КГБ [18+]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » КГБ [18+] » Осень 2066 года » [11.11.2066] Быт и нравы эльфийских монархов.


[11.11.2066] Быт и нравы эльфийских монархов.

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

Время: 11 ноября 2066 года.

Место: один из дорогих ресторанов АБ, время ужина.

Действующие лица: Этайн, Трандуил.

Описание ситуации. Владыка возжелал отужинать, тщательно подобрал себе для этого заведение и... решил, что ему не помешает охрана. Или спутник. Или просто захотелось понаблюдать за дикаркой в приличном людном месте, совместив приятное с приятным. Кто знает, что взбрело в буйну голову Его Величества, но на ужин он отправился в обществе Этайн.

+10 ZEUR начислено всем участникам эпизода.

Отредактировано Этайн (02.04.2016 16:52:39)

+4

2

Собственно говоря, ничего такого особенно в буйну голову Его эльфийского Величества не взбредало и расправившись с делами этого дня, Трандуил всего-навсего решил поужинать. Не все ж заботами королевскими питаться, нужно и о себе любимом подумать, а то ж, такими темпами кончится король, чего эльфу совсем не хотелось. Ведь, он только начал входит во вкус, чувствовать себя на своем месте и принял случившиеся перемены, не только как что-то необходимое народу, но и ему самому. На завтра было назначено несколько встреч, основной из которых Трандуил видел все же визит в Корпорацию к старому Гаду, но не только с отчетами о проделанной в Средиземье работе, а по личному вопросу. А что же сегодня? А сегодня ужаснейше не хотелось оставаться в отеле, чтоб не предаваться невеселым мыслям о судьбе племянников, о судьбе Зеленолиста, поэтому ужин, на который и ходить-то далеко не надо, ибо в гостинице, где остановилась делегация эльфов Средиземья, имелся восхитительный ресторан. Вот только, с компанией на вечер оказалось сложнее, ибо племянница ненаглядная жаловалась на усталость и головные боли, что последнее время все чаще беспокоили эллет, отчего было решено оставить ее в одиночестве отдыхать, а в качестве спутницы на прогулку Трандуил выбрал несравненную воительницу. Но, и здесь нашлись свои сложности, что путем долгих препирательств и даже, о Дану, уговоров удалось решить, все же засунув непокорную воинственную деву в платье. А если быть точнее, то в чудесное темно-синее платье футляр с длинным рукавом и классические замшевые сапожки, старательно и почти любовно подобранные для Этайн, еще до отъезда, специально нанятым старым кровопийцей для Короля стилистом, которому явно не хватало работы только лишь с Трандуилом, отчего он и охотно брался за подобные, почти невыполнимые, задачи по приведению дикарок в вид соответствующий не только Королевству, но и Алмазному Берегу. Правда и ему не удалось справиться с ослиным упрямством воительницы, потому что к выходу та была хоть и одета, но причесана по-прежнему - с кучей невероятных конструкций из сложнейших косичек, что, на удивление, вполне неплохо гармонировали с одеждой, её и его строгим костюмом. И как бы то ни было, а Трандуил был вполне себе доволен результатом и по такому случаю все же решился на путешествие чуть более дальнее чем прилегающий к гостинице ресторан, поэтому перед выходом захватил с собой пальто для Этайн и свой, почти привычный по предыдущему визиту на АБ, черный классический редингот.
- И что же у нас по программе сначала - прогулка или ужин? - уже в лифте поинтересовался эльф у своей спутницы. Спокойно, с легкой улыбкой на губах и подозрительным, после тягот уговоров, умиротворением в мыслях, обращаясь к девушке не как к рядовой охране, а все более как к кому-то ценному, - Кстати, выглядишь ты и правда превосходно, - абсолютно искренний комплимент в адрес Этайн прозвучал ровно и непринужденно. Даже почти привычно. Однако, эльфу от чего-то казалось, что воительница все же чувствовала себя не комфортно, что было несколько странно, ведь, на поверку дева не была такой дикаркой, как представлялось всякому при первом впечатлении. Уверенная в себе, умная, Этайн определенно знала, что она красива, а еще все-таки была образованнее многих эльфов Средиземья и умела сносно говорить на, привычном Алмазному Берегу, английском языке, чем в свое время приятно удивила Трандуила, который в свою очередь, после такого сюрприза, утвердился в желании привить деве манеры. Чтоб, возможно, разумеется при собственном желании, в последствии она заняла при дворе должность более значимую. - Хмм, - эльф задумчиво с высока своего роста окинул взглядом воительницу, - Спасибо, что не взяла с собой оружие, оно определённо было бы лишним, - первый этаж, двери лифта распахнулись и Трандуил, оправив на руке свое и чужое пальто, пропустил вперед Этайн.

Отредактировано Трандуил (03.04.2016 12:22:43)

+3

3

Вечер разжег в окнах окрестных домов полыхающие костры заходящего солнца, до распахнутого окна не доносилось шума с улицы, только врывался холодный осенний ветер, принося запахи города, погруженного в свою деловую жизнь. Этайн сидела в кресле, подтянув колени к груди и обняв их руками, и смотрела за окно, наслаждаясь минутой покоя. Редко когда ей выпадала возможность просто посидеть, не ожидая нападения и не дергаясь, что монарх опять может куда-то сорваться и побежать, а ей придется нестись за ним следом, костеря все на свете последними словами. Покой приятной негой обволакивал тело, заставляя глаза закрываться, убаюкивая звуками ветра, успокаивая окружающей тишиной...
Вечер не мог быть прекрасным долго. Просто потому, что в соседнем номере жил мужчина, с некоторых пор ставший личной головной болью полуэльфки, слишком деятельный от природы, да еще и получивший на руки карт-бланш возможностей. Наверное, она ненавидела того, кто отдал Трандуилу столько власти, но, к сожалению, убить этого вампира не представлялось возможным. Пока. Поэтому не прошло и часа после заката, как дверь распахнулась, и в комнату прошествовал... конечно же, Его Величество. Девушка лениво покосилась на него и, тяжело вздохнув, встала, вопросительно склонив голову к плечу. Она даже не раздевалась, чтобы тут же, по первому же движению холеной брови быть готовой пойти куда прикажут. Еще ни разу приказ короля не был ожидаем.
«Сопроводить его до ресторана. Ну да, логично. Не заказывать же еду в номер — это моветон. Лучше пойти по темной улице незнакомого города в обществе полукровки с мечом. Гениальная идея, монарх. Я готова аплодировать стоя».
Увы, реальность оказалась еще тяжелее и предпочла стать крестом с памятной Голгофы, а не всего лишь очередным стандартным заданием, потому что мужчина кристально ясно дал понять, что охрана как таковая ему-де не нужна: видите ли, Столица безопасна сама по себе, потому что находится под охраной Цепешей («мать вашу, очередные древние кровососы?»), а Трандуил им доверяет больше, чем полностью. Зато нужна спутница. На этом этапе воодушевленного монолога владыки Этайн страдальчески вознесла очи горе, но потолок остался молчалив и равнодушен. А дальше стало еще веселее: не дождавшись отрицательного ответа, то есть, по сути, его вообще не было, но молчание — знак согласия, эльф вдохновился своей «прекрасной» идеей еще больше и поведал о том, как его спутница будет выглядеть. В этот момент она страстно сжала губы, пытаясь оставить все свои непечатные слова при себе и успокаивая себя тем, что надо еще чуть-чуть подождать, и непутевый король сам осознает, что и кому он ляпнул. Увы.
- Ужин, - в платье было чертовски неудобно, оно сковывало движения и заставляло идти не привычным размашистым шагом, а обычной походной всех дам Земли, что дико не устраивало конкретно данную представительницу прекрасного пола, но спорить с упершимся монархом было... не то, чтобы глупо, просто бесполезно. Если бы вместо Трандуила была группа вооруженных до зубов кровопийц, то полукровка плюнула бы на бесполезность своей затеи и ринулась в бой, но спорить с этим мужчиной... лучше сразу замолчать, эффект будет тот же, а нервов потрачено — меньше. - Ну-ну, - она решила ограничиться короткой скептической фразой в ответ на своеобразный комплимент и только тяжело вздохнула, резко забирая у владыки свое пальто. Она знала, что она достаточно красива, чтобы считаться привлекательной у противоположного пола, но предпочитала не выпячивать свои достоинства, чтобы привлекать к себе... ну да, меньше внимания. Но сейчас, раз уж ее заставили вырядиться в платье, меч был совершенно ни к чему, он бы только мешался, возьми девушка его с собой, поэтому верное оружие осталось в камере хранения гостиничного номера, а полуэльфка справедливо рассудила, что, раз на Алмазном Берегу так безопасно, с немногочисленной шпаной справится и голыми руками, а в ресторане, если уж на то пошло, есть ножи. - Раз уж вывел меня в свет... не удивляйся, - коротко хмыкнула, поджала губы и огляделась по сторонам, ступая за порог холла, вдохнула поглубже, привыкая к городу, и покосилась на своего невольного спутника, - не удивляйся, что я умею себя там вести, - а как и где она этому научилась, никого не должно волновать. - Пойдем.

+4

4

Не удивляться было сложно. И предупреждению Этайн о том, что она все же умеет себя вести "там", и тому, что девушка минуя, или попросту игнорируя, поворот в сторону ресторана, прилегающего к гостинице, направилась через холл к выходу на улицу. Трандуилу на это оставалось только коротко хмыкнуть и, тоже облачившись в свое пальто, отправиться следом на встречу городу, что даже вечером не отпускал своих жителей из привычной суеты.
Столица Алмазного Берега пахла суетой, поглощенная заботами, повседневными проблемами, в которых и была жизнь этого места, скованная каменными джунглями. Впрочем, в это время и поток автомобилей был меньше, и людей, что вечно озабоченные спешили куда-то, поэтому эльф даже чуть свободнее, чем то бывало днем, вздохнул, оглядываясь по сторонам и, встретившись взглядом с водителем, предоставленным ему Корпорацией, коротко качнул тому головой, давая понять, что сейчас Его Величество, он же служащий высшего звена, желает пройтись пешком.
- Твоя просьба, - ведь, как показалось Королю, это была именно она, - не удивляться находится за гранью моего понимания. Что меня ждет? - он поравнялся с девой, предлагая той взять себя под руку, - Уж очень любопытно, - Трандуил рассмеялся, чуть замедляя шаг - спешить, в сущности, было некуда и, раз уж они вышли, то далеко вести свою спутницу он не собирался. Разумеется, взглядом все же подмечая, что Этайн чувствует себя не столь комфортно, как обычно. Однако, и такое положение вещей, в виду того, что говорили об Этайн и как она славилась среди эльфов, тоже удивляло безмерно. Всем, буквально каждому, неизменно казалось, что кровожадная полукровка обычная дикарка, которую вырастили волки, и что умеет дева-воительница только лишь убивать. С особой жестокостью, разумеется. А интеллектом полуэльфийка обделена, не говоря уж о манерах или чем-то бОльшем. Но, за те пару недель, что Этайн состояла на службе в королевстве, Трандуил успел узнать о ней достаточно, чтоб все эти слухи развеялись подобно туманной дымке по утру с приходом солнца. И теперь, мужчину все же интересовало, как и откуда его телохранительница нахваталась таких знаний.
Знаний, что как оказалось со временем, среди эльфов были обычным делом, и только старики в некоторых общинах на Севере, закостенелые в желании сохранить традиции, ограждались от чего-то нового.
- Помнится, я уже спрашивал тебя по приезду, но ты так и не ответила, откуда столь неплохо ты знаешь язык, что в ходу в вампирских и человеческих землях? - он на мгновение лишь задержал взгляд на лице Этайн, едва ли заметно улыбаясь, а потом внимательно оглядывая улицу, что подобно книге, раскрывалась перед ними. Недолгая остановка, что длится промедлением в несколько секунд и дает возможность извлечь из памяти моменты предыдущего своего пребывания на АБ, а далее и сообразить, что буквально за поворотом находится чудесный ресторан западно-европейской кухни, где он бывал вместе с Лабиеном.
- Расскажи мне, ты общалась с короткоживущими, быть может, как и другие, гостила среди них? - голос эльфа звучал мягко и совсем не требовательно, в отличии от того, когда он предлагал воительнице нарядиться к ужину. В конце концов, они всего лишь прогуливаются и беседуют.

+3

5

«Вот упрямый монарх. Я же уже столько раз промолчала в ответ на его вопросы. Почему он опять и опять их задает? Неужели так важно, чему когда я научилась?»
Этайн взяла мужчину под руку и устало прикрыла глаза, привычно потирая переносицу. Она устала от попыток узнать ее получше, устала от того, что к ней назойливо лезут с расспросами, пусть и не добавляя в голос менторских ноток приказа. Раньше такого никогда не случалось, ее предпочитали вообще не задевать, прекрасно чувствуя, что она не просто девчонка — она комок ненависти, сжавшийся в ожидании возможности нанести удар словом или делом. А этот все спрашивает и спрашивает, навязывает свое общество, поучает. Поначалу было неприятно, хотелось сбежать куда-нибудь в темный уголок, потом привыкла к ровному баритону Трандуила, и теперь осталась только усталость от обилия его слов.
«Если он считает, что я буду рассказывать ему все только из-за того, что он спас меня от плахи, то монарх еще глупее, чем я думала. Хах. Он-то не отстанет. Вот привязался».
- Вокруг меня летает столько слухов. Не хочется их убивать, - столица Алмазного Берега суетилась, разгоралась огнями, стремясь встретить ночь в красивой одежке, а вокруг мелькали люди и нелюди, озабоченные, деловые, заинтересованные и задумчивые. Никому из них не было дела до странной парочки и их не менее странного разговора, и это устраивало полукровку — не стоит кому-то знать то, чем она жила, сколько бед пережила и сколько раз убереглась от смерти благодаря силе и отчаянному упрямству. Она прекрасно знает, что о ней говорят, как одновременно ей завидуют и ее проклинают, как страстно желают ей смерти, как боятся увидеть ее меч. Но еще она знала, что нашелся дурак, который полез в руки оголодавшего выродка, состроив благородную мину и творя глупость за глупостью, который продолжает совать руки ей в рот, совершенно не думая о том, что у упырьих детей есть клыки. Девушка молчала так долго, что можно было подумать — она не станет говорить, отмолчится в очередной раз. - Моя жалкая мамаша умерла во время родов, оставив меня в лесу на исходе осени. Тогда мне повезло впервые, - все существование ее состоит из сплошного везения. Наверное, Дану развлекается, наблюдая за самой тяжелой судьбой из всех, подаренных ею своим детям, а изредка, когда игрушка уже почти умерла, подкидывает ей маленькую подачку, продляя себе удовольствие. Возможно, полуэльфка ненавидела богиню за это, но черное чувство осталось далеко позади, в горящем особняке клыкастых правителей Канады. - Меня подобрал короткоживущий. Его век был на исходе, чудо, что он не рассыпался пылью, пока дотащил меня до дома. Трудно выучиться чему-то, когда тебе меньше пяти, но я старалась запоминать, а он прекрасно рассказывал, - Этайн чуть заметно улыбнулась — только дрогнули уголки губ и в глазах промелькнуло что-то теплое, совершенно чуждое ей. - А потом следила за забредающими в лес охотниками, слушала и училась. В общине были книги, - правда, далеко не всегда маленького выродка подпускали к такому сокровищу.
«Зря я все это рассказала. Только испорчу своими историями прекрасный вечер. Моя жизнь способна испортить настроение любому».
Она не обольщалась и не надеялась, что владыка ее пожалеет, да и не нуждалась в этом — она уже давно переросла тот возраст, когда жаждут чьего-то внимания и тепла. И разговор, затеянный эльфом, был бессмысленным с самого начала. Но лучше рассказать все сейчас, чем портить когда-нибудь еще много подобных прекрасных вечеров.
- Я не дикарь и не фанатик, монарх. Не стоит каждый раз ожидать, что я схвачу меч, заору и наброшусь на прохожих, - полукровка тихо фыркнула и проводила рассеянным взглядом молодую парочку: девочка цеплялась за руку парня, а тот отводил взгляд и украдкой морщился. - Мне каждый раз смешно от того, как ты дергаешься, стоит только мне шевельнуться в присутствии упырей. Я не привыкла нападать на превосходящего меня противника.
«По крайней мере, так глупо — в лоб. Сделай уже что-нибудь с нервами, а то так и с катушек съехать недолго. А я ведь о тебе, ха-ха, забочусь».

+4

6

Трандуил не надеялся, что его воительница возьмет и начнет что-то рассказывать о себе. Как и многие разы до этого, когда он пытался, по возможности не настойчиво задавал вопросы и умолкал сразу же, как замечал на себе недовольных взгляд Этайн. О, а еще эти сокрушенные вздохи, которые постепенно начинали веселить Короля, что с упрямством осла продолжал лезть со своими разговорами к полукровке. И вот, теперь, она наконец заговорила - о своей жизни, о том как родилась и кто ее растил, о том, что она вовсе (какой сюрприз-то!) не дикарка - а Трандуил слушал. Предельно внимательно, как и привык, впитывая полученную информацию, не перебивая и не отвлекаясь на собственные мысли. Он знал, что жизнь Этайн не была сказкой, или хоть как-то похожа на то, к чему привыкли эльфы - бесконечная забота друг о друге. Эту девушку подобное обошло стороной, почти так же, как и его. Но, более жестоко, хлестко, оставив понимающему мало что дитя лишь ненависть, с которой это дитя, за долгие годы сосуществования бок о бок с эльфами, сроднилось. И Король предполагал, что именно ненависть придавала Этайн сил, позволяя не сломаться. Да, снова же, почти так же, как и ему. Однако, все же, между ними оставалась целая пропасть отличий, которые теперь не имели какого-то значения в том мире, где он по воле древнего кровососа оказался королем, а она - той, кто хранит жизнь дурака, ставшего королем. Трандуил вздохнул, прикрывая на какие-то доли секунды веки, а потом обращая взгляд на Этайн.
- Да, если бы мы с тобой спорили о том, чья история окажется сложнее, ты бы определенно выиграла, - его ладонь накрыла руку Этайн, которой воительница держалась за него. Трандуил не знал, что нужно говорить в таких случаях, да и слова утешения в принципе никогда не давались ему, уж не говоря о том, что Король ожидал чего-то подобного. Но зато эльф знал, что расскажи он кому-то свою жизнь, то не хотел бы далее слышать расспросы, равно, как и слова жалости, поэтому рассудил, что подобное будет лучшим вариантом, - И не беспокойся, я никому не расскажу, что тебя вырастили не волки, - мужчина хмыкнул, улыбаясь абсолютно искренне и в чем-то даже тепло, - А вот обещать, что перестану, как ты это сказала, дергаться - пока не могу. Не так уж просто к этому будет прийти. Впрочем, я постараюсь.
И он правда постарается впредь не проявлять так ярко свои опасения, что и без предупреждения воительницы, начинали постепенно тускнеть и таять. Время и правда в подобных случаях лучше влияет на ситуацию, а Трандуил отнюдь не слепой и давно уж подметил адекватность полукровки.
- О, а вот и ресторан, - бодро и совсем буднично оповестил он полукровку, замедляя шаг у входа, - Надеюсь, ты не имеешь ничего против французской кухни? - эльф распахнул дверь, пропуская вперед свою спутницу.
Ресторан встретил своих гостей приятной музыкой и теплым не ярким светом, что создавал камерную обстановку. Все здесь осталось именно таким, как запомнил Трандуил в предыдущий визит - вежливый гардеробщик, внимательный метрдотель, что поинтересовавшись заказан ли столик у гостей и получив отрицательный ответ, проводил к свободным сегодня местам. В свою очередь эльф уже и не удивлялся тому, как нынче обходительны с ним в столице Алмазного Берега, будто полученная недавно должность служащего высшего звена Корпорации по новой открыла перед ним все двери этого города, а всем вокруг было известно об этом. И это несомненно нравилось Трандуилу, что чувствовал себя не просто комфортно, а на своем месте среди всей этой роскоши вампирских земель.
Официантка почти тенью прозрачной возникает у столика, приветствуя гостей и сообщая свое имя, что для эльфийского слуха звучит слишком просто, и на что мужчина улыбается ей не менее вежливо, принимая меню и обращая взгляд вопросительный, в котором играет улыбка, на Этайн, сидящую напротив.
- Итак, вино или что покрепче? Командуйте, миледи.

+4

7

Этайн не хватит слов, чтобы описать свою жизнь, не хватит смелости, чтобы признаться кому-то, с каким трудом, какой ценой она сейчас жива, не хватит времени, чтобы поделиться той дикой, яростной, убийственно честной бурей эмоций, которой она жила, которой она питала себя, которой она придавала себе смысла существовать дальше. И вряд ли найдется тот, кому захочется рассказать, кто наберется смелости слушать, кому потом не будут сниться женщина и ее окровавленный меч. А если задуматься, то и не нужно рассказывать, не так уж важно заново переживать прошлое, поднимать тот покрывшийся пылью и насквозь прогнивший пласт воспоминаний — они лишние. Здесь, в горящем огнями витрин городе, в толпе беспечных веселящихся людей, когда прошла смута, закончилась война и никому не нужны пережитки прошлого. Полукровка сама — сплошной пережиток, многим кажется, вернее, почти все уверены, что детям войны, таким, как она, не место в выстраданном ими мире. И порой она соглашается, что ей не хватает крови, не хватает ненависти, не хватает того бешеного желания жить, когда немеют пальцы на рукояти меча, а в голове становится пусто до звона. Но... не всегда. Не стоит судить таких, как она, не стоит упрекать в резкости и бесчувственности. Убийцы поневоле — привыкнут, затаятся и не перестанут ждать — чего-то плохого, подвоха, намека. Такие, как она, нужны всегда. Только вот... понимают ли это те, кто так сильно не желает видеть их в мире, наконец-то успокоившемся и начавшем подниматься с колен?
«Если бы я еще знала, что такое французская кухня. Ты совсем дурак, монарх? Где бы я ее пробовала? В гостях у кровососов? «А не желает ли наш ужин сперва подкрепиться чем-нибудь изысканным?» Это даже становится смешно, честное слово. Ну не разочаровывай ты меня так, монарх, хотя бы не сегодня».
Этайн с честью прошла все чекпойнты и вполне элегантно опустилась на выдвинутый ей стул, кивком головы благодаря и отправляя уже ненужную прислугу вон. Осталось, к сожалению, самое нелегкое и успешно скинутое на нее Трандуилом. Последний вопрос вообще ввел в транс, выкарабкаться из которого стоило немалых усилий, а то она так бы и застыла, неловко держа в руках меню и глядя в него пустыми-пустыми глазами. Благо, официантка уже успела раскрыть книжечку на винной карте и выжидательно уставиться на клиентку. Немедленно захотелось взять девчонку за волосы и впечатать лицом в этот самый столик, только чтобы она больше не смотрела так... пристально.
«Спокойно. Все в порядке. Это всего лишь глупый человеческий обычай. И вообще. Пусть сама выбирает, чего это я?»
- Белое шестьдесят второго года, - когда-то какой-то залетный француз на ломаном английском очень хвалил шестьдесят второй во Франции — солнечный, урожайный, прекрасный год для вина. Почему-то именно этот фрагмент отпечатался в памяти на фоне зимнего холода во время очередной отлучки из общины. - И закуску на твой вкус. Пока что можешь идти, - полуэльфка даже не подумала отрывать взгляд от книжицы меню, чтобы одарить им поспешно ретирующуюся официантку, только еле заметно скривила уголок губ. Сейчас Этайн была на уровень выше всей обслуги в ресторане, к тому же, кажется, среди высокородных и вампиров пренебрежение чужой жизнью — не просто мода, это уже стиль жизни. Оступишься, проявишь уважение, и ты уже яркое пятно на фоне общего однообразия, непорядок. - Ты что, действительно привел меня сюда, чтобы вместе поужинать, монарх? - она наконец-то отложила меню и сплела руки на столе, откинувшись на спинку стула, чуть прищурилась, испытующе рассматривая свое горе-начальство.
«Издевается, что ли? Или в очередной раз проверяет? Себе же только нервы расшатывает. Хотя... Не думаю, что он настолько глупый, вот не верю. Тогда что-то задумал. Или и правда меня с собой просто так потащил. Кто первый под руку попался, того и оприходовал?»
Она оторвала взгляд от Трандуила и пристально, цепко обвела им зал, долго ни на ком из посетителей не задерживаясь, но и стараясь никого не пропустить. Старые привычки очень сложно изжить, да и зачем, если во многих случаях они помогают жить спокойно и не волноваться за то, что на твоего драгоценного короля нападут из какого-нибудь темного угла. Охрана столь высокопоставленной и беспечной личности — та же война, только более нервная, в конце концов.

+3

8

Трандуил молча выслушал то, что заказала воительница, не перебивая, только лишь пытливо глядя на Этайн и едва ли заметно улыбаясь. Сколько уверенности в себе, сколько достоинства. Словно она не полукровка, вышедшая из леса, и не дикарка, как о ней говорил всякий, кому на слух попадалось ее имя, а истинная хозяйка жизни, что выросла среди вампиров и привыкла командовать. И даже платье, против которого она так возражала по началу, уже не стесняло ее. Трандуил удовлетворительно выдохнул - ему нравилась женская уверенность в себе, но в случае с Этайн, это качество несомненно было частью образа, без которого воительница стала бы иной. На мгновение стало интересно, какой именно. Впрочем, эльф скоро отбросил эти мысли прочь, расценивая подобное глупостью недостойной внимания. Все именно так, как должно быть и Этайн именно такая, какой нужна этому миру, нужна ему.
Пролистав свое меню и отложив его в сторону, мыслями мужчина на мгновение вернулся в гостиницу, где осталась Регинлейв. Он-то полагал, что эта поездка поможет им сблизиться и исправить тот холод, что начал сковывать отношения между ними еще в Средиземье. Но, нет. Кажется, все остается по-прежнему и она где-то там в одиночестве в гостинице, а она здесь - в компании Этайн, чем ни чуть не недоволен.
- А что в этом такого, моя воительница? - с лукавой улыбкой ответил он вопросом на вопрос, ненадолго отводя взгляд в сторону, на сидящую рядом немолодую пару людей, - Никакой задней мысли, никакого камня за пазухой. Все просто. Мне нужна была компания. Ты против? - очень своевременно - задавать подобный вопрос, когда он в приказном тоне сначала впихнул ее в платье, а потом почти на аркане вытащил из гостиницы на прогулку. Эльф коротко рассмеялся, находя подобное забавным. Исключительно для себя, разумеется, а уж что об этом думает Этайн - она, наверняка, скажет. Если пожелает. Впрочем, Трандуил несомненно солгал бы, если бы сказал, что ответ на этот вопрос интересует его, в отличии от того, что эта женщина с самого первого дня их встречи не перестает его удивлять. Приятно удивлять. Она умудрилась пару раз по-настоящему спасти его жизнь, чем убедить в своей значимости, следом за осознанием которой пришло доверие. Такое нужное в отношениях тела и его хранителя, что в принципе для Трандуила, не склонного верить кому бы то ни было, оказалось делом странным и непривычным. Однако, интересным. Поскольку, это маленькое обстоятельство заставляло шире раскрывать глаза и смотреть на воинственную полукровку, которой чурался всякий в королевстве, с интересом и, возможно, желанием узнать чуть лучше, чем есть сейчас. Если бы еще сама Этайн разделяла это любопытство, а то, по-прежнему Трандуил был для нее кем-то до крайней степени несостоятельным, глупым и вообще не способным ни на что. И это забавляло. Теперь уже, в отличии от первых дней, когда Король злился на полуэльфийку, пытаясь с ней спорить и доказывать что-то. А когда уж все поменялось, мужчина и вовсе не заметил, но определенно начал спокойнее и даже с большей долей снисхождения относиться к Этайн, пытаясь время от времени заботиться о ней. Порой незаметно, порой навязчиво и упрямо, но это работало, и вот уже к этому дню, она начала меньше бубнить что-то неприятное вслух. Трандуил был уверен, что дева воительница просто начала ругать его мысленно, но и на том спасибо. Быть может, когда-нибудь и чем-нибудь он даже добьется ее уважения, а пока и так нормально.
- Этайн, - он произнёс её имя словно бы пробуя на вкус, почти как тогда, когда она вышла из своей клетки и попыталась убить его, - я наивный глупец, что возомнил себя чем-то вроде последней эльфийской надежды - примерно так ведь ты думаешь? Зачем тебе защищать меня? - эльф коротко хмыкнул, подаваясь вперед и сцепляя пальцы в замок, а взгляда внимательного не сводя с собеседницы, и тут же продолжил, не давая деве возможности ответить сразу, - Если все дело в твоей жизни, то ты свободна, - он пожал плечами, - Жизнь за жизнь. Тогда в лесу ты расчиталась со мной. Я не держу тебя.

+2

9

«Против?»
Этайн чуть заметно усмехается, склоняя голову к плечу и прищуриваясь. Монарх молодец, наконец-то додумался до этого простого, но невероятно важного вопроса. Вот бы он его задал чуточку раньше, хотя бы час назад, когда только принес платье, заставив ее свалиться с кресла и так и остаться сидеть на полу с открытым ртом. Она тогда ничего не сказала только потому, что весь воздух от возмущения вышибло из легких, а набрать нового означало вдохнуть поглубже, и тогда бы мужчина услышал столько, что охранять бы его уже больше не пришлось. Нет, ни тогда, ни сейчас она не думала, что король пошел бы и повесился с горя, просто те новости, которые она собиралась ему сообщить, имеют ужасное свойство повергать окружающих в глубокий долгий ступор.
«Ай, что толку ему что-то говорить. Неисправимый наивный дурак. И, о Дану, я, кажется, начинаю с этим мириться. Не переделаешь же людей, да? Даже если очень сильно хочется и надо не только для тебя. Эх ты, монарх».
Полукровка смотрит на своего спутника, едва заметно усмехаясь, с непонятной теплотой во взгляде. Впервые и единственный раз она будет так смотреть на короля, единственный раз и никогда больше она позволяет себе так относиться к тому, чью жизнь она взялась защищать. Потому что защитить кого-то от смерти, от боли, от горя означает стать для него тем, на кого он может положиться без опасений и сомнений, тем, кто готов стать безэмоциональным стражем, изъять из души все чувства и лишние мысли — только трезвый взгляд со стороны спасает от роковых ошибок, от халатности, от опасного доверия. Стоит только расслабиться и решить, что теплое отношение монарха к другу небезосновательно, как глаза сами собой закрываются, друг начинает считаться «своим». А оказывается, что все это время он носил под сердцем нож и только ждал подходящего момента. И в тот самым «подходящий момент» верного телохранителя нет рядом.
«У нас вечер глупых вопросов. И как ему ответить? Как и обычно, что он дурак?»
Очень вовремя появляется официанточка с запотевшей бутылкой, изящно разливает вино по бокалам и очаровательно улыбается, обещая, что скоро дорогим гостям поднесут закуску, а пока она желает им обоим прекрасного вечера. А Этайн смотрит сквозь бокал, наблюдает за тем, как отражаются на поверхности белого отблески ламп, выполненных в старом стиле. И думает о том, как же тяжело будет дальше, если этот упертый дурак не будет ей доверять, если он и дальше будет запираться со всяким гостем, выставляя ее за дверь, если он будет бояться сказать при ней хоть слово, считая ее предателем, вынужденным торчать рядом с королем только из-за того, что в противном случае — только смерть.
«Как я это ненавижу».
- Мне плевать, держишь ты меня или нет, - она берет бокал за тонкую ножку осторожно, кончиками пальцев, касается его губами, делая маленький глоток, и на секунду жмурится. Шестьдесят второй был и правда хорошим годом для вина. - Я дала тебе слово. Я обещала, что не оставлю тебя одного, что буду хранить твою жизнь. И я выполню свое слово, оно для меня важнее моей жизни, - она так редко говорит и еще реже обещает. Это знают все, никто уже давно не требовал от жуткой полукровки поклясться — она бы все равно отмолчалась. Но тогда... - Ты действительно последняя надежда эльфов, - она ставит бокал на стол и усмехается — привычно едко, немного зло. - Эта война прикончила бы лесной народ, не найдись тогда кто-то, готовый нести тяжелую ношу ответственности, - она не смотрит на собеседника, ее взгляд рассеянно блуждает по залу. Но она серьезна как никогда, она позволила себе говорить в первый и последний раз. Просто чтобы развеять недоверие и непонимание, мучившее ее монарха столько времени. - Единственное, чем я могу помочь — сохранить тебе жизнь, оградить от всех, желающих разрушить хрупкое равновесие. Ты нужен своему народу, ты — та передышка, которая ему так необходима. А тебе нужен надежный защитник, который останется рядом, что бы ни произошло.
«Вот и все. Поэтому я и спасала тебя тогда, в лесу. Не отрабатывая свою жизнь и свободу. Наверное, я отстаивала то, за то сражалась когда-то и во что верю сейчас. Только личные мотивы, только мои мысли. И мое слово. И я его не нарушу. Надеюсь, ты понял это, глупый монарх».

+3

10

Он не обращает внимание на движения официантки у стола, предпочитая смотреть на Этайн - увлеченно, заинтересованно, в спокойном ожидании ее ответа, - и только когда вино наполняет бокал, эльф на несколько мгновений отпускает деву из цепкого внимания своего взгляда. Стоило бы признать, что выбор в сторону белого шестьдесят второго года, оказался верным, вино и правда достойное, но мужчина не говорит пока об этом ничего. Потом, в следующий раз он снова доверит Этайн выбор. Чтобы подтвердить догадки о хорошем вкусе полукровки, или необычайном везении даже в выборе напитков. А пока, после отпитого глотка и благосклонной улыбки будет достаточно. Он откинулся на спинку стула, возвращая взгляд воительнице как раз тогда, когда она начинает говорить, и, казалось бы, замирает в изумлении, что совсем скоро сменяется внимательностью к словам Этайн, за которой приходит и очередное осознание верности случайно сделанного в тот вечер выбора.
Ждать какого-либо признания от этой безрассудной бесстрашной женщины, для которой нет авторитетов в этом мире, не стоило, но что-то внутри Трандуила говорило, настойчиво подсказывая ему, что именно оно это и было. Чушь, вздор! Должно быть, конец света уже совсем близок, если уж и Этайн говорит о том, что названный вампирами Король - это и правда последняя эльфийская надежда. Трандуилу думалось, что он знает ее хотя бы немного, что он за эти несколько недель вынужденного сосуществования бок о бок научился хотя бы немного понимать ее, но нет же. Снова эльф попал впросак, оказавшись самонадеянным идиотом, а она, Этайн, в очередной раз восторжествовала, удивив его. Захотелось рассмеяться. Собственной чрезмерной уверенности, тому, как опять кто-то нарушил спокойный ход его мыслей, этому недолгому замешательству, слишком тесно переплетенному с негодованием. Но, мужчина благоразумно удержался от смеха, проглотив его с разом выпитым бокалом вина, которым удалось унять и удивление, и остальные чувства, что мимолетной тенью отразились во взгляде, направленном на воительницу. Если бы она только знала, что для него значит это недолго откровение. Нежданное, безусловно, в котором для Трандуила было вдохновленное осознание того, что Этайн понимает его. Хотя, это вряд ли, скорее просто поддерживает, и именно от нее, в которой на фоне остальных он видел похожесть с самим собой, это особенно ценно. Мужчина думал, что их с Этайн объединяет в первую очередь нелюбовь к тем, с кем пришлось жить рядом, и кто не понимал их, но оказалось все намного сложнее. Кроме ненависти к эльфам, была и вера, и желание привести гордых сынов Дану к чему-то большему. Он вздохнул, долил вина воительнице и наполнил свой бокал.
- А я, дурак, согласился, - эльф замолчал, ненадолго погружаясь в раздумия - он не желал этой ответсвенности, не хотел власти, не жаждал ее никогда и если бы перед ним выбор стоял иной, то Трандуил тогда, когда по возвращении его Лабиен спрашивал, ответил бы отказом. Но, старый гад, мудрый вампир и виртуозный манипулятор, не давя, не вынуждая, умеет склонять кого бы то ни было в сторону выбора выгодного ему. И если бы Трандуил не согласился принять на свои плечи этот груз ответственности за целую расу, этой расы могло бы и не стать вовсе. Часть мира была бы стерта с лица земли. Наверно, при всей своей взаимной нелюбви с эльфами, Этайн не хотела этого тоже. Наверно, но все же Король был не уверен, в отличии от того, что этот разговор изменит многое. В его отношении к ней. Теперь, к доверию, пришедшему почти незаметно, прибавились уважение и благодарность в адрес полукровки.
- Спасибо, - коротко, предельно серьезно проговорил он, однако не зная, что еще сказать. Почему-то очень часто в подобные моменты откровений - чужих или своих, он оказывался расстерян. Наверняка сказывалась привычка всю свою жизнь запирать чувства внутри.
- Если со мной рядом будешь ты, мои шансы выжить увеличиваются до бесконечности, - он улыбнулся, открыто и почти даже тепло, после поднял свой бокал, салютуя им деве, - За тебя, Этайн. Спасибо.

+2

11

Наконец-то никаких пространных речей в ответ на ее слова — как долго она этого ждала!
«Может быть, монарх все-таки поумнеет? Вдруг я доживу до этого момента?»
Его улыбка, его манера речи, его поведение и дикий, по мнению Этайн, характер — все это не переставало раздражать, хотелось, как тогда, попытаться его убить, оскалить клыки, показать, что она — это она, а не очередная пассия влиятельного мужчины, которую очень трудно заставить вести себя... «хорошо» и «подобающе». Она — не выполненный каприз зазнайки-короля, а его необходимость.
«И почему это понимаю только я?»
Как сделать так, чтобы Трандуил не просто доверял ей? Чтобы он считал ее частью себя, неотъемлемой, ужасно важной, чтобы от нее отказаться. Чтобы не шарахался и не утаивал личную жизнь.
«Какого он от меня что-то скрывает?»
Сегодняшний разговор снова вызвал желание дать монарху по его холеным губам так, чтобы аж зубы треснули. Чтобы он больше не смел с высокомерной миной попросить подождать у машины, а то у него-де с вампиром дела, он не может показывать своего телохранителя. Ему стыдно.
«Хочу обратно то время, когда можно было убивать кого-угодно. Хочу меч в руки и к чертовой матери отсюда».
Этайн вздохнула и с нажимом потерла переносицу, делая маленький глоток из бокала. Необходимо было успокоиться, привести себя в порядок и собраться — нельзя показывать свои слабости, нельзя вообще иметь слабости, когда ты подвизался защищать самого короля Средиземья, единственную, мать его, надежду эльфов на спокойное существование хоть ненадолго.
«А этот гад сидит и радуется. Вот за что он меня благодарит? За то, что я его терпеть не могу, но нянчусь с ним?»
И осталось только откинуться на спинку стула и, прикрыв глаза, сосчитать до десяти. Иногда это помогает. Ну хотя бы унять нервный тик нижнего века, пока что даже не такой явный — прогресс, раньше он был куда заметнее.
«А я так и не поговорила с ним о том покушении».
Стало стыдно, мгновенно: вспомнилось то письмо мертвому отцу ближе к рассвету, когда сон уже отполз на задний план, уступая место нездоровому блеску в глазах и желанию странного. Тогда она, страшно подумать, пожалела, что того выродка-Рейли прирезали, потому что ей было необходимо кому-то выговориться. Держать все в себе впервые в жизни стало невозможно, а все из-за этого радостно лыбящегося эльфа напротив.
«Вот кто меня за язык тянул-то? Дала бы под дых, развернулась и ушла. Что в тот день было не как обычно?»
Она прекрасно знала, что еще не раз пожалеет о данном слове, но ни разу не скажет об этом монарху — не такой судьбы он заслуживает, слишком ему досталось уже, почти столько же, сколько и ей. А может, даже больше, потому что король — это не просто ответственность. Это слишком тяжкое бремя, чтобы нести его в одиночку.
«А помочь ему некому... нет у монарха никого настолько сильного духом, чтобы положиться на него. Только я».
И сразу куда-то делась злость, осталось только странное щемящее чувство где-то глубоко в душе, необъяснимое и вызывающее легкую грусть. Горькие истины понимать сложно, но еще сложнее их принимать.
- И за тебя, - полукровка вздохнула, приподнимая свой бокал и слабо улыбаясь.
«И как дальше жить?»
Смешной вопрос, на самом деле.
«Надо же, впервые задумываюсь о такой мелочи».
Но надо что-то решать. Потом что этот вечер, этот случайный ужин и подлые вопросы вызвали в душе непонятное ощущение... такое вот...
«...чувство, что я его и без слова не брошу. Жалкое зрелище — король без союзников. А перед вампирами нельзя быть жалким».
- И подотри сопли, я не сказала ничего сверхъестественного. Сейчас важнее другое. Соберись, это очень важное решение... Морская или речная рыба?

+2

12

Складывалось упорное ощущение, что Этайн ждала не этих слов, не этой улыбки, да и не его самого. Что, не смотря на все сказанное ранее о том, что она будет его защищать, воительница не была в восторге от этого. Трандуил даже честно задумался на какие-то мгновения, пытаясь угадать причины этих противоречий, в которых ненависть шла рука об руку с верностью, но тщетно. Не знал он Этайн на столько хорошо, чтоб делать какие-то выводы об ее мотивах в выборе своего места рядом с ним. Беспечно полагал прежде, что знает, но воительница всякий раз со свойственной ей непосредственностью случайно убеждала его в обратном. И, если быть честным хотя бы с самим собой, Трандуил не желал узнавать этого, полагая, что ответ в конечном итоге может ему не понравиться. Все складывалось так, как угодно Богине. Дану в тот вечер привела его к клетке, в которой сидела полукровка, и она же устами Этайн решила, что дева-воительница отныне будет хранить его жизнь. "Все случилось так, как и должно быть." Тогда, а сейчас, Этайн своими словами, еще и абсолютно уверила его, и без того самоуверенного эльфа, в том, что кровожадная, как о ней говорили, полукровка, воспитанная волками - это именно то, что ему нужно. Трандуил вздохнул, мягко склоняя голову к плечу, отводя изучающий взгляд от воительница, осматривая зал, отпил вина, на этот раз не так много и позволяя вкусовым рецепторам насладиться чудесным белым шестьдесят второго.
- Потанцуем? - отставив бокал в сторону поинтересовался мужчина, улыбнувшись девушке еще более открыто, но тут же, стал серьезен, - Шучу, - и с этим уточнением весь обратился в внимание, направленное лишь на одну Этайн, что снова стала собой, заговорив на привычном, в общении с ней, Трандуилу грубом хамоватом языке. Судя по тому, с какой серьезностью говорила она, эльф уж было подумал, что его ждет очередная попытка выноса мозга на тему усиления охраны или того, что ее покои находятся слишком далеко от его и недавний инцидент с покушением подтверждает ее правоту. И, быть может, мужчина бы согласился с этим, будучи сейчас в приятном расположении духа, вот только, речь пошла совсем об ином. Трандуил вопросительно вскинул брови, ненадолго пораженный серьезностью вопроса, не решаясь переспросить вслух, а потом рассмеялся. Абсолютно искренне, весело, так, как не смеялся уже очень давно, словно лишенный легкости. И так же легко он успокоился, ибо как раз в этот момент вернулась официанточка с закуской, состоящей из фруктов.
- Этайн, - он подался вперед, переходя на шепот, до крайней степени серьезный шепот, что по интонации соответствовал заданному девушкой вопросу, - Как на счет, птицы, телятины или… - он нейтрально улыбнулся отходящей в сторону, но оставшейся поблизости в ожидании заказа, официантке, снова обращая взгляд на воительницу, - морепродуктов? У вас ведь, здесь, подают омаров? Впрочем, - он снова откинулся на спинку стула, беря свой бокал и делая небольшой глоток вина, - Как и прежде, выбор пусть будет за дамой.
На этом эльф умолк, безмятежно взирая на Этайн и ожидая, что же та решит. А потом уж, он раздумывал поговорить с девой воительницей о делах происходящих в королевстве. Раздумывал и пока склонялся к тому, что не стоит портить прекрасный вечер чем-то более серьезным, чем уже произошедшие разговоры и, безусловно, выбор главного блюда.

+2

13

Этайн уже поднимала руку, когда ее ушей достигло заветное «шучу». Рука дрогнула, расслабилась и легла обратно на прохладную ножку бокала. Буря прошла стороной. Нет, она прекрасно знала, что устраивать избиение королевской особы у всех на глазах — не лучшее окончание вечера и явно не пункт из правил этикета, но... почему-то так сильно захотелось, что она просто не смогла сдержаться. Благо, чувство самосохранения у монарха еще не вырубилось напрочь, изредка подавая признаки жизни. Иначе первое, что увидел бы Трандуил после своего неосторожного предложения — вилку у самого глаза. Или еще что-нибудь не менее «приятное» и, без сомнения, железное.
«Успокойся. Вдох, выдох, еще один глубокий вдох. Закрой глаза! Закрой глаза, чтобы не видеть эту наглую рожу. И... еще один вдох, опять выдох. Дыши глубоко и размеренно. Давай, ты справишься, ты молодец...»
Все последующие реплики мужчины прошли мимо ушей полукровки, на протяжении долгих двух минут пытавшейся восстановить сорванное напрочь душевное равновесие. Она всегда старалась быть как можно дальше от всех — не просто блажь, необходимость. А тут приходит один такой наглый и самоуверенный, переступает через все ярко-желтые полицейские ленты «проход воспрещен!» и... он уже почти приблизился к точке «место для самоубийц», потому что она не несет ответственность за свои действия, когда кто-то пытается ковыряться в ее душе и мыслях. Она и так позволила Трандуилу намного больше, чем всем остальным вместе взятым — узнать себя чуть ближе, чем по слухам и собственным предубеждениям. А этот дурной эльф все продолжает и продолжает рисковать, как будто прыгать головой в омут для него — привычное дело, утром вместо зарядки по два раза в оздоровительных целях повторяет.
- Ну ты и заноза, монарх, - Этайн криво усмехнулась и махнула рукой, подзывая официантку. Еще секунда ушла на то, чтобы веером пролистать все страницы и затормозить на одной. - Вот это — моему спутнику, это — мне. И еще бутылку красного тридцать пятого, - это уже — взглянув на винную карту. - И быстро, - взмах рукой, мол, ты мне уже не нужна.
«Эльфы не едят рыбу? Или только монарх?»
Полуэльфка испытующе прищурилась и довольно усмехнулась. Нет, подло заказывать рыбу изнывающему от нелюбви к ней королю она не стала, это было бы слишком жестоко. К тому же, вечер должен продолжаться, раз она успела взять себя в руки до того, как Трандуил вопросил о главном блюде. Поэтому мужчина будет пробовать медальоны из телятины по-милански, но узнает он об этом, только когда ему принесут блюдо и снимут с него крышку.
- Итак, продолжим, - Этайн долила себе и королю вина, снова откинулась на спинку стула и пригубила белое. - Есть еще что-нибудь, что ты хотел со мной обсудить, - не вопрос, а утверждение — у монарха наверняка еще уйма глупых вопросов, которые он так старательно пытается не выдать — это уже по его напряженной мине видно. - Давай поговорим, все равно еда будет готовиться минимум полчаса.
«Я сегодня очень добрая. Правильно. Надо воспитывать в себе терпение. Понемножку, самыми маленькими порциями общаясь с монархом».
Например, можно было бы поговорить о планах привести в рабочее состояние аппарат управления Средиземьем. Полукровка подозревала, что там засело прилично шпионов и казнокрадов, их всех надо было вывести на чистую воду и выставить вон из королевства, пусть ползут к своим работодателям на Алмазный Берег униженно просить прощения и докладывать, что облажались. Или еще можно поговорить о том, что Далвах — та еще змея, не стоит доверять ему всей душой и соглашаться с любыми предложениями. Хотя, нет уж, пожалуй, с этим хитрым капитаном она разберется сама. Скорее всего, они найдут общий язык и безопасность Трандуила можно будет считать... приемлемой. А еще можно поговорить о Регинлейв, потому что в последнее время интуиция полуэльфки буквально орала о том, что с этой женщиной что-то не так. Или... В общем, тем было очень много, все они — организационного характера и достаточно важны, чтобы обратить на них внимание монарха. Но ведь черт знает, что взбредет в голову этому дураку после слов «что-нибудь, что ты хотел со мной обсудить». Опять может чушь какую-нибудь сморозить ведь.

+2

14

Заноза - прозвучало почти как комплимент. Трандуил самодовольно хмыкнул, ухмыляясь. От кого другого он бы воспринял это иначе, а от такой женщины, как Этайн, что не словоохотлива в принципе, да и не ласкова совсем, подобное воспринималось почти как очередное признание в искренности чувств. Взаимных, где каждый из них двоих неизменно пытается испытывать терпение другого. Порой легко и играючи, не замечая этого за собой, порой - намеренно в попытках уколоть и поглядеть на реакцию, но тем не менее, это было. А уж вечер сегодняшний и вовсе оказывался полон открытий. Королю казалось, что выйди они за порог гостиницы, оказавшись на улице, эта полоумная баба непременно вытворит что-то. И она творила. Да, разумеется не так, как сначала рассчитывал Трандуил, а приятно удивляя, радуя его, воодушевляя, заставляя снова думать о будущем, расписывая витражи своих планов, где Этайн определялось весьма значимое место. Пока что было сложно представить, что почти неосознанное доверие в адрес полукровки, что она сама когда-нибудь не пришибет своего монарха, вырастет во что-то большее, но времени у них двоих предостаточно. И быть может, от того, что последние дни эллон все чаще начал заставать воительницу с книгой в руках, тоже выйдет какой-то прок. Вдруг, однажды эта чудная девица увлечется еще и политикой. С трудом, конечно, верится, но тем интереснее. А у него, с такими сюрпризами, есть все шансы полюбить эти самые сюрпризы. Когда-нибудь потом, а пока, он, вполне довольный вечером, ожидает заказа Этайн, раздумывая над тем, о чем бы с воительницей поговорить, тянется во внутренний карман пиджака, извлекая из него смартфон, оповестивший своего хозяина о пришедшем сообщении. Палец небрежно мазанул по гладкому экрану, пробуждая его и Король в мгновение изменился в лице, читая всплывшее сообщение. Вся дурашливость его, что, казалось бы, имела место быть совсем недавно, испарилась, стирая с лица и улыбку, отчего Трандуил стал не просто серьезен, а скорее мрачен.
- Кот из дома - мыши в пляс. Так это называется? - мужчина ухмыльнулся, сначала в руке крепче сжимая гаджет, а затем убирая его обратно в карман. Он не обращался конкретно к Этайн, вопрошая ее, просто так совпало. Гнев на какое-то мгновение пронзил его сознание, будто кто-то опасный выпустил стрелу, наконечник которой был пропитан ядом. Действительно, было ли глупо с его стороны возлагать на эту поездку какие-то надежды по укреплению, или, вернее сказать - восстановлению, отношений с племянницей. Казалось бы ничего особенного в том, что следом за ними с Этайн, прекрасная Регинлейв тоже выпорхнула из гостиницы, отправившись по своим делам, а это всего лишь сообщение о небольшой сумме, которой расплатилась она с карты. Но для Трандуила было важно то, что на ужин с собой он родственницу звал, от чего та отказалась, сославшись на недомогание. А теперь, у нее есть какие-то свои дела в абсолютно незнакомом городе. Он выдохнул, понимая, что начинает теряться в мешанине неприятных чувств, и взглядом цепляясь за сидящую напротив Этайн. Эллон взял свой бокал, молча отсалютовал им воительнице и разом выпил содержимое, предсказуемо не почувствовав вкуса вина. Он ведь видел это, с каждым днем, еще в королевстве, чувствовал, как отношения становятся хуже и перемены были лишь заметнее - словно трещины на мерзлой луже.
- Этайн, помнится, еще в королевстве, ты хотела со мной поговорить о чем-то. О… - Трандуил запнулся, - Регинлейв, - но все же, уточнил, отставляя в сторону пустой бокал, внимательно глядя на полукровку. И взгляд его ныне был холоден, не в пример тому, как эллон глядел на свою спутницу каких-то пять минут назад - с любопытством и веселым азартом. Все верно, он припоминал, тогда он отмахнулся от Этайн то ли в занятости очередной, то ли в нежелании говорить, выставив воительницу за дверь, но теперь, пораженный тем, как легко его Дева-лебедь придумывает что-то, чтоб не проводить время с ним рядом, в это время сама сбегая куда-то, теперь он готов был выслушать.
- Рассказывай, что хотела. О ней, про кого-нибудь или что-нибудь еще. Или, поведай мне, что я делаю не так. Ты же женщина, - он хмыкнул, вглядываясь в блики, играющие светом в стекле его пустого бокала и откидываясь на спинку стула, - Ты должна знать.

+2

15

Этайн медленно подалась вперед и уперлась локтями в стол, уложила подбородок на сплетенные пальцы, внимательно вглядываясь в лицо сидящего напротив мужчины. Его взгляд изменился — стал таким, каким она хотела его видеть всегда, холодным и цепким, злым. Сейчас, невзирая на все свое недоверие и плохое отношение, она зауважала Регинлейв за то, что та всего лишь одной смс, даже не от нее напрямую, заставила монарха настолько измениться. Но это не помешало прищуриться и скептически фыркнуть, морщась от столь абсурдного вопроса. Пожалуй, подобную глупость полукровка услышала впервые за долгие годы, но момент явно не располагал радоваться и, тем более, смеяться, пусть и ехидно, как она привыкла. В кои-то веки Трандуил был настолько в тупике, что пришел спрашивать совета у своего телохранителя. А она именно этого и ждала от сегодняшнего вечера. Нельзя было терять настроение и возможность, учитывая, что один раз ее уже прокинули с подобным разговором. Помнится, после этого она сидела под дверью с таким выражением лица, что проходившая мимо горничная хлопнулась в обморок и пролила дорогущее вино из личных королевских запасов.
- Ты нашел единственное существо, смыслящее в отношениях еще меньше тебя, - она тяжко вздохнула и прикрыла глаза, застыв восковым памятником самой себе. Даже подошедшая с новыми бокалами и заказанной бутылкой красного официантка не заставила полуэльфку пошевелиться. - Мы сами. Иди.
Она еще какое-то время помолчала, сидя с закрытыми глазами и ощущая, как вокруг их столика сгущается вязкая противная тишина, буквально требующая продолжить мысль, озвучить самые неприятные слова. Они наверняка оскорбят или обидят монарха, как пока что все, что вообще слетало с губ Этайн в его адрес, но не сказать сейчас — обречь мужчину на неприятности, навлечь опасность, с которой ей потом и придется бороться.
- Что ты делаешь не так... - полукровка открыла глаза и в упор посмотрела эльфу в глаза. - Ты спешишь. Когда дело доходит до отношений, ты начинаешь торопиться, у тебя не остается времени остановиться и подумать над принимаемыми решениями, - она повела плечом и покосилась на проходивших мимо гостей — старую пару, у которой остались силы улыбаться друг другу и всему миру. Так бывает редко, но для этого нельзя спешить в самых важных вопросах, нельзя допускать ошибки. - Ты так хорошо знаешь Регинлейв, что предложил ей помолвку? Кажется, вы с братом ненавидели друг друга, а она — папенькина дочка. И ты так сильно ей доверяешь, что назначил своим секретарем не задумываясь?
«Как необычно. Я выговариваю ему как провинившемуся мальчишке, а он слушает и не возражает. Монарх и правда в таком глухом тупике, что у него не осталось союзников и верных друзей, кроме меня? Это плохо».
- Ты замечал, что твой секретарь задает тебе слишком много ненужных и личных вопросов? Ты уверен, что все документы, все сделки и самые важные бумаги должны и могут проходить через нее? - доказательств, увы, не было. Если бы полуэльфке удалось узнать хоть что-нибудь, она бы говорила прямо, а так приходится только подталкивать короля к правильным мыслям. Взращивать в нем недоверие, пусть и не настолько сильное, как у нее самой — ей положено подозревать всех, монарху необходимо доверять хотя бы близкому кругу союзников, которых он соберет возле себя. Они соберут. - Я не предлагаю подозревать даже собственную тень, это моя работа. Но поспешность, с которой принцесса стала всем командовать — настораживает. А ты даже не приставил к ней наблюдателя. Эта смс, - кивок в сторону Трандуила, - касается ее, а ты даже не знаешь, где она и что делает, а главное — с кем и что обсуждает. Я уже успела прочитать достаточно исторических сводок, чтобы понять: любой правитель обязан следить за своими подчиненными столь долго, сколько потребуется, чтобы убедиться, что они не предадут. А предают все. Я уже говорила тебе об этом, но ты меня не слушал и выставил за дверь. А теперь не знаешь, где бродит твой личный секретарь, который в курсе всех подробностей твоей жизни. Если вкратце, то именно об этом я и хотела поговорить.
«Не хочу говорить больше, это будут домыслы. Пусть он сам задумается, может, что-нибудь и сообразит полезного».
- Если уж об этом зашла речь, то проверить надо всех, кто состоит на высоких должностях. Если хочешь, я могу заняться этим лично.
Немного шантажа, немного слежки, если понадобится — немного силы и ее репутации. Не бывает так, чтобы живое существо ничего не боялось и не имело слабостей, а играть на них достаточно легко, стоит только узнать. А за долгие годы жизни Этайн научилась не только махать мечом и становиться единым целым с лесом.

+2

16

Губы дрогнули в намеке на вежливую улыбку, хотя Трандуил в этот момент не смотрел на деву-воительницу. Опрометчиво было с его стороны взваливать нечто подобное на Этайн, что сама-то не очень походит на ту, кто без труда может разобраться в отношениях с противоположным полом. Но слова уже сказаны, назад их, как известно, не вернешь, поэтому мужчине остается только выслушать весьма расплывчатую фразу, лишь подтверждающую, что не по адресу он обратился, и извиниться. Молчание и тишина и без того гнетущие обстановку затягивались, превращаясь в бесконечность. Так казалось Королю. Он не обратил внимание на то, как неслышным движением тени скользнула рядом официантка, забирая бокалы и на их месте оставляя иные, как поменялась опустевшая бутылка вина, он собирался уже было и правда извиниться, ссылаясь на нервы, усталость и что-нибудь еще, предложив Этайн перевести тему разговора в менее беспокойное для него русло, но воительница заговорила. А Трандуилу, глупому и беспечному монарху, оставалось только молча внимать ее речам, что с каждым новым словом все меньше нравились ему. В какой-то момент эллон даже почувствовал, как вспыхнул гневом, устремляя суровый и колкий взгляд на воительницу. Это она говорит ему о спешке? Эта женщина, что принимает решения молниеносно, что ведома вперед своими инстинктами охотника, опирается на чутье и интуицию, но при этом не ошибается, что она может знать об основательности, чтоб сметь указывать ему на торопливость в принятии решений. Трандуил недовольно, но при этом тихо, фыркнул, ненадолго опуская взгляд, в котором по-прежнему не было ничего, кроме холода и мрачности, и потянулся к только принесенному вину, наполняя им бокалы.
- В то время очень многое делалось в спешке, - снова надевая маску надменного спокойствия, несколько ленно возразил мужчина воительнице, тем не менее продолжая слушать. И то было правдой. Когда он только узнал о своей должности, когда вампиры на совете одобрили идею строительства королевства для эльдрим, спешки было много, непростительно много. И назначение Регинлейв секретарем прошло незаметно, Трандуил не думал об этом, считая подобное лишь формальностью для того, чтоб прекрасная племянница была ближе к нему, а потом и она показала, что обладает необходимыми знаниями для такой работы. Остальное Короля не касалось, он верил ей. А если быть точнее, просто старался не замечать. Придираться было не к чему, разве что, во всех делах и суете дел королевских, между ними появлялось все больше холода. Но и это, как теперь видел сам эллон, было по душе ему. Он сам запирался с бумагами и делами, он сам проводил время в компании членов Управляющего совета, в нескончаемых совещаниях, рядом с Этайн, этим скользким типом Главой Тайной канцелярии, он искал встречи с Эирвен или же слушал ласковые речи Финдабайр, но и Регинлейв при этом, не стремилась к нему, однако имела доступ ко всем документам. Нет. Трандуил качнул головой, отгоняя навязчивые мысли, что разрастались недоверием, проснувшимся со словами воительницы, и мягким, плавным движением руки взялся за свой бокал. Сообщение, прочитанное минуты назад, словно бы жгло, буквами на чужом языке оставляя шрамы в его сознании. Где она? С кем сейчас? Почему отказала? А сама следом же ушла? Эллон пригубил вина, вкус которого своей терпкостью и сладостью не шел ни в какое сравнение с тем, что готовят эльдрим, но по-своему оказывалось приятным.
- Она просто тебе не нравится, - подвел итог мужчина, пряча за вежливой, в большей степени - холодной, улыбкой свое раздражение, что мешалось с гневом, без труда читавшимся во взгляде, - Регинлейв задает вопросов ровно столько, сколько положено ей по должности. Что же до того, чтоб приставить к ней кого-то, то я уже озаботился этим. Далвах обеспечивает ей охрану и… - он сделал небольшую паузу, отпивая вина, - слежку. Я вовсе не глуп, Этайн, и не слеп. Я вижу, что что-то с моей драгоценной невестой происходит, однако, я был склонен полагать, что это всего лишь переживания за братьев, из-за чего Регинлейв не находит себе покоя. - эллон в задумчивости умолк ненадолго, открыто взирая на Этайн. Сомнения были и ранее. Трандуил вообще был не склонен доверять кому-либо, всегда сокращая круг близких лиц до единиц, но чтоб подозревать свою невесту, эту деву, с образом которой ложь не ассоциировалась никогда - он верно умом тронулся! Или… Мужчина тяжело вздохнул. Или он тронулся умом тогда, когда решил, что эта девчонка, которую он упорно не замечал никогда, глядя сквозь нее, любя ее матушку, что она сможет не просто увлечь его, а стать для него чем-то бОльшим.
- Если у тебя есть что-то конкретное - я слушаю, - снова небольшая пауза в речи, в которую умещается несколько глотков вина, после чего мужчина оставляет бокал в стороне и чуть подается вперед, - Я имею в виду, не только подозрения, а доказательства, - он пожал плечами, на мгновение отводя взгляд в сторону, но тут же, внимательный и цепкий, возвращая его к воительнице, - Ты не подчиняешься никому. Ни Тайной канцелярии, ни Совету управляющему, ты и мои приказы склонна пропускать мимо ушей, являясь в королевстве скорее частной охранной единицей, что остается со мной по собственной инициативе. И чего же ты ждешь? Приказа? Моей просьбы, чтоб начать проверять кого-либо? Письменного дозволения? - эллон вопросительно вскинул брови, улыбаясь. Все верно, уже нечто похожее делал для него Далвах, прося разрешения проверить верхушку власти Средиземья, но, как бы там сладко ни пел Дерек, Трандуил знал, что он за змей, и полагал, что часть информации, собранной главой Тайной канцелярии, все же может не дойти до Короля.

+2

17

«Так и знала».
Этайн закрыла глаза и горько усмехнулась. Если бы у нее были доказательства, не было бы этого неприятного разговора, не было бы сейчас чувства горечи на языке, не было бы гнетущей атмосферы разочарования. Зато была бы Регинлейв, горящая желанием говорить, рассказывать, сдавать всех своих заказчиков и хозяев. Но, увы, звериная интуиция не подводила, а вот уличить эльфийку в предательстве пока не удалось. Поэтому и сидит сейчас полукровка, низко опустив голову и сжав пальцы настолько сильно, что побелели костяшки.
«Молчи, только молчи! Ты умная девочка! Ну помолчи же ты!»
Столько всего хотелось сказать этому беспечному королю, чья корона может покатиться по полу, оставляя за собой кровавый след. Покатиться в любой момент. И кто тогда скажет ей, что она была права? Кто признает, что ее надо было слушать? Кому останется пинать от злости гроб, за которым потянутся вереницы эльфов? И все новые и новые смерти. Когда же этот дурак поймет, что его гордость не имеет значения. Пусть бы он захлебывался бессильным гневом, но его гордость имеет слишком малую цену в этой большой игре, затеянной вампирами. Они жадно следят за каждым шагом остроухого монарха, они напоминают стервятников: все ждут и ждут, пока их жертва оступится. Но когда-нибудь им надоест ждать, и они станут подталкивать гордого эльфа. И вот тогда гордость его возрастет в цене, станет той картой, что побьет расклад эльфийского королевства. И все. Тогда уже ничто не поможет, останется только бессильно выть, наблюдая, как все рушится и горит в огне бойни.
«Не срывайся, не кричи, не злись. Не злись, девочка. Ты умная. Ты жила столько лет. Не надо».
Этайн раскрывает рот, глубоко вдыхает и замирает, затаив дыхание, слушает все замедляющееся биение сердца, отдающееся гулкими ударами в ушах, плотно жмурится, сжимает губы в тонкую-тонкую ниточку. А потом, когда уже совсем невозможно терпеть, резко выдыхает и поднимает лицо.
Улыбка у полуэльфки страшная. Она похожа на звериный оскал, преображающий милое несколько мгновений назад лицо в маску чистейшей ненависти. Высшая проба злобы, грандиозная ярость, которой нет предела. И горящие ненавистью глаза, темные-темные, настолько, что почти невозможно разделить радужку и зрачок. Еще никто не выживал после того, как видел эту часть личности дикой полукровки, еще ни разу она не позволяла себе улыбаться так кому-то кроме жертвы, которую собиралась убить.
- Я ненавижу тебя, Трандуил, - впервые назвала по имени. - Ты не стоишь моей жизни, - голос ровный и спокойный, только изредка в нем подрагивает странная, почти неразличимая нотка болезненного веселья. - Ты жалок. Ты и твоя гордыня. Ты слепнешь из-за нее. Ты ненавидишь меня сейчас, но мне плевать. Потому что ты ничего не сможешь сделать. Но знаешь, - улыбка погасла всего за мгновение, и перед монархом осталась сидеть усталая женщина с пустым-пустым взглядом, - мне тяжело. Ты даже не задумывался, как тяжело мне. Ты не доверяешь мне, ты не слышишь меня. Ты считаешь, что прав во всем. Ты бы погиб уже столько раз, если бы не я. Если бы я не придумывала планы на грани самоубийства, только бы вытащить твою задницу из лужи говна, в которую ты сам же и плюхнулся. Облегчи мне задачу, Трандуил. Верь мне, положись на меня. Услышь, что я хочу тебе сказать. И ты станешь непобедимым. Тебя не сможет одолеть никто, пока ты веришь мне.
«Конечно, мне не нужны никакие приказы, чтобы начать действовать. Даже всю ответственность я возьму на себя. Я уплачу цену за безопасность монарха, сколь бы велика она ни была. Мне всего лишь нужна поддержка. Мне надо знать, что за моей спиной тот, о ком я так забочусь, не немеет от гнева, наблюдая за мной. Так мало я прошу. И почему же... все еще... нет?»
Этайн молча забрала свой бокал и выпила одним глотком, не ощущая вкуса, лишь бы что-то сделать. Потом налила себе еще, помедлила и выпила столь же быстро, отставила пустой бокал на край стола.
«Я еще никогда так не уставала. Даже в клетке было не так ужасно. Надо отдохнуть. Хотя бы один день просто побыть наедине с самой собой. Успокоиться».

+1

18

Изменения в настроении Этайн не укрылись от внимательного взгляда Короля. Он видел, как воительница сначала напряглась, став похожей в большей степени на дикого зверя, видел, как изменился ее взгляд в мгновение превратив ее в единый комок ненависти, готовый в любое мгновение сорваться на него своей яростью. Видел и не боялся. Ведь испугаться ее теперь, для Трандуила означало предать то доверие, что появилось почти неосознанно раньше и подтверждалось сегодня ее и его словами, и в которое Этайн почему-то не верила сама же. Он видел и следующие изменения, что будто бы остудили воительницу, сделав ее менее опасной, но более настоящей и открытой. Никогда, за пока недолгое но весьма насыщенное время знакомства с этой женщиной, ему не приходилось наблюдать ее такой. Всегда словно бы натянутая тетива, прямая и смертоносная в своем напряжении, готовая ко всему, резкая и ранящая всякого, кто подходил к ней слишком близко, Этайн вдруг открылась Трандуилу с иной стороны. Просто женщина, которой тоже не хватало слишком многого в этой жизни, которая однажды закрылась ото всех, решив, что одной проще и легче. Все же, эллон не ошибался в своих предположениях, когда еще у клетки решил, что они похожи. И сейчас, в который раз уж за вечер, воительница удивляла его. На сей раз тем, что просила его довериться.
- Хорошо, - коротко и негромко молвил мужчина, подаваясь вперед и ладонью своей накрывая ее руку, лежащую на столе. И слово это, короткое, произнесенное на родном языке, было согласием со всем и сразу, сказанным Этайн. Разве что, про ненависть он бы поспорил с ней, ибо к кому уж точно, а к этой женщине он подобных чувств не питал. Иногда злился на нее за невыносимость нрава и излишнюю прямоту в обращении к нему, но не более, поскольку искренность, пусть даже и такую грубую, как в случае с воительницей, уважал. - И я прошу простить меня за то, что тебе тяжело. Однако, это твой выбор. Я мог бы повторить, что ты вольна делать все, что пожелаешь, что можешь уйти хоть прямо сейчас, но разве это имеет какой-либо смысл, если ты сама все решила? Поэтому, прости. Легче вряд ли будет. - если бы не ресторан, то быть может, он позволил бы себе чуть больше и попытался обнять Этайн, даже не смотря на риск быть избитым. Но, нет, поэтому только прикосновение к руке, которое пришлось разорвать, чтоб наполнить воительнице бокал. Впрочем, эллон всерьез задумался над тем, что говорила Этайн. Слова, сплетенные в незамысловатые предложения, совсем обычные, но сказанные на родном, эльфийской языке, цеплялись за его внимание, оставаясь в памяти, подобно тому, как якорь удерживает судно на одном месте. Он прекрасно понимал, что будет нелегко, он предвидел бурю, интуиция девы-воительницы ранее не обманывала ее и в конечном итоге Этайн не единожды оказывалась права в то время, как сам Трандуил оставался в дураках. А сейчас, пусть он и испытывал некое подобие угрызений совести перед Регинлейв, но неизменно терял доверие к ней, что здесь, в чужих землях, было более необходимо, чем дома, в королевстве.
- Касаемо твоих подозрений, - налив вина, он сам протянул бокал Этайн, - Я готов слушать. Что ты предлагаешь? По приезду в Средиземье еще раз проверить всех, кто занимают высокие посты? - голос звучит ровно, взгляд серьезен, но в этот самый момент, играя перебором по струнам души, внутри заметает поземкой декабрьский холодный ветер, - С Регинлейв, быть может, стоит поговорить прямо?

+1

19

Дальше вряд ли будет легче... эльф прав, впереди слишком много проблем, которые можно предвидеть, но, увы, невозможно предотвратить, будут и враги, затаившиеся сейчас, будут волнения среди народа, будут подковерные интриги и серые кардиналы. Но это все — потом, и Этайн сейчас была уверена, что в будущем у нее достанет сил свести потери к минимуму, у нее хватит жестокости действовать кроваво и показательно, не просто пугать — приводить в ужас непокорных, загонять их обратно в отведенные им роли, укрощать самых настырных. Сегодня — минута слабости, за которую она себе еще устроит выговор, но все это — для того, чтобы потом стать стальным стержнем, который не даст развалиться всему тому, ради чего так устает Трандуил.
«Мне нужно куда больше силы. Куда больше. Пусть придется заплатить цену, но я уже знаю, что делать».
Она даже не пыталась отнять руки, только положила щеку на вторую ладонь, глядя на монарха с легким прищуром. Вечер медленно возвращался в привычную колею, буря в умах затихала до нового откровения между этими двумя. И полукровка знала, что когда-нибудь придется говорить с эльфийским правителем еще более открыто, и снова вспыхнет ненависть, и снова будут споры, но это все — потом, в том далеком будущем, о котором она никогда не думала. О котором и смысла думать не было, все равно оно было покрыто плотным туманом, через который им, да и всему Средиземью, еще придется пройти, оставляя за собой кровь и плоть неугодных.
- Я все равно собиралась это сделать, от тебя требуется только сдержать Далваха — он не должен вмешаться. Ну и закрывать глаза на мои действия. Пока реакции короля не будет, ни вампиры, ни высшие чины просто не смогут действовать, а если и начнут — это уже будет прямым доказательством их вины, они облегчат мне работу, - Этайн кивком поблагодарила мужчину, принимая бокал и пригубив из него, наконец-то распробовала вкус: немного терпкий, оставляющий на языке привкус лета. Ей понравилось. - Не думаю, чтобы я ошибалась насчет некоторых особ, остальных я проверю только шапочно. И мне нужны отчеты Далваха — пусть и неполные, они все равно ценны. Кстати, - чуть заметная усмешка, - он мог убрать неугодных не тебе, а ему. Это тоже надо учитывать.
У полуэльфки уже был кое-какой план и несколько особо подозрительных чинуш на очереди, но все же необходимо было прошерстить всю имеющуюся информацию, последить за самыми подозрительными, узнать об их семье и привычках... собрать все, что может хоть немного касаться всех работников управленческого аппарата. Если и вскрывать шпионскую сеть, то их же методами, а не только грубой силой.
«Как мило. Чтобы додуматься до такого, мне пришлось вырасти. И сколько же времени на это ушло...»
- Ты не думал порвать с Регинлейв помолвку? Если спрашивать ее напрямую, она соврет. Все врут, особенно в такие тяжелые времена. Если и выяснять, то без ее ведома и ну точно не с помощью твоей обожаемой тайной канцелярии. Легче нанять стороннего человека, никак не связанного с нами вообще — это намного надежнее, чем посылать к секретарю того, кого она прекрасно знает. К тому же, не думаю, чтобы ты не считал Далваха змеей.
«Все проблемы из-за женщин. А что будет, когда она узнает хотя бы об Эирвен? Или... Черт, не хочу об этом думать. Легче и правда уговорить его разорвать помолвку».
- Кстати, - Этайн довольно зажмурилась, вдыхая аромат запеченной в яблоках утки, которую ей принесли, кивнула и приподняла бокал, - за вкусный ужин, - несколько минут в тишине, чтобы распробовать первые кусочки сочного мяса. - Что бы ты подумал, если бы я предложила стать не просто твоим телохранителем, а правой рукой? Я уже успела прочесть все исторические справки, которые нашла, о монархии. И примерно представляю, с какими проблемами скоро столкнется королевство. Кроме того, мне достаточно интересны политические игры. Думаю, к концу этого года я найду, как углубить свои знания в этой области. Не отвечай сейчас. Подумай, - и усмехнулась.
«Не принимай поспешных решений в общении хотя бы со мной. А потом и с остальными женщинами научишься, с помощью Дану».

+2


Вы здесь » КГБ [18+] » Осень 2066 года » [11.11.2066] Быт и нравы эльфийских монархов.