КГБ [18+]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » КГБ [18+] » Осень 2066 года » [13.11.2066] Allowance races


[13.11.2066] Allowance races

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

Время: 13 ноября 2066 год.

Место:
- Ипподром в пригороде Джасписа.

*

http://s7.uploads.ru/t/OsxQt.jpg

Действующие лица: Цукуё Накадзима, Акира Окумура.

Описание ситуации:
Иногда вполне предсказуемые новости приходят с неожиданной стороны. Когда Йошинори Накадзима делает Акире Окумура одно недвусмысленное предложение вслед сразу за другим недвусмысленным заявлением, остается уповать только на здравый смысл. Хоть чей-нибудь.

Дополнительно: Allowance Races  в США или Европе – это гонки с определенными условиями для участников, но все лошади в этих скачках защищены от выкупа.

+10 ZEUR начислено всем участникам эпизода.

+1

2

Нельзя сказать, что чего-то подобного Акира ожидала.  Говоря по правде, к своему стыду, она даже не предполагала, что такой вариант может быть возможен. Мысль, что у Мицунари мог быть брат-близнец, изначально отдавала неправдоподобностью индийского кино и была занесена в разряд бредовых с тех самых пор, как информаторы её рода сообщили, что Патриарх Накадзима ведет себя странно. Акира тогда не придала этому особого значения, решив, что Мицунари попросту ускользнул из-под надзора бдительной тётушки и умеренно пустился во все тяжкие, пока той было недосуг вернуть его обратно под крыло. Очень напрасно, как выяснилось в итоге.
Когда тот, кого она при встрече приняла за Мицунари Накадзима, заявил что он, хоть и Накадзима, но не Мицунари, а его брат-близнец Йошинори, Акире стало казаться, что её разыгрывают, и казалось так довольно долго. Но шутка затягивалась, и вечер стремительно переставал быть томным.  Понадобилось около часа и почти целая бутылка вина в одно лицо, чтобы сначала ознакомиться с неопровержимыми доказательствами существования у Мицунари близнеца, которые тот любезно предоставил, а потом уложить эту информацию в голове и придать ей подобие порядка.
Впрочем,  на этом сюрпризы даже не думали кончаться.
Акире хватило короткого знакомства с Йошинори, чтобы сделать насчет него некоторые выводы. Во-первых, любви и благоговения брата к тётушке-наставнице он, мягко говоря, не разделял. Во-вторых, позиция «марионетки на троне», против которой ничего не имел Мицунари, его также не устраивала. Ну и, в-третьих, он был полон решимости заручиться поддержкой Акиры, чтобы вместе с ней объединиться против Цукуё.  Йошинори недвусмысленно на это намекал,  используя для своих намерений обтекаемые формулировки и эвфемистические выражения, но понять, что стоит за дипломатичным «подвинуть с дороги», большого ума и не требовало. 
Находясь в состоянии легкой прострации, Акира, тем не менее, слушала близнеца патриарха Накадзима очень внимательно. И чем дольше слушала, тем яснее ей становилось, что во внешней политике он, мягко говоря, не разбирается. Далекоидущие, по его собственным словам, планы ограничивались одной только ликвидацией Цукуё и захватом власти дома, в Японии. На вопрос, что Йошинори собирается делать с захваченной властью, внятного ответа так и не последовало. Мицунари же, как потенциальный соперник в этой борьбе, в расчет закономерно не принимался.
Скачки должны были начаться пятнадцать минут назад. Во всяком случае, именно так значилось в программе вечера, обнаруженной на сервированном в современной манере столе. Гости волновались. Акира хорошо ощущала их нетерпение, нарастающее с каждой минутой ожидания, но выстроенный ею ментальный барьер, не имеющий ничего общего со сверхъестественными способностями, позволял игнорировать большую часть фонового шума и сохранять границы собственного «я» даже в толпе. Этим, должно быть, объяснялся и тот факт, что к её столу, несмотря на большое количество людей в VIP-ложе, никто не подходил ближе, чем на два метра.
— Спасибо, что пришли, Цукуё-сан.
Акира не сомневалась, что огненная ведьма прекрасно её слышала, несмотря на довольно шумную обстановку, как не сомневалась и в её присутствии рядом. Не почувствовать, как изменился эмоциональный фон вокруг было просто невозможно. Договариваясь о встрече, Акира предусмотрительно умолчала о её причине,  сообщив лишь то, что эта информация Накадзиму, определенно, заинтересует. Не телефонный это был разговор. Матриарх поднесла к губам бокал с вином и молча перевела взгляд в ту сторону, где ожидала увидеть Цукуё. 
В европейской одежде Акиру было не узнать. Парадоксально, но в светлом брючном костюме, лаконичном, хотя и подогнанном точно по фигуре, она смотрелась более представительно, чем в намного более дорогих кимоно, которые предпочитала носить ранее. Дело было даже не в предпочтениях, которые менялись со временем, а в том, что лишнее внимание им было ни к чему. Да и сложно было придумать что-либо более неуместное, чем заявиться на скачки в кимоно.
— Я не отниму много вашего времени, — бокал вернулся обратно на стол, а Акира слегка развернулась корпусом в сторону своей собеседницы, сохраняя нейтральное выражение лица. Весь её вид говорил о том, что она была намерена поговорить о чем-то отвлечённом и только после этого перейти к цели их встречи. Это было бы очень по-азиатски. — Ваш второй племянник шлёт вам привет.

Отредактировано Акира Окумура (02.08.2016 14:30:14)

+2

3

Цукуё редко посещала подобные светские мероприятия. В основном в виду отсутствия интереса к скачкам и лошадям. Но при этом, Химе в принципе любила светские мероприятия, что давали возможность показать себя и посмотреть людей. Общение, пересечение интересов, новости, внимание — как всякая женщина, Накадзима среди этого всего чувствовала себя превосходно. Она улыбалась, смеялась над чужими шутками и была предельно внимательна, взглядом подмечая любые изменения в обстановке. К примеру, волнение по поводу задержки начала скачек. Люди нервничали, пребывая в нетерпении от предстоящего события, и все, как один, сводили беседы к сегодняшнему фавориту. Хромой викарий — Цукуё лишь хмыкнула, в очередной раз услышав эту, по ее мнению, нелепую кличку, светски улыбнулась и предпочла совсем не светским бодрым шагом слинять туда, где ее уже ждали. В конце-концов, на это мероприятие любительниц шляпок она пришла не сама, а по приглашению драгоценной будущей родственницы. И, что немаловажно, по делу.
Что за цель была у этой встречи, предстояло выяснить, впрочем, японке было очень даже любопытно. Она предполагала, что в виду отношений с Акирой не слишком теплых, более настороженных, причина звать ее увидеться была весьма веской, но подходя к столику и, вслед за приветствием, услышав слова о племяннике, была несколько обескуражена. Ненадолго совсем, но и этого вполне было достаточно, чтоб на какие-то доли секунды ее сознание захватил гнев, полыхнувший во взгляде алым огнем.
— Здравствуй, — коротко поздоровалась вампирша, опускаясь на стул, стоявший через один от того, на котором сидела Матриарх. Ярость отступила и японка улыбнулась Акире. Приветливо, доброжелательно, старательно, в то время, как на языке у нее горел один единственный вопрос - какого дьявола происходит? Впрочем, она вряд ли станет спрашивать, предпочтя поправить ошибившуюся в речи девушку и уведет разговор в сторону Хромого викария. Вряд ли, или все же, нет. Накадзима задумалась ненадолго, пользуясь моментом, что к столику подошел официант, чтоб налить ей вина. Она абсолютно точно знала, что Акира далеко не глупая девушка и подобная ошибка случилась не с проста, скорее всего являясь своеобразной провокацией. Грамотной, легкой, красивой, за которую в иных обстоятельствах Химе непременно похвалила бы будущую родственницу. А вот, что делать сейчас? Она пригубила вина, обращая взгляд темных глаз на Матриарха и буквально в одно мгновение решая, что говорить далее.
— И как он тебе? Мой второй племянник. Не такой душка, как первый, не так ли? — она открыто улыбнулась Акире, отставляя в сторону бокал и ненадолго оборачиваясь назад, на людей, чтоб в следующее мгновение повернуться к девушке и с неподдельным любопытством заглянуть ей в глаза. Ведь это было так интересно и Цукуё даже немного ждала того момента, когда определенно умная Матриарх начнет замечать изменения в поведении Мицунари. Ведь, пусть Акира видела настоящего Патриарха всего несколько раз прежде, чем произошла подмена, не обратить внимания на то, что перед ней в разные периоды времени были разные мужчины, она не могла. Вот только, предсказуемо Химе ничего в глазах Акиры не прочитала, ибо та была по-прежнему невозмутима, спокойна и источала традиционное азиатское умиротворение, которого хватило бы не только Цукуё, а всем вокруг с лихвой, чтоб успокоиться и перестать нервно обсасывать нелепую кличку лошади.

+2

4

— О нет, что вы. Я получила массу удовольствия от общества Йошинори-сан, — церемонно отозвалась Акира на первый вопрос вампирши. Она говорила тем же ровным тоном, сохраняя то же умиротворенное выражение лица, с которым встретила Цукуё,  отчего заподозрить Матриарха Окумура в саркастичности было особенно тяжело. Хотя ситуация располагала: кому, как не Цукуё, было лучше знать, сколько «удовольствия» может принести общение с беспокойным близнецом Мицунари.
Огненная ведьма совсем не трудилась скрывать эмоции, хотя это, безусловно, ничего бы ей не стоило. Стало быть, не посчитала нужным. Матриарх воочию наблюдала, как потрясение смешивается с досадой, превращаясь сначала в раздражение, а только потом уступая место гневу.  Акира была уверена, что не одна ощутила перемену настроения Накадзимы: обжигающая злость, напоминающая механический пресс на заводах по переработке автомобилей, была почти что физически ощутима. VIP-ложа притихла как-то сама собой, а у самой Акиры слегка заныл висок.
Выудив из сумочки театральный бинокль-лорнет,  молодая женщина поднесла его за длинную дужку к глазам и снова перевела взгляд на ристалище.  В середине ноября темнело  рано, и не будь ипподром так хорошо освещен, зрителям, не обладающим соколиным зрением, пришлось бы тяжко. Смотреть скачки в потёмках – удовольствие из разряда нетривиальных. Бинокль, разумеется, был чистой бутафорией и характер носил, скорее декоративный. Не нуждающаяся в нём Акира решила, что Цукуё не понравится пристальный взгляд в свою сторону, вздумай Матриарх открыто наблюдать за ней, и приняла соответствующие меры, чтобы иметь возможность наблюдать хоть как-нибудь.
Что ещё не нравилось Цукуё — так это долгие расшаркивания и церемонные хождения вокруг да около перед тем, как перейти к сути дела. Акира хорошо это помнила с прошлой их встречи, и совершать одну и ту же ошибку дважды не собиралась. К тому же, азиатский стиль ведения переговоров  успел порядком утомить её во время общения с Йошинори. «Находясь в Риме, поступай как римлянин» - гласила мудрость, и Акира была с ней согласна. Искусство дипломатии заключалось в умении находить разные подходы к самым разным личностям, а не в том, чтобы с упорством, достойным  лучшего применения,  пытаться открыть все имеющиеся на пути двери одним и тем же ключом. Да, древние римляне определенно явно знали толк в риторике.
— Буду откровенна, Цукуё-сан, — негромкий голос Матриарха Окумура нарушил повисшую над столом тишину. Опустив бинокль на колени, Акира посмотрела на тётушку своего будущего мужа тем же открытым взглядом, которым наградила её сама Цукуё в начале их встречи.  — Я не намерена поддерживать Накадзима Йошинори в его стремлениях. По той причине, что его стремления идут вразрез с нашими интересами.
Интонационное ударение на предпоследнем слове было едва заметным, но большего и не требовалось. Акира откровенно давала понять, что причина, по которой она настояла на их с Цукуё встрече, кроется не в бесконечной верности роду Накадзима, в целом, и огненной ведьме, в частности. Она не собиралась оскорблять интеллект Цукуё очевидным лицемерием, и надеялась, что та оценит её прямоту. В конечном итоге, не любовь и не верность свели два их рода вместе, и сейчас Акира демонстрировала, что ради общего блага, была вполне способна держать в узде как сиюминутные желания, так и свои личные симпатии.
— Таким образом, возникает небольшая проблема, - подытожила Матриарх Окумура, одновременно накрывая тонкой ладонью свой бокал. Официант с бутылкой красного на подносе слегка поклонился и прошел мимо. Держать очную ставку было очень непривычно для Акиры, которую с детства учили, что смотреть в глаза - верх неприличия.  Однако внутренний голос подсказывал, что сейчас не время думать об этом. Подняв бокал за ножку, она пригубила вина и аккуратно промокнула губы салфеткой. — Йошинори-сан полон решимости заявить о своем существовании. Будет очень неприятно, если ему это удастся, вам так не кажется?

+2

5

Йошинори-сан был консерватором до мозга костей, а еще решительно упрям в своих убеждениях и идеологиях, совсем не добр и несколько отстранен, при этом дураком он не выглядел. Примерно такое резюме о втором племяннике выдал Химе Тоши после того, как оставшись приглядывать за всем, недолго понаблюдал за "заменой" Патриарха. И это вполне устраивало Цукуё, для которой основным было то, чтоб Йошинори сидел на своем месте ровно и тихо, изредка получая наставления от тётушки через верного ей и клану не-человека. Устраивало Цукуё, но, по видимому, совсем не устраивало гордого представителя Ямато, что пожалуй с самой первой встречи был настроен по отношению к Цуки как-то враждебно. На то были причины, разумеется. Главной из которых была смерть его наставника, в которой Йошинори винил Цукуё, которая, в свою очередь, вины своей признавать даже и не думала, ибо была слишком увлечена делами, недурно складывающимися в Европе, да и в принципе не обременяла себя когда-либо чувством вины за чью-то смерть. Даже, если к этой смерти отношение она имела прямое. Что же до Акиры, то сейчас, сию минуту, Огненная ведьма испытала некоторое замешательство на счет девушки. Окумура ей нравилась, не смотря на то, что была представителем семейства мятежников, которых когда-то Цукуё своими руками была рада убивать, и которых среди Демонов было принято недолюбливать, при всяком удобном случае выказывая свое пренебрежение к предателям, и по возможности добивать. С другой стороны — Матриарх вызывала опасения — разумную долю настороженности.
«Сладко поёшь, милая.» — японка хмыкнула исключительно мысленно, зато внешне оставалась донельзя заинтересованной, не собираясь скрывать от Матриарха взгляд, в котором плескался целый океан любопытства и интереса.
— Что же, на стебле дыни баклажан не вырастет, — Химе проговорила это ласково, отводя все же взгляд темных глаз от Акиры на ристалище, на котором наконец началось какое-то шевеление. — Чтобы быть Демоном, им мало родиться, нужно еще и иметь соответствующее воспитание.
Она хорошо помнила девиз рода Окумура, но, если разобраться, единство — это и есть одно из преимуществ. Знал ли об этом Йошинори, задумывая, как говорила Акира, рассказать о себе правду? Отчего-то Цукуё была уверена, что нет, иначе ему бы было известно, что такие новости расколят клан надвое, где одни будут поддерживать его, такого замечательного, что прибыл на помощь, когда она так нужна, а другие — примут сторону истинного Патриарха, того, кому эта должность принадлежит по праву наследования. Раскол был не нужен. Раскол ослабит Накадзима. И это именно тогда, когда все начало складываться так хорошо, когда карточный домик, что с таким упорством собирала Цукуё, стоит.
Бокал снова занял свое место в изящной ладони азиатки и она отпила вина. Мыслей на счет новостей, принесенных Акирой, было множество. А эти новости, в свою очередь, не вызывали у Химе недоверия. Ведь буквально на днях, когда она созванивалась с Тоши, тот сообщил о подозрительном затишье. А уж, если этот старый самурай говорит о подозрениях, то насторожиться стоило и Цукуё, которая всё еще в душе отказывалась воспринимать Йошинори всерьез. Тогда, на днях, она не придала особого значения словам Тошимасы, но не теперь.
— Проблем нам не нужно, — недолго помолчав, рассматривая ристалище, заговорила азиатка, делая еще глоток вина и оставляя бокал на столе. — Особенно сейчас, — уточнила, снова оборачиваясь к Акире и садясь боком к основному действу — лошади ей были более не интересны, в отличии от Матриарха, которая рассказывала это все Цукуё явно не просто ради того, чтоб поделиться новостями, или же предостеречь Химе. Как казалось вампирше, у Окумура были какие-то и личные интересы в этом всем, помимо общих. Впрочем, тот факт, что девушка начала говорить об общем деле, несомненно радовал Огненную ведьму. — Позволь поинтересоваться, а это он сам рассказал тебе о своих планах? И... — она склонила голову к плечу, пытливо рассматривая Акиру, — что ты хочешь взамен... хм, этой информации?

+2

6

Акира, в отличие от своей собеседницы, была искренне заинтересована скачками. Побывав на них в последний раз ещё в глубоком детстве, она не без удивления отмечала, что в правилах, да и в самих приготовлениях, мало что изменилось. Даже посетившие мероприятие дамы, все до одной, включая и саму Акиру с Цукуё, были в шляпках. Словно, за почти 150 лет ничего не изменились. Несмотря на искренний интерес, Акира мало что понимала в том, на какую лошадь лучше ставить, а на какую нет, и если ставить – то ставить сколько? К счастью для Матриарха, двое жокеев обсуждали странное поведение Хромого Викария, звезды этого сезона, накануне скачек чересчур эмоционально. «Сглазили его, что ли?» - недоумевали юноши. Тогда, привыкшая пользоваться всей доступной информацией Акира, с чистой совестью купила программу вечера и со спокойной же душой сделала ставку на второго фаворита - жеребца по кличке Джеймс Бонд. Из-за клички.
Заинтересованность Цукуё её словами воодушевляла Акиру. В самом деле, окажись та незаинтересованной, Окумура была бы поставлена в тупик. Внутренний голос тут же сообщил, что не заинтересоваться Огненная ведьма не могла. Отношение Акиры к Цукуё было далеко от тёплого – вынужденная осторожность, с которой молодому Матриарху приходилось с ней общаться, постоянно держала в тонусе, не давая забыть, что из себя представляла и эта женщина, и её семья. Как бы то ни было, разные не-люди, в свое время, очень по-разному отзывались о Цукуё Накадзима, но среди них не было ни одного, кто бы назвал её идиоткой.  Цукуё не была идиоткой и проигнорировать эти новости попросту не могла. Об этом свидетельствовал и следующий наводящий вопрос о планах Йошинори-сан.
— Он не вдавался в детали, — серьезно ответила Акира, на время перестав крутить в руках лорнет-бинокль за длинную дужку, - лишь сообщил, что более не намерен вам подчиняться, в связи с чем собирается, в скором времени, изменить положение вещей в клане самым категоричным образом.
Взгляд Цукуё казался Акире испытующим, словно она собиралась поймать Окумуру на грубом вранье. Скрывать Акире было нечего. Сейчас, во всяком случае. Накадзима была опасным врагом, и, как ни странно, не менее опасным союзником, а в Акире было достаточно здравого смысла, чтобы не давать ей повода для недоверия.
Вопрос о компенсации за информацию раздался намного раньше, чем молодая женщина ожидала его услышать. Во всяком случае, намного раньше, чем бы она сама успела увести разговор в ту сторону. Ничего удивительного — Цукуё предпочитала разговаривать конкретно. Официант налил ещё вина в оставленный на столе бокал Матриарха, но та к нему так и не притронулась.
— Вернёмся к этому позже, если вы не против, Цукуё-сан, — Акира медленно перевела взгляд на собеседницу. Обычно непроницаемый, словно кукольный, взгляд, сейчас выражал смесь настороженности с чем-то не менее странным и не менее характерным для сдержанной Акиры. Словно она не была уверена, стоит ли говорить о том, о чем собиралась. В конечном итоге, она, по всей видимости, решила, что стоит. – Позвольте узнать, каковы будут ваши намерения в отношении  Йошинори-сан?
На какое-то мгновение могло показаться, что добросердечная Акира искренне переживала за судьбу близнеца патриарха.
— Мы вели откровенный разговор с самого начала, поэтому, позвольте, я буду откровенна с вами до конца. Ваш второй племянник, в некотором роде, ожидает от вас попытки своей… ликвидации. И мы не можем быть уверены, что тайна его происхождения не будет раскрыта после его.. неожиданной кончины.
Подбирать слова было тяжело. В конце концов, она только что дала понять Цукуё о своих собственных намерениях. Тем не менее, Акира выпрямилась, глядя прямо на вампиршу. Это ведь в их общих интересах, верно?
— Иными словами, необходимо сделать так, чтобы никому даже в голову не пришло, что вы могли быть к этому хоть сколько-нибудь причастны. Поэтому я готова предложить вам свои услуги.

+2

7

— Не вдавался в детали, — вдумчиво повторила вампирша вслед за Акирой, ненадолго погружаясь в раздумия. Такая уверенность в себе, собственных планах и силах Йошинори должна была иметь под собой почву, если не сказать больше — поддержку. Но, вот кто в клане оказывался таким смелым и уверенным в своей бессмертности, что решил идти против Цукуё — еще оставалось выяснить. И уничтожить предателя.
Цукуё знала, что в клане ее, воинственную и непримиримую, боялись и недолюбливали за привычку решать очень многие вопросы радикальными методами, но при этом питали уважение и никогда бы не пошли против. Просто потому, что она истинный Демон, потому, что она всегда, не смотря на периодические заскоки и необходимость побыть независимой, возвращалась в семью и никогда не бросала Накадзим в трудные моменты. Так и сейчас, со смертью дорогого брата Кенджи, она вернулась. Позабыла о старых обидах и собственных обещаниях, согласилась стать нянькой молодому Патриарху и буквально взять власть в свои руки. Не официально, разумеется. Но каждый в совете старейшин тогда высказался положительно о том, что она должна выступить наставником для Мицунари, являясь при этом доверенным лицом и представителем клана Накадзима. А вот Цукуё увидела в этом перспективы и новые возможности для семьи, развернув активную деятельность на Западе, стремясь к тем высотам, о которых ранее ее брат только мечтал, но так ничего и не добился. И все складывалось достаточно хорошо, и даже та внезапная вынужденная подмена не мешала делам, а напротив должна была сыграть в пользу не столько лично Химе, а в целом — семьи. Разумеется, если бы Йошинори не был бы таким непробиваемым засранцем, зацикленным на мести и видящим в Цукуё только лишь врага. Впрочем, если бы, да кабы. Из своих недолгих размышлений азиатка вынырнула нехотя, но внимательно воззрилась на Матриарха, дослушав ту.
— Милая Акира, ты сама ответила на свой вопрос. Тот факт, что мой дорогой второй племянник ожидает от меня своей ликвидации — не остановит меня, — она сладко улыбнулась, вспоминая свой визит в дом Акиры и реакции девушки на убийство онагоси и одного из стражников. Или стражников было двое... Цукуё на мгновение задумалась взглядом касаясь своего бокала вина, но в следующее же мгновение снова смотрела на Акиру, что предлагала ей свою помощь, чтоб убрать Йошинори. Приятное удивление — вот, что это было. Недолгое замешательство, недоумение по поводу некоторого контраста между той Акирой и сегодняшней, но тем не менее Химе была очень приятно удивлена, мысленно ставя еще один плюсик в общей характеристике Матриарха. Такой Окумура ей нравилась больше. По-прежнему осторожная, но более решительная и опасная, раз решилась на подобный шаг, с такой Акирой они определенно найдут общий язык.
— Услуги? — женщина чуть подалась вперед, заговорщически прищурившись, — Хочешь задушить его подушкой в первую брачную ночь? — она рассмеялась, деловито закинула ногу на ногу и облокотилась плечом о спинку стула. — Если у тебя самой есть какие-то соображения на этот счет — я слушаю. Помощь действительно пригодилась бы. Мы ведь в одной лодке, не так ли? Что же до того, что тайна его происхождения может оказаться раскрыта, то... — Химе сделала небольшую паузу, замолкая, пока мимо их столика снова проходил официант, будто он мог оказаться вражеским шпионом, — важнее не то, что кто-то узнает о наличии близнеца Патриарха, а то, что Патриарх так и останется на месте. Накадзима не лишатся верхушки власти, а ты — жениха, — подняв свой бокал, Цукуё отсалютовала им Матриарху и с улыбкой, не сводя при этом внимательного взгляда с Акиры, пригубила напитка. Ей определенно начинала нравиться эта девушка.

+2

8

Реакция Цукуё, определенно, воодушевляла. Матриарх опасалась, что её недвусмысленное предложение о ликвидации пусть и не слишком любимого, но всё-таки племянника, огненная ведьма воспримет в штыки. К счастью, этого не произошло, и Акира коротко улыбнулась. Аналогичные улыбки Цукуё могла видеть на масках традиционного театра Но. Забавно, но наблюдая за игрой актёров именно этого театра, Акира когда-то училась владеть лицом. В отличие от артистов, периодически грешащих любовью к чрезмерности, она довольно рано уяснила, что в актёрстве, как и дипломатии, нет ничего хуже переигрывания. Акира стремилась к естественности, но и характерной для азиатов отчужденности в эмоциях, и маски театра Но служили ей хорошими учебными пособиями. Теперь, много лет спустя, Матриарх Окумура была уверена, что её лицо выражает именно то, что ему следует выражать, и ничего больше.
- Ситуация очень непростая, Цукуё-сан, - серьезно отозвалась Акира, воззрившись на ведьму черными, кажущимися пластмассовыми глазами, и напрочь игнорируя легкую иронию в её голосе. – Позвольте не согласиться. Раскрытие личности Йошинори-сан, а, в особенности, обстоятельства, при которых она будет раскрыта, могут настроить семью Накадзима против вас. В данный момент, внутренние конфликты – совсем не то, что нужно вашей… как и моей, в скором времени, семье. Особенно, если Йошинори-сан осознавал риски и мог принять меры, на случай своей внезапной смерти.
Особенно, если на эту мысль его ненавязчиво навела будущая жена. Нежный облик Акиры, как и её репутация трепетной лани, на контрасте с роковой огненной Цукуё, сделали свое дело. Убедить и без того подозрительного близнеца Мицунари в ожидании угрозы с одной определённой стороны практически не требовало усилий. Главное, чтобы у Цукуё не было повода считать Акиру причастной. Это бы вызвало вполне закономерные подозрения в двойственности намерений и проблемы  в будущем сотрудничестве.
Она сделала ещё один глоток из бокала, слушая Накадзиму, а про себя размышляя, как эта, безусловно, умная женщина, в принципе могла допустить  нечто подобное. Даже Акире, как правило, выступавшей за мирное решение конфликтных ситуаций, не виделось ни одного решения, кроме ликвидации непримиримого и упрямого близнеца Мицунари. Мысль о Мицунари заставила молодую женщину улыбнуться: хоть кого-то ничуть не трогали внутрисемейные проблемы. Выйдя замуж, Акира была намерена поддерживать аналогичное положение вещей.
- Если вы помните наш с Накадзима-сан брачный контракт… - отвлеченно заговорила Окумура, услышав о требованиях и снова скользнув мимолётным взглядом по ипподрому, - то там были некоторые пункты, с которыми я не была согласна.
Безусловно, Цукуё не могла о них не помнить. У них тогда состоялся разговор, который так ни к чему и не привел, а огненная ведьма явно дала понять, что больше разговаривать на эту тему не намерена. Матриарх и молчала до поры-до времени, а сейчас посчитала уместным снова поднять её. Коротко улыбнувшись уголком светлых губ, Акира выудила из сумки копию брачного контракта, который положила перед Цукуё, открыв на необходимой странице.
- «Семья Окумура присягает на верность семье Накадзима», - процитировала Матриарх часть того самого спорного пункта, а переведя взгляд на собеседницу, сухим деловым тоном добавила то, что Цукуё ранее назвала «требованием за предоставление информации», - однако не лишается суверенитета, покуда не противоречит интересам семьи Накадзима. В спорных ситуациях интересы семьи Накадзима ставятся выше семьи Окумура, а во всех остальных случаях право на ведение внутренних дел и внешней политики семьи Окумура остается за семьей Окумура.
Если Цукуё согласится, это будет означать, что Акира останется Матриархом своего рода не только de jure, но и de facto.
Пошевелив тонкими пальцами на ножке бокала, Акира заметила совсем слабое колебание жидкости, которая пошла маленькими кругами, как если бы в вино Матриарха вдруг упало зёрнышко яблока. Сосредоточившись на этом образе, молодая женщина обвела взглядом ближайшие столы и на секунду прикрыла глаза. Гидрокинез давался ей тяжело и требовал огромной концентрации, отчего применялся в исключительно важных ситуациях. Назвать встречу с Цукуё не важной было нельзя, также нельзя было отменять того факта, что за ними всё-таки могли проследить. Плазма крови млекопитающих содержала 90-95% воды, и эта мысль не давала Акире покоя. Нагревание крови на каких 5-6 градусов для человека было смертельным, а для не-человека… Акира не знала, кроме того, ей не хватало мастерства для чего-то подобного.
Всё, что ей было нужно сейчас – это слегка ускорить поток крови по направлению от шеи к мозгу у сидящих поблизости зрителей, тем самым вызвав натуральный шум в ушах и обеспечить им с Цукуё пару минут без свидетелей.
- Семья Окумура берет на себя ликвидацию Йошинори-сан, и гарантирует как вашу непричастность, так и сокрытие его личности после смерти, - Акира говорила, слегка сведя брови на переносице, как если бы у неё болела голова, хотя, в действительности, ей просто было тяжело концентрироваться и на гидрокинезе, и на разговоре одновременно. Акира не знала, как долго ей удастся держать эту концентрацию, поэтому говорила максимально прямо, исключая всевозможные неточности в толковании её слов.
– В случае успеха, вы примите поправку в наш с Мицунари-сан брачный контракт, и я останусь Матриархом рода Окумура после свадьбы.

Отредактировано Акира Окумура (16.08.2016 16:22:37)

+1

9

Цукуё не стала отвечать что-либо на уточнение Матриарха о сложности ситуации. Она и сама все прекрасно знала, но образ некоторой надменной беспечности, когда с виду кажется, что эту женщину не интересует ничто, кроме нее самой, нравился японке. Химе любила играть в принципе и сейчас, не смотря на внутреннюю настороженность, заинтересованность и серьезность, занималась именно этим. Всегда приятно удивлять окружающих тем, чего они не ждут. Это неизменно давало преимущества Огненной ведьме, что всегда была хозяйкой своему слову — хотела давала, хотела брала обратно его же. Однако, не в случае с Акирой, с которой, с самой первой их личной встречи, в резиденции Окумура на территории Латвии, Цукуё пыталась быть честной. Настойчивой и резкой, но тем не менее. Накадзима хотелось, чтоб этот союз их семей состоялся, хотелось, чтоб все, если не вернулось на прежние места, то составило новое величие японских вампиров. Не только перед лицом Запада, но и дома, чтоб новые поколения видели это. А объединение с врагами — было верным вариантом.
На какое-то мгновение Цукуё словно бы окунулась в омут прошлого. В голове зазвучало множество недовольных голосов, что твердили как один о том, что Огненная ведьма вконец спятила, раз предлагает Совету старейшин вернуть род Окумура на родину и позволить им снова стать частью Семьи. Однако, они ведь в конечном итоге сдались, приняв возможные перспективы, согласившись с тем, что Им пора обратить свой взор на Запад. Но, при этом, указав Цукуё на то, что новый возможный бунт будет на ее совести.
«Бунт, что не нужен их Матриарху, интересы с которой у нас поразительно сходятся.»
Топя в бокале лукавую улыбку, женщина допила вино и оживилась при виде брачного договора, который положила перед ней Акира. Она отставила в сторону свой бокал, рукой делая жест официанту, чтоб тот долил еще, и внимательно посмотрела на Матриарха. Цукуё прекрасно помнила, на чем они не сошлись в предыдущий раз, и о чем она собиралась основательно подумать при случае. Но, увы, случая не представлялось. До сего момента. О, вампирша снова явственно представила себе недовольство и возмущения в клане, вызванные новым пунктом в брачном договоре Патриарха, отчего взгляд ее блеснул опасным огнем азарта. Что ответить на очередную волну недовольства, Накадзима знала, она снова вывернет все в сторону удобства и возможностей. Однако, на деле, ее согласие с правками было замешано в первую очередь на том, что Совету нечего предложить именно ей. В отличии от Акиры.
— Хм, хорошо, — легко согласилась японка, взглядом все же пробежавшись по предоставленной копии брачного договора и находя тот самый пункт, — Красиво и грамотно ты добиваешься своих целей, — она улыбнулась, снова глядя на Акиру и, словно бы от надоедливой мошки, отмахиваясь от официанта, налившего еще вина. Цукуё намеренно вслух выразила эту своеобразную похвалу Матриарху. Девушка, что по вампирским меркам была еще молода, прекрасно справлялась со своими обязанностями Главы клана, балансируя между общими интересами и личными, чем неизбежно не только тянула к своей персоне внимание Огненной ведьмы, но и начинала заслуживать должное уважение. Подобный союз напористой циничности и мягкой хитрости, по мнению Цукуё, просто обязан был принести им успех.
— Итак, достойный обмен. Я согласна, — да, именно она, а не весь клан Накадзима, от лица которого она, как правило, говорила. С иными, но не с Акирой, которой уже было известно истинное положение вещей среди Демонов, — И лучше бы этому предприятию оказаться успешным, дорогая моя, — на какое-то мгновение Химе стала серьезной. Взгляд ее темных глаз скользнул от Матриарха по столику, договору, и снова вернулся к девушке. Цукуё не угрожала, ни в коем случае, просто сочла необходимым сказать это. — Тогда все будут довольны. Все, кроме Йошинори, разумеется.

+1

10

«Теперь – само собой» - мысленно отозвалась Акира на предупреждение Цукуё и кивнула вампирше, задержав подбородок у ярёмной впадины на мгновенье дольше, чем требовалось, демонстрируя полное понимание ситуации в целом и своего положения в частности. Если Накадзима гарантировала выполнение её условий, то Матриарх была готова вывернуться наизнанку, чтобы всё прошло как по маслу.
Оставалось озаботиться лишь кандидатурой, которой предстояло отправить Йошинори-сан к его великим предкам. Задумавшись, Акира допила вино одним глотком и отодвинула от себя бокал, давая понять, что пить больше не намерена.
Это была палка о двух концах: с одной стороны, убийца Йошинори должен быть приближен к семье – не столь важно к Окумура или Накадзима – поскольку, доверять такое важное дело человеку со стороны было бы попросту неосмотрительно. А с другой стороны, ему совсем не обязательно быть досконально посвященным в семейные дела. Незаинтересованность происходящим – лучшая гарантия того, что вся их с Цукуё грандиозная махинация останется в секрете. Однако, как часто случалось в подобных ситуациях,  соблюсти оба условия было сродни попытке усидеть на двух стульях и требовало основательной подготовки. Акира запоздало осознала, что убийство Йошинори – далеко не самая сложная часть всего предприятия, в то время как, самая сложная – выбор исполнителя этого поручения, и именно от этого, в долгосрочной перспективе, будет зависеть весь успех.
- Какова будет версия событий для Мицунари-сан? – отвлекшись от беспокойных мыслей, поинтересовалась Акира. Это было не столь важно, однако ей требовалось переключиться на что-то другое, хотя бы на время, и мысль о Патриархе Накадзима мелькнула очень вовремя.
Близнец Йошинори хоть и был невероятно беспечен для вампира своего возраста, но даже он не мог не отреагировать на внезапное исчезновение исполняющего его обязанности близнеца. В конце концов, не сквозь землю же он провалился.  Акира не имела представления об отношениях между братьями, но была практически уверена, что вопросы возникнут. Они должны будут возникнуть, если Мицунари обладал хоть каплей критического мышления – ведь Патриархи, как правило, не пропадают без объективной причины.
Переведя темный взгляд на Огненную ведьму, Акире подумалось, что задача перед ней, как перед доверенным лицом и советницей, стояла тяжелая, но интересная. На вопросы племянника ей следовало давать как исчерпывающие, так и пресекающие на корню любую розыскную деятельность ответы. И Матриарху откровенно не терпелось посмотреть, как ей это удастся.
Внимание отвлек звук выстрела, и Акира машинально посмотрела в сторону источника звука. Стартер выстрелил в воздух, и это было одним из немногих различий, которые вампирша обнаружила со своего прошлого посещения этого мероприятия. Раньше стюарту просто полагалось взмахнуть флагом, и стартовые стойла сами открывались. Подгоняемые жокеями лошади сорвались с мест, и весь ипподром будто бы замер. Замерла и Акира,  во все глаза глядя на мчащийся вперед табун. Хромой викарий сразу выбился в лидеры, оставив остальных, в том числе и Джеймса Бонда, на которого поставила Матриарх, практически на целый корпус позади.
- Думаю, я свяжусь с вами уже после выполнения… задания, Цукуё-сан. - после небольшой паузы она снова перевела взгляд на свою собеседницу. Лошадям и их наездникам оставалось  около двух километров дистанции, как раз столько времени и требовалось, чтобы завершить разговор с Накадзима.  – Ориентировочно это произойдет в конце недели, однако я постараюсь уложиться в двое суток. Промедления нам ни к чему.
Снова посмотрев в сторону ипподрома, Акира впервые за всю их с Цукуё встречу открыто улыбнулась уголками губ. Хромой викарий запнулся за несколько метров до финишной черты.

+1

11

Как казалось Цукуё, Акира задала весьма интересный вопрос, однако, при этом, касающийся ее постольку-поскольку. Невеста невестой, но брак этот был в первую очередь союзом политическим. А Мицунари, будучи и мальчиком совершенно беспечным, все же был довольно-таки умен и знал о долге перед кланом, понимая свою значимость. Впрочем, племянник Огненной ведьмы так же был и достаточно мягок, чтоб тетушка в нужный момент смогла надавить на него, отправив с глаз семьи долой, а потом, в нужный момент, втащить снова явив публике. Мицу никогда не задавал лишних вопросов, или же, если и пытался, то доверял слову Химе, как и многие. И если Цукуё скажет, что в это дело лезть не следует, она была уверена, племянник не полезет. Это было весьма удобно, за это качество Химе более всего и любила Мицунари, не сказать, чтоб сильно уважала, но любила определенно.
— Подобное не должно тебя волновать, дорогая моя, — она искренне, мягко улыбнулась Акире, разворачиваясь корпусом к столу и обращая взгляд на ристалище. Все же японке было любопытно самой посмотреть на этого, по словам окружающих, фаворита сегодняшних скачек — Хромого Викария, что по мнению самой Цукуё, не представлял из себя ничего особенного. Слишком молодой, тощий и мало тренированный — именно такое впечатление производил конь по первому взгляду на него. И пусть Накадзима вовсе не была экспертом в конном спорте, но внешние параметры оценивать могла вполне неплохо, а они были у Викария совсем уж не выдающимися, отчего было совсем непонятно, как такой конь не только заслужил сегодня славу фаворита, но еще и выбился вперед. Азиатка хмыкнула, на мгновение опуская взгляд, а потом, снова теряя интерес к скачкам, поворачиваясь к Акире.
— Да, разумеется, промедления нам ни к чему, но и спешка в подобных делах тоже может иметь весьма неприятные последствия, — Химе говорила предельно серьезно, но при этом не смотрела на саму девушку, водя пальцем по кромке полупустого бокала. — Если возникнут какие-то трудности... — она на мгновение умолкла, делая паузу и все же обращая взгляд темных глаз на Окумуру, — ...хм, проблемы, ты ведь мне скажешь? — вампирша улыбнулась, склоняя голову к плечу и пытливо разглядывая девушку. На лице ее без труда читалось самодовольство, вызванное удачной встречей, ситуацией в целом и обретенным союзником. Ведь, не смотря на то, что объединение клану Окумура Цукуё предложила еще в прошлом месяце, именно эта ситуация и ликвидация Йоши, по ее мнению, позволит им начать хотя бы немного доверять друг другу.
Когда почти перед самым финишем Хромой Викарий все же запнулся, а люди вокруг возмущенно и разочарованно заголосили, женщина не удержалась от того, чтоб рассмеяться. Все это очень забавляло Огненную ведьму.
— Что же, — Накадзима поднялась с места, делая несколько шагов в сторону выхода, но все же не удержалась и обернулась на ристалище. Ненадолго, чтоб удовлетворенно хмыкнуть. — Раз уж мы все обсудили, а этот тощий жеребенок не выиграл, я пойду, — она наклонилась к Акире, ладонями упираясь в спинку стула, на котором сидела девушка, — Буду ждать новостей, — проговорив это почти шепотом, но не вкладывая в голос какой-либо эмоциональной окраски, женщина отстранилась от Окумуры, и все-таки направилась к выходу.

+2


Вы здесь » КГБ [18+] » Осень 2066 года » [13.11.2066] Allowance races