КГБ [18+]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » КГБ [18+] » Осень 2066 года » [12.11.2066] Снег над океаном


[12.11.2066] Снег над океаном

Сообщений 31 страница 33 из 33

31

- Я слушаю.
Решил согласиться на требование, а ведь это было именно требованием, эльфа. Лабиен пододвинул удобнее бутылку с коньяком, чтобы можно было наливать в стакан, не делая лишних движений, плеснул себе спиртного, всё так же продолжая следить за остроухим королём внимательным взглядом.
- Сын? Да вас послушать, так вы вообще все родственники. Сватья, да братья. И откуда у тебя сын? Ты не упоминал о нём никогда при мне.
Верить Лабиен не был обязан, да и не хотел он верить эльфу, видя в его словах лишь ложь, только ненастоящую причину, которую использовал остроухий, чтобы давить на самого Паука. Не ту жертву выбрал Трандуил.
- Вот и не спорь.
Отмахнулся разом ото всех слов собеседника вампир. Он прислушивался к этому эльфу слишком долго, и теперь получил то, о чём некогда предупреждал Цепеш. Трандуил не остановился на достигнутом, он продолжает требовать, раз за разом находя причины для того, чтобы прийти к Максу с некими требованиями, либо просьбами, которые ни к чему Пауку.
- Ты сам. Есть, верно. Но кто ты есть? Точнее спросить – что ты есть, эльф?
Никому и никогда не следует доверять. Это простое правило вывел для себя Макс ещё в очень юном возрасте, и далее, по жизни, придерживался его.
- Сделка, Трандуил, это выгодное действие хотя бы для одного из двоих, её заключающих. Но в этом случае, оно никому не выгодно. Мне нужен ты на том самом месте, куда тебя определили, а не здесь, в Клубе. И мне не нужны твои семейные разборки. А тебе нужна свобода и королевство.
Лабиен напоминать постоянно об этом Трандуилу не нанимался. Он уже хотел свернуть этот разговор, встать и уйти, и пусть эльф поймёт, что его ошибки никто исправлять не собирается, но тут зацепился взглядом за эльфийку. Максимилиан часто требовал непоколебимого спокойствия от своих подчинённых, спокойствия и верности решений, но почему-то именно в этот момент, молчаливое остроухое создание раздражало. Лабиен вспомнил Цепеша, который вообще при виде эльфов бесился, как ненормальный. И вдруг разозлился сам. Остроухие твари проиграли войну. И это Паук даровал им свободу, позволил им выжить и жить дальше. Что он получает взамен? Очередных рабов, просто блядей, которыми и так набит Клуб до предела.
- Что, соскучился по цепям?
Сосредоточенно глянул на эльфа Лабиен, зло ухмыляясь тому в лицо.
- Ничего. Это бывает.
Сухо сообщил вампир, поднялся со своего места, бесцеремонно схватив эльфа за руку. Грубо вздёрнул того с места, увлекая за собой.
- И карту свою отдай секретарше – пусть погуляет, тебе-то она больше не понадобится. Всё верно. Свободу народу, но не его правителям!
Макса всегда забавляли нестандартные ситуации. Но в этот раз он именно злился на этих эльфов. И на Трандуила, и на его секретаря, что абсолютно не понимала, куда она попала, перед кем сидит, и на что вот прямо сейчас подписался её основной защитник. Её, и всего остроухого народа. Король эльфов успешно балансировал между интересами его покровителей и своего народа. Ему многое удавалось, но в этот раз он оступился и угодил в неприятности. Возможно, даже не по своей вине. Вампир предполагал, что в ошибке отправленного товара поучаствовал кто-то из Корпорации. У Трандуила там было слишком много конкурентов. Многие предпочитали видеть Средиземье как свободное место для отлова рабов и добычи полезных ископаемых, а не суверенное королевство. Но Тени решили иначе, и остальным пришлось подчиниться. Теперь же, Лабиен не пощадит провинившегося, а народ не защитит Короля, не вступится за него. Народу вечно плевать на монархов, им подавай свободу, да хорошую жизнь. Неизвестно, на кого Макс злился сильнее – на Трандуила или его подданных. Эльфийку заботило прошлое, она думала лишь о том, как бы упрекнуть своего покровителя, указать на его несостоятельность, найти его ошибку. Лабиен ненавидел таких подчинённых. Он видел в них потенциальных предателей. И он непременно посоветует эльфу избавиться от девчонки, как можно скорее. Когда решаются судьбы государства, когда ломаются жизни целых народов, нет места для осуждения тех, кто встал в такое сложное время у руля, кто сделал хоть что-то, чтобы позволить кому-то выжить. Трандуил решил не жертвовать чьими-то жизнями, хотя ему этот вариант был подвластен. Он жертвовал собой. Единственным, что действительно принадлежало ему – своей жизнью. Эльф опять сделал правильный ход, даже в полностью проигранной ситуации. Лабиен усмехнулся, понимая, что в его же игре, по его же правилам, умудряются выигрывать другие. Жизнь Владыки очень дорога. И Трандуил об этом знал. Он знал и ещё кое-что…
- На чьи жизни ты меняешь свою? Их доставят в номер, в который мы с тобой и отправимся. Оформим документы. Заключим сделку.
Лабиену совсем не сложно было найти правителя эльфийских земель. Куда сложнее найти того, кто сможет ими править.

+3

32

Быть такого не может, чтоб и предложенный Трандуилом вариант не заинтересовал бы старого кровопийцу. Ведь, Король был уверен, что предложи он себя взамен племянников, что-то изменится и появится хотя бы мизерный шанс для двух юных эльфов выйти из Клуба, вернуться домой. Но снова отказ и недоверие в ответ на откровение о том, что один из мальчиков его сын. Да, Трандуил не говорил об этом ранее, но ведь, он и сам узнал об этом совсем недавно. Его не в чем упрекнуть. Разве что, в излишней наглости и самонадеянности, с которыми эльф минутами ранее потребовал выслушать его, но не в лжи точно. И уж точно не Максимилиану. Впрочем, как и не глупой девчонке Регинлейв, о которой, увлеченный собственной яростью на ситуацию, Трандуил напрочь позабыл, и голос которой болезненно оцарапал его сознание претензиями, что в какой-то момент перестали волновать мужчину. Вместо ответов, дева получает только лишь взгляд в свою сторону, равнодушный и, привычно для Короля, холодный, после которого эльф предпочитает снова закрыться. Возможно, даже в последний раз, чтоб более не пускать племянницу, что не понимает что же будет дальше, в свои мысли.
- Незачем меня дергать, я и сам могу, - Трандуил произнес это раздраженно, освобождая свою руку резко, порывистым движением извлекая из кармана обозначенную ранее кровопийцей карту и небрежно оставляя ее на столе, но все же направляясь вслед за Максом. Он буквально чувствовал, как нервы натягиваются тугими струнами, каким звуком внутри отдается злость на себя самого и свое отчаяние, но и сейчас, как много раз до этого, когда его жизнь, казалось, висит на волоске, он не видел своего конца. Не так и не здесь прервется его путь, и свобода, подаренная ему когда-то, что в сущности всегда являлась не более, чем просто иллюзией, не исчезнет. А, даже, если сейчас эти ощущения обманывают его, то так тому и быть. Во всяком случае, он сделает доброе дело, то, что, как ему виделось, обязан совершить. Ради собственной совести, ради безвозвратно ушедшего прошлого и любви, на которую у него никогда не было права. И, быть может, его даже запомнят, кто знает.
- Двое юных эльфов, их имена Леголас и Лайрэсула. По информации, что мне удалось узнать, они прибыли в Клуб с крупной партией товара двадцать четвертого октября, - сообщил эльф уже в холле у лифта, а после умолк и тяжело вздохнул. Всякое слово сейчас давалось с трудом, а неизвестность, которая поджидала в номере, куда должны доставить и племянников, совсем не пугала, раскрашивая эмоции обреченностью, легкой и простой, когда везению его все же должен был наступить конец.

+1

33

Выдохнув сквозь стиснутые зубки, Регинлейв непонимающе взглянула на господина Лабиена, пытаясь осмыслить его фразу о свободе. Почему-то до этого мгновения она была уверена, что первым делом дядюшка предложил для обмена ее. В конце концов ее согласие Владыка уже получил, этот вопрос казался эльфийке практически решенным и возвращаться к нему в мыслях ей не хотелось, слишком болезненной оказывалась эта тема. А переговоры могли вести... не вслух, щадя ее чувства, хотя в случае положительного решения... Значит не предложил? То есть совсем, а не получил отказ и уже после него предложил себя? Нет, определенно, для одного вечера слишком много... всего. Эльфийка почти не видела, как ушли патриарх и Трандуил. Не было сил возразить, не было сил смотреть и не могла она сама предложить другой обмен, ибо обманом стало бы такое предложение еще на стадии обдумывания. Тяжело давалось ей пребывание здесь в качестве гостьи, а уж остаться здесь навсегда... Те сцены, что видела она целую вечность назад на заводе... То, что попалось на глаза уже здесь, вскользь, мельком, пока она пробиралась к брату - все это вместе отпечаталось в памяти и вызывало отвращение на всех уровнях. И тело само найдет нужную точку и проживет она в новом статусе не долго - ровно до первого... прикосновения. Нет, она слышала, как тут ломают и как сломленные соглашаются на все. Но и в этом случае был нюанс. То, что открылось ей накануне. То, о чем она так и не решилась поговорить вчера с дядей, очень уж поздно они все возвратились. А утром не успела. Может и к лучшему.
    Новый выдох и эльфийка поднимает взгляд на официанта, который, оказывается, забирал дядину карточку для оплаты заказа и вот сейчас подошел чтобы вернуть ее обратно. Интересно, сколько она так просидела? И где сейчас дядя? И что с братьями? Вопросы множились и нестерпимо хотелось и правда воспользоваться полученным пропуском, да пойти следом за ушедшими вампиром и Трандуилом. Но вовремя ли, аль невовремя вспомнилась ей та далекая теперь встреча в вампирском лагере. Помнилась она смутно, ибо сознание только очнувшейся после ранений эльфийки мутилось и путалось, но деталей все равно хватало. Как сперва измывались патриархи над дядей и до какой крайности недоволен был родич любезный, что Регинлейв оказалась свидетельницей тех унижений. И позднее, уже в палатке, снова она была лишней в беседе господина Лабиена и Трандуила. И теперь, фоморы побери, снова она оказалась не там и не тогда, когда нужно. Словно рок над ней висит, словно мстят ей духи за измену своему народу и службу, пусть недолгую, ненавистным кровососам. Вздрогнув от резкого звука, эльфийка не сразу поняла, что это скрипнули ее собственные стиснутые зубы. Нет, определенно, ей надо было брать себя в руки. Достав из сумочки один из чистых конвертов, что носила она теперь с собою постоянно, эльфийка салфеткой смахнула в него дядину карточку - почему-то не хотелось даже прикасаться к этому предмету - и запечатав конверт своей личной печаткой, сунула обратно в сумочку. Решение пришло и поднявшись, эльфийка покинула и бар и, чуть позже, самый Клуб. Смутно запомнилась ей процедура возвращения гостевой карточки и получение вещей. Не запомнила она, как вновь закуталась в пальто, как вышла наружу.
    Очнулась Регинлейв уже на стоянке, но бросив короткий взгляд на дядину машину, внезапно поняла, что компании сейчас не желает категорически. Чахлый сквер, тонущих в сумерках, оказался спасением - из него было видно и главный вход и стоянку, а значит она не пропустит выход... Кто бы там не вышел. Гуляющих в этот час было не много и ее никто не цеплял. А мысли все крутились, многочисленные, беспорядочные. Воспоминания о том дне в лагере опять вспыхивали яркими картинками. Точно, тогда все измывательства были... Ну чем-то средним между наказанием и испытанием, что ли. Проверкой. Тогда дядя, еще в фургоне у господина Доминика, говорил, что провалил задание. Но теперь... Эльфийка взглянула на замерзшие руки и спрятала их в карманы, нахохливаясь на лавочке еще сильнее. Теперь дядя пришел к... другу? Так он думал, отправляясь сюда безо всякого запасного плана? Пар клубами вырывается из побелевших губ и Регинлейв прячет нос в шарфе. Холодно, но зато нет тех давящих стен, беззвучных криков, что разрывают душу и разум. Итак, Трандуил приехал сюда с единственным планом, попросить помощи у того, кого считал покровителем и другом, а получил... Новое испытание? Или все серьезно и из дверей бросающего в дрожь одним своим видом здания выйдут только братья? Или вообще никто не выйдет... Ну, фигурально выражаясь, кто-то конечно выходил оттуда и входил, вот прямо сейчас какая-то подвыпившая компания шумно толкалась в дверях. Но никого нужного видно не было. А ей оставалось только ждать. И пытаться понять логику этих чуждых существ, что питаются кровью и пьют души. Придется поучиться.
    А вот о том, что раз оступившийся, оступается потом не раз, эльфийка старалась не думать. И о том, что она, как и брат, может оказаться не дочерью своего отца - тоже. Это было уже за гранью всего мыслимого и грозило окончательно уничтожить ее и так распадающуюся на осколки душу. Нет, об этом она думать не будет. Во всяком случае - сегодня. Все завтра.

+3


Вы здесь » КГБ [18+] » Осень 2066 года » [12.11.2066] Снег над океаном