доверять? Не приходить больше. Или проще избавиться, уничтожить.
От неожиданного прикосновения Виктор вздрогнул. Ему были непривычны такие действия. Он всегда брал всё сам, что ему требовалось, но редко подпускал к себе близко, особенно людей. Матти была для него особенной, но всё же ликан напрягся, ожидая чего-то плохого с её стороны. Вдруг, её богиня как прикажет убить Виктора, старый гад Лабиен расстроится ведь.
- Я не хороший. Я не могу быть таким. Я не… умею.
Росомаха шагнул вперёд, грубо отцепляя от себя девчонку.
- Ты ошибаешься. Во всём. Постоянно. Тебе не надоело?
Виктора раздражала такая покорность. Он не хотел видеть в этой девчонке рабыню и, одновременно, желал, чтобы она подчинялась ему. Ликан сам запутался в своих чувствах к ней, и от той теплоты, с которой он шёл в этот номер, не осталось и следа. Одно сплошное подозрение и недоверие.
- Я могу тебя просто убить. Очень быстро, или слишком медленно. Но ты не понимаешь этого. Не можешь понять. Называешь меня хорошим, дура.
Оскорблять Виктор любил. Точнее он просто это делал, в большинстве случаев, неосознанно. Но сейчас ему хотелось оскорбить и унизить беззащитного… ребёнка. Матти была маленькой и хрупкой. Росомаха был большим и сильным. И почему-то сейчас больше напрашивались защитные действия по отношению к девчонке, а не слепая агрессия.

+4

16

Виктор говорил, девушка соглашалась. Мысленно, вслух, глазами, жестами...Всем, наверное. Мужчина был не таким, каких всегда видела вокруг себя девушка. Да нет, видела то она людей вообще не особенно то и много, а лично общалась с еще меньшим их количеством. Но всей своей сущностью Матти ощущала, что Виктор другой. Кардинально отличающийся от всех. Говорил то, что думал. Прямо, грубо, но зато так честно. Злился, поддавался эмоциональным порывам, а не пытался прятать эмоции за масками вежливости или лжи. Девушка вообще так не умела. Не прятать, не проявлять яркие эмоции. Сама по себе Матти всегда была луной. Отражением человека, а не человеком. Но с Виктором все происходило как-то иначе, не по привычным мотивам. Казалось, что даже спокойные всегда глаза немного оживают и в них появляется блеск. Почему-то темноволосой очень не хотелось, чтобы мужчина видел в ней как все остальные только куклу.
"да, маленькая и глупая. Что я могу знать о жизни, Виктор: Ответь мне, что? Откуда мне знать? Я так давно не была там, снаружи. Не жила как живут люди. Как мне быть умной? Мой мир - это сотни чужих, написанных на бумаге миров. И именно они собирали мою жизнь как кусочки мозайки. Не мне с тобой спорить о жизни. Если я действительно кажусь тебе маленькой и глупой, значит так оно и есть. Да, Богиня? Ты ведь тоже должна это понимать. Может поэтому тебе со мной так и забавно? Наблюдать, как я раз за разом бьюсь о стекло, путая отражение и реальный мир? И ты все ждешь, когда я сдамся и расправив крылья брошусь в огонь, чтобы прекратить страдания? Нет, нет смысла так глупо все заканчивать. Я еще немного полетаю. Пока в этом есть хоть какой-то смысл. Верно?"
Мужчина действительно злился. он повышал голос, почти зло смотрел. Но Матти его не боялась. Просто не понимала, как можно. Он ведь так рядом, такой...живой, в отличии от большинства фантазий. Реальный. Из того, далекого мира в которой девушка уже и не надеялась попасть. А если и надеялась, то осознавала, что это бессмысленно. Ее никто не примет. Она слишком не такая как они. Может поэтому Виктор и злился? Она делала что-то не так? Говорила как-то не так, смотрела? Но нельзя ведь на нее за это обижаться! Она бы никогда не причинила никому зла. Просто потому, что так неправильно. Каждый сам волен идти своей дорогой и ее дело - наблюдать и не мешать. Ну или помогать иногда, если на это указывают все стрелки. Ибо тогда ее ведет Богиня, которая избирает ее своей игрушкой, которая должна помочь свершиться определенной ситуации.
"Личный. Может быть и так. Но зачем ты на меня кричишь? Я не спорю, я не забираю твоего бога. Я просто говорю, что у меня он свой. Немного другой, не такой какой как твой или еще чей-то. Зачем нам, жалким людишкам спорить о богах? Это их дело ссориться за игрушки, а не наше. Верно? Было бы странно, если бы наши вещи выбирали кому их одевать. Вот и так же странно нам выбирать себе богов. Они выбирают нас, а не мы их. И это главная суть. А от нее уже можно выводить любую другую. И понимаешь это со временем, когда есть возможность посидеть и послушать самого себя. В тишине заглянуть в душу и познать правду."
Матти не была фанатиком. Она просто принимала судьбу как есть и выводила из этого свои правила, которые не навязывала другим. Это ведь был их выбор и их воля.
Мужчина вздрогнул. Неужели испугался легкого прикосновения? Смелый, решительный. Томас говорил, что даже опасный. Ну действительно не мог же он испугаться простой девчонки? Нет, наверное просто не ожидал, что она может подойди, когда он почти что излучает злость. Ее почти даже видно. Как ауру. Она почти ощущалась на физическом уровне. Но Матти не могла не подойти. Она не хотела с ним ссориться, а хотела просто узнать его немного получше. И всего-то.
- Умеешь, - почти шепотом отозвалась девушка, будучи уверенной в том, что Виктор ее услышит. Услышит и поймет. Самые важные вещи говорят негромко, на уровне слышимости. Только тогда они доходят до головы и сердца, а не переменчивых эмоций. Матти едва заметно поморщилась, мужчина схватил ее резко, болезненно. На руках наверняка уже через несколько минут расплывутся темные синяки. Но сейчас девушка была готова с этим смириться. Главное, что он ее услышит. Не сбежит, не бросит ее здесь сейчас, все произошедшее обдумывать, - Только почему-то очень не хочешь признавать. Я не заставляю. Только не ври самому себе, пожалуйста...
Девушка уверенно смотрела Виктору прямо в глаза, искреннее желая того, чтобы на ее лице хоть что-то проявилось. Улыбка, живой взгляд. Впрочем, казалось еще, что если на лице Матти проявится страх, Виктор без сомнений убьет ее. Но страха не было. Девушка никак не могла взять в толк, почему бы она должна его бояться. Большого, сильного...но такого живого.
- Все мы ошибаемся. И я тоже, - виновато вздохнула темноволосая, не отводя взгляда, - Может и я тоже. Но я просто хочу, чтобы ты меня услышал. Я ведь ничего такого у тебя не прошу.
"и никогда бы не смогла попросить. Использовать людей для своих целей - мерзко и низко. Когда ты просишь кого-то о чем-то, человек должен знать, что скрывается за твоей просьбой. Зачем он делает для тебя то, что ты просишь. Но что мне просить у тебя, Виктор? Свободы? Зачем она мне? А больше ничего и не нужно. Только если книги. Но ты уже принес мне одну и я безмерно счастлива и благодарна тебе за это. Неужели ты не видишь?"
- Можешь. Я знаю, - послушно кивнула девушка, - Ты большой и сильный. А я так, недоразумение с темными глазами.
Матти слабо улыбнулась. Хотелось сказать мужчине что-то хорошее, доброе...Только вот что? Выражать мысли вслух девушка умела плохо. По крайней мере на свой вкус. Думать получалось лучше.
- Я никогда не причиню тебе вреда и не буду тебя обманывать. Это все, что я могу дать тебе в обмен на то, что ты тратишь на меня свое время. Истина - это ведь важнее всего остального, правда? Я не хочу быть тебе обузой, когда ты приходишь ко мне отдохнуть.
"Есть еще кое-что, что я могу тебе дать. Но за это ты уже законно заплатил и я не могу тебе это навязывать. Верно, Виктор? Ты ведь такой...Хороший. Как бы ты не пытался доказать мне обратное."
- Я хочу, чтобы ты жил. Чтобы у тебя все было хорошо. В том мире, что за дверью, - Матти вздохнула, - Извини, если я тебя чем-то обидела. Я не хотела. Ты стал мне...не знаю, дорог.
"Наверное зря я это сказала. Ну и пусть. Я ведь не солгала!"
Девушка осторожно перехватила одну из рук мужчины и обхватила ее своими тонкими пальцами за запястье. Чуть склонила голову на право и уже более уверенно улыбнулась.

+2

17

- Ничего я не умею.
Насупился зверь, очень гневно зыркая в сторону беззащитной девчонки. Да какая она ещё беззащитная! У неё тоже есть свои боги, только вот, почему они её бросили?! Хозяин никогда не бросал росомаху, это же правильно!
- И врать – тоже!
Зло рявкнул он, оборачиваясь к девчонке. Правильно, ничего он не умел. И ничего не мог. Даже врать. Как позорно и неприятно – ощущать свою никчёмность. Интересно, Лабиену он всегда кажется только дураком?
- Вот и не проси у меня ничего! Рабыням не положено просить у господ!
Выплюнуть эти слова прямо в лицо ребёнку – наверное, это ужасно. Виктор злился и не особо думал на эту тему. Только отшвырнул девчонку на кровать. Он не чувствовал себя никаким господином, да и не являлся им никогда. Виктор тоже был рабом, как эта маленькая девочка. И разница между ними заключалась только в том, что у росомахи был личных хозяин, а у Матти – нет. Всего один единственный нюанс, но сколько проблем из-за него.
- Я всё могу! И тебя убить! И не только тебя, а многих! Всех тут!
Храбрился росомаха, демонстрировал свою готовность и правда напасть на кого-то и растерзать тут же. Но на душе было как-то погано. И тоскливо.
- Вот возьму и убью тебя взаправду! Будешь знать!
Сам Виктор, наверное, по мнению его хозяина тоже совершал кучу глупостей. Но старый гад Лабиен никогда его не пытался убить. Ну да, грозился порой, что вот ещё одна подобная выходка и всё – будет ликан настоящим рабом. На цепь его посадят и выделят конуру возле дома. Или, ещё иногда серчал хозяин, что как выкинет он росомаху на улицу, коль перечить будет, или не слушаться, как приказано. Но никогда такого не бывало. Лабиен только грозился, но не делал. Потому что считал старый гад, что ошибки может совершать каждый, главное их исправлять вовремя. Виктор старался соответствовать, быть таким, каким хотел видеть его хозяин. Но часто случались и неудачи, были невыполненными задания. Иногда по важной причине, а иногда, потому что росомахе вдруг приспичило убить какого-нибудь непонравившегося субъекта, который, по странным стечениям обстоятельств, оказывался ещё и важным свидетелем или нужным Лабиену существом. Ругался, конечно, хозяин. Но угрозы в жизнь не претворял.
- Тебе… не надо, того, извиняться.
Наверное, не стоило так яриться и злиться на девушку. Но росомаха не умел себя контролировать, часто говорил прямо в лоб, не думая о последствиях.
- Не следует.
Кашлянул Росомаха, покосившись на девчонку. Он чувствовал себя огромны и громоздким, как слон в посудной лавке. Маттия. наоборот, казалась ему совсем маленькой и хрупкой. Сломает такую росомаха и не заметит. А про девчонку никто не вспомнит: спишут в утиль, как обычную рабыню. Но она не обычная! Виктор знал это. Так же, как и он сам был совсем не обычным. Он был страшным ликаном, которому давно пора бы оказаться на том свете.
- Я не должен был жить. Давно не должен. Такие, как я, погибают в первый оборот. Я ликантроп. Но ты, конечно же, даже не знаешь, что это такое…
Росомаха горестно вздохнул, залезая на кровать, насупился, потянув на себя одеяло, вместе с девчонкой. Она была простым человеком. Это она должна жить на этом свете, ходить свободной среди себе подобных, а не Виктор.
- Мой хозяин для меня – бог.
Начал тише говорить ликан, теперь ему не хотелось повышать голоса.
- Бог, потому что подарил жизнь и свободу. Потому что всегда помогает. Поэтому я рядом с ним, не предам никогда. Но твоя богиня отняла у тебя всё. Зачем же ты, глупая человечка, продолжаешь верить в неё так упорно?

+2

18

Даже удивительно, как большой, сильный храбрый зверь так...трогательно защищает то, во что верит. Верит всей душой, сутью, да и вообще всем тем, что у него есть. Не может быть добрым? Не может и все тут. И врать не может. Кто ему это сказал? Почему он так думает? Не понятно. Но защищать свою веру мужчина явно собирался до последнего, возможно даже зубами и когтями. Зачем? Кто тут будет с ним спорить? Матти? Матти никогда не спорила. Да, иногда не соглашалась, но только мысленно, чтобы не слышал никто, кроме Богини. Ведь зачем переделывать людей, которые того не хотят. А вот Виктора хотелось. Просто потому, что он был другим. Будто светился как-то иначе, не как все остальные. Но и знала его девушка не намного лучше, чем знала других. Почему же тогда выделила в своих мыслях именно его? Хищника, которого так сразу и так сильно испугался хрупкий эльф? Девушка не знала. Не знала, но верила, что на все воля Богини. Потом она поймет, что за роль суждено сыграть в ее жизнь страшному хищнику. Страшному для других. Матти ему полностью доверяла.
"Просить...никто ни у кого ничего не просит, Виктор. Зачем просить что-то у кого-то? Я пыталась сказать тебе это, но за своими страхами потерять веру в себя, меня ты не услышал. Даже как-то жаль. Но дело поправимое, верно?"
Мысли прервало всего одно глупое касание. Даже не касание, удар. Игрушечной девушке хватило этого сполна, чтобы улететь на кровати, едва заметно сжимаясь на ней, чтобы переждать волной взлетевшую боль. Матти даже язык прикусила, чтобы не вскрикнуть. Звук издавать было не нужно. Виктор не хотел сделать ей больно, девушка была уверена. Так что через несколько секунд темноволосая уже сидела на кровати, честными глазами вглядываясь в Виктора и ожидая пока зверь остынет.
"Можешь, Виктор. Конечно можешь. Я ничуть, ни капельки в тебе не сомневаюсь. Только зачем? Я и так верю, что ты самый сильный, самый храбрый и можешь все-все, что только захочешь. Доказывать это не нужно."
По губам девушки расплылась осторожная улыбка. Может сработало именно это, может зверь остыл уже и сам, но кричать мужчина перестал, плавно сползая к теме извинений. Правда вслух именно этого он не сказал, но явно подразумевал. Сильные мужчины никогда не умеют извиняться, для них это что-то вроде унижения. По неизвестным причинам.
- Я хотела извиниться. Совсем плохо было бы, если бы ты считал, что я хочу причинить тебе хоть какой-то вред. Словами, делом. Нет, я на это не способна.
Виктор смутился окончательно, сел на кровать и одним движением подтянул к себе девушку, будто она совсем веса не имела. Матти не стала отодвигаться, лишь осторожно перебралась к мужчине на колени, заглядывая ему в глаза. Она действительно не понимала, в чем таком зверь признается, от чего он должен был погибнуть, что такое оборот...но это было ей не нужно. Она сама по себе была одним большим состраданием для Виктора. По крайней мере ей бы хотелось верить в то, что ее присутствие зверя успокаивает.
"Бедный, бедный Виктор. Как же тебе больно и плохо то на самом деле. Кричишь, рычишь, хвалишься, но в душе такой ад творится, что даже Богиня не разберет, что можно с этим сделать. Как бы мне хотелось тебе помочь. Только чем?"
Матти постаралась держать руки так, чтобы Виктор не видел на них расплывающихся синяков. Судя по ощущениям, они были не только на руках, но еще и на плече и животе. Но подобные боли девушке были привычными и не причиняли особенного дискомфорта. А вот мужчина мог бы и испытать чувство вины. Но ее тут не было. Виновато несовершенное тело, а не он.
Темноволосая мягко поймала руку Виктора, целуя сначала запястье, а затем и ладонь. Совершенно невинный жест проявления нежных чувств. Третий поцелуй пришелся в шею, туда где билась жилка, полная жизни. Выше девушка не рискнула, наконец решив ответить на вопрос:
- Потому что ты рядом со своим Богом. А я нет. Я все жду, жду когда она явит мне свое присутствие как-то более явно, чем туманные намеки и подсказки. Но пока все тихо и идет так, как шло всегда. Может ты и не веришь, что она есть. Но пожалуйста, оставь мне эту веру. Потому что больше ничего у меня нет. Кроме этой веры у меня можно забрать все. Понимаешь?
Девушка действительно верила в то, что говорила. Что может быть у человека? Вещи, тело, привычки, вкусы. Все это можно легко забрать, переделать, изменить. Даже внешность. Все. Но только не душу и веру. Иногда Матти думала, что у нее осталась только Богиня. Но обычно сразу после такого беспросветного отчаяния что-то менялось, что-то снова удерживало девушку на плаву.
- Так что не думай, что у меня все так плохо, ладно? Я привыкла так жить, в этом нет ничего страшного.
"Мне не хватает только книг"
Девушка закрыла глаза и бережно обняла мужчину за шею, едва касаясь его губ своими. Если Виктор поймет намек, он легко ответит на поцелуй. Если захочет.

+2

19

Во что же ещё верила эта маленькая, беззащитная и хрупкая человечка? Извинялась перед Виктором. Перед тем, кто мог её убить. Перед тем, кому не нужны были её извинения, её слова и даже она сама. Росомахе не было важно, кто перед ним и для чего он здесь и сейчас. Ликаном столько лет подряд двигали одни лишь инстинкты. Взять, сломать, подчинить, потребить или сразу убить. Какая разница? Разницы никогда не было для росомахи.
- Конечно, ты не способна. Вон, глянь на себя. Худющая, мелкая. Да я тебя пополам сломаю за секунду! И ты говоришь о вреде мне? Ты глупая.
Может быть, эта девчонка ещё верит в странные сказки, придуманные людьми? О том, что полнолуние влияет на таких, как Виктор. Оно не значило ничего. Он был зверем круглый год, из года в год. Так складывались десятилетия. А десятилетия медленно превращались в нечто большее. И всю свою жизнь росомаха жил так, как привык, как умел. Ему не нужны были сказки глупых людишек, чтобы понять, когда он хочет крови, а когда ему пора спать. Как ориентироваться на местности и что делать, чтобы выжить в лесу, не сдохнуть с голоду и от холода. Для него это было лишь инстинктом. Людям же свойственно примерять чужие шкуры, пытаться понять тех, других, отличных от них, заставить их стать похожими на людей. Какая отборная глупость! Зверь никогда не станет человеком. А человек – зверем.
- У тебя ещё есть жизнь. Если я отниму её у тебя – не станет и твоей богини.
Виктор посмотрел на девушку, склонив голову на бок, ухмыльнулся ей клыкастой улыбкой. Какая она всё-таки маленькая и хрупкая. Чуть сильнее сожмёшь – ведь раздавится. Разлетится на мелкие кусочки и не будет больше Маттии. Останется только мусор, который уберут из этого номера, как и много раз до этого. Виктору стало грустно от того, о чём он думал сейчас.
- Каждый привыкает к чему-то. Жить. Делать. Надеяться. Ждать. Каждый выбирает своё. И я лучше сдохну за свои идеалы, чем помру без цели.
Идеалы. Какое-то странное слово. Виктор забыл, откуда оно у него взялось. Идеалы принадлежали его хозяину, у росомахи были только приказы. Он считал правильным их исполнять так, как скажут. Поэтому зверь думал всегда о хорошем, а мочил – кого прикажут. За это Виктору полагалась сытая жизнь и похвала его хозяина. Его это полностью устраивало. Он неосознанно рыкнул, и едва не ударил девушку, оказавшуюся совсем рядом, опасно рядом, в последний момент остановив уже сжатый кулак. Она не понимала, куда лезла. Может быть, даже хотела, как лучше. Глупая человечка. Кто же лезет в пасть к зверю, способному убить тебя одним ударом?
- А ты скорее сдохнешь от голода или из-за того, что тебя кто-то сломает.
Виктор грубо прижал к себе девушку, отстранившись от поцелуя. Всякие эти нежности грубому ликантропу не нравились, его тошнило от такого.
- Не бойся. Ты не умрёшь сейчас. Может быть – позже. Но не сейчас.
Глядя девушке в глаза, Виктор рассмеялся. Ему почему-то было смешно смотреть на Маттию. Он не понимал, что ею движет, что ей правит. Девчонка говорила про богиню, но росомахе было не интересно, существует ли она.
- Не хочу слушать.
Грубо прервал Маттию зверь. Рабынь снимают не для того, чтобы с ними разговаривать. Виктора хозяин посылал в Клуб, чтобы он "отдыхал", отнимая жизни у тех, кто не может сопротивляться. В этот раз он не хотел убивать. Не эту девчонку, не сейчас.
- И тебя - не хочу.
Виктор встал, направился к двери. Он злился на глупую человечку, и на себя тоже злился. Не стоило ему приходить. Хозяину всегда виднее, когда росомахе требуется пойти в Клуб. А он, дурак, попёрся сам.
- Тебя заберут утром.
Грубо объяснил ликан, не глядя на девчонку. Эта ночь была оплачена, росомаха не страдал жадностью, чтобы возвращать свои деньги. Тем более, трахнуть девку он мог и насильно. Но не захотел. потому что... Потому что эта маленькая, хрупкая человечка, заслуживала совсем иного, более лучшего отношения, которое не мог дать ей грубый ликан. Он вышел из номера, закрыв за собой дверь, оставляя Маттию там, откуда он не мог её забрать. У неё есть своя богиня, так что - справится. Виктор умел убивать, а не любить. Со зверем шутки плохи, но даже они способны на чувства.

Отредактировано Виктор (16.06.2016 20:13:59)

+1


Вы здесь » КГБ [18+] » Осень 2066 года » [20.10.2066] Случайных случайностей не случается.