КГБ [18+]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » КГБ [18+] » Осень 2066 года » [12.11.2066] Алкоголь сближает?


[12.11.2066] Алкоголь сближает?

Сообщений 1 страница 30 из 39

1

Время: 12 ноября 2066 года.

Место: Столица АБ: бар, торговый центр, улицы; где-то после обеда и много дальше.

Действующие лица: Этайн, Макс Браун.

Описание ситуации. "Выпьем. И плевать, что ты меня вообще не знаешь". Завсегдатаи бара видели и не такое. А вот для этих двоих происходящее в новинку. Кажется, оно и к лучшему.

+10 ZEUR начислено всем участникам эпизода.

Отредактировано Этайн (22.07.2016 23:55:08)

0

2

Этайн потянулась и направилась прочь от здания Клуба, сунув руки в карманы и насвистывая что-то легкое и незамысловатое. Она сдала монарха на руки местной охране — что-то подсказывало, что эльфу в стенах подобного заведения ничего не сделают, по крайней мере, такому важному для вампиров эльфу. И теперь у нее появилось свободное время: Трандуил будет скучно отчитываться перед патриархом пауков, потом так же скучно договариваться насчет дарования свободы его сыну, а позже — еще более скучно разгребать бумажную и техническую волокиту, которую на него наверняка скинут. От обеда до заката, если не до полуночи, все время — только в ее распоряжении. Деньги в кармане, верный кинжал в удобных мягких ножнах в рукаве куртки, никаких лишних глаз, никаких знакомых. Только полуэльфка лицом к лицу со Столицей. Что может быть лучше?
«Бар или кафе?»
По пути она уже успела забраковать четыре забегаловки: слишком скучно, слишком неуютно, слишком дорого, слишком приметно. И теперь мучительно соображала, где бы ей упасть на ближайшее время и наконец-то расслабиться. Не то, чтобы единственным способом очистить голову от накопившихся мыслей и проблем была выпивка, просто с алкоголем процесс чистки мозгов пройдет гораздо быстрее и эффективнее, чем полюбившиеся научные труды и прочая познавательная макулатура.
«О, пойдет».
Неприметная вывеска, потрепанная временем, выходящие на внутренний дворик окна, полутень в прохладном помещении, широкая барная стойка и столики, разделенные достаточным расстоянием. Да и, судя по вывеске, за одну бутылку виски не придется отдать последнюю рубашку, не считая кошелька и всего более-менее ценного. Да и народу в послеобеденное время, что приятно удивило, было не так уж и много: занято от силы два столика да кто-то сидит в самом углу барной стойки, выцеживая далеко не первый стакан огненной воды.
- Виски, хозяин, - полукровка опустилась на стул за стойкой, выкладывая на нее купюру. Бармен сгреб деньги и выставил взамен заказ, тут же отвернувшись от клиентки и занявшись чем-то своим.
«Пью в одиночестве. Как последний алкоголик без чести и достоинства. Где моя гордость?! Хотя. Черт, не катит. И что делать?»
Первый глоток обжег горло, перехватило дыхание, пришлось потратить несколько секунд на то, чтобы просто не раскашляться от крепости местного виски. Дальше пошло легче, желудок приятно согрело, думать о тяжелой жизни как-то... расхотелось? Хотя нет, пока еще эффект не достигнут. Надо...
- Хозяин, - Этайн запнулась и сощурилась, глядя отнюдь не на бармена, - за одним из столиков сидел приличного вида мужчина, тоже в одиночестве, - ты знаешь, кто это? - кивок в сторону заинтересовавшей ее особы. Бармен пожал плечами и вопросительно посмотрел на пустой стакан. - Ладно. Тогда давай всю бутылку и еще один стакан.
На самом деле, знакомиться с кем-то посредством выпивки было явно не в духе полуэльфки, да и вообще знакомиться с кем-то — не в ее стиле. Но сегодня то ли звезды встали в какую-то особую фигуру, то ли крепкий правильный виски ударил в голову раньше, чем она рассчитывала...
«Что плохого в том, чтобы поделиться с кем-то? Говорят, это чертовски хорошо помогает. В конце концов, монарх говорил — надо начинать общаться с окружающими. Начну с него».
- Привет, - женщина опустилась на свободный стул и легким движением ладони отправила будущему собеседнику чистый стакан, выставила на стол заполученную бутылку. Разлила на два пальца и приподняла свой стакан. - Будь здрав, - сделала глоток и довольно зажмурилась. В принципе, эльфийские настойки были куда крепче самого забористого виски, только вот они откровенно воняли всякими травками, а золотистая жидкость и пилась легче, и пахла ароматнее.
Начинать разговор почему-то расхотелось, так что Этайн просто уложила щеку на ладонь и, прищурившись, принялась рассматривать свою жертву.
- По второй?

+2

3

- Нет, нет, No, non, le, bu, ie. На скольких языках мне ещё сказать «нет», чтобы ты понял, Ларри, что я и шагу не сделаю в твою сторону, когда у меня выходной?
Макс не бесился. Но неспособность его подельников делать свою работу самостоятельно ужасно раздражала.
- So, can't. Love to, but can't.
До того, как из трубки грузно полезли возражения, Браун нажал на сброс вызова и откинулся на стуле. Ох, Ларри, Ларри, мозгов на три чайных ложки. Неужели непонятно, что раз он, Макс, за это фуфло не взялся сам, хотя мог бы триста раз уже приступить, то и соваться не стоит? Ладно, может жизнь чему-то дурака научит. Из тюряги он его вытаскивать точно не станет. Было несколько причин:
1. Макс лицом никогда в органах не светил (не считая продажных полицейских в Латвии), в дальнейшем,  перспектива рассматриваться не планируется.
2. Без присутствия Ларри, доступ к его очаровательной сестре, наполовину испанке, освободится со скоростью падающей кометы. Макс был уверен, что та и сама этого ждет.
Впрочем,  всё пустое. Дуракам везет, может и не попадется вовсе? Надо будет ему тогда выбить зуб и носить с собой. На счастье. Кольцо потом себе сделает, будет друзьям в рожу тыкать, говорить, что обручальное. Закончив свой стакан, Браун прикрыл глаза на секунду, давая янтарному теплу окрасить кровь в огненный и зародить новую жизнь в клетках. Хорошо, очень хорошо, а то в последнее время мерзкая осень даже на него, неисправимого оптимиста, навеивала хандру. Пожалуй, пора бросить все к черту и в Кисловодск ©. Не зря ж так Берлиоз говорил, неглупым мужиком был, пока его трамваем не переехало. С транспортом, конечно, облажался. Неприятность. Ну, коли Кисловодск заменить на Испанию какую-никакую, то выходит безопасно, солнечно, красиво, да и трамваем не переедет. Сплошные плюсы.
Надо бы еще заказать.
Только Макс протянул загребущую руку к стакану, как прямо под пальцами появился второй его стеклянный сородич.
- ???
Вор медленно поднял черные глаза, внутренне подобравшись, но тут же выдохнул. Женщина. Интересненько.
Был у него один такой знакомый, который тоже любил подсаживаться с бутылкой без приветствий. У Макса от него до сих пор шрам за левым ухом рубцевался.
Но в данном случае сходства не было. И слава всем святым.
Преисполненный недоумением, Макс наблюдал, как заполняется виски новый стакан, как незнакомка поднимает свой и залпом осушает его, а потом наливает по второй.
Золотое правило бывшей бедности гласило о том, что на халяву и укус сладкий. Но! Смотря от кого.
Быстро Браун провел полный анализ: от визуального, до морфологического и синтаксического. На клофелинщицу не похожа. На «легкого» поведения девчонку – тоже. К такой подойди с предложениями – лучше сразу сам выходи в окно. Это видно и по развороту строгих плеч и по закаленной стали во взгляде. Суровая такая бабища.
- Truly and utterly…i'm surprised.
Но, почему бы и нет? Макс поднял свой наполненный стакан и залпом выпил. Сморщился. Виски он не сильно жаловал, предпочитая черный ром, но пошло гладко. И ладно. Жестом он подозвал официанта и быстренько заказал закуску.
- Давай по второй, дочь севера. – Согласился, быстро распознав блондинку, как нордическую. Вообще, она и складывала о себе впечатление сурового нордического стоика. Вероятно, на байке рассекает, в рожу бьет без промедления. Он таких в родном городе навидался. Сам по роже получал, пока был молодой и зеленый, как огурчик с грядки.
После второго залпа можно было и представиться. Это не сильно интересовало их обоих, поскольку с первого взгляда Макс понял – подкатывать к красной девице не надо. Себе дороже, если кости дороги. Но зато стало интересно. Впрочем, «дочь севера» ей шло. Пусть такой пока и остается. Посмотрим.
- Виски – дело грамотное. – Как раз принесли закуску и Браун закинул в рот кусочек жареной курицы, вежливо прожевал. – Но разве типичной северянке не пристало пить пенную брагу? – И улыбнулся.

+2

4

После возникновения на столе закуски Этайн просветлела лицом и даже чуть заметно улыбнулась, легко одобрительно кивая — ее благой жест восприняли, в принципе, адекватно. Редко когда случалось, что ее приближение не сопровождалось взрывами паники, ненависти или желания сбежать — раньше ведь она жила в обществе, где любой безошибочно воспринимал в ней полукровку и изгоя и не упускал шанса продемонстрировать свое знание. Сейчас же... наверное, пора было подправлять свои убеждения. И начинать с того, что люди не всегда реагируют на окружающих резко негативно; зачастую таким, как ее собеседник, вообще плевать на все, что происходит у них под носом, а дальше вытянутой руки для них — и вовсе иная вселенная.
«Разве я похожа на типичного норда? Когда меня дед так назвал, было понятно. А этот... Странные. Люди такие странные. И живут так мало. Когда они вообще успевают что-то понять и узнать?»
Полукровка вздохнула и качнула головой, тоже подцепив кусочек курицы и зажевывая оставленный виски пшеничный привкус. Опыта общения с короткоживущими у нее еще не было: этот был первым, с кем она рискнула заговорить. Наверное, сказалось накопившееся раздражение и полутьма помещения, где уж наверняка никто не разглядит ее слишком острых зубов — людям такие даже не наращивают, прикус ведь все равно отличается. Кроме того, в последнее время накатывало такое ощущение... потребности общения с незнакомцами. Вот чтобы высказаться, послушать чужие байки и разойтись: ни имен, ни прочих ненужных подробностей. Все просто и со вкусом.
- На моем личном севере пьют домашние настойки и ликеры. Пенное — для слабых духом, - она усмехнулась и откинулась на спинку стула, грея в руках стакан с будущим третьим кругом. Виски нравился ей чуть больше, чем коньяк и прочие производные, только потому, что ирландскому напитку было чуждо понятие сладости. Сладкий алкоголь всегда казался ей чем-то... по меньшей мере странным. - Почти как Спарта, - тихо хохотнула, вспоминая драконовские меры воспитания подрастающего поколения, которые она лично на себе испытала. Кажется, окажись она в древней Спарте, ее бы не только не сбросили со скалы, но ей бы поклонялись. Увы, север Канады — отнюдь не теплая Греция, там нравы еще хуже. И ценности совершенно другие.
«Итак, пора бы ответить. Что же я могу сказать о нем?»
Этайн понравилась игра в угадайку, ничем не обязывающая, а главное, даже если ошибется, ничего ей не будет — собеседник посмеется и согласно кивнет. Потому что правила уже начавшейся игры не меняют. К тому же, иногда очень хочется побыть тем, кем тебя считают совершенно чужие тебе личности, и, конечно же, интересно, кем ты представляешься в их глазах.
«Наверное, «северная» - теперь мое вечное клеймо».
- И что ты забыл в этом тихом заведении? - полукровка слегка подалась вперед, заинтересованно вскинув правую бровь. Золотистая жидкость недовольно качнулась в стакане, но не пролилась, правда, женщина подозревала, что виски уже успел изрядно нагреться от ее ладоней, так что пришлось отставить его в сторону. Догадливый бармен поставил рядом ведерко с колотым льдом и еще одну бутылку — купюра, отданная при старте, располагала к щедрости. - Здесь для тебя слишком спокойно. М?
«Чем-то он напоминает мне шумного итальянца. Столько криков и бурной деятельности умеют развести только они».
Этайн лениво потянулась, подхватывая щипцами льдинку, поднесла ее к стакану и отпустила, наблюдая, как виски медленно обтекает — завоевывает — подачку. Потом вопросительно покосилась на стакан соседа и, не дожидаясь высказанного вслух ответа, опустила на дно такой же аккуратный обломок. Лед, опущенный в золотистую жидкость, напоминал миниатюрный айсберг. Очень не хватало такого же миниатюрного Титаника.
- Не думаю, что пойду сегодня еще куда-то, - небольшая пауза, чтобы сжевать еще кусочек курицы. - Ты ведь порядочный джентльмен, готовый составить мне компанию? Не думаю, что я ошиблась в своем... весьма скудном выборе, - в голосе — явная насмешка. Действительно, выбирать сегодня было почти не из кого.

+2

5

Пошли вопросы, разговоры, Максу это  понравилось. Атмосфера располагала. Он за это любил ночные города, хоть сейчас и не была ночь. Но ночные города, раз уж вспомнил к обеду, хороши были тем, что самые разные, непохожие люди встречались без продолжения знакомства, делились впечатлениями, историями, скидывали нужную инфу временами. А потом вы расходитесь, но впечатления о вечере остаются приятные.
Сегодня примерно та же хрень, но только днем.
Проследив за тем, как айсберг сначала утонул в его стакане, а затем строптиво всплыл на поверхность, Макс качнул головой и снова поднял взгляд, но с улыбкой уже куда более заинтересованной и доброжелательной.
- Знаешь, как говорят, kiddo? За неимением кухарки, имеют дворника. – Беззвучный смех сопроводил рваный выдох через нос. Вор поднял стакан и сделал глоток. – На кой черт куда-то ещё идти? И здесь нормально. Более того, kiddo, это самое приличное место, когда тебе все осточертело. Поэтому я здесь.
«Kiddo» звучало от него привычно, не сахарно, без патоки флирта. Как слово-паразит. Без уменьшительно-ласкательных, свою кошку, или любую другую женщину он называл так же. Как и любого незнакомого мужчину, Макс называл «приятель».
- Более того, это не самое обычное место. – Аккуратно отшлифованная небритая щека из серии «я еще не бородат, но иду к успеху», легла на открытую ладонь. – Осмотрись внимательно. Это дом бывшего охотника. – Указательный палец свободной руки сначала указал на отнюдь не декоративные трофеи, располагающиеся ближе к барной стойке. – Более того, владелец явно птичник. – Палец на этот раз обличил присаду, находящуюся прямо за спиной полукровки. – Сейчас осень, присада чистая, птицы нет, из чего можно сделать вывод, что он держит либо сову, которая сейчас находится на кладке, либо сокола, который сейчас или на слетке, или на соревнованиях сокольников, которые проводят каждую осень. – Запив наблюдения виски, Браун пожал плечами. Его словесный запас всегда нуждался в подпитке информацией самого разного толка, чтобы поддержать разговор с самыми разными людьми, в зависимости от их особенностей и пристрастий. Иногда это была стрельба из пушки по воробьям, но так или иначе она неизменно била в цель. Сейчас Браун проделывал сей трюк машинально, не имея под собой никакой выгоды. Профессиональное искривление личности. Это уже не работа, это болезнь.
- Полагаю, что истинной дочери севера это может быть знакомо, я угадал? – Еще глоток, внимательный черный прищур. – Что? Не обижайся, kiddo, но «malaguena salerosa» - явно не про тебя. Все в том, как ты держишься, плюс твои руки…
Тут он осекся и аж приподнялся, удивленно посмотрев на свою собеседницу, явно сам от себя не ожидая такого словоблудия. Распизделся. Будь он на месте девушки, уже свалил  бы от такого подробного разбора своих личных качеств. Поэтому Браун решил рассмеяться, чтобы загладить ситуацию и не лишиться заинтересовавшей его компании.
- I'm just fucking with you. Забей. Дало уже. – Отсалютовав незнакомке, он сделал глоток. – Отпечаток профессии, всегда всё разбираю в деталях. Не обращай внимания.

Отредактировано Макс Браун (09.07.2016 21:05:02)

+2

6

«Как много он, оказывается, говорит. Смешной. И правда откуда-то с юга, только там болтают так охотно и часто».
Полукровка, прищурившись, разглядывала внутренне убранство бара, примечая все больше сходства с охотничьими домиками, много раз встречавшимися ей в лесах Канады — она уже научилась ориентироваться в уютных помещениях, хвастливо украшенных головами стреляного зверья. Где-то здесь должен был быть камин, обязательно, но не в главном зале, а где-то в уютной подсобке, с гордо висящим над ним ружьем, старым и потертым, верным товарищем самого бармена.
«Мне, значит, повезло, что я набрела на это заведение?»
- Держать сокола в помещении целый день? - она качнула головой и допила остаток виски, задумчиво оценила бутылку, налила себе еще и снова откинулась на спинку стула, рассматривая собеседника из-под полуприкрытых век. Интересный человек, хоть и говорит слишком много. Наверняка знает достаточно, чтобы удивить ее, и, Этайн готова была спорить на что угодно, еще сделает это, и не раз за один короткий вечер.
«Если я насчитаю больше пяти раз, я оставлю ему свой номер и шанс удивить меня еще раз, написав после сегодняшнего. Ну а если нет... за виски я заплатила, я ничего ему не должна».
Мобильным женщина обзавелась буквально пару дней назад, заявив, что хочет иметь ежедневник, который не промокнет и не потребует чернил для своего заполнения, кроме того, камера — очень полезная вещь для сбора компромата на своих коллег и прочих не совсем обычных обывателей. Даже если не будет связи — не беда, нынешняя многофункциональная техника без труда восполнит этот маленький недостаток. Правда, на то, чтобы разобраться в адской машинерии, уйдет много времени — даже сейчас, являясь счастливым обладателем новомодного смартфона, она не до конца постигла все премудрости его подчинения себе: иногда телефон жил какой-то своей тайной жизнью. И в телефонной книге пока был только один номер. Угадайте с одного раза, чей.
«Это что за труднопроизносимые слова на заморском? Надо запомнить, потом в словаре посмотрю».
- Ты странный, - полуэльфка наклонилась вперед, укладывая локти на стол, задумчиво склонила голову к плечу, хмыкнула. - Я знаю о себе достаточно, чтобы не обижаться на твои слова. И. Мне интересно, - кивком головы подтвердила сказанное и отвернулась от собеседника, высматривая что-то за стойкой, потом довольно хмыкнула.
«Если они хотели спрятать дверь, им надо было маскировать ее лучше. Дилетанты. Все короткоживущие привыкли жить и поступать так поспешно? Где же их хваленая основательность, где логика и мудрость, приходящая с годами? Хотя, писателям свойственно преувеличивать и фантазировать. Надо было понять это раньше».
- Остынь и успокойся. Я сейчас.

Этайн очень не любила договариваться и просить, но сегодняшний вечер был... интересен, и проводить его в полутемном помещении в медленно прибывающей компании завсегдатаев не хотелось. Поэтому пришлось простоять у стойки несколько минут, хмурясь и высказывая что-то свистящим шепотом бармену. Тот слушал, склонив голову вбок, пару раз неосознанно посмотрел через плечо, поймал понимающую усмешку полукровки, отрицательно покачал головой один раз, второй, а потом махнул рукой и, пробормотав «только быстро», ушел обслуживать кого-то из новоприбывших.
- Идем, нам отдали камин, - она уже успела подхватить бутылку и стакан, нетерпеливо коснулась носком кроссовка ножки стола и качнула головой, ожидая, пока ее собеседник соизволит выкарабкаться из уютных объятий стула и последовать за ней.
Насчет двери полуэльфка не ошиблась: за ней была еще одна комната, с тремя такими же, как и в главном зале, столами, один из которых действительно стоял у маленького, но настоящего камина — даже труба для отвода дыма имелась. Женщина довольно хмыкнула, сгрузила виски на столик у камина и присела перед ним, уже привычно разводя огонь.
«Я свой ход сделала, теперь твой черед. Удиви меня во второй раз, м?»

+2

7

- Странный? – Браун улыбнулся, а затем пожал плечами, проследив за взглядом северной незнакомки. – Я и не напрягался, kiddo.
Непонимающе приподняв бровь, он поднес к лицу стакан, пытаясь в зеркале последних капель разглядеть, нет ли безумного блеска в глазах и налитых кровью белков. И что ей показалось странным? Впрочем, это напрашивалось на еще одно пожимание плечами. Наверное, для  одних незнакомцев другие незнакомцы всегда кажутся странными.
Подумав об этом, он дотянулся к бутылке, чтобы налить себе еще, но не успел, с удивлением отметив, что незнакомка предлагает передислокацию. В принципе, Максу было без разницы, где сидеть в этом баре, но раз уж такая инициатива, то почему бы и нет? Мельком улыбнувшись, он двинулся следом, прихватив все со стола. Зайдя в помещение, которое явно предназначалось для дорогих гостей, или для хозяина заведения, Браун поставил закуски и уселся на стул.
Кто бы мог подумать, что его маленькая игра в угадайку найдет такой отклик?
- Как тебе, наверное, скучно с твоими соседями или коллегами, kiddo.
Как правило, такие жесты имеют под собой прочную основу из множества сплетенных в паутину факторов. Довольный  человек, как Макс, например, сидел бы на своем стуле, за своим столом, не заморачиваясь тем, чтобы ограничить пространство с собеседником закрытой зоной. Так делают, дабы  сконцентрировать все внимание этого самого собеседника на себе.  Тогда он ни на что не отвлекается и процесс внесения разнообразия в осточертевшие будни остается непрерывным.
Подперев кулаком голову, Макс наконец-то улыбнулся шире. Он сейчас был расслаблен и доволен, находясь в той степени умиротворения, когда даже мысли о работе отходят на второй план. Очень хороший виски, хоть пшеничный ему особо никогда не нравился. Хотя, как говорят умные люди? Употребление алкоголя зависит от компании. Сегодня  она достаточно необычная, хоть по роду профессии, вор перевидал немало разнообразных личностей. Единственное, чего он не мог знать – что сейчас проходит тест под незамысловатым названием «удиви меня».
- Ого, с одной спички. – Губы уважительно поджались, словно говоря «неплохо, неплохо». – Сразу видно, кто кучу времени провел в загородном доме. – Правильно, откуда ему было знать о расе Этайн? Что  она провела в лесах большую часть своей жизни, что для розжига поленьев ей достаточно одного уверенного движения? Здесь больше играла наблюдательность, которой Макс обладал в силу жизненного опыта. Людям приходилось его нарабатывать куда быстрее, чем долгоживущим существам. Что эльфу всего лишь семьдесят, то человеку написание завещания, дряхлость, камни в почках и кряхтение.
– Ты похожа на того, кого дед водил на охоту в детстве и учил ориентироваться по мху, если компас потеряется.

+2

8

«Похожа, да?..»
Этайн опустила руки, отложила коробок длинных каминных спичек и уселась просто на пол, подобрав ноги. Пляшущее на поленьях пламя всегда успокаивало, напоминало, что лес — он всегда рядом, куда бы ни закинула ее судьба, где бы ни пришлось коротать ночь, с кем бы ни осталась она наедине. Потрескивание огня умиротворяло, убаюкивало — как будто пело колыбельную. Единственный друг, который ночью не предаст и не бросит, защитит, укажет путь, обогреет. Так странно было сейчас видеть его запертым в клетку камина, отгороженным от всего мира надежной стальной решеткой, но не ставить ее бармен категорически запретил — этот человек, как и большинство их, боялся пожара, боялся уже прирученного им пламени. Какие же они были смешные в своей ограниченности. Огонь сможет выбраться и так, минуя клетку, только вот станет ли он делать это, если рядом — уважающее его создание?
- Не угадал, - полукровка откинулась назад, оперлась руками об пол за спиной и закинула голову, рассматривая покосившийся мир и своего собеседника, чуть прищурилась, потом снова вернула взгляд к камину. - Иди ко мне, - похлопала ладонью по месту на полу рядом с собой.
От огня шло приятное тепло, ковер на полу, если в него зарыться пальцами, чем-то напоминал постилку из мха — если закрыть глаза и додумать шум далеких крон и приглушенные расстоянием крики ночного зверья, можно было оказаться в лесу, даже вдохнуть его запах. Все-таки город — совсем не ее родная стихия, здесь она чувствует себя скованно. Бетонные здания вырастают до горизонта и давят на пришлую своей основательной безысходностью — в городе живут люди, жизнь которых закольцована и однообразна, и выдерни их на природу, казалось бы, из которой они все вышли, и городские жители захлебнутся свежим воздухом, потеряются в трех соснах и заскулят о том, что они хотят домой, в надежную защиту четырех стен.
«А еще городские наверняка боятся открытых пространств. Надо будет украсть кого-нибудь и отвезти на луг. Посмотреть. Но потом попадет от монарха».
Полуэльфка лениво потянулась, медленно, нерешительно сняла куртку, все еще не до конца убедившись, что можно лишиться верного кинжала, ведь из сложенного тряпья его будет достаточно сложно быстро извлечь. Но потом тряхнула головой и решила, что не стоит думать о таком в столь мирный вечер, за закрытой дверью, в обществе одного-единственного человека, которого она скрутит голыми руками. Что бы мужчина там ни думал о ее поступке, а находиться в закрытом помещении со столькими незнакомцами было неприятно: приходилось все время напрягаться, ждать подвоха. И каких же сил стоило не тянуться к рукояти верного оружия каждый раз, когда за спиной открывалась дверь и кто-то заходил!
- Ты достаточно наблюдателен для простого обывателя, - Этайн слегка повела головой, неопределенно указывая на дверь в основной зал. - Но не похож на охранника — слишком хилый. Не обижайся, - еле заметная усмешка одними уголками губ, не разжимая их — не позволяя дурной отцовской наследственности показать себя. - Кто же еще... мм... детектив? Но те не настолько образованны. Художник? Слишком много внимания уделяешь физическому состоянию, - женщина помедлила, хмыкнула и не глядя взяла со стола первый попавшийся стакан с, как славно, остатками виски, пригубила. - Не имеет значения, не отвечай.
«Вот теперь — хорошо, действительно хорошо. И даже жаловаться не на что... Погодите-ка, не на что? Ого. Ну надо же, наконец-то!»
Этайн зажмурилась и тихо хохотнула, провела ладонью по волосам, слегка приглаживая вечный ворох косичек, наткнулась на растрепавшуюся прядь и поморщилась — теперь надо было переделывать всю прическу. И все — из-за того, что она утром собиралась в спешке, потому что монарх опять поменял все расписание и с тихой истерикой (а как же, нельзя подданным показывать, что нервничаешь, а так хочется) уезжал раньше назначенного времени, полукровка даже проснуться к тому моменту толком не успела, на автомате похватала вещи и натягивала куртку уже сбегая по лестнице к машине.
«Ну его все», - и, поморщившись, принялась сноровисто расплетать множество косичек, чтобы минут через пять волосы укрыли спину волнистой копной. Сегодня она уже не собиралась ни с кем конфликтовать, они все равно не помешают, если загородят обзор.

+2

9

Не угадал. Был близок у к успеху, не дошел. Макс улыбнулся, отпивая из стакана остатки, и сначала вскинул брови, а только потом глотнул, фыркая с забавно запрокинутой светловолосой головы.
Значит, у нас посиделки у огня в охотничьем домике? Ладно. Стащив со стула подобие седушки, Браун кинул ее на стол и переместился к камину, располагаясь поудобнее. Его собеседница находилась в состоянии среднем между рефлексией и нирваной. Давненько не бывала в отпуске, явно. 
- Эй. – На замечание о щуплости вор не обиделся, но вскинул бровь, улыбнувшись. До этого ему ещё не указывали на недостаточно хорошую физическую форму. Как же он по мнению северянки, должен выглядеть? Как шкаф? Два на два? Но тут же женщина оборвала свои наблюдения ,и Макс плеснул ей и себе еще виски. – Что смешного?
Мельком отметил куртку в стороне, покосился на ворох освобождающихся косичек и улыбнулся.
- Вот это копна. Может, ты лев? – Сделав глоток, он указал на собеседницу указательным пальцем. – Хотя больше похожа на гладиатора. Судя по тому, как ты несколько раз уделила внимание физической подготовке, делаю смелое предположение, что ты сама охранник. Или, хотя бы, тренер.  Что? Угадал?
Это не то, чтобы было важно, но раз уж они так увлекательно ходят вокруг да около, делая анамнез друг друга, то чего бы и не поугадывать ещё немного. 
- Кстати, ты почти угадала о моей профессии. Я художественный критик. – И тут же пояснил. – Скучный человек. Это как сомелье, когда с умными видом пробуешь вино и затираешь всем, что чувствуешь оттенки ягод и послевкусие коры дуба, искренне надеясь, что тебе не налили ради прикола винца из пакетика. Но детали подмечаю. Дьявол, как говорится, в деталях. Ты вот, kiddo, явно не с Алмазного. Причина номер раз – твой внешний вид. – Глоток виски. – Почему я и сказал тебе о сокольниках.  «Алмазные» так не выглядят, нет у тебя на лице отпечатка этого городского стресса. Городские выглядят чаще вот так. – Темные брови сошлись на переносице, губы поджались, а взгляд опустел, отсутствующе уставившись в одну точку. – Ты же выглядишь так, словно тебя просто что-то перманентно бесит. – Слова сопроводились легким смешком. – Правда, сейчас нет, ты расслаблена, потому что попала в умиротворяющую тебя атмосферу. Из чего, раз и два, легко сделать вывод, что ты живешь где-то на природе. Причина вторая заключается в том, что городские, опять же, не особо любят заговаривать с незнакомцами. Они больше закрыты в своей личной зоне комфорта.
Ни к чему не обязывающий треп  его нисколько не напрягал. Даже наоборот.  Обычно ему приходилось или слушать восторженные возлияния людей на картины с парой мазков и оттиском чьей-то задницы, или уныло перебирать байки о том, кто и где кого выставил на бабки, закопал под домом, или скормил свиньям. А сегодня Макс Браун в роли эдакого владельца тары: попивает вискарик перед огнем и ведет заумные беседы. Даром, что негра-лакея в белых перчатках нет на фоне.

Отредактировано Макс Браун (10.07.2016 21:46:55)

+2

10

- Лев, - полукровка согласно кивнула, тряхнув головой и слушая шелест давно не бывавших распущенными волос, поболтала виски в стакане, покосилась на собеседника. - Сбежала из зоопарка на денек — выпить, а то зрители достали, - и, что удивительно, это было чистейшей правдой. Каждый день она была как экспонат в музее, такой себе чудаковатый элемент декора какой-нибудь военной баталии, на который пялились все прохожие и, уж тем более, те, к кому наносил царственные визиты Трандуил. Хоть бы одна зараза сделала вид, что в комнате нет телохранителя — наоборот, все с удовольствием уделяли ей изрядную долю внимания, чуть ли не щупали, оценивая. Где-то глубоко в подсознании женщина понимала: так быть не должно, охранники, затянутые в деловые костюмы, никого не должны волновать. Было неуютно и нервно.
«Художественные критики — и правда, должно быть, совсем скучные люди. И хватит мне врать, парень, даже если ты этого как-то и касаешься, то точно не основным своим родом занятий. Продолжаем разоблачение?»
Кажется, собеседник откровенно наслаждался нынешней обстановкой: просто так что-то говорить, даже почти не задумываясь, лениво потягивать виски и никуда не спешить. Должно быть, роскошь для привыкших быть в вечной спешке жителей Алмазного Берега, да и любой другой деловой шумной столицы, раз уж на то пошло. Когда-нибудь, Этайн знала совершенно точно, она станет чем-то на них похожа, потому что уже сейчас на нее взваливают все больше чужих проблем, которые надо решить, все больше ответственности, и дальше, вчера монарх был совершенно прав, будет только тяжелее. Но у нее, по крайней мере, останется лес — уж старому-то другу она всегда выделит время. А что остается этим чуждым природе горожанам? Какой отдых помогает забыться им? И остается только пожалеть их бедные нервы, явно не рассчитанные на стресс сутки напролет.
- Какие мы прозорливые, - полуэльфка уперлась локтем в колено и уложила на ладонь щеку, повернув к мужчине голову, усмехнулась, смерив его заинтересованным взглядом. Этот человек, надо же, умел думать и действительно отличался наблюдательностью. - Ну что же, господин художественный критик, моя очередь, - она подняла стакан с виски и посмотрела сквозь золотистую жидкость на собеседника, слегка покачала стакан, небрежно поставила на пол. - Что же я скажу о тебе... Скорее всего, ты не врешь о своей первой профессии. Но есть и еще что-то, да? - чуть заметно прищурилась и отвернулась к огню. Пляска язычков пламени над поленьями помогала сосредоточиться, отбросить все ненужные мысли. Она ведь тоже умела наблюдать и делать выводы, а людей и нелюдей успела увидеть за свою жизнь гораздо больше, чем ее случайный знакомый. - Ты не из тех людей, которые ходят в спортзал только чтобы развеяться и снять напряжение после рабочего дня — тебе и без этого очень даже комфортно. А еще твои движения, они слишком быстрые для простого человека, особенно пальцы. Как ты держишь стакан, как что-то берешь... ловкость рук, и никакого мошенничества? - Этайн снова откинулась назад, опираясь на руки, задрала голову к потолку, рассматривая аккуратные стыки, вздохнула. - Умеешь показывать фокусы?
«Надо бы сменить тему. Подобная откровенность ни к чему не приведет. Ни к чему хорошему, если мы и дальше продолжим делиться наблюдениями. Умные люди, встречающие друг друга совершенно случайно, - это ужасное наказание. Кажется, еще минут пять, и я начну поправлять паренька, а это будет... грустно».
Полукровка встала, забрала свой стакан и медленно пошла вдоль стен, рассматривая вырезки из газет и фотографии на стенах, остановилась напротив кабаньей морды с внушительными клыками, погладила их, ощущая под пальцами знакомую шероховатость, вздохнула. Ей всегда нравилось исследовать опустевшие на зиму охотничьи домики: хозяева, приезжавшие в летний сезон охоты, предпочитали зимой посещать куда более приветливые леса, чем суровый канадский, который засыпало снегом по колено и выстуживало вьюгами.
«Славный бар, надо будет когда-нибудь привести сюда монарха, пусть проникнется духом хорошей охоты».
- Расскажи мне, - она остановилась рядом с их столом и уложила на него локти, наклонившись, полюбовалась лохматым затылком мужчины, - за что ты любишь женщин?

+2

11

Браун рассмеялся со льва.
Очень интересный у них получается словесный покер.  Чем больше они говорили, тем больше игра в угадайку била по цели, судя по реакции его собеседницы. Та тоже оказалась не лыком шита, и Макс подумал, что прикусить язык на некоторое время будет очень разумным решением. 
Как причудливо тасуется колода. Настолько прозорливые люди редко оказываются в одном помещении, чтобы путем простых и поверхностных наблюдений сказать друг о друге многое.  Это самая, что ни на есть редкость.  И поэтому осторожность не помешает. Болтливый человек – находка для шпиона, а Макс что-то тоже разболтался. Вряд ли бы его новой знакомой северянке было что-то от него нужно, но таки держите себя в руках, товарищ Браун. Хотя такая догадливость его подкупала даже сильнее красивых пышных волос. Достигая определенного уровня, очень сложно впечатлиться обычным собеседником. Незнакомке же удавалось впечатлять его с легкостью. 
- Могу разве что монетку у тебя из-за уха достать. – Доброжелательно протянул вор, допивая пшеничный и наливая себе еще. Опираясь на руку, он искоса поглядывал за перемещениями блондинки по помещению, за прикосновениями пальцев к трофеям, про себя убеждаясь в верности части своих наблюдений.
А вот прозвучавший в спину вопрос был действительно необычным. Развернувшись, Макс сначала несколько секунд удивленно смотрел на женщину, словно убеждаясь, правильно ли он все услышал.  Приподняв бровь, вор выдержал паузу, наливая себе еще виски, наблюдая за тем, как на янтарной струйке переливается огненные всполохи.
- За что я люблю женщин. Вопрос на миллион от девушки в первом ряду. – Глоток. Что за странный вопрос ? Но он вызвал на губах Брауна лишь улыбку. – За то, что женщины не такие, как мы. Если отбросить всю ту чушь про то, что мужчины с Марса, а женщины – с Венеры, конечно же. Я люблю все, что непохоже на меня. Но женщины – натуры куда более прозорливые, чем мужчины. И, надо сказать, куда более умные. Far more compicated.  Не смотря на то, что женщина ближе к природе, абсолютным животным остается мужчина. Согласна? – Черный взгляд внимательно следил за реакцией северянки, пока Макс запивал последнюю фразу. – Мы – рабы своих желаний, чаще всего несдержанные и жадные, женщина же способна уравновесить хаотичность наших действий до состояния баланса, причем незамысловато и легко. Я даже удивляюсь порой, почему женщины не пользуются той властью, что сосредоточена в их руках над мужчинами.  – Откинув голову , Макс прищурился, улыбаясь одним уголком рта. – Я бы задал ответный вопрос, но что-то мне подсказывает, kiddo, что тебе мало кто нравится, в принципе. Или кажутся слишком слабыми, или слишком сложными.  – Дальше объяснять было бы пустым словоблудием, так что Браун решил, что достаточно лаконично ответил на вопрос.

Отредактировано Макс Браун (10.07.2016 23:34:46)

+3

12

«Надо же, мне удалось его настолько удивить, что он даже этого не скрывает. Как... мило, хах. Неужели мое желание разобраться в вопросе личных отношений такое странное?»
Задавая свой вопрос, Этайн рассчитывала на содержательный ответ от мужчины, явно не обделенного женским вниманием, чтобы понять, отчего всех так тянет найти себе пару. Она прекрасно понимала, почему животные ищут себе кого-то — вопрос продолжения рода записан у них в бессознательных инстинктах, с ним невозможно поспорить, но люди, высшее звено эволюции, как они сами себя называли, должны быть выше животных инстинктов. Король природы должен руководствоваться разумом — единственным, что отличает его от прочих млекопитающих. А окружающие все равно стремятся найти себе партнера. Наверное, полукровка даже смогла бы объяснить это желание у женщин: пожалуй, иметь сильного защитника — это неплохо, если смотреть с позиции слабого пола. Но стремление мужчин гоняться за юбками — выше ее понимания. У монарха, специалиста в данном вопросе, она бы не рискнула такое спросить, но незнакомец, с которым они так мирно пьют уже вторую бутылку виски, - как раз подойдет.
«Власть над мужчинами... если подумать...»
- Если подумать, женщины уже давно пользуются вашей покорностью, - она неловко пожала плечами, все еще не желая менять позы, склонила голову набок, вспоминая все прочитанные исторические трактаты. - Например, когда монархия еще была популярнее демократии, я полагаю, правили не сами короли, а их жены и любовники, которых монаршьи жены и приближали к престолу, - кивнула, подобрав в памяти несколько имен в доказательство, но решила не нагружать собеседника ненужными словами. - И еще пример: я вчера наблюдала, как прямо посреди улицы блондиночка устроила своему кавалеру истерику, залилась слезами и заявила, что они расстаются, и парень тут же повел ее в ближайший ювелирный. Могу спорить, что вышла девчонка оттуда с давно желанным украшением.
Всю жизнь прожившей самостоятельно полуэльфке поведение вчерашней парочки показалось дикостью: она привыкла, что желанное можно получить, только хорошенько поработав и потратив свое время, но никак не двухминутной слезной истерикой. С одной стороны, Этайн понимала, что не всем женщинам дано быть настолько же сильными, как и она, - не всех так нещадно истязает судьба, но с другой... подобное поведение считалось ею чем-то позорным и гадким. И именно поэтому было вдвойне непонятно, почему давешний мальчишка на подобное купился, проглотив пустой крючок с таким неописуемым рвением.
- Мне никто не нравится, - Этайн согласно кивнула и наконец-то выпрямилась, обошла стол, чтобы присесть у камина и подбросить пару поленьев, задержала ладонь на решетке, поглаживая нагревшееся железо. - Так уж сложилось, что окружающим просто не хватает на это времени. Или желания.
«В конце концов, ты не знаешь, кто я, парнишка. И лучше бы тебе и дальше этого не знать. Не думаю, чтобы простому человеку было приятно знать, что он сидел в одной комнате с убийцей, которая охотно пьет кровь своих поверженных врагов».
В одночасье захотелось встать и уйти — просто чтобы не портить вечер, чтобы остановить впервые в жизни приятный разговор на такой хорошей ноте, пока не удалось его испортить случайным откровением. Но потом взгляд упал на недопитую бутылку и подтаявший в ведерке лед, и полуэльфка как-то разом успокоилась, очень легко убедила себя, что она достаточно сильна и разумна, чтобы не рассказать лишнего, а от трех (в перспективе) бутылок виски, выпитых на двоих, ничего страшного не должно случиться. В конце концов, пьянела она намного труднее, чем простые люди. Гены отца в кои-то веки сделали хоть что-то полезное.
- Но с некоторых пор все вокруг пытаются убедить меня, что я еще встречу кого-нибудь, кто мне понравится, - женщина насмешливо фыркнула и забрала с тарелки кусочек курицы, поднесла ко рту, но замерла и прищурилась. - Ну да, как будто это будет в ближайшие сорок-пятьдесят лет.

+2

13

В ответ на исторические отсылки, Браун согласно покивал, указывая на собеседницу пальцем, мол, грамотно все подмечаешь.  В образованности своей собеседницы он не сомневался. Но было что-то в ней…что-то такое, что он пытался разобрать сейчас, но до хмельной головы доходило не сразу.  Что-то очень непохоже на стандартных, живущих в городе женщин. Именно непохожее.  Можно было сравнить её с уверенной феминисткой, судя по убеждениям. Но это было не совсем так. Не хватало нескольких деталей для того, чтобы сказать это со всей уверенностью. Однако вот каких именно?  А с примера снова рассмеялся и покачал головой.
Вот оно. Точно.  Вот, что показалось ему странным.
- Ну, стандартная тема. Так же с шубами, сумками, туфлями и прочей атрибутикой, ничего удивительного.
Хотя, что именно её-то так удивляет? Словно и в правду в лесу выросла, а к людям вышла только сейчас. Это непонимание в  суровых глазах Макс счел до одури забавным. Как всегда, женщины сотканы из противоречий. Он был готов биться об заклад, что его собутыльница способна снести взрослого и крепкого мужика с ног, раскрутить над головой и отправить в полёт на Сатурн. Но при этом она так мило не понимала сути простых  и заезженных по шаблону отношений между мужчиной и женщиной, что это показалось вору  очаровательным.  У нее  это было или от неопытности, потому что не везло, или от неопытности, выливающейся от раздражения тупостью окружения. Такая, как эта северянка точно не стала бы пробовать отношения с мужчиной просто для того, чтобы понять как, почему, а главное – нахрена.
- Так шли их к черту. – Пожал плечами Браун, делая еще один глоток. Они пили на пару, поэтому он испытывал сейчас расслабленное опьянение, которое крепкому мужчине, закаленному в молодых попойках было словно плевок локомотиву.  – Как говорится, хорошее дело браком не называют. Слышала? Что мужику хорошо, то женщине – смерть и скука.  А даже вся это общая одержимость отношениями – это когда самодостаточности не хватает, чтобы   чувствовать себя полноценным без кого-то.  – Пожав плечами, он отставил стакан, переключаясь на закуски. Надо было сделать небольшую паузу, а то он так уверенно и быстро начал напиваться, что некомильфо. Расслабился.  – Ты такая милая, kiddo, знаешь, кого мне напоминаешь? Тебя словно взяли и принесли из лесу в дом и пытаются приучить к жизни в новом веке.  – Выпрямившись, вор прищурил один глаз. – Только вопрос в том, нужно ли это тебе вообще и стоит ли из-за этого париться? Но ты-то не паришься, конечно, конечно. - И беззлобно улыбнулся.

+2

14

- Ну да, конечно, - полуэльфка смачно вгрызлась в курицу, тихо радуясь наличию клыков — разрывать мясо ими было гораздо удобнее, чем затупившимися в процессе эволюции человеческими зубами. И врут все о том, что клыки могут застревать в еде, завидуют, скорее всего, те, кто придумывает столь извращенную чушь. И ведь даже не возразишь, потому что тут же полезут в рот проверять. - На самом деле, мне работать надо. И мои прекрасные знания о лесе тут не помогут. Вот и приходится... париться, - фыркнула и снова прошлась по комнате, машинально облизывая жирные пальцы, завершила круг возле камина, немного понаблюдала за своим собеседником и, бестактно перешагнув через его ноги, ушла на второй круг. - Но до безумия городских жителей я себя доводить не собираюсь. Трудно быть вами. Нет, не так. Очень плохо быть вами. Не обижайся.
На стене, только не над камином, а рядом с трофейной кабаньей мордой, действительно висело старое ружье. Этайн остановилась напротив, протянула руку и провела пальцами по рукояти, осторожно сняла со стены и взвесила в руках. Добротная шероховатая сталь весомо оттягивала к полу, на дуле виднелось несколько насечек, да и по виду ружья можно было судить о том, что его часто и много использовали: отшлифованный множеством касаний курок, любовно вычищенный металл. Пусть и разряженное, оно все равно производило грозный эффект, устрашало, напоминало о неумолимости времени и смерти. Женщина любила такие вещи, с историей и возникшим за годы службы характером, безмерно преданные своему хозяину. Она помедлила еще немного, чуть заметно улыбнулась и повесила ружье обратно на стену, сунула руки в карманы штанов и остановилась рядом с мужчиной, задумчиво глядя на его макушку сверху вниз.
«Меня впервые, нет, не так, впервые назвали милой! И как на это реагировать?»
Полукровка поднесла к носу ладонь, закрывая ею нижнюю половину лица, отвела взгляд к камину и погрузилась очень глубоко в себя: даже если бы мужчина попытался что-то сказать, его бы не услышали. На то, чтобы осмыслить произнесенные им слова, потребовалось не меньше двух минут, а потом... Она банально не знала, что делать. Раньше если ей и доводилось нечто подобное в свой адрес слышать, то от мальчишек переходного возраста, мучимых игрой гормонов, - известно, для чего они произносили подобные фразы. Сейчас же было совершенно не похоже, чтобы этот странный человек пытался добиться ее расположения, слишком открыто и просто он это произнес, не придавая фразе свойственного ей окраса, намека. И вот именно такое отношение вызвало совершенно противоречивые эмоции: с одной стороны, по старой памяти зачесались кулаки — проучить нахала, заткнуть его слова ему же в горло, а с другой...
- Эй, - полуэльфка очень медленно, все еще сомневаясь в правильности своего поступка, опустилась на корточки перед лицом собеседника, на секунду поджала губы и, тяжело вздохнув, протянула ладонь. - Этайн. Я понимаю, сложно выговорить. Так что... дай подумать... Тайна — в самый раз.
«И что я делаю? Давай по пунктам: во-первых, я раскрываю свое настоящее имя человеку, во-вторых, я ведь решила, что не стану ни с кем сближаться больше, чем того требует моя работа, вообще никаким боком не задевающая этого мальчишку, в-третьих, я... Веду себя глупо. Просто отчаянно глупо. Ну и что ты делаешь, Этайн, девочка? Ты же была такой умницей последние лет двадцать».
- Здесь становится скучно. Захватим еще одну бутылку и пойдем куда-нибудь, - она не спрашивала и не предлагала — она настаивала. Сейчас ей решительно не хватало свежего воздуха и возможности отвлечься от одного конкретного собеседника, выбить из головы засевшую там мысль, раз за разом повторяющуюся чужим голосом. В конце концов, она все равно уедет через пару дней, а дальше наступят сложные королевские будни, придется забивать голову совершенно отвлеченными вещами. Ну а эта ночь... единственный прощальный подарок Алмазного Берега? Очень даже может быть.

Отредактировано Этайн (12.07.2016 00:38:00)

0

15

Браун приподнял бровь, не понимая, что творится с его новой знакомой, озадаченно наворачивающей круги по помещению.  Она была похожа на льва, метающегося в клетке. Только не рычала. Нервничала, скорее.
- Ну, знаешь, как говорят, kiddo? Каждому свое. – Пожал плечами Браун, нисколько не обидевшись.
Какие-то люди были созданы для природы, пения соловьев, журчания ручьев,  другие – для городской суеты, ночных клубов и прочих свистелок и перделок. Он сам вот вообще на одном месте никогда не задерживался надолго, всегда мотался из страны в страну, потому что работа обязывала. Да и сидеть на одном месте было ужасно скучно. Серовато. Не важно, что это было бы: лес или город.
Затем повисло странное молчание. Браун опустил непонимающий взгляд на закрывшую часть лица ладонь, затем перевел его на  саму северянку напротив. Что же он такого сказал, что ее в чертах отразилась внутренняя борьба? Или сомнения? Тяжелые размышления?  Момент, когда она снова опускалась перед ним,  был свидетельством решения, которое явно очень трудно давалось его суровой собеседнице.  Несколько секунд вор всё еще непонимающе хмурился, но вскоре его лицо разгладилось и он улыбнулся, мягко заключив женские пальцы в свою ладонь, пожав в жесте знакомства.
- Макс. Интересное у тебя имя, Э-тайн. Думаю, что я в состоянии буду его выговорить.
Действительно. Похожей аналогии он еще не встречал в женских именах. Но это явно что-то северное. Как интересно складываются все его слова о севере в единый, стройный пазл. 
Их знакомство неуловимо намекало на то, что и игра в угадайку и поверхностные наблюдения чего-то да достигли.  Максу это понравилось. С каждой минутой его выходной становился все интереснее и интереснее. Было в их встрече что-то неуловимо интригующее. Вора всегда привлекало все необычное.  А обычными его посиделки сейчас назвать точно нельзя было, слишком ярким был ореол загадочности с едва заметно приоткрытыми портьерами верных догадок.
- Не проблема, Этайн. Пойдем.
Поднявшись, со своего места, Браун довольно уверенной и твердой походкой для выпившего человека направился в главный зал. На стойке он расплатился и манерой вышколенного швейцара предложил спутнице проследовать за ним.
- Поклоннице лесов и  гор  возможно придется по душе наше следующее пристанище. – Выйдя на улицу, он накинул осеннее пальто, которое дожидалось его на крючке у самого выхода.  Широким жестом он указала на смотровую площадку, располагающуюся как горное плато в одной из высоток. Для Макса это было стратегическое место. Он приходил сюда отслеживать передвижение транспортировок ценных грузов. Даже бинокль с собой носить не надо, такие площадки уже оснащены современной оптикой, позволяя простым смертным заглядывать в окошки соседних домов и любоваться на крыши, а ворам выслеживать свою добычу.  – Прошу за мной на стеклянную гору.
Им оставалось только пересечь улицу, свернуть к пешеходному переходу и пройти его до входа в крупный, отливающий холодным синим, стеклянный центр.  Открывшаяся галерея встретила языками эскалаторов, снующими туда-сюда сотрудниками бутиков, салонов красоты, охранниками. Все занятые и с бейджиками, старательные муравьи.  Вор и полуэльф поднялись до нужного этажа на стеклянном лифте, еще вместе с какими-то людьми, которым до своих попутчиков не было никакого дела. 
И наконец их встретил гуляющий по площадке ветер и живая карта города как на ладони.
- Э-э-э! – Стоящий неподалеку охранник заметил бутылку и хотел было шагнуть в их сторону, но вовремя заметил Брауна, который молча развел руками, а затем соединил ладони  и потряс ими, нахмурившись. – А, ты. Ладно, только не палитесь.

+2

16

«Стеклянная гора? Он имеет в виду тот самый небоскреб, на который я уже сколько времени облизываюсь? Серьезно?»
Этайн накинула куртку, аккуратно продевая руки в рукава, чтобы не потревожить подкладку и подшитые к ней ножны. Она уже привыкла носить с собой верное железо, хоть и редко пускала его в ход: с вампирами драться не давал холодеющий от мыслей телохранителя Трандуил, а уличную шпану и прочих противных личностей она уложит в три удара сердца голыми руками — слишком эти люди для нее медленные и неповоротливые, пока размахнутся, успеют три раза получить в челюсть. Но среди вороха привычек молодости именно привязанность к оружию не удалось изжить: без ощущения рукояти под боком или за спиной становилось до ужаса неуютно.
«Странный он. Все более и более странный. Он сам признался, что людям не пристало вот так вот знакомиться друг с другом в баре, а этот потащил меня дальше по первому же желанию. Может, я что-то делаю не так? Или мир наконец-то сошел с ума?»
Полукровка, засунув руки в карманы и удерживая подмышкой третью, еще запечатанную бутылку виски, шагала рядом со своим спутником, изредка косясь на него и все больше погружаясь в отрешенную задумчивость. Она даже пропустила момент, когда перед ее носом распахнулись стеклянные двери торгового центра, только повела плечами, поправляя куртку. Вывел ее из оцепенения только лифт: стекло, уносящее их вверх с огромной скоростью, завораживало. В этот момент, к своему смущению, женщина шагнула к стенке и замерла, широко раскрытыми глазами рассматривая открывающуюся картину внизу. Все-таки, для городских она действительно казалась дикаркой, которую и правда «принесли из леса», но забыли рассказать о нынешней жизни.
«Да. Уговорил. Пятый раз засчитан. Хитрая ты сволочь, Ма-а-акс».
И мужчина действительно знал, куда привести свою спутницу: не обращая внимания на дернувшегося к ним охранника, всучив бутылку собеседнику, полуэльфка быстрым шагом направилась к самому краю смотровой площадки и перегнулась через перила, надежно сжав их пальцами. От открывающейся картины сверкающего ночного города захватывало дух — снизу Столица казалась всего лишь нагромождением огней, беспорядочно рассыпанных по стенам домов и билбордам, но сейчас, поднявшись на высоту и охватив взглядом всю картину целиком, Этайн поразилась. Пожалуй, ничего красивее она еще не видела.
- Мм, - она нашарила рядом рукав Макса и притянула к себе, все еще не в силах оторвать взгляда от ночной Столицы и стараясь улыбаться только уголками губ. - Слушай... хмм... - произнести заветное слово было трудно: за всю свою не такую уж короткую жизнь полукровка благодарила кого-то от силы два раза, и один из них принадлежал деду, уже, как бы, мертвому. - В общем, спасибо. Тут... красиво.
«Я начинаю плохо себя вести. Ау, Этайн, проснись, девочка. Проснись и приведи себя в порядок! Раскисла от двух бутылок и ласкового слова. Стыдно!»
Женщина поежилась и отпустила чужой рукав, снова вернув руку на перила, прищурилась, разглядывая шумную улицу внизу, угадывая маленькие фигурки вечно спешащих куда-то пешеходов. Все они, как ни странно, органично вплетались в общую картину города. Только она была там лишней, совершенно чужой современному миру.
«Застряла в эпохе Великих Свершений. Забыла о жизни. Могла ведь уже много раз перебраться в цивилизацию, а все равно задержалась не на своей войне. Столько пропустила, что уже и не догнать...»
- Открывай бутылку, мне срочно надо выпить, - тихо хохотнула и покосилась на спутника, качнула головой, потом, помедлив, протянула руку и хлопнула Макса по плечу. - Ты сегодня будешь слушать мои жалобы, приятель. Не завидую, сложно тебе придется. - и тихо горько засмеялась, отвернувшись в сторону какой-то молодой парочки. Девочка явно чувствовала себя неуютно и уже тянула своего воздыхателя к выходу, охранник тоже куда-то пропал. - Предлагаю присвоить эту площадку нам, до утра. Это ведь круглосуточный торговый центр?

+2

17

Пока они ехали в лифте, Макс с улыбкой наблюдал за тем, как Этайн прилипла  к стеклу, во все глаза глядя на открывающуюся картину города. Как кошка перед аквариумом с золотыми рыбками. Очень похоже. Ну, в ее случае – лев перед аквариумом. 
Уже на смотровой площадке он кивнул охраннику, чтобы тот слился куда-нибудь в свои подсобные, служебные помещения и не отсвечивал перед его светлыми очами. Охранник фыркнул, закатил глаза и отошел в сторону, не сверля взглядом спины вора и его спутницы.
Дойдя до Этайн, Макс, потянутый за рукав,  расположил на перилах локти и повернул к ней голову, щурясь с улыбкой.
- Не за что, kiddo.  – Вдохнув ночной воздух, он с умиротворением почувствовал, как медленно пары алкоголя выветриваются из его головы. Определенно хороший виски. Надо будет захаживать к этим ребятам почаще. Если у них виски такой хороший, то черный ром будет вообще прекрасным.  Благодарность, правда, показалась Максу странной. Удивительно, насколько же ты дикая, kiddo, что для тебя никто ни разу ничего подобного не делал. Склонив голову к плечу, Браун крепко призадумался. У нее была светлая, практически славянская внешность, выразительные серьёзные глаза. Или может быть, те, кто пытался, kiddo, сейчас лежат в интенсивной терапии со сломанными конечностями?
Так или иначе, решив не играть в угадайку, Браун жестком фокусника достал из пальто два небольших стакана. Точно таких же, из которых они пили виски. После чего слабо рассмеялся со взгляда его северной подруги.
- Только ловкость рук, как монетка из-за уха. Потом обязательно им верну. – Клятвенно пообещал вор, оба стакана отдав Этайн и разливая по ним виски.
Наливал он больше, чем нужно, исходя из удобства. Бутылка была установлена на пол, достаточно далеко от края, чтобы ненароком не свалилась.  Забрав один стакан, он чокнулся им со стаканом полукровки и сделал небольшой глоток, повернув голову в сторону ночного города. Он обожал ночные города. Светились и переливались, как драгоценные камни, которые Макс был мастером воровать.  Настроение стало на редкость лиричным, вероятная виновница этого стояла по правое плечо, загруженная своими мыслями.
- Он до двенадцати. Но охранник нас никуда не погонит, поскольку очень серьезно проигрался мне в карты. Так что твои узурпаторские планы вполне исполнимы. – Согласно кивнул Браун. – И что же вызывает у тебя такое ужасное огорчение, позволь узнать? – Маленький глоток. – В роли вольнослушателя я еще не выступал, так что готов приобрести новый опыт. Правда, Этайн, мне кажется, что тот, кто способен доставить тебе неудобства, должен уже зализывать переломы в темном углу. Или я не угадал? Не-ет? - Удивлению вора не было границ. - Ну, что ж... я заинтригован. Просвети меня.

+2

18

- Тебе, в общем-то, правильно кажется, - Этайн уложила локти на перила и чуть наклонилась, повертела в ладонях стакан с виски, задумалась о чем-то своем. Город гипнотизировал огнями, притягивал, трудно было оторваться от этого светящегося омута и сосредоточиться на словах, все никак не желающих оформляться во что-то дельное. - Меня боятся, - тихо хохотнула — как будто бы этим можно гордиться. Хотя, в условиях, в которых росла полукровка, этим действительно можно было гордиться, а еще — тем, что она там выжила и сохранила первозданный вид, а не лишилась глаза, конечности или еще чего-нибудь в том же духе. - Только вот однажды нашелся бесстрашный хомяк, рискнувший дергать меня за хвост. А я сперва так опешила, что пропустила нужный момент для нравоучительного перелома. Теперь ничего не остается, как на него работать.
На крыше было даже немного холодно: по смотровой площадке гулял ветер, то и дело норовя забраться под плотно запахнутую куртку, женщина поежилась и отпила виски, усмехнулась, рассматривая стакан. Ловкость рук, никакого мошенничества. Как фокус, только уже немного опаснее. Кем же на самом деле был ее собеседник? Они как будто сидели где-нибудь, разделенные ширмой, и по голосу пытались определить, с кем же довелось им столкнуться. Где-то угадал Макс, где-то — она, но оба как будто мешкали, не рисковали сделать последний шаг, сказать те самые нужные слова, которые бы заставили ширму полыхнуть огнем и осыпаться пеплом, открывая им лица друг друга. Мужчина — потому что просто не мог знать правды, нынешние люди настолько загнали себя в рамки рутины, что им сложно даже поверить, что они — не единственные разумные на этой планете. Она — потому что произнесенное смешливым тоном «вор» поставит жирный крест на приятном вечере, вскрывая горькую ненужную правду. Тогда, пожалуй, пусть все остается так как есть: привыкшая жить за городом северянка с тяжелым характером случайно забрела в бар, чтобы наткнуться на обаятельного художественного критика с поистине ловкими руками. Мило и непринужденно. Редко когда подобное происходит в ее жизни.
- Компания молодая, но уже имеет слишком большой вес, чтобы оставаться незамеченной. Нас курируют — конечно же — более влиятельные политики и дельцы, только вот хорошо ли это? - полуэльфка поставила стакан на перила, отошла на несколько шагов и потянулась, прошлась по площадке, как бы изучая территорию, которую ей разрешили занять до самого утра. - На днях мы вернемся в Канаду, и мне придется вычленять шпионов. Не смейся. Шпионов этих самых дельцов и политиков. Потому что им, несмотря на заверения в лояльности и нынешнюю поддержку, очень невыгодно, чтобы наша компания жила. А еще у нас катастрофически не хватает ресурсов, персонал не обучен, денег тоже в обрез. И где их достать — разве что идти копать клад, - полукровка развела руками и тускло улыбнулась, вернулась обратно и разом опустошила весь стакан, слегка поморщилась, потерла кончик носа, медленно осознавая, что почти не почувствовала вкуса виски. - А я сдуру согласилась стать правой рукой руководителя. И теперь помимо попыток сделать компанию лучше мне нужно изучить гору дополнительной литературы, углубляясь в тонкости управленческой деятельности. Ах да. И никуда не деваются мои обязанности телохранителя моего босса-хомяка. Мне кажется, он порой вообще забывает подумать, прежде чем куда-то нестись.
В итоге, женщина закатила глаза и уселась на пол, прислонившись спиной к ограде и вытянув ноги. Рассказав все свои проблемы, она как будто посмотрела на них со стороны — и ужаснулась еще больше, потому что пока это все жило только у нее в голове, казалось, что полуэльфка сильная и со всем справится. А помощи просить не у кого — она и так помощник, куда уж дальше-то?
«Ох как будет сложно. И почему-то чует моя задница, что по приезде обратно меня ждет незабываемый прием. Что же там такое стряслось-то?!»
Этайн вздохнула и опустила голову, наблюдая, как свет фонаря у выхода со смотровой площадки отражается в стакане, который она все еще держала в руках, нежно поглаживая большим пальцем.
- Сегодня, наверное, мой последний выходной за последующие пару лет. С завтрашнего дня буду пахать без передышки, - и запрокинула голову, возвращая взгляд к Максу.

Отредактировано Этайн (15.07.2016 19:52:28)

+2

19

Была мысль отдать Этайан свое пальто, чтобы не ежилась, но та быстро пришла в движение, уверенно нарезая круги по площадке, разогревая кровь и мышцы. С этого хотелось только улыбнуться. Что ж, пусть так.
Макс слушал внимательно, покачивая в пальцах стаканом огненной воды, впитывающей в себя огни ночного города. По большей части, Брауну казалось, что сказанное его спутницей немного надуманное. Вероятно для того, чтобы оставаться в рамках полузагадочности. Мотивы такого решения не отдавали экстрасенсорикой и были просты, как монетка, которую совсем недавно вспоминал вор.
Просто…
Что это за компания в Канаде такая, что ей интересуется крупная корпорация, но в то же время, охранник у генерального директора – это еще и правая рука, еще и советник. Рассказ был пропитан флером кинематографичности с оттенками книжных хитросплетений увлеченного писателя-фантаста. Но…с другой стороны, откуда Максу знать? Может это и возможно. Вон, как загрузилась его северная подруга.  С третьей стороны – какая ему разница, даже если эта выдумка домохозяйки (домохозяйки, как же, вы ее руки видели?) спасающейся от скуки.
Сделав глоток, Браун поставил стакан на пол, опустился на одно колено и плавно толкнул полукровку в бок.
- Стакан держи крепче, kiddo.
Все манипуляции проделывались для того, чтобы обеспечить женщине подушку из сложенного пальто. Самому Брауну достался рукав, на котором он и расположился. От холода бетона – мертвому припарка, но выросший во влажных зимах Латвии вор почти никогда не мерз. Горячая кровь, надо полагать. Еще и алкоголь есть, а алкоголь простыть-то точно не даст.
- Звучит так, словно ты не рада всем этим заниматься, Тайна. Интересная интерпретация имени, кстати. Если переводить на русский, то получится «Mistery», знаешь. Тебе подходит. Ты не так проста, как хочешь казаться. Считай это интуицией.  – Глоток. – Ну, короче, вы сейчас мечетесь меж акул, которые пока только примериваются, как вас укусить и за какое место укусить будет удобнее, я правильно тебя понял?
«Деньги всегда можно украсть» - Автоматически пронеслось в голове,  и Макс качнул ей, прогоняя ненужную мысль.
- И поскольку твой босс – хомяк. – Здесь последовал легкий смешок. – Вся черная работа ложится на твои крепкие северные плечи. Интересно тасуется колода. – Макс снова смочил губы.
Вот поэтому он не работает на корпорации, не работает в офисе, верен своему статусу вольного художника. Нет ничего хуже, чем зависеть от кого. Нет ничего хуже, чем разгребать за кем-то целые горы дерьма, в надежде, что получится, и ты не свалишься с нервным стрессом раньше, чем эти горы вырастут снова, да только больше в два раза. И чего людям не нравится быть свободными? Впрочем, будь они все свободными, то у Макса не было бы работы, так что…все гармонично, надо полагать.
- Твоему хомяку повезло. Даже не смотря на то, что тебя грузит происходящее, то ты явно своего не упустишь. Так что остается только пожелать удачи в поимке шпионов. Все рано или поздно палятся, играя двойную игру. Кто-то палится на красивых женщинах. – Вор улыбнулся своей спутнице. – Кто-то пытается взять на себя слишком много, стремясь доказать верность и показать самоотдачу, кого-то губят деньги. Рычагов много, зависит только от того, как ими пользоваться. Рекомендую свою агентурную сеть. Если верить книжкам, то это прекрасное подспорье. Мышки-норушки везде, все вынюхивают, выслушивают, информацию приносят в лапках за свой кусочек сыра. Более того, ты же сама говорила, что персонал не обучен. Тебе и карты в руки. Не думаю, что найдется кто-то, кто не станет тебя слушать. У меня бы вот смелости не хватило.
Конечно он не давал ей советов. По лицу собеседника было видно, что его речи есть ничто иное, как шутливое ободрение. Пихнув полукровку локтем, Макс  чокнулся с ней стаканами и сделал, наконец-то, полноценный глоток, шумно выдохнув через нос после.
- Босс-хомяк, надо запомнить выражение.  Почему-то ассоциативный ряд тут ж подкинул картину с сидящим за столом рыхлым, похожим на шарик мужиком в костюмчике и галстучке, с глазами-бусинками. Шевелюра пушистая, замазанная бриолином, полные пальчики нетерпеливо стучат по бумажкам. Пыхтит, кряхтит, волнуется. И ты ему пытаешься что-то втереть важное.

+2

20

- Я не хочу казаться, - поерзала на новой подушке, хмыкнула заинтересованно — парень заботливый оказался, как это мило смотрится. - Просто тебе совсем не обязательно знать подробности. Вернее, пока что — даже нельзя, - Этайн, подумав, качнулась в сторону собеседника и уложила голову ему на плечо, задумчиво рассматривая небо, затянутое тучами. Говорят, в городах совершенно нет звезд, и она не понимала, как можно жить без усыпанного яркими точками неба, без того великолепия, которое открывается путнику, вздумай он ночью взглянуть на небо. А город... наверное, все его звезды потихоньку переместились вниз и теперь заливают теплым светом улицы, глядя на прохожих с вывесок и из фонарей. - Ага, ты все понял. Ты молодец, - полукровка сжала бокал и прижала его к себе, все еще глядя вверх — как будто она была совершенно не здесь, как будто думала о чем-то...
«Там, так далеко отсюда, за холодным-холодным морем, есть одна маленькая недостижимая страна, которую населяет гордый древний народ. Этот народ родился и вырос в диких суровых лесах, не жалеющих своих детей, народ привык жить там, где холодно и тяжело, народ набрался храбрости и постиг Силу. Не ту, которая в фильмах о джедае, а настоящую, таящую в себе ярость самой матери-природы. Народ пережил войну с жестокими и сильными врагами — потому что сам был силен не меньше. И построил свою маленькую недостижимую страну, полную гордых Древних. Правда, Древних Знающих там... почти не осталось. Но гордый северный народ силен и не привык забывать — они вернут Знание и Силу, что покинули их сейчас. А еще там, далеко-далеко за холодным морем, содрогается величайший замок гордого народа, рушатся изящные своды, гаснут многочисленные огни. И это — веришь ли? - очень красиво. И я уйду туда, потому что родом я оттуда. Я не принадлежу к гордому древнему народу, но я кровью заслужила право быть там, в маленькой недостижимой стране. И это тоже — веришь ли? - было очень красиво. Вот такую историю я хотела рассказать тебе. Но — не сегодня. Только не сегодня. Мне еще надо столько сделать, столько пережить. Поднять гордый народ с колен, отстроить замок, растопить лед в сердце того, кто мне так дорог. А потом — я вернусь сюда, к тебе, и расскажу. О маленькой стране и ее народе, о себе, о мудром короле. Подожди. Осталось совсем немного...»
- Я сильная, Макс, я справлюсь. Со всем справлюсь, - женщина кивнула и дотянулась до бутылки, долила себе виски, но пить не стала, задержала стакан в руке, все так же прижимая его к себе. - Но — я прислушаюсь к твоим советам, - это вместо второго «спасибо». Пока еще она не готова выговаривать это слово больше раза в сутки.
Ветер трепал воротник куртки и тучи, разгоняя их прочь, чтобы двое на смотровой площадке единственной в городе стеклянной горы увидели огромную, наверное, на полнеба — так показалось в первые мгновения, луну. Желтая и почти круглая, как надкушенный круг сыра, царица ночного неба завораживала даже больше шумящего внизу города. И дышать с ее явлением стало как-то легче. И — Этайн засмеялась, наклонив голову, завешивая ее длинными волнистыми волосами.
- Размечтался, ага, - она потерла глаза, смахивая выступившие от смеха слезы, покачала головой. - Мой босс — пожалуй... Несомненно, красив. Очарователен. Многие из ваших, - «человеческих», - девушек не смогут сравниться с ним по красоте. Он элегантен и вежлив, у него прекрасные манеры и тихий приятный голос. Настоящий король, - полукровка села ровно, убирая голову с плеча мужчины, запустила в волосы пальцы свободной руки. - Но — хомяк. В смысле, такой же бесстрашный, потому что инстинкта самосохранения... ну, его нет. Если обрыв будет самым коротким путем — он прыгнет, даже не задумавшись. Вечно куда-то спешит, что-то делает, а мне приходится его ловить в самый последний момент, потому что я вечно за ним едва успеваю, - тихий смешок. - Терпеть его не могу, придушить готова, но без меня он точно грохнется со скалы когда-нибудь. Не могу я его бросить, слишком ему тяжко. Но мы слишком далеко ушли от темы, - а темы, в общем-то, и не было с самого начала, только глупое импульсивное желание заговорить именно с этим скучающим человеком, скрасить его вечер, заставить забыть о его заботах. - Покажи мне фокус, ты обещал.

+1

21

«Нельзя?»
Что же это за бизнес такой? Что же ей…придется его убить, после того, как она расскажет? Посмотрев на приземлившуюся на его плечо голову, вор полуприкрыл глаза, с улыбкой  скользя взглядом по светло-пшеничным волнам, оставшимся от распущенного сплетения косичек. Ему даже показалось, что он почувствовал запах чистого хвойного леса.  Нетронутый загазованностью, не пропитанный табаком, суетой большого города.
- Конечно сильная, kiddo. – Даже мысли не возникло спорить об этом утверждении. Оно даже не нуждалось в оспаривании. Его спутница явно была не из робкого десятка. Вероятно, что он, Макс, единственный, кто за долгое время мог увидеть её в состоянии легкой рефлексии. И неудивительно, что она доверила такой период малознакомому мужчине с которым просто было интересно разговаривать. Так никто из приближенных не увидит. А значит, она останется для них живой закаленной сталью. Против своей роли отдушины Браун не возражал. Даже льстило, что северный лев выбрал именно его.
Посмотрев на открывшуюся луну захотелось присвистнуть. Редкое зрелище в городе. В любом крупном мегаполисе. А вот Этайн явно видит такое регулярно.  Если живет в Канадских лесах, в какой-нибудь уютной резиденции, до которой нужно гнать автомобиль часа два. 
Женщина рассмеялась сильным, утробным смехом и Макс не смог сдержаться от того, чтобы улыбнуться шире, беззвучно рассмеявшись в ответ, выдыхая рвано через нос, как смеялся очень часто.  Поглядите-ка только: красавчик-босс, красивый и обходительный, эдакий беспечный и бравый принц на белом коне, у которого есть верный, немного циничный и до жути серьезный помощник, за уши вытаскивающий из самых разных неприятностей. Ну не приключенческая ли, кинематографическая парочка? Просто бери, да снимай сериал. Какой-нибудь сказочной направленности. Макс даже предположить не мог насколько был близок к истине.
Просьба показать фокус показалась такой милой, что противиться вор не стал. Отклонился немного, зажал меж пальцев светлую прядь волос, большим пальцем  трогая самые кончики, будто бы от качества тугих локонов северянки зависел ответ. По-крайней мере, кривляясь и загадочно хмурясь Макс словно пытался создать именно такое впечатление.
- Ну, хорошо. Достань из кармана мою монетку, пожалуйста. – Трюк сначала показался банальным и пошлым. Подкинуть немного крупноватый для стандартного размера четвертак можно было когда угодно.
Забрав у полукровки монетку, вор покрутил ее в пальцах, пока та не исчезла из поля зрения.
- Давай-ка сегодня я выступлю в роли гадалки. Итак. – Послышался звон металла, похожий на пересечение двух едва-едва не успевших соединиться отточенных, острых клинков и четвертак снова оказался в руке Брауна. – Вопрос силам вселенной. Задает Макс, первый ряд, четвертое место. Получится ли у Этайн поставить на лыжи работу одной маленькой, но очень серьезно настроенной компании? – Щелчок привлек внимание. – Ты не смейся, вселенная таких шуток не любит. – Не смотря на то, что все происходящее, естественно было забавной шуткой, вор изо всех сил держал серьезное каменное лицо. – Орел – если она провалится с крахом, а свой позор будет отмечать с бутылкой дешевой настойки на обломках. Решка – если все пойдет как надо. – Следующим щелчком четвертак взлетел на уровень лица и упал обратно на ладонь. Решкой вверх. Магии никакой не было, просто неправильно пропечатанная при изготовлении монетка всегда падала решкой вверх, из-за того, что одна из сторон была тяжелее. Браун такие монеты собирал, очень часто их «брак» пригождался ему в решении самых разных дипломатических вопросов. От решения «волей судьбы», до приглашения девушки на свидание.
Мол, выпадет орел – я от тебя отвяжусь. Но если решка – будь добра.
- Хммм… Пока вселенная благосклонна к тебе, суровая северянка. – Прищурив черные глаза, вор уважительно поджал губы. – Что ж, уважаемая вселенная, поднимаем ставки до ста тысяч евро.  Получится ли у Этайн сделать так, чтобы её сногсшибательный, но немного беспечный хомяк смог вывернуть дела компании таким образом, что он надает под зад всем акулам и узурпирует свою часть моря? Орел – если хомяка пустят на жаркое с овощами-гриль, приправленными соусом-бальзамик. Решка – если хомяк познает силу джедая и световым лучом истины порубит акул на суши.
Монетка вновь взмыла в воздух, ложась на ладонь Брауна решкой вверх.
- Хмм…интересно. -  Пальцы свободной руки потерли щетинистый подбородок. – Хорошо, вселенная. – Проговорил он в кусок «божественного железа». – Вопрос на десять миллионов. Поцелует ли Этайн Макса за то, что он является таким замечательным проводником к силе высшего разума? Орел – Макс сляжет на спину со сломанным ребром. Решка – Макс везучий парень.
И снова четвертак улегся решкой вверх.
- Удивительно! Уверена, что это не твоя монетка? – Деланно удивленно вскинул брови вор. – Может ты её заговорила? Может, ты колдунья? – Трофей лег в ладонь полукровки, как подарок, а Браун выразительно поднял брови, давая улыбку и ожидая приз.

Отредактировано Макс Браун (17.07.2016 03:30:28)

+2

22

Этайн сидела, подтянув колени к груди и обняв их руками, и следила за приятелем, чуть прищурившись, пока тот готовился к фокусу, слушала вполуха его болтовню, наслаждалась прохладным ветром и медленно проходящим опьянением. Подобные моменты покоя были для нее настоящей редкостью: вечно приходилось ждать подвоха и готовиться в любой момент отвоевывать личное пространство и свободу. А с Максом было весело, не нужно было ожидать подвоха — что может сделать человек? - просто слушать, изредка подсказывая тему разговора или доливая виски.
- Надо же, как меня сегодня любит вселенная, - она улыбнулась, по-прежнему одними уголками губ, и взяла маленький подарок, погладила решку, посулившую ей столько успеха в недалеком будущем, покрутила в пальцах, как изредка крутила лезвие кинжала. - Посмотрим... А не мухлевал ли сейчас Макс ради того, чтобы заработать мой поцелуй? - она уже поняла секрет бракованной монетки, но так не хотелось прерывать приятную атмосферу непринужденности и легкой романтики. В обычное время полукровка бы действительно сломала нахалу пару ребер и, гордо задрав к небу нос, удалилась восвояси, но этим вечером она пообещала себе отдыхать. Нервам надо иногда давать отдохнуть, и пока под боком нет привычного родного леса, приходится довольствоваться компанией малознакомого человека и третьей бутылки виски. Ради такого можно и пойти на уступки с собственными убеждениями. - Итак! - монетка закрутилась, полетела к звездному небу, чтобы дать новой хозяйке время произнести всего два простых варианта. - Орел — он отъявленный мошенник и заслуживает парочки сломанных костей в назидание. Решка — я словила удачу за хвост, и пора бы поблагодарить свою гадалку, - монетка упала на раскрытую ладонь, и женщина, не дав спутнику рассмотреть ее, сжала пальцы.
«Ты и так знаешь, что выпадет... фокусник».
А в следующую секунду полуэльфка уже прижалась губами ко лбу Макса, чтобы, помедлив, отстраниться и снова опуститься на импровизированную подушку.
- Когда же вы, мужчины, поймете: просить поцеловать нужно куда-то, а не просто так. Иначе — я буду выбирать сама, - и хитро усмехнулась, пряча трофейную монетку в карман джинсов, потянулась, с удовольствием вглядываясь в редкую гостью городского неба — луну. Наверное, стоило сказать что-то еще, но Этайн растеряла все слова и теперь просто смотрела вверх, прижимаясь затылком к холодному ограждению. - Расскажи... что-нибудь, что будет мне интересно.
Ей просто нравилось слушать хрипловатый голос и прижиматься к теплому боку мужчины, в кои-то веки успокоившись и не опасаясь, что вот прямо сейчас уже надо вскакивать и куда-то бежать. Как же долго она уже не сидела без движения дольше двух минут? Ведь в последнее время, стоило ей присесть, монарх уже вскакивал и торопил своего телохранителя — еще столько надо сделать. Ему было тяжко в первые месяца, да и зима будет тем еще испытанием, и все это один не очень-то сильный эльф взвалил на свои плечи, потому что больше было некому. И наблюдая за ним, полукровка все чаще задумывалась о том, что первое впечатление все-таки иногда бывает обманчивым.
«О богиня, я могу не думать о монархе хотя бы один чертов вечер?! Найдется когда-нибудь хоть кто-то, кто заставит меня забыть о белобрысом хоть на полчаса, а?!»
Богиня, как всегда, осталась равнодушна к молчаливому крику своей подопечной, зато что-то начал беззаботно рассказывать Макс, и женщина медленно повернулась к нему, неторопливо рассматривая своего собеседника, запоминая его лицо, движения, манеру говорить — чтобы потом узнать его в многолюдной толпе без колебаний и ошибок.
- Запиши мой номер.

+1

23

Заполучив подарок, Этайн незамедлительно начала апробировать действие «счастливого талисмана», как он и предполагал. Макс лишь с улыбкой покачал головой, приготовившись уклоняться от грозной расправы. Более того, что женщина довольно красноречиво озвучила её вслух. Правда, ничего она ему не сделает. Взгляд машинально опустился на упавшую на обманчиво-узкую ладошку монетку, но та скрылась в ладони, лишь игриво блеснув на прощание.
Не смотря на отчетливое понимание того факта, что о страстном французском поцелуе можно даже не мечтать, вор почувствовал легкий укол разочарования лишь от слабого поцелуя в лоб.
«Как покойника».
Задержав черные глаза на светлых – Тайны, он все же улыбнулся еще раз и кивнул.
- Справедливо.
Эх, что ж поделать? Впрочем, как бы бедовая душа ни надеялась, этот вечер не для глубоких поцелуев. Откинувшись обратно на железные перила, Браун незаметно заполучил во власть пальцев еще один пшеничный локон, перебирая его, осторожно наматывая на фаланги.
"Рассказать что-нибудь, что будет интересно… А что тебе интересно, kiddo?  Вряд ли последние новости и слухи. Нет, это совершенно не для тебя".
- Когда строили этот торговый центр. – Взгляд обвел  покатую крышу, образующую странную, немного уродливую конструкцию купола из которой торчал не то гвоздь, не то шило.  – Группа рабочих пыталась бастовать из-за того, что компания задерживала им зарплату, не сокращая ни рабочий день, ни нормативы.  И вот, когда они поняли, что добиться денег от нерадивой компании можно только через суд, в это время, один из рабочих забрался на самую-самую крышу, ещё тогда недостроенную. Вон, на шляпу того гвоздя, или что это…член? Черт его знает. Ну, так вот.  Он забрался на самый верх и заявил, что не покинет этого места, пока его коллегам не заплатят зарплату. От компании он так ничего и не добился, поскольку она объявила себя банкротом. Но он попал на телевидение, и это вызвало такой обширный резонанс, что люди были даже готовы скинуться, собрать людям на зарплату. Но не пришлось, слава Богу.  На громком проекте решила сделать имя другая строительная компания.  На волне шумихи они довольно быстро получили разрешение взять строительство в свои руки. Они достроили этот центр, дали денег рабочим, сделали себе отличную рекламу, которая окупается до сих пор. Но не  это главное. Меня заинтересовал момент, что буквально один человек может раскрутить такой маховик, что время начнет играть не против, а за. А возможности начали открываться неожиданно. И все благодаря одному человеку. Возможно, что без его поступка все сложилось бы иначе. Или похоже, но тогда рабочие из разорившейся компании остались бы без работы. Очень интересный случай, я думаю, что это немного перекликается с тем, что тебе предстоит делать. Не в смысле, что тебе придется лезть на крышу. Но парочку вершин, наверняка, придется покорить самой, чтобы нужные люди увидели тебя, и ты смогла направить реку в правильное русло.
К моменту окончания истории, Макс повернулся к собеседнице, выпуская волосы из пальцев так же незаметно, как и держал их. Этайн смотрела внимательно, словно пыталась вспомнить знакомое лицо. Или же, наоборот, запомнить его? Да нет, вероятно пыталась понять, выдумал ли Макс эту историю просто для того, чтобы её приободрить.
Просить насчет номера дважды не пришлось. Без пререканий, Браун достал телефон из внутреннего кармана пиджака и записал нужные цифры. Скинул дозвон, обозначив себя.
Значит, игра в загадочность на сегодня прекратилась, открыв ларчики с секретами?
Макс не знал, как  очень сильно ошибался. Если бы только мог предположить, что те верхушки льдинок, плавающих на поверхности, на самом деле – огромные айсберги, уходящие массивной льдистой массой в самую-самую глубь замершего моря. Но он не мог. Не знал.  Мир, в котором жила Этайн, не был ему знаком. Не увидь его своими глазами, вор бы ни за что в него и не поверил. 
- Теперь, когда хомяки и интриганы тебя достанут – ты знаешь к кому обратиться. – Губы разомкнулись в широкой улыбке, будто для него это было сущей безделицей и проблемы новой знакомой были не побоку.

+1

24

«Знаешь, мне всегда казалось, что с моим приходом в Менегрот завершилась целая эпоха. Шутка ли — почти столетие! И знаешь, что-то в твоей истории есть... очень похожее на меня — я тоже требую от своей судьбы того, чего у меня никак не может быть. И получаю! Как-то даже смешно говорить, но я за всю свою отнюдь не легкую жизнь ни в чем особенно-то и не нуждалась, даже не очень-то страдала. Подумаешь, выродок без единого живого родственника? Любой человеческий сирота живет намного труднее меня-ребенка. И мне в голову не приходило жаловаться на жизнь. А тут вдруг... совершенно незнакомому человеку... И чтобы получить в ответ теплую улыбку?»
Полукровка смотрела, как медленно меняется лицо Макса: вот появляются небольшие морщинки в уголках рта, а на щеках проступают такие милые ямочки, и глаза тоже улыбаются — не смеются, не издеваются, а именно улыбаются. Удивительно, как одна простая искренняя улыбка может изменить человека и мнение о нем, поразительно, что от одной улыбки зависит настроение совершенно чужого человека, который — совершенно случайно — увидел ее. И такое ощущение, что где-то внутри восходит твое личное солнце, освещая самые темные и потаенные уголки черной души, согревает, но еще не слепит, проходится мягкими ласковыми касаниями по лицу, выглядывает наружу из твоих глаз, растягивает губы в ответной улыбке, которую уже не удержать — да и не хочется маскировать, переиначивать. На такое бескорыстное добро надо отвечать точно таким же, иначе больше никогда не вернешь этого поистине волшебного момента.
- Как будто тебе не все равно, - и Этайн улыбнулась в ответ, забывая о маскировке и о всех необходимых предосторожностях, кажущихся сейчас просто ненужными банальными мелочами. Зачем быть мелочным, когда тебе так улыбаются?
А через несколько мгновений нежного тепла солнце лениво закатывается за твой личный горизонт, и душу снова обнимает непроглядная ночь, та самая, чью тьму невозможно разогнать одной маленькой свечой. И охватывает неумолимое жестокое понимание: ты совершил недопустимую, роковую ошибку. И из-за тебя человек, простой, не посвященный в твой страшный жестокий мир, пострадает — непременно. Из-за твоей оплошности, из-за сиюминутного желания поддаться чужому настроению.
И улыбка медленно сползает с лица, а ее место занимает какая-то грустная безысходность, потому что отмотать время назад уже... невозможно. Нет таких заклинаний, даже в ее страшном жестоком мире, чтобы управлять временем. И остается только горькое сожаление на всю оставшуюся жизнь. Или — необычно всеобъемлющее спокойствие.
- Видел.
«А ему никто не поверит. Сколько уже находилось сумасшедших, твердящих, что среди людей живут вампиры? Чертова наследственность. Вот что получается, если смешать и взболтать коктейль из генов двух кровных врагов. Как можно оживить вампира? Я хочу! Очень хочу! Убить своего отца еще раз, собственными руками».
Полуэльфка очень медленно поднесла ладонь к губам и коснулась их кончиками пальцев, продолжая грустно и, в то же время, спокойно смотреть в глаза Максу.
«Интересно, а он хоть поверит? А что делать, если не поверит? Не хочу быть одной из тех дурнушек, которые фанатично наращивают себе клыки — как у вампиров — в надежде жить вечно и подражать любимым персонажам слащавых подростковых фильмов. Все объяснить? Рассказать о себе, о вымершей общине, об убитой вампирьей семье. Убедить, что я последняя? Пусть будет нашей маленькой тайной, говорит Эдвард и выходит под солнечный свет. Блять, какая сука сняла этот долбаный выкидыш киноиндустрии?! И почему я его вспоминаю?!»
- Спрашивай, - обреченно выдохнула и подбросила ту самую монетку с неправильной чеканкой, словила, крутанула в пальцах, показала, снова подбросила. И еще раз, и еще, пока ухо не привыкло к равномерному металлическому звону подлетающего в воздух четвертака. Интересно, он вообще всегда падает вверх только решкой? Если она когда-нибудь выбьет орла, ей начнет везти и она прекратит совершать откровенные глупости?

+2

25

В глазах его собеседницы отразилось тепло, ставшее позывом к ответной улыбке. Это было очень мило, ей действительно шло широко улыбаться.
Ей шло…стоп.
Взгляд машинально скользнул к ровным зубкам, и вору совершенно не романтично показалось, что он ебнулся головой.  Вытянутые клыки, как у саблезубого тигра смотрели на него неприкрыто, едва заметно поблескивая, идеально начищенные и, судя по всему, острые, как чеченские ножи.
Спокойные черные глаза расширились от удивления. Захотелось даже  притронуться, но кто он, варвар какой – к людям в рот лезть?  Это неприлично. Но...какого члена тут творится?
- Ох, ни-ихрена себе!...
Этайн как-то сразу погрустнела, то ли не встретив ожидаемой реакции на «апгрейд», то ли от того, что показала «апгрейд», не собираясь делать этого изначально. Ни за что бы Браун не предположил, что его новая подруга  -  фанатка фильмчиков про вампирчиков. Может быть, просто по молодости-глупости сделала? Все в молодости херней страдали, он вот кольцо в ухе носил. Потом снял, правда, когда сказали, что вид у него стал на редкость петушиный.
- Вампирша, что ли? – Слабо рассмеялся вор, не понимая, откуда такая обреченность у его северной спутницы.  – Кхм… Выглядят как настоящие. Я даже сначала подумал, что умом тронулся.  – Хотелось получше рассмотреть, но склоняться и всматриваться – не вежливо.  – Да чего ты? – С гибкой легкостью перехватив монетку, вор покрутил ее в пальцах, пропуская сквозь них, и вернул подарок обратно.
Конечно, как еще мог отреагировать самый простой человек? Провидцем он не был, читать мысли не умел. Натурально же решил, что это все – нарощенное богатство.
- Интересно смотрится. Правда, я думал, что у вампиров клыки должны быть дальше. – Кончик языка коснулся собственных клыков, обычных, человеческих, просто показывая верное место. Правильно, откуда ему знать?  -  Или я ошибаюсь? Ты в этом-то лучше меня разбираешься. – Ткнув женщину локтем не больно, чтобы не обижалась, показал, что просто шутит.  – И как я раньше не заметил?
«Так вы и не туда смотрели, кхм».
- И удобно тебе с ними? Просто, я бы долго с такими не проходил, снял бы обязательно, это же даже яблочко нормально не укусишь. Хотя, могу представить, сколько раз в драках пригождалось. И психологическая атака, и физическая, так сказать.
И снова, откуда ему было знать, что Этайн способна шею вот такому же здоровому мужику перекусить на две части не подавившись? В глазах вора плескались удивление, интерес, остатки алкоголя, но не страх. Вероятно, пока он просто не понял, действительно приняв женщину за фанатку фэнтези, а не за настоящего воина, пьющего кровь.

+2

26

- Думал он, - полукровка скривилась, как если бы ее заставили целиком съесть недозрелый лимон, и тяжело вздохнула. Конечно, ее собеседник воспринял все как милую шутку и дела молодости, и это было... настолько предсказуемо, что она могла угадать все его следующие фразы. И угадала, только мрачно качая головой в ответ на насмешливые замечания. - Клыки здесь, - легкое прикосновение кончиков пальцев к щеке в том месте, где на себе недавно показывал Макс, - у оборотней. Несмотря на ваше человеческое представление, у оборотней и вампиров совершенно различное строение челюсти. И прикус, соответственно, тоже. И если нарастить клыки как у оборотня человеку вполне возможно, - тихий насмешливый смешок, - то с моими клыками ты просто не сможешь закрыть рот. И тебе и правда будет неудобно кусать яблоки.
«А вот в драке я их не очень-то использую. Когда на тебя прет какой-нибудь придурок-эльф или слуга крови, не больно-то покусаешься. Подпустишь на расстояние вытянутой руки — и ты уже труп. А если и укусишь, то скорее без клыка останешься, а не вред нанесешь».
Человеческие представления доставляли... удовольствие, смешанное с жалостью. Во-первых, люди придумали себе эдакую наивную сказочку и охотно в нее поверили, совершенно не представляя, как все было на самом деле. Во-вторых, они пытаются подражать и примерять все это на себя: строят из себя вампиров и показушно воют на луну, изображая вурдалаков. Ну какой. Простите, вурдалак будет выть на луну, рискуя себя выдать?! А вампиры, влюбляющиеся в людей — шутка ли, они друг с другом поладить не могут и вечно грызутся, а люди для них и вовсе хуже пустого места. На пустое место хоть внимания не обращают, а людей пиявки откровенно и без зазрения совести используют. Расскажи все это современному человеческому подростку, он с моста прыгать пойдет или с кулаками полезет — в зависимости от малахольности и приверженности современной мании.
- Они настоящие, - оскалилась, демонстрируя собеседнику остроту клыков, которыми, откровенно говоря, гордилась. Хоть и не втягивающиеся, как у чистокровных и прочих дампиров, клыки много в чем помогали в жизни, а еще были главной отличительной чертой, выделяющей ее из массы ушастых детей Дану. - Кроме того, ты прекрасно видел, как я ем, - Этайн медленно спрятала монетку в карман и легко поднялась на ноги, еще раз прошлась по площадке, разминая затекшие мышцы, вернулась к Максу и, подумав, опустилась перед ним на корточки. - А вот мешают ли клыки при поцелуе — я не знаю, - и довольно хохотнула.
«Пусть теперь помучается. Интересно, закричит? Испугается? Если до него дойдет, конечно. Увы, люди слишком закостенели в своих привычных рамках. Им притащи настоящего пришельца, они носом вертеть будут и заявят, чтобы я отнесла переодетого ребенка туда, откуда я его забрала».
- Проверим? - и выразительно приподняла левую бровь, вглядываясь в глаза мужчины и улыбаясь — уже не считая нужным скрываться. Полуэльфка обожала пугать тех, кто по какой-то глупой причине рискнул оказаться с ней рядом, в детстве, помнится, ей не раз влетало от старейшины за то, что мелкие эльфы не могли уснуть ночью и рыдали на шеях у родителей после очередного сеанса закалки нервов, как называла это сама виновница. И она просто не могла упустить шанс проверить, так и крепка человеческая вера в то, что они — единственные разумные на этой богами забытой планете.
«Какие они милые, когда пугаются. Какие смешные! А может, укусить его? Вдруг люди вкусные?»
Ей не нужна была чужая кровь, чтобы жить, в отличие от других дампиров, но не могла полукровка отказать себе в возможности попробовать ее на вкус. Каждый раз соленый привкус на губах приносил удовольствие и удовлетворение, как от хорошо проделанной работы. Но раньше ей надо было убивать ради такой роскоши, а тут можно всего лишь легонько придушить, чтобы не сопротивлялся — и бери тепленьким.
«Люди... такие слабые».

+2

27

Она сказала, что клыки настоящие и Браун едва не рассмеялся, склонив голову к плечу, наблюдая за перемещениями очаровательной придури по площадке.  Даже завис немного, залюбовавшись и даже ни о чем не подозревая. Не догадываясь в каких сомнениях сейчас металась его загадочная собутыльница. Спокойно переводил взгляд от длинных ног, вверх по спине, к пышной львиной шевелюре, залитой лунным светом, борющимся за первенство с искусственным освещением.
Чего только не услышишь за один вечер? Чего только не увидишь, что только не узнаешь? Причем, или от самых неожиданных личностей, или от тех, от кого что-то подобное ожидаешь заслышать меньше всего на свете.  Устоявшиеся  стереотипы, вероятно, давали о себе знать.
Этайн же  у него не складывала впечатления умалишенной фанатички, из чего вор сделал простой вывод: скорее всего она просто шутит и прикалывается. Ну, а о чем еще может подумать самый обычный человек, далекий от фантастики? 
Для него телекинез, лечение силой мысли, таланты гипнотизеров – всегда были областью фантастики, куда уж в эти рамки пихать вампиров, оборотней и эльфов? Да еще и из Канады. Кого там есть? Невинных оленят? Бобров понадкусывать там, шапку себе потом сшить, чтобы не мерзнуть.   Этим обычные люди и отличались от живущих на земле сверхрас. Те прятались настолько мастерски, не выдавая себя, что никто и не верил в их существование, пока не потыкают носом. И то, даже если потыкают – люди ни за что не поверят.
Вот сейчас Этайн абсолютно искренне говорила Максу о своих клыках, а тот не верил.  Или не слышал, или не хотел слышать. Потому что чуткие уши вора уловили совершенно другое, на что он рад был нацелиться в первую очередь. 
- Давай. – Без страха улыбнулся вор, подавшись вперед, опираясь на одну руку. Где-то в глубине зрела мысль, что за такое очень даже просто можно получить по носу. Но ведь она сама предложила. А тут уж за язык никто не тянул.
В том, чтобы поцеловать свою красивую спутницу, Браун решительно не видел ничего криминального. Более того, атмосфера располагала, а руки были развязаны всего лишь одной неосторожной шутливой фразой.  Дело было в том, что Макс был мужчиной, а мужчинам не нужно ходить долго вокруг да около.
Черные глаза приблизились,  приковывая к себе внимание, Макс по-прежнему не выглядел ни испуганным, ни опасным, ни насмешливым. Было темно, поэтому в этой черноте его зрачков полукровка едва ли разглядела свое отражение.  До того, как та успеет передумать и отстраниться, Браун украл свое право на поцелуй, подвигаясь вперед и пальцами утопая в светлых волосах. Про себя он успел отметить, что волосы у северянки мягкие и касаться их было сплошное удовольствие.
Наглость собственных действий его нисколько не смущала. Более того, целовать Этайн было приятно, как и слышать запах леса и снега. Ощутив остроту клыков на губах, он прищурил один глаз. Действительно, как ножи. Он, кажется, даже о них порезался, но понял это ,только почувствовав характерный привкус во рту. Или Этайн пыталась его съесть?

Отредактировано Макс Браун (21.07.2016 01:34:53)

+2

28

«Он просто дурак или намеренно об меня самоубиться хочет? Я вот не поняла сейчас, что... происх... Блять. Ну я же шутила!!!»
Этайн, если честно, перекосило. Смотрел бы кто-нибудь со стороны, однозначно бы посочувствовал бедному мужику: весь вечер ухаживал за злой эгоистичной теткой, буквально получил предложение, то есть прямое дозволение действий, и... все равно эта неблагодарная скорчила жуткую рожу и явно чем-то недовольна. И полукровка бы очень много сказала, если бы ей рот не заняли, и ведь если отстраняться, то просто так не выйдет — ее еще и за затылок надежно так придерживали. Поэтому она просто закрыла глаза и опустила поднятую для хорошей оплеухи руку Максу на макушку, провела ею вниз до солнечного сплетения и с силой надавила, заставляя отстраниться.
- А ведь ты мой первый поцелуй украл, сволочь, - женщина задумчиво провела по губам тыльной стороной ладони и с плохо скрываемым интересом воззрилась на свою руку, поднесла ее, испачканную, к губам, слизнула чужую кровь. - Еще и куришь много. Засранец. Гадость, а не кровь. Никому не давайся, а то так разочаруются, - кровь отдавала горечью, захотелось ее выплюнуть, но полуэльфка сдержалась, с усилием сглотнув. Поднялась, вытирая руку о штаны, подошла к ограждению и, примерившись, одним легким движением вспрыгнула на узкие перила, сунула руки в карманы джинсов. - А ведь я девятый десяток разменяла, парень. По меркам долгоживущих я еще сама подросток, а для вас — должна быть старухой, из которой песок сыплется. Вот и думай теперь.
Этайн развернулась так, чтобы стоять на перилах боком к Максу, усмехнулась, скосив на него глаза, и, не вынимая руки из карманов, пошла вперед. Вся ее жизнь была такой — по лезвию над пропастью, по тонкому волосяному мосту, справа — огонь, слева — лед, и поди пойми что лучше и куда падать удобнее. Обе пропасти напоминают Геенну, пылающую на верхних уровнях, но выхоложенную стужей где-то в самом низу. А падать в ад — уж простите, как-то совсем не хочется. И приходится балансировать, искать ту единственную точку равновесия, которая позволит прожить на пару шагов дольше, а потом — еще раз, и еще... Поначалу очень сложно, кажется, что еще секунда, и можно прощаться с жизнью, а потом привыкаешь, забываешь о смертельной опасности и просто идешь вперед, даже не пытаясь смотреть вниз, и не потому, что страшно, - просто незачем уже.
«Они все такие? Все короткоживущие предпочитают убивать себя? Алкоголь, табак, наркотики — все это для них как смертельный яд. И если я от такого букета только чихну, неподготовленный молодой человек запросто загнется или на всю жизнь останется калекой. Что за... раса? Их только пожалеть остается. И все равно находятся...»
Полукровка развернулась на носочках и прошлась обратно к тому месту, где остался сидеть ее собеседник, присела, опасно качнувшись вперед, склонила голову набок, разглядывая неудавшегося Ромео. В какой-то мере он действительно был... привлекательным, если судить по тому, как уверенно он ведет себя с женщиной. Но все равно чего-то не хватало, еще долго ему придется жить, чтобы найти ту самую очень важную мелочь, которой сейчас так не хватает его спутнице. А пока... он оставался просто мальчишкой, очень милым обаятельным мальчишкой, на которого суровой северной воительнице нельзя опереться — завалится, как криво сбитый забор.
- До сих пор не веришь, да? - протянула руку и зарылась пальцами в волосы Макса на макушке, взъерошила их, с веселой усмешкой глядя ему в глаза. Все это напоминало старую детскую игру в верю-не верю, когда на кону уже стоит слишком много и неверный ответ сулит гарантированный проигрыш. - Ну... проиграем еще. Ага? - и соскочила с ограды, подхватила плащ мужчины, повесила ему на плечо. - Пойдем гулять, вор первых поцелуев. Не все же здесь торчать, скучно, - как на арене, когда туда выпускают льва: тот сперва тоже бродит кругами, изучает, а потом находит себе достойное его место и начинает скучать. - Вся ночь впереди. Я еще успею выиграть! И бутылку не забудь, бутылку! - и первой вышла к лифту.

+2

29

Поцелуй неожиданно закончился сиплым выдохом и Браун сморщился, опираясь на руки, чтобы не свалиться. По ощущениям, Этайн диафрагму едва не вырвала, вот это силища, она в свободное время лом не гнет?
Нет, ожидаемо, конечно, но твою ж мать.  Прищурив один глаз, целовальщик века  уже хотел улыбнуться полукровке, но немного опешил. Какой первый поцелуй? Ей что, шестнадцать?  Да быть не может. На воинствующую старую деву тоже не очень похожа. Как и любой мужик, от подобного заявления, Макс впал в легкое подобие ступора, пытаясь анаизировать сказанное. Пошутила, наверное. Моргнув несколько раз, вор смерил взглядом слизывающую кровь женщину, которая крайне нелестно отозвалась о качестве попробованного, и пошла кидаться со смотровой площадки вниз.
Не настолько плохо он целуется, чтобы сигать с крыши на асфальт! Вскочив на ноги, Макс уже хотел вскрикнуть, чтобы не делала глупостей, но не успел.
- Девяносто?
Нет, сходили от него с ума женщины раньше, но никогда так быстро. Да и сходили –то, в большинстве, в хорошем смысле. Но чтобы так глобально – еще ни разу. Даже не определишь с первого взгляда – лестно, или обидно. Непонятно, в общем.
Да нет, ну адекватная же была, что резко переменилось? На какой рычаг он ей там языком нажал, что резко пошел такой сдвиг по фазе? Кинувшись к перилам, Браун протянул руки, намереваясь стянуть дурную девицу на безопасную поверхность, но та шагала по перилам с такой легкостью, будто была кошкой.  Она в прошлом была или эквилибристкой, канатоходцем, или у нее центр тяжести не в том месте, где у всех людей.  Опустив взгляд с задумчивого лица, и переведя его за спину, как только полукровка пошла дальше, Браун поджал губы, приподнимая брови. Ну, вполне может быть и там. Но вот только такие прогулки безопаснее не становятся ни разу!
По мере приближения Этайн, вор полуприсел на колено, приготовившись ловить, но не понадобилось. Пальцы зарылись в темные волосы, взгляд его остался таким же непонимающе-шокированным. Широкие плечи от ветра укрыло верное пальто, а Этайн весело пошла на выход, оставляя в непонимании и с бутылкой.
- Кхм…
Нет, ну одному-то ловить нечего было. Он же не оборотень, чтобы упиваться вискарем и на луну выть. Попытавшись систематизировать все увиденное и услышанное, Браун двинулся следом, нагнав полукровку у лифта. Вопросов возникло очень много, конечно. Особо впечатлительный бы сразу же поверил. Но Макс таким не был.  Причем, женщина или неуловимо намекала на продолжение банкета, или… хрен его знает, что в мире-то творится вообще?
Когда в последний раз встревал в настолько странную ситуацию? Да никогда еще, пожалуй. Тут и крови отхлебнули и всё в комплекте, чтобы запастись историей для благодарных потомков.
- Слушай…  Какое разочарование для вампира, наверное. – Попробовал пошутить вор. – Заманила мужика на крышу, напоила, расслабила, а он невкусный. – Губы надломила улыбка. – Просто разочарование века. Получается, что я максимально защищен от твоих сородичей? Мол, обходите этого мужика, он такой, не очень, даже джин-тоником не разбадяжишь.

+2

30

- Увы, Макс, - полукровка на несколько секунд прижалась к своему собеседнику и тут же, развернувшись, направилась к стеклянной стене лифта, улыбаясь и закинув руки за голову. - Я-то росла на экологически чистых продуктах, а городские вампиры уже привычные. Не знаю, но им должно быть плевать на сигареты, они сами их потребляют, - дверь открылась, выпуская Этайн из стеклянной клетки, а еще через пару минут она легко толкнула стеклянную дверь торгового центра, чтобы вдохнуть наполненный выхлопами и сигаретным дымом запах большого города. На смотровой площадке дышалось легче, но за несколько дней пребывания в Столице она уже успела привыкнуть, поэтому просто взяла мужчину за руку и потащила прочь от шумных улиц в лабиринты многочисленных переулков. - Бутылку взял? Молодец, береги!
Хотелось сделать что-то... что-то такое, чтобы удивить весь этот гребаный мир, а придумать такой грандиозный поступок все не удавалось, поэтому женщина просто шла вперед, сжимая чужую крепкую ладони, нарочно огибая светлые шумные участки и прячась в тени старых зданий, сворачивая во все новые и новые переулки, чтобы удалиться как можно дальше от центра, оставить за спиной гул развлекающихся людей, глупую зомбирующую музыку клубов и соблазнительные вывески баров. Не так надо было проводить эту ночь! И только, наверное, это она и знала.
«Алкоголь выветрился... окончательно. Но я все равно не трезвею. Смешно и мило».
Полуэльфка как раз вела языком по нижней губе, когда на ее плечо сзади опустилась чья-то грубая лапища, останавливая и заставляя развернуться. Она, зло усмехнувшись, выпустила ладонь Макса и решила послушаться, крутанувшись на пятках и склонив голову к плечу. Из темноты очередной подворотни уже вынырнул перекачанный парнишка с внешностью орангутанга и его мелкая незначительная шушера. И все так странно улыбались, как будто ждали, что им прямо сейчас что-то обломится.
«Гоп-стоп? Ой как весело!»
- Эй, мужик, выворачивай карманы и катись. А о телке твоей мы позаботимся.
«Ой, они думают, что они обо мне позаботятся? Ой, они та-а-а-акие... та-а-а-а-акие... суки».
Первым же молниеносным ударом она заставила бугая согнуться и мучительно раскашляться в попытке схватить ртом воздух, а потом легким движением руки схватила за воротник и впечатала в стену так, чтобы его ноги не доставали до асфальта. Шушера колыхнулась и отступила на шаг, потом еще на шаг, а через полминуты, до конца не успев осознать ситуацию, сбежала. Главарь-качек остался наедине с легким удушьем и перекошенным от ярости лицом полукровки.
- Кастрирую, ур-р-род. Катись отсюда! - и разжала пальцы, позволяя обмякшему телу мешком рухнуть на асфальт, сплюнула, развернулась и, подхватив своего спутника под руку, быстро пошла прочь. - Ненавижу таких ущербных, - незаметно конфискованный у нападавшего нож легко вошел в стык между кирпичами по самую рукоять, а Этайн затормозила, все еще держась за него и ероша волосы свободной рукой. - Я же могу не сдержаться! - резко подняла голову, чтобы столкнуться с приятелем взглядами, но тут же опустила глаза в попытке скрыть звериное, не поддающееся описанию бешенство. - Я чуть не сломала ему шею! - ударила кулаком по стене и спрятала руки в карманы, отвернулась к стене, пытаясь выровнять дыхание.
«Раз-два-три, я люблю этот мир. Раз-два-три, я в безопасности. Раз-два-три, я... я...»
- Прости, - отмахнулась, устало провела ладонью по лицу и шагнула вперед, к мужчине, протянула руку, сжимая его плечо пальцами, вгляделась в глаза.
«Боится?»
Провела ладонью по щекочуще небритой щеке, продолжая внимательно смотреть в глаза, не давая увести взгляд, затаив дыхание. Она — окровавленный монстр из страшных сказок. Она не умеет быть нежной и чуткой. Разве так будет всегда? Почему она не может измениться? Изломать себя, предать все, во что она верила до сих пор, и измениться. Чтобы от нее не шарахались больше хорошие люди.
- Прости, - отпустила плечо Макса и отступила на шаг, давая спутнику возможность уйти.

+2


Вы здесь » КГБ [18+] » Осень 2066 года » [12.11.2066] Алкоголь сближает?