КГБ [18+]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » КГБ [18+] » Осень 2066 года » [08.11.2066] Решения Системы


[08.11.2066] Решения Системы

Сообщений 1 страница 26 из 26

1

Время: 8 ноября 2066 года, поздний вечер.

Место: АБ, КГБ, закрытая vip-комната.

Действующие лица: Максимилиан Лабиен, Клод д'Эстен, Доминик Цепеш, Игорь Цепеш (в порядке отписи).

Описание ситуации: Совет Теней и прочие приятности.
Вводная: Совет Теней был согласован 25 октября 2066 года между Патриархами трёх родов, тогда же и назначена дата проведения.
Игорь Цепеш получил приглашение на Совет Теней от Патриарха рода Лабиен и от Доминика Цепеша. Клод д’Эстен уведомлён о таком решении, возражений от него не последовало.
Дополнительно: политика.
//для справки 07.11.2066 – назначение Беннета Морригана Джонсона Патриархом рода Воронов.
ЦИЭМ мы делим именно на этом Совете, просьба отразить это в постах.
Африка разделена формально.//

+7

2

Лабиена всегда интересовало многое то, что считалось несущественным в обществе. Покуда другие решали свои собственные проблемы, пока стремились к власти и богатству, Паук был занят только тем, что укреплял уже достигнутые позиции своей семьи, увеличивая влияние и господство рода Лабиен. Практически каждое из решений Максимилиана в самом начале не находило должного отклика даже в стане его союзников. Цепеши, слишком воинственные, слишком нетерпимые к мирной жизни, не были способны осознать всё то, что делал Лабиен. Стремления Паука для патриарха Волков казались ничем иным, как собственной блажью, просто очередной игрой. Д’Эстены, погруженные нынче в решение собственных, более важных, проблем, вовсе не лезли в дела Лабиена. Котам предстояло начать всё с самого начала, оправившись после смерти Эмилии. Макс понимал, что Клод не продолжит линию политики бывшего Матриарха, это одновременно было накладно и выгодно. Поэтому Паук предпочитал пока оставить Кота в покое, наблюдая издалека за делами нового Патриарха. О Джонсонах приходилось только думать, чаще – молча, высказывая вслух лишь то, что хотели бы услышать Цепеши. Ликвидация Уильяма заняла не так много времени, но всплывшие последствия не нравились Пауку. Его опасения о несостоятельности рода Воронов подтверждались. И чем дальше шло время – тем серьёзнее были подозрения. Джонсоны не способны править своим родом самостоятельно. Более того, то, кто пришёл к патриаршей власти, не устраивал слишком многих. И, после недавних событий, даже Лабиена. Беннет Морриган Джонсон, зная всю плачевность собственного положения, всё-таки взял бразды правления в свои руки, подписав своему роду смертный приговор. Цепеши не поскупятся на новые планы по истреблению Воронов. И теперь в их планах не только желание уничтожить род, но и месть определённым его представителям. Мстили Волки всегда кроваво, и навряд ли именно в этот раз они отступят от своих привычных идеалов. Поэтому что-то требовало незамедлительного изменения. Лабиен не мог сказать наверняка – что именно и каким образом. Но всё вело к этому.
«Нужно не допустить войны внутри Корпорации. Открытой войны».
Избежать подобного можно только обезглавив сразу два рода: Воронов и Волков. Свергнуть только что выбранного патриарха Джонсонов возможно, но это поднимет дополнительный резонанс в мировой общественности, которая и без того неоднозначно относилась к Корпорации после событий в Африке и Канаде. И если войну эльфов стало возможно скрыть полностью, то боевые действия в Африке – нет. Англия, в который уже по счёту раз, пыталась выйти из ЕС, и теперь это делали сами Джонсоны. Не выгодно Максимилиану. А, значит, и всей Корпорации «Глобальный Банк». Попытка же свергнуть Доминика предполагала открытые военные действия практически по всему миру. Слишком масштабными были владения Волков и Пауков. Такая война однозначно скатится в ядерную катастрофу, и избежать или даже минимизировать её последствия будет абсолютно невозможно. Поэтому и здесь пришлось действовать предельно аккуратно.
С двадцать пятого октября прошло более десяти дней, тянуть со сбором Совета не имело более смысла. Стоило хотя бы разобраться с ЦИЭМом и снять напряжение в отношениях с Цепешами: Волки получат то, что они хотят. Тогда исполнение плана Лабиена будет вполне возможным.
Максимилиан прибыл в Клуб задолго до приезда остальных приглашённых. Ему нужно было время на подумать. То, что он собирался провернуть, не понравится ни одному из Теней, но такие перестановки были обязательными.
Уже привычное место переговоров, и не менее привычные собеседники. Внушительная куча охранников Цепешей – ещё один обязательный атрибут Совета. Этот обычный вечер понедельника станет либо отправной точкой в мировой войне, либо первым днём новой истории сотрудничества вампиров.
К чёрту прошлое, настоящее и будущее. У Лабиена был Кот, два Цепеша, идеальный план дальнейшей истории и непоколебимая вера в успех.

+9

3

Клод, направляясь к комнате, в которой должен был состояться Совет Теней, не испытывал ни малейшего энтузиазма. Поводов для радости не было, а всевозможных проблем и дурных предчувствий хватало, и присутствие двух Цепешей на Совете никак не способствовало их уменьшению. Настроение, в итоге, остановилось на отметке «откровенно паршивое», но Клод улыбался во все тридцать два зуба, обменивался бодрыми приветствиями с теми, кого знал, и никак своего беспокойства не демонстрировал.
Как оказалось, быть патриархом рода — то ещё удовольствие. У Клода возникало странное ощущение, что он ловит тараканов на кухне. Не просто давит, а за каким-то хером ловит и пытается чего-то от них добиться. Клод постоянно испытывал нехватку времени при откровенном переизбытке дел. Даже тогда, когда дела, в общем-то, напрямую его не касались, ему всё равно приходилось быть в курсе, вникать, принимать решения и помнить о них.
Одновременно с этим любимые чада озадачивали его дополнительными «личными» проблемами, словно бы у Клода их было мало. И особенно преуспел в этом Гейт со своими Джонсонами, лабораториями и психологическими загонами. Гейт, к которому Клод уже притёрся, который ему даже полюбился по-своему, больше всех старался озадачить папочку своими грёбанными идеями, планами и проблемами.

— Здравствуй, Максимилиан, — Клод улыбнулся, обнаружив в комнате Лабиена, и пристально посмотрел на него, пытаясь угадать, что он опять задумал, но, разумеется, не угадывая. Тем не менее, в нём упорно крепло ощущение, что сегодняшний Совет с двумя Цепешами уютных посиделок не предвещал.
Насколько Клод знал, Лабиены и Цепешы как-то разобрались с Африкой. Успешно или нет, не суть важно. Клод, ресурсы которого занимала Канада, а голова забита Южной Америкой, с её Каламой и воинственными лестными эльфами, не мог себе позволить лезть на чёрный континент. Не мог, а потому не лез, не желая терять то, что уже хапнул. Тем не менее, результаты новой переигровки ему были интересны. Ему было интересно, имели ли Имаму причастность к гибели Эмилии, и остался ли хоть кто-то из них в живых, чтобы рассказать об этом.
— Что нового? — с небрежным любопытством поинтересовался он. — И что у нас на повестке дня?

Клод замешкал. «Повестка дня» должна включать в себя выбор Тени и решение по вопросу ЦИЭМа. Если насчёт ЦИЭМа для Клода всё было более-менее определённым, то новая Тень вызывала беспокойство.  Решение ставить на Николя в той смуте, которая творилась у Джонсонов, уже можно было признать провальным. Клод почти не сомневался в этом с самого начала, но надеялся, что не слишком юный потомок Хета будет обладать головой на плечах и сможет сориентироваться во всех этих подковёрных играх настолько, чтобы продержаться на тёплом месте достаточно долго. Сколько именно Клод даже мысленно не проговаривал, но срок должен был исчисляться, если не в годах, то хотя бы в месяцах. Впоследствии Клод ставил на племянницу, которая должна была загнать муженька под каблук и через Совет Джонсонов влиять на род в нужном д’Эстенам направлении. В такой ситуации было не так важно, кто именно стоял во главе рода, хотя, надо признать, что из Беннета патриарх выходил аховый.
В итоге, вся схема пока работала, но скрипела по швам. Николя то ли прикидывался круглым, но воспитанным дураком, то ли был им на самом деле, постоянно уделяя внимание отдельным строчкам в документах, а не ситуации в целом. Ждать от него послушания в то время, когда он дорвётся до власти, не приходилось. После короткой встречи с Цукуё у Клода не оставалось сомнений, что почти муж его милой племяннице не справиться с той ролью, которую на него могли возложить. И единственное, на что ему оставалось надеяться, что он не помрёт раньше времени.
— Николя Хет ненадёжен, — сообщил Клод, словно бы продолжая какой-то давно отложенный разговор.

+9

4

Привычка всё всегда контролировать с помощью силы и превосходства в численности была у Цепеша очень давно. Сейчас мало что подлежало изменению, и хоть Доминик пересмотрел многое, всё-таки безопасность осталась стоять не на последнем месте. В Клубе, в честь предстоящего Совета Теней, была усилена охрана, на крышах выставлены снайперы, а наряд из Комитета при первом нажатии на тревожную кнопку будет здесь через пару минут. Казалось бы, всё предусмотрено и основные проблемы решены. Как бы ни так. От Совета Цепеш не ждал чего-то хорошего. Он понимал, что продолжать тянуть с выбором Тени нельзя, но любое решение не устроит сразу всех: будут недовольные и очень недовольные. Доминик не хотел попасть во вторую группу, хотя понимал, что изменения ситуации необходимы. Система не устоит, если что-то не поменять. Рухнувшая Корпорация не только не станет приносить пользы, но и сильно ударит по экономике многих стран, в том числе тех, с которых живёт род Цепеш. Идти на закрытый Совет вместе с сыном было необычно. Тот не был Тенью, более того, Патриарх не нуждался в охранении. Но Игорь был приглашён Лабиеном, и Цепеш привычно соглашался с решениями Паука. Тем более, разговор о возможных «изменениях» у них с Максимилианом был. Если всё пойдёт так, как нужно, то Доминик не станет препятствовать решению ни Паука, ни Совета Теней. В сыне он был теперь уверен, как никогда до этого.
- Игорь, ты приглашён на Совет, но на данный момент у тебя нет там голоса.
Ещё с утра Цепеш решил идти с сыном совместно, а не порознь, даже уведомил о своём решении Игоря, и даже не в последний момент, так что их обоюдное присутствие в Клубе в назначенный час было предрешено.
- Поэтому не задавай лишних вопросов и не отвечай на заданные другими, пока не обратятся к тебе лично. Игорь, это важно.
Конечно, Доминик переживал. Не потому, что не доверял сыну или ждал от него какой-то выходки, а потому что знал возможность перемен и понимал, что Игорю будет трудно смириться со всем и разом. Но пока таковы его обязанности – принимать то, что делает его Патриарх и не обсуждать это.
- Отлично выглядишь, Игорь.
Чуть помолчав, добавил Цепеш, что было ему совсем не свойственно: он редко уделял внимание внешнему виду кого-либо, пока этот внешний вид вписывался в понятие «сносный». Но из-за Хагарда поменялось многое. Доминик понимал, что такие перемены должны были произойти куда ранее, но тогда же он считал их недопустимыми, ненужными и бесполезными.
- Доброго вечера. Всем.
При входе поздоровался Доминик. Голос прозвучал чересчур спокойно, без привычных командных, грубых интонаций. После случившегося во время деления Африки Волк изменился сильно. Он пересмотрел многое, если уж не всё. Теперь и Клод казался не таким отвратительным союзником, и где-то в глубине души Цепеш соглашался с таким выбором Лабиена. На деле же Кот удостоился лишь оценивающего взгляда – Волк не хотел видеть его на месте Тени. Он вообще хотел, чтобы власть принадлежала только им с Максом, только мечты всё это. Ясное дело, огромную империю не удержать в две пары рук, как ни старайся. Поэтому на этот раз Цепеш не имел ничего против Клода лично и д’Эстенов в целом, в отличие от прошлых двух Советов, где он не преминул обозначить своего отношения к роду Котов и их патриарху.
- Чего там с Хетом? Мне пришлось с ним встретиться – впечатления так себе.
Без всяких ненужных расшаркиваний, Цепеш сразу включился в разговор, даже если он и не предназначался именно ему: он, как и его сын, были приглашены на Совет, поэтому все диалоги, ведущиеся здесь, касаются и их.
- Двуличный, как и все ему подобные, мутный тип. Правильно его прятали.
Обозначил своё отношение Цепеш, не стараясь смягчить свои высказывания.

+8

5

Время летело очень быстро. Очень. Так быстро, что Игорь перестал замечать, как день сменяет ночь, а дневное солнце — электрическое. Казалось, совсем недавно закончилась война в Канаде и были подписаны мирные соглашения. Совсем недавно, будто вчера, Цепеши вторглись в ЦИЭМ, и наконец-то воронье господство в нём прекратилось навсегда. Пару дней назад делили Африку и пару дней назад могло случиться непоправимое. Могло, но не случилось. Игорь по-прежнему жил, и главное, жил свободным, а вот доверительным отношениям с Патриархом, судя по всему, пришёл конец. Цепеш не столько за себя беспокоился — он-то ладно, первый, но не последний в семье Наследник, — сколько за эти отношения. Доверие, доверие, доверие... Теперь, когда в диалог отца и сына вмешалось неизвестное третье лицо, враждебно настроенное к Игорю, Цепеш предпочёл замолчать совсем. Разговаривая с тем, кого не слышишь, определённо будешь выглядеть по-идиотски. Игорь выбрал тактику настороженного ожидания, пока ситуация с призраком не прояснится. Внешне же ничего не поменялось.

Доминик уведомил сына о предстоящем Совете. Цепешу-младшему и раньше случалось обеспечивать безопасность мероприятия, но до сего дня его никогда не приглашали на Совет. Зачем это? Там у него нет права голоса, что отдельно подчеркнул отец. Выслушав указания, Игорь подтвердил:

— Я понял.

"Отлично? Наверное, ты шутишь".

В проклятом костюме Волк неизменно чувствовал себя, как пугало огородное. Да-да, как соломенное пугало, замотанное в ну оч-чень неудобные тряпки. Чем аккуратней и представительней выглядит Цепеш, тем менее он боеспособен. Что бы там ни задумали Тени, безопасность Патриарха — это первое, что беспокоило Игоря. Первое и едва ли не последнее. Хотя собственное любопытство неизменно давало о себе знать.

"Должно быть, это по поводу делёжки ЦИЭМ", — наконец решил про себя Цепеш. Объяснив этим происходящее, Волк неожиданно успокоился. Он предпочитал контролировать безопасность мероприятия со специфической точки зрения — в оптический прицел своей Barrett M066 Bravo, но выбирать не приходилось.

Спустя некоторое время Игорь миновал порог помещения. Украдкой глянул на часы, чтобы удостовериться: это другие пришли на пару минут раньше, а не опоздали Цепеши. Нейтрально поприветствовал Теней и до поры до времени сохранял молчание, следуя указаниям Патриарха. Справедливости ради, Игоря и без того не отличала повышенная словоохотливость.

Николя Хет. Не далее чем в четверг, на прошлой неделе он встретился с ним по вопросам, касающимся свадебного соглашения, а именно — сооружению военной лаборатории совместными усилиями Цепешей и Джонсонов, и не сказать чтобы Николас произвёл на Цепеша-младшего однозначно благоприятное впечатление. Звериное шестое чувство говорило об обратном. Поэтому Игорь не спешил доверять новоявленному потомку Родри Хета. Тем более когда тот рвётся к власти. Насколько бестолковый кандидат в Тени Беннет, настолько пугающий и настораживающий этот Николас. О Беннете Игорь знал многое, о Хете — ничего. Два равнозначно неподходящих претендента на должность Тени от Джонсонов, и Цепеш-младший первым голосовал бы против, вот только одно маленькое "но"... Игорь не имел права голоса в Совете.

Впервые за несколько дней опасливого недоверия и вооружённого до зубов ожидания Цепеш выдохнул, освобождая голову от лишних мыслей. Легонько коснулся разума отца телепатией, обозначив мысленную связь и готовность общаться. После вмешательства призрака в слова и поступки Патриарха сделать это было страшно, но необходимо, и Наследник сделал.

Отредактировано Игорь Цепеш (16.10.2016 15:08:36)

+5

6

Первым нарисовался Кот. Лабиен только фыркнул на такое: Клоду было, что сказать. По хорошему, ему было много, что сказать Максу, только вот, Паук не собирался его слушать в полной мере. Поэтому их личных встреч до Совета так и не состоялось. Простая необходимость – Макс ещё не решил всё, поэтому просто не мог отвечать на чьи-либо вопросы раньше времени.
- Ну привет, Кот.
Буднично и даже как-то весело отозвался Лабиен.
- Нового? Да вот как-то всё по-старому. Одни проблемы, которых стало ещё больше со времён нашей последней встречи. Кроме того, эти проблемы не только остаются, но ещё и увеличиваются. Хорошо, что Канаду поделили.
Ничего хорошего, если подумать. Развалится Корпорация – развалятся тут же и все наработанные отношения. Лабиен не хотел войны. Лабиен хотел мира. Всего сразу. И делиться Пауку не нравилось, только мир оказывался большим, управлять в одиночку – сложно, вот и приходилось делиться, терпя на своей территории всяких Котов и Волков. Макс недовольно глянул в сторону, нервно дёрнув уголком губ: ситуация только усугублялась. И всё же, Паук оставлял свои беспокойства при себе, не раскрывая карт раньше.
- Тень выбирать будем. Или несколько… Теней.
Всё-таки объяснил Лабиен, почему-то крайне важно, посматривая на Клода недобро. Д’Эстен будет первым, кому не понравится решение Паука. Только Макса это ничуть не волновало и даже не смущало. Котам позволили остаться внутри Корпорации, они тут продолжали быть на птичьих правах, хоть про это и умалчивалось. Только не Цепешами. Волки не упускали любой возможности напомнить д’Эстенам, кто тут главный и кто сильнее. Лабиен же утверждал иное. Хотя и не разделял даже свою точку зрения. Но в новом витке мировой истории требовались сдержанность и спокойствие. Хоть кого-то в Системе не должно трясти. И этим кем-то были Лабиены.
- И следует поставить точку в делении ЦИЭМа. Хоть точки никто не хочет. Я понимаю. И всё же – мы её поставим. Я, если потребуется, это сделаю.
Непримиримость Максимилиана в данном вопросе играла не против Клода, а против Волков. Это последние не прочь забрать весь объект себе. Но надо делиться. Хотя бы публично. Из текущего Совета Теней, при их настоящем составе, лишь шоу-то и делать. Только это не устраивало Лабиенов. В его системе нет места шутам и актёрам. Всем найдётся дело и посильная работа.
- Никто из Джонсонов ненадёжен в такое время.
Фраза, брошенная так небрежно, будто пресловутое сообщение о погоде, несла в себе очень много смысла и один единственный ответ на все вопросы. Лабиены сделают всё по-своему, но не прочь прислушаться к чьему-то мнению. Прислушаться, не принять. Пауки действуют так, как удобно им. В текущей ситуации ничего не поменяется. Макс не пытался это скрывать.
- И тебе привет, Доминик.
Поприветствовал вошедшего Лабиен. Игорь же не удостоился внимания Паука. Пока не время делать преждевременных выводов, пока сын Доминика это всего лишь его сын и не более того. Макс думал над дальнейшими своими действиями, но продолжал молчать о главном деле до поры.
- Как самочувствие? Ничего не беспокоит?
Разумеется, это адресовано Цепешу. И, разумеется, он в курсе, про что спрашивал Лабиен. Только он один. О «болезни» Волка д’Эстен не знал.
- Значит, у Хета среди нас нет покровителей?
На всякий случай уточнил Паук, хотя и без того подозревал об этом.
- Что ж. Если все в сборе… Прошу. Начнём то, ради чего пришли.
Максимилиан поднялся со своего места, пройдя по комнате, выдерживая необходимую паузу. Кто-то из собравшихся мог высказаться ещё. Пока мог. Далее у них такой возможности предвидится только по делу и не более.
- Два вопроса на повестке дня: избрание четвёртой Тени. И ЦИЭМ, господа.
Лабиен неуверенно поджал губы: привычное добавление «и дама» было уже неуместно. Эмилии более нет среди них. Обидно. Она устраивала Макса. Но.
- Но вначале…
Макс сделал ещё пару шагов, останавливаясь аккурат возле Доминика.
- Я предлагаю новую кандидатуру на пост Тени от рода Волков.
Всё верно, такие вопросы не откладывают. Проще как в холодный омут – сразу, с головой. Тем более, Волки любили конкретику и хладнокровие.
- Приглашённый мною на Совет Игорь Цепеш как нельзя лучше подойдёт.
Подвинуть одного, чтобы потом использовать по назначению.
- Голосуем.
Вначале решаются проблемные вопросы. А ЦИЭМ они смогут поделить и новым составом. Лабиену было отлично известно отношение Наследника Волков к Воронам. Так же, как и отец, он не желал делиться с ними. Но, в отличие от Доминика, Игорь не хотел полного истребления Джонсонов. Было ли это главной причиной выдвижения нового кандидата? Разумеется, нет.

+7

7

— Хорошо, — согласился Клод. С Канадой всё вышло более-менее годно, а проблемы, по его скромному опыту, вообще не склонны уменьшаться. Но возможно дело было не столько в проблемах, сколько во времени. Всё ещё чувствовались последствия гибели сразу двух Патриархов и дикой чехарды с перестановками во влиянии: война в Канаде, война в Африке, вскрытие ЦИЭМа, — и это только самое очевидное.
— Несколько? — Клод приподнял брови. Это что, угроза? Уж не намекает ли Лабиен, что у него имеется замена уже хорошо знакомому Коту? Забавный может выйти в таком случае Советик. Чудной и веселый. Или всё же дело не в нём? Тогда в ком?
Клод с нехорошим ощущением в желудке вспомнил двух Цепешей, которые должны были прийти на Совет, нахмурился и пожал плечами. Гадать было бессмысленно. Добиваться чего-то от Лабиена, пока тот не соизволит сообщить, тем более. Оставалось только делать хорошую мину при плохой игре.
Несмотря на всю бредовость собственных чувств, Клод испытывал облегчение. Теперь он, по крайней мере, точно знал, что его предчувствия не беспочвенны. Ожидание проблемы больно било по нервам. Ожидая, он не знал, к чему готовиться и паранойя начинала цвести ярким цветом. Паранойи ему хватало без всяких Советов, Пауков и Цепешей.

Клод вполне дружелюбно поприветствовал Цепешей и кивнул на комментарий Доминика. Про двуличность Николя Хета он ничего не знал, но парень (если такого великовозрастного детину можно называть «парнем») и, правда, был очень мутным. Девочки отзывались о нём хорошо, ровно и даже ласково, — как о приятном благовоспитанном джентльмене, — но Клоду до чужой воспитанности дела никогда не было. Он помнил слова Цукуё и знал, что не добился от Хета ничего толкового. Тот принимал условия, это верно, в противном случае, ничего бы вообще не сдвинулось, но принимал их, как нечто должное, судя по всему, то ли не понимая, то ли не желая понимать, что никто ему ничего должен не был.
Тем не менее, съесть своё с этого птенчика Клод намеривался, как намеривался женить его на своей хитровывернутой племяннице. Пусть девочка будет при деле и портит кровь кому-то другому. Видит Бог, ему осточертело слушать её претензии, учитывая, что при своих царственных замашках она до сих пор мало чего добилась.

Молча, с отстранённым удивлением послушал Клод отметил, что у Доминика, видимо, проблемы со здоровьем. Он ничего об этом не знал.
Молча послушал повестку дня, напряжённо ожидая главного дня себя вопроса. Казалось, он был готов ко всему, и всё равно удивился, переведя внимательный взгляд с Лабиена на Цепеша.
«Так-так, что-то новенькое», — мелькнуло в его голове.
— Вот так сразу голосовать? Даже не поговорим? — миролюбиво, насколько это оказалось в его силах, поинтересовался Клод. Он миролюбивым не был. Миролюбивой или, если быть точнее, гибкой была Эмилия, и до чего ж ему не хватало её хотя бы не зримого присутствия где-то рядом. — Если я правильно помню, мы должны были выбирать Тень от Джонсонов, а не менять Тень от Цепешей. В чем причина такой перестановки?

На деле против Игоря Цепеша Клод не возражал бы. Никакой особой разницы между Домиником Цепешем и его сыном он не видел — менялось шило на мыло. Поверить в то, что Игорь скажет что-то совершенно поперек папиному мнению было практически нереально. Про порядки в семействе Цепешей Клод знал только по слухам, но выглядел Доминик дядей серьёзным и суровым, а Игорь, в свою очередь, казался достаточно сознательным сыном.
Да, можно было иметь дело в Совете и с Игорем. Возможно, это даже дарило какие-то перспективы. Другой вопрос, что такая перестановка была странной и подозрительной. Ещё более странным и подозрительным было то, что о вероятности такой перестановки не предупредили, не дали подумать, подготовиться, а вывалили решать всё сейчас.
Клоду это не нравилось, а когда ему что-то не нравилось, он это особо не скрывал.
— Что сам кандидат думает о своём избрании? — с усмешкой поинтересовался д’Эстен, бросив короткий взгляд на Игоря.

+9

8

В последний раз на Совете напряжение шкалило куда серьёзнее. Или Волку казалось? Тень не была назначена, да и из кого на такую должность выбрать?
- Всё в порядке.
Буднично и кратко объяснил Волк. Он мог солгать, он мог сказать и правду, но выбрал именно середину. Ведь Доминик понимал, что теперь всё зависит не только от него. И в кои-то веки был согласен с этим. Каково это, знать больше остальных? В других обстоятельствах Цепеш непременно восхитился игрой Паука, его выдержкой и крайней самоуверенностью. Только не сегодня и не сейчас. Слишком многое ставил на карту сам Доминик, но об этом временно никто не знал, ибо нечего. Но эта ставка выигрышная.
«Всё хорошо, сын».
Игорь, столько времени закрывавшийся от отца после случая с Хагардом, наконец-то готов был доверять. Кратковременно ли или нет – его дело. Тем более, сейчас главным действующим лицом был не его сын. Ещё целую минуту – не он. Волк не смотрел на Лабиена, хотя видел его перемещения. Он не читал его мысли, хотя прекрасно знал, что он скажет далее.
- О чём же ты хочешь поговорить, Клод?
Цепеш не сводил взгляда с Кота с момента, как тот глянул на него. Удивился, видимо. Кажется, это случается со всеми, время от времени.
- Или у тебя есть другие кандидаты на пост Тени от рода Цепеш?
Волк ухмыльнулся, зная, что д’Эстену нечего ответить: здесь каждый из них обладал достаточной властью, чтобы начать предлагать и тащить всё то, что удобно только ему. Но если всякий начнёт так делать, то что станет с остальными? Система. Лабиен построил замечательную систему. Цепеш гордился бы им, если перестал завидовать и видеть в нём только конкурента.
- Причины? Зачем тебе причины касательно смены Тени чужого рода?
Что, заволновался? Догадался? Нет, не так уж и умён Кот, чтобы понять всё.
- Я принимаю отставку, голосуя за предложение Максимилиана.
Ответил Цепеш вперёд своего сына, хотя вопрос Кота был адресован именно Игорю. Доминик же, как и говорил Лабиен, сразу преступил к голосованию. По его личному мнению, обсуждать здесь было нечего. Волк расслабленно откинулся в кресле. Два голоса из трёх. Клод мог голосовать против, воздерживаться, возмущаться. Но этим он однозначно не заслужит доверие Теней. Оно ведь ему теперь очень пригодится. Игорю же Цепеш не сказал ни слова, так было и с мыслями. Сыну придётся решать многое с этой минуты. За весь род, за всех Волков. Должность Тени это не патриарший престол. Единонаследие в семье Цепешей было привычным. Когда умирал или был стар главный, его на посту сменял более молодой и подходящий кандидат. Тень же выбирали другие Тени – вампиры, некогда добившиеся весомого положения в обществе. Много нюансов и подводных камней было в таких должностях. Способен ли справиться с ними сын Доминика? Цепеш считал, что способен и теперь не сомневался. Подкупало ещё и мнение Лабиена. Хотя оно-то как раз оставалось без изменений уже несколько сотен лет. Максимилиан доверял не просто Цепешам, он доверял Доминику и Игорю. Этого было достаточно, чтобы доверять и Лабиену. Достаточно для Волка. Хотя бы одного из них двоих. Цепешу оставалось надеяться, что и сын, со временем, научится не только доверять Максу, но и работать с ним. Отец же поможет, если понадобится – подскажет и объяснит всё, что потребуется.

+8

9

С точки зрения Игоря, упоминать при Клоде о проблемах Доминика со стороны Лабиена было форменной глупостью. На это Волк обратил внимание и куда более пристальное, чем на то, что Максимилиан не удостоил его особенным приветствием. Бог знает, что за игру затеял на этот раз Паук, но какого дьявола такое об отце?

Страшная догадка осенила Волка, словно молния. Что, если в свете последних событий Доминик утратил доверие союзника? Что, если Максимилиан посчитал старшего из Цепешей душевнобольным, как совсем недавно думал о Патриархе сам Игорь? Катастрофа просто. Ни единая эмоция не отразилась на лице Игоря, но внутренне он пришёл в смятение... на несколько секунд. Потому что такого не могло быть в принципе. После стольких-то веков сотрудничества и содействия между двумя родам? Нет.

Волк с напряжённым цепким вниманием проследил за перемещениями Лабиена. В этот момент отец адресовал Игорю мысленный ответ, который подействовал на него мгновенно.

Избрание четвёртой Тени. От Воронов, естественно, а которого из? До последних событий Максимилиана, вроде, устраивал в этой роли Беннет: он послушный, постоянно на виду, однако начисто лишён управленческой дальновидности. Морриган не оправдал надежды никого из присутствующих. Ему, скорее всего, и Патриархом-то долго не пробыть. "Недалёкий и рьяный? Страшное сочетание".©

Новую кандидатуру на пост Тени от... от Волков? Это ещё что за новости? Игорь хладнокровно глянул на Лабиена так, словно от и до понимал, что происходит. На самом деле, ни хрена он, конечно, не понимал, но делать невозмутимую морду лица — это второе, чему обучают любого Цепеша после нападения и самообороны. Взволнованный Волк — бесполезный Волк.

— Приглашённый мною на Совет Игорь Цепеш как нельзя лучше подойдёт.

Цепеш прикрыл глаза, чтобы спрятать в них звериный янтарь. Под скулами обозначились желваки. Удивление? Волнение? Хрен вам там. Оторопь, вот что.

"Я не понимаю", — Игорь окрасил мысленную реплику вопросительной интонацией и адресовал её Доминику. Но тот молчал, посвятив внимание беседе с Клодом и только.

— Что сам кандидат думает о своём избрании?

Цепеш посмотрел на д'Эстена и успел поймать скользящий взгляд. Нервозность, которую Клод ловко подменил насмешкой, не скрылась от глаз Игоря. Ироничный оттенок сказанного выдал Кота с головой, однако следует отдать ему должное: Клоду не изменило самообладание.

Доминик опередил сына с ответом, но дослушав, Игорь заговорил.

— Что Максимилиан сделал правильный выбор и что я постараюсь оправдать высокое доверие, — до оскомины вежливо отозвался Наследник.

Понаблюдал из-под ресниц за отцом, его расслабленной позой. Тот действительно понимал, что делает. Вероятно, имела место быть какая-то договорённость между ним и Лабиеном, о которой Цепеш-младший не знал. Опять, твою мать.

— Я принимаю отставку, голосуя за предложение Максимилиана.

Ну да, верно. Голосование, бессмысленное и беспощадное. Значит, инициатива в смене власти принадлежит Лабиену. Лабиену, который всегда придерживался о нём мнения лучшего, чем отец, а зачастую и лучше, чем Игорь того заслуживал. Но что изменилось, если Доминик пошёл на отставку в пользу сына? Они действовали вместе. Долго, несколько веков.

Отредактировано Игорь Цепеш (19.10.2016 15:40:24)

+8

10

Как и ожидалось Лабиеном, Клод воспринял «нечаянно» брошенную фразу о численности избираемых Теней на себя. Дурак. Если бы Максу требовалось убрать с политической арены Котов, то он это сделал ещё шестого октября сего года. Или восемнадцатого. Или позже. У Паука было довольно много возможностей ликвидировать д’Эстена, что он даже оскорбился поведением Клода. Пора уже начинать доверять Лабиену. По крайней мере, он не хотел смерти лично Коту и даже всему его роду. Не какой-то конкретной смерти, мучительной, к примеру, а вовсе – не хотел. Может быть, только порой, но это с ним случается. Цепешей иногда тоже не грех застрелить, но Макс столько веков держится, ни разу даже не пытался. Только с бодуна, да и то виноват был, несомненно, Доминик – нечего оккупировать общий рассол!
- Причин для смены власти среди Теней – множество. Это ж не патриарший титул. Кажется, Клод, ты уже это понял, едва не потеряв возможности оказаться внутри Круга избранных Корпорации «Глобальный Банк».
Простое объяснение, или же… Или же. Объясняют в школе, в ВУЗе, родители, наставники – кто угодно. Лабиен не относился ни к одному из них. Паук обычно плёл свою паутину, играясь всем, что попадало под руку. Поэтому фраза д’Эстену была не более чем банальным предупреждением. Обычно, как пишут на электрических подстанциях: «не влезай, убьёт!». Лабиены, Цепеши, Джонсоны и д’Эстены. Два лидера, один новичок и один аутсайдер – вот, как создавалась Корпорация. Так её создал Максимилиан. Отличная, рабочая схема. Теперь и в неё вносились необходимые коррективы и доработки. Ничего не стоит на месте, всё меняется. Если хочешь построить новый мир, так строй новый мир, к чёрту прошлое с его удобствами.
- Так что, вести разговоры тут не о чем. Голосуем, Клод.
Напомнил Лабиен. Время всегда стоило дорого. Единственное, цену чего не уронило современное общество. Максимилиан любил всё важное и ценное.
- Роду Цепеш ни к чему безрассудное хладнокровие. У нас современный мир. Корпорации не нужна война. Или две сразу. Лояльность – наше всё. Такая причина выдвижения кандидата на пост Тени Цепешей тебя устроит, Клод?
Не устроит. Но другой Лабиен и не скажет. Тем не менее, осталось совсем немного времени до развенчания всех мифов о благих делах Максимилиана.
- А роду Цепеш не нужна военная муштра, пора подумать об экономических связях с соседями. И Игорь, уверен, непременно не прочь этим заняться.
Простая рокировка. Попытка ослабить сильнейший род. Так скажут многие, кому известно вообще об истинном устройстве Корпорации. Но таких было крайне мало, зато все – сильнейшие в своём роде. Лабиен не добивался ни первого, ни второго. Он просто творил историю, как и всегда. И если в этот раз потребовалось сместить Доминика – он это сделал. Потребуется в дальнейшем что-то ещё – навряд ли Паук остановится хоть перед чем-то.
- Да, что у нас с кандидатами на пост Тени от Джонсонов? Предложения?
О своём кандидате Лабиен умолчал – так часто брать слово среди Теней опасно. Каждый хочет высказаться, каждому есть, что сказать и предложить. Максимилиан убрался с поля действия, вернувшись в своё кресло. Когда паутина сплетена, Пауку нечего делать в её центре, иначе спугнёт добычу.

+9

11

— А что у нас совсем нет тем для разговора, Доминик? — слишком невинно поинтересовался Клод. С его точки зрения тем для разговора у них было более чем достаточно. Он бы с удовольствием послушал про Африку, Джонсонов, ЦИЭМ, таинственную болезнь Цепеша. В конце концов, ему было интересно, с какого перепуга они вдруг меняют одного Цепеша на другого, и — да! — эту чудесную тему он вполне считал достойной для разговора.
Может быть, Цепеши и не обязаны отчитываться, когда и почему меняются местами, но Клоду было интересно, почему данный вопрос поднял Максимилиан. Точнее, именно потому, что данный вопрос поднял Максимилиан, казалось, что игра идёт глубже простой болезни Цепеша. И именно по этой причине казалось, что он единственный пришёл на игру, не зная правил.
— Не то, чтобы, — Клод равнодушно пожал плечами. — Я не знал, что в такой смене есть необходимость и, что поделать, мне любопытно. Это так странно?

Он покосился в сторону Игоря. Впрочем, может, он и не единственный, кто не знает правил. Судя по напряжённому лицу наследника, или Игорь по какой-то причине не согласен с подобным раскладом, или слышит о нём впервые. Не суть важно. Приятно было бы знать, что на празднике жизни он не единственный без тарелки, но подобная радость никакой практической пользы не несла.
— О, приятно это слышать, — Клод снова улыбнулся. Собственно, а чего он ожидал? «Простите, господа, но данная новость для меня внове и я не готов»? Нет, если пошла такая игра, у Игоря не больше выбора соглашаться или нет, чем у Клода. Впрочем, у Клода как раз какой-то выбор был: он мог согласиться и сделать вид, что сделал это без принуждения, или показательно отказаться и позволить всё решить без себя. Гордость настаивала на первом, благоразумие на втором, но на деле никакой практической разницы не было, и Клод начинал испытывать раздражение.
Фарс с голосованием его нервировал, а в том, что это фарс он резко перестал сомневаться. Осталось только понять, в чём именно заключается фарс. Понять или дождаться, когда ему расскажут. В том, что, рано или поздно, ему расскажут, Клод не сомневался.

Он посмотрел на Лабиена, который решил ему что-то объяснить. В словах Паука слышалась привычная доля угрозы или предостережения, но Клод их выслушал внимательно, не позволяя себе злиться. Злиться было бесполезно. Впрочем, самым печальным было то, что в этой ситуации, куда не плюнь, то либо бесполезно, либо бессмысленно. Клоду намекали, что его присутствие на Совете лишь видимость, и это он, пожалуй, стерпел бы ровно. Однако сейчас этот факт не просто немо завис в воздухе, сейчас этим фактом ему натыкивали морду, а он улыбался и понимающе кивал. Вот это уже было откровенно противным.
— Вполне, — Клод улыбнулся ещё шире. — Благодарю за разъяснения. В любом случае, я не имею ничего против ни твоего предложения, ни Игоря Цепеша в качестве Тени. 

Он продолжал смотреть на Максимилиана. В словах Паука Клод прочёл довольно чёткое указание «быть лояльным». В обстоятельствах, когда наличие или отсутствие лояльности что-то принципиально меняло бы, можно было бы подумать о выборе. Сейчас его голос ничего не решал. Он был зрителем, пока Лабиен разыгрывал свою сцену с Цепешем-старшим, который явно находился с ним на одной волне— или был в курсе его планов изначально, или просто очень здорово подыгрывал. Клод голосовал бы за первое.
Но что меняла смена Игоря на Доминика? Отношение к Джонсонам? Максимилиан говорил, что подобным образом можно избежать войны. Войны Клод избежал бы с удовольствием. Не то, чтобы ему не нравилось мериться атомными игрушками, но жить на этой планете всё ещё хотелось, хотелось жить долго и хотелось, чтобы у его детей также была долгая и вполне счастливая жизнь. Этот вопрос сводился к цене.

К тому же было что-то такое в словах Лабиена о лояльности. О лояльности каждого члена Корпорации. Это, на взгляд Клода, означало, что ни Беннет, ни Хет на такую должность не подходили. Тогда, кто? Кто был достаточно лояльным, чтобы высказываться на Совете за Джонсонов так, чтобы это не пошло против Корпорации.
Клод вновь бросил взгляд на Доминика.
— Я полагаю, у тебя уже есть предложение, Максимилиан. Почему бы не озвучить его?

+10

12

Д’Эстен опять что-то вещал, и опять куда-то в свою сторону. Доминик тихо и медленно выдохнул, успокоившись. Что за несправедливость. Была же милая, симпатичная Эмилия. Ей Волк мог простить многое. Но прощать что-то молодому Клоду он не хотел. Всё-таки он не красивая баба с третьим размером груди. Он был намного младше всех остальных Теней, Цепеш его по привычке не воспринимал, как равного себе, хотя Максимилиан не раз просил Доминика проявлять лояльность к новоизбранному Патриарху. К чему здесь проявлять лояльность? Волк бы Клода к Совету Теней на пушечный выстрел не подпустил. Как и вообще весь его род в целом.
- О чём мне говорить с Котами.
Вопроса в конце предложения не было. Цепеш не считал нужным вести какие-то вторичные дела с д’Эстенами, и своей позиции не скрывал никогда.
- Тебе нравится тянуть время, или ты, быть может, совсем не в курсе, что у многих здесь дела мировой важности и все, кроме тебя, куда-то спешат?
Игнорирование голосования Доминика злило. Стало интересно, как Клод ведёт дела своего рода. Может у американцев так принято – не давать окончательных ответов и откладывать на потом, сразу переходя к решению других вопросов? Для Цепеша было дико такое видеть. Он любил точные решения проблем, незамедлительные и правильные. Или хотя бы просто незамедлительные. Он ошибался больше, чем то делал Лабиен. За это Паук удостаивался недоверия, хотя Волк из века в век, постоянно, следовал за ним.
- Я не собираюсь обсуждать другие вопросы, покуда не будет завершено голосование по первому с повестки дня.
Обозначил свою позицию Доминик. Д’Эстен так сильно вошёл в роль ручной собачонки Лабиена, что играл исключительно под него? Пренебрёг своим голосом, лишь бы, как и Максимилиан до того, перескочить на другую тему. Цепеш многозначительно хмыкнул и пару раз оценивающе глянул на Кота.
- Тени от д’Эстенов забыли рассказать правильный порядок ведения совещаний? Или их вовсе не наделили голосом и голосуют за них Лабиены.
Упустить такую удобную возможность было бы ошибкой. Видимо Клод так злился из-за неясности ситуации, что забывал простейшие нормы приличия.
- Я проголосовал за твоё предложение на счёт Тени моего рода. Может быть, д’Эстенам надоест нарушать общепринятые задолго до появления здесь Клода, нормы голосования, и они выскажут свою позицию конкретно?
Обращение было адресовало только Лабиену, будто бы Волк сейчас говорил про его слугу, либо раба, но никак не свободного Патриарха союзного рода. Цепеш привык ко всему конкретному. Его род жил приказами и распоряжениями свыше. О либерализме Котов Доминику было известно, но мириться с ним он не собирался. Особенно теперь, когда в составе Теней шли такие изменения. Клоду о них не было известно, судя по сему, но ему стоило догадаться, что что-то непременно произойдёт на Совете, если Лабиен приглашал на него постороннюю личность. Игорь Цепеш не являлся Тенью. Но он был приглашен на сегодняшнее совещание не для того, чтобы, к примеру, заменить тяжелобольного отца, а приглашен с ним наравне. Это говорило о многом. О том, что чему-то здесь следует измениться – особенно.
- Предложения есть не только у Лабиена. И от голосования по первому вопросу зависит, кто эти предложения от моего рода будет озвучивать. И какие именно предложения будут вынесены на Совет. Я понятно объясняю?
Цепеш ещё раз неодобрительно глянул на Клода. Ему казалось, что свою позицию он обозначил достаточно прозрачно. Но у его сына до сих пор не было права голоса. И это Доминику не нравилось, от слова совсем.

+9

13

Будут тебе темы для разговора, Кот, будут. Только не те, которые ты хочешь обсудить немедленно вместо заданной. Озоновые дыры, глобальное потепление с парниковым эффектом, угроза рэднеков коренному населению мегаполисов, всплеск активности иллюминатов, нашествие колорадского жука на поля белорусской картошки, проблема доставки воды и туристов в отдалённые африканские регионы — любая, кроме голосования. Никто из собеседников не торопился давать Клоду хоть какие-то разъяснения: Паук обыкновенно играл в игру, правила которой понимал Доминик и только, а Игорь, оказавшись подобно д'Эстену в неведении, не мог и не хотел ничего растолковывать на пальцах. Не для этого он сюда пришёл.

В тонком мысленном плане установилась тишина: отец молчал. Обрывать связь Игорь не спешил.

Какой Тенью он будет? Толковым дальновидным политиком? Или не более чем копией Цепеша-старшего, бескомпромиссного, решительного, а временами и необоснованно категоричного в суждениях (не)человека? Какие новые перспективы откроет для его рода это избрание? Игорь по-прежнему терялся в догадках, что заставило Патриарха отказаться от поста в пользу сына, однако незримая мозаика складывалась воедино деталь за деталью.

Когда Лабиен заговорил о Тени от Джонсонов, Наследник заволновался. Пока Клод не проголосовал — за Цепеша в Совете или против, — у Игоря не было права голоса в качестве Тени от Цепешей, а вот кандидатура на должность Тени от Джонсонов появилась немедленно.

Если так подумать, они с Клодом оказались в примерно одинаковой ситуации: и ему и д'Эстену оставалось только кликнуть на кнопку "OK", другие кнопки это диалоговое окно не предусматривало. Такое себе информационное уведомление в стиле "Ighor Tepes — lvl up". С другой стороны, разве не к этому Цепеш шёл? Игоря готовили заменить отца, стать Патриархом. К роли Наследника он привык и соответствовал ей всю свою жизнь. Быть лучшим... получалось. По крайней мере, никто из детей Доминика Цепеша не то, что не достиг подобной высоты, но и к отцу-то приблизиться не сумел. Фантастический успех. Невероятный!

Клод тянул время.

Лояльность? Значит, Максимилиан посчитал Игоря достаточно лояльным, чтобы вместе с Домиником голосовать за одну кандидатуру? Так-то оно так, но Цепеш-младший не его отец, и забывать про это не следует. С другой стороны, вероятность того, что Наследник когда-либо начнёт действовать против Патриарха действительно мала.

В голову почему-то пришла мысль о том, что лучше бы он и дальше обеспечивал безопасность Совета, чем присутствовал на нём. Не сумеет. Не справится. Приведёт род к катастрофе, как это едва не сделал Уильям, а теперь и Беннет. Точнее, Морриган-то пока ничего не предпринял. Да, Вороны созвали Совет и избрали Патриарха. На улице Беннета наконец-то рассыпался грузовик с пряниками. С чёрствыми пряниками, которыми вместо кнута избить недолго. Но что это изменило?

Доминик ожидаемо занял категоричную позицию по отношению к Котам. Игорь понимал его. Клод, слишком молодой, чтобы представлять род вместо покойной Эмилии, мало устраивал отца. С другой стороны, шестисотлетнего Игоря он до сих пор считал ребёнком... Просто удивительно, что Патриарх пошёл на это.

+7

14

«А ты хочешь найти темы для разговора с невменяемым идиотом?»
Мысленно поинтересовался у Кота Лабиен, правда свои мысли оставил при себе, устало вздохнул и беспардонно уставился на дверь, будто ждал от неё какого-нибудь фееричного действия, либо умного проявления, которое, кстати, было бы очень актуальным в свете творившегося на Совете бедлама.
«Любопытной Варваре, на базаре нос оторвали».
Очень полезно порой уметь скрадывать свои мысли. Лабиен бы подумал ещё матом, но было откровенно лень думать вообще. Атмосфера к этому никак не располагала. Что имелось в распоряжении Макса на данный момент? Один агрессивный Волк, один Кот, любящий тянуть время, и Игорь, которого пока номинально не было, потому что голосом наделяется только выбранная Тень.
- Иметь что-то против моих предложений, минимум, опасно. Предлагать-то на Совете могут все, и много что предлагать, Кот. Меня же больше волнует…
Да, не тут-то было. В кои-то веке Лабиен почувствовал себя немой куклой, что ему совершеннейшим образом не понравилось. Доминик говорил то, что было выгодно ему, но не Максу и, тем более, не Клоду. Вот же, зараза старая – не упустил возможности открыть рот по вопросу Тени от д’Эстенов. А ведь обещался молчать. Как же, с каких это пор Лабиен всецело доверял словам Волков? Цепеши любили идти напролом, бить в лоб и выносить мозг окружающим. Если только словами – вполне поправимо. А вот из двустволки – уже не комильфо. Хорошо всё-таки, что в этом веке Доминик не бегает с шашкой наголо. Столько проблем отпадает сразу. К примеру, он не мог отрезать что-нибудь важное Клоду в порыве внезапной ярости. Решение о запрете оружия на Советах было выгодным и своевременно правильным.
«… твой голос, раз уж ты им наделён, и бла-бла-бла, которое никто не услышит. Если вас запереть в этой комнате одних на пару часов, интересно, как быстро вы перегрызёте друг другу глотки? Нет. Не интересно. И скучно».
Лабиен нехотя отлип от своего кресла, поднимаясь. Кажется, когда он сидел, остальные его присутствия не видели в упор. Или начинали игнорировать.
- Довольно, Доминик. Клод.
Лениво прервал монолог Цепеша Лабиен, выражая тем самым своё недовольство. Беда, беда. Что-то пошло не по сценарию Максимилиана, как возможно такое, виновные будут тут же наказаны! Паук вёл себя совершенно спокойно, что навевало на мысли о том самом сценарии. Лабиен не ошибался уже очень продолжительное время. Значит, происходящее в этих стенах известно Максу, вплоть до каждого высказывания любого присутствующего.
- Лабиены здесь голосуют исключительно за себя. Смотри, чтобы они не начали голосовать против тебя, Цепеш. Иначе вопрос о марионетках вновь встанет очень остро. У Корпорации есть рычаги управления всеми нами.
И без исключений. Сейчас Лабиен упоминал Корпорацию в целом, как Систему. Она довлела над каждым из них, хотя и была построена их руками. С одной стороны – неудобство. С другой – преимущество. Противоречивая система сдерживала агрессию Цепешей, контролировала вездесущих Лабиенов, присматривала за молодыми Котами и готовилась вернуть на законное место Джонсонов. Никто из этих четырёх родов в одиночку никогда бы не провернул нечто подобное. Каждый тянул одеяло на себя, пока не появился союз, который связал их так искусно и надёжно, что не выбраться.
- По данному вопросу нет смысла тянуть время, Клод. Пока не решим по Тени от Цепешей – не перейдём к вопросу о ЦИЭМе и его структуре.
Объяснял Лабиен хоть и д’Эстену, но Цепеш так же слышал всё – это даст возможность понять окружающим, что Макс не встанет ни на одну из сторон конфликта и сохранит нейтралитет. И если он занимает такую позицию, то дальнейшие препирательства могут вылиться в очередное закрытие Совета и перенос его на новое число, что совершенно невыгодно никому из Теней.
- Поэтому: твой голос, Клод. И далее – кандидаты на Тень от Джонсонов от тебя. Далее предложат Цепеши, и после всех выскажусь я.
Условия игры обновлены и установлены.

+10

15

Клод пожал плечами. В конце концов, Доминик мог бы и промолчать, раз уж разговаривать с Котами ему не о чём. Это, вероятно, устроило бы всех — приятным собеседником Цепеша было не назвать, а Лабиен, очевидно, пытался донести какую-то мысль, озвучить которую полностью ему не дали. Жаль. Мысль, судя по всему, избавила бы их от той самой потери времени, в которой обвиняли Клода.

Воспитательный монолог Цепеша особого эффекта не произвёл. Никакого стыда или угрызений совести по поводу своего поведения Клод не чувствовал. Со своей точки зрения, он вёл себя правильно. Предложение просто встать на предоставленные рельсы, закрыть глаза и ехать, полагаясь на случай и товарищей-Теней, его не устраивало. И не потому даже, что он не слишком им доверял. О каком доверии может идти речь, когда его замечательные друзья-соратники делятся на тех, кто ему угрожает, и тех, кто выражает мнение, что он никто и сбоку бантик? Впрочем, всё это было неважным — думать и говорить господа Тени могли, что угодно. Клод излишком гордости не страдал и подобные шпильки в свою сторону воспринимал, если и не с абсолютным спокойствием, то философски.
Их мнение его волновало слабо, но, принимая решения, Клод предпочитал хотя бы примерно отдавать себе отчёт в последствиях. Пусть он не всегда принимал решения здраво, не всегда даже взвешенно, но идея принимать решения тупо слепо ему не нравилась совсем. Честное слово, лучше быть безрассудным, чем просто дураком. С характером как-то справиться можно, а вот с мозгами, которые не приспособлены думать, нет.

«Не голосовал?» — на этих словах брови Клода невольно взметнулись вверх. Он перевёл взгляд с вещавшего Цепеша на поднявшегося со своего кресла Лабиена. Что-то встало на свои места и картина происходящего — скучающий Игорь, слова Максимилиана и вспышка Доминика — резко показалась более понятной. Он не проголосовал. Очевидно, простого «не против» было недостаточно, даже несмотря на то, что его голос ничего не менял.
«Забавно», — отметил Клод. — «И даже приятно».
В  целом, это скорее ошибка, но её нельзя было считать всецело неудачной. По-крайней мере, Доминик выразил своё любопытнейшее мнение.
— Произошло непонимание, — примирительным тоном произнёс Клод. Недовольство Цепеша его, в общем-то, только подзадорило, хотя этот задор был не самым здоровым. — Я не пытаюсь тянуть время. Я выразился неточно. Впредь постараюсь больше такого не допускать, — он перевёл взгляд на Доминика. — Я голосую за предложение Максимилиана. Надеюсь, на этом голосование можно считать закрытым, а Игоря Цепеша поздравлять со вступлением в новую должность.
«Однако ты довольно торопишься покинуть её», — мысленно отметил Клод.

О том, что у совещаний был определённый порядок, Клод знал, но он никогда не отличался такой уж строгостью и нередко посиделки Теней напоминали деловые пьянки. Конечно, только напоминали, но формат свободного совещания Клода устроил бы больше. Надо было признать, что порядок голосования, озвученный Лабиеном, давал мало шансов на какие-то манёвры и переигровку, но, судя по всему, именно этих шансов ему давать были не намерены. Даже любопытно, почему?
— Что касается кандидата на Тень Джонсонов со стороны д'Эстенов... — он пожал плечами и усмехнулся. — У нас есть только Николя, в котором я не уверен, о чём честно сообщил с самого начала. Как-то глупо после столь громкого заявления тут же предлагать посадить его в соседнее кресло. Не так ли? Если господам Теням не хочется проголосовать за Хета, я бы хотел услышать ваши предложения. Надеюсь, это не слишком нарушит порядок.

Отредактировано Клод д'Эстен (02.11.2016 17:56:55)

+9

16

Слова Лабиена, после крайне важной речи Цепеша, показались Доминику неуместными, но он привычно смирялся с таким положением дел. Макс знал, что следует делать, когда это следует делать и по каким причинам. Волку оставалось только замолчать, тем более, он всё, что хотел, уже донёс до публики. В какой-то степени вся эта изобличительная речь была адресована не только лишь Коту, но и Игорю. Тот должен изначально понимать всю ответственность каждого своего слова, каждого шага и даже мысли. Иначе нарвётся на неприятности. Доминик ушёл с поста Тени, но не с патриаршего престола, поэтому род Цепеш оставался ему небезразличным. Паук же удостоился лишь презрительного взгляда от Доминика. Волки никогда не были марионетками Лабиенов. Они сами себе хозяева. Рядом с Пауками остаются лишь благодаря давним соглашениям двух родов, и не более того. Так считал Цепеш. И это означало только одно – остальные должны считать так же. В роду Волков именно таким образом происходило управление: кто не смотрел в одну сторону с патриархом – не смотрел уже никуда. Из могилы не много видно. Мёртвым всё безразлично, а их потомкам урок на всю жизнь.
- Недопонимания на Советах возможны. Мы же для того и собрались здесь, чтобы понимать друг друга и вести Корпорацию к единой, общей цели.
Клод намерился оправдываться, и это сильно подкупало Цепеша. Он простил Коту его неосторожность с суждениями, и даже невнимательность, за которую отчитал того раньше. Умели же д’Эстены занимать правильные позиции. Доминик уже не сердился на него. Тем более, Кот проголосовал за кандидатуру Игоря на пост Тени. Это значило, что план Лабиена работает.
- Поздравляю, сын. Ты к этому долго шел. Полагаюсь на тебя.
Крайняя официальность, с которой требовалось поздравлять с назначением кого-либо, в какой-то момент переменилась странной теплотой в голосе, что не было свойственно Цепешу. Тому, старому Цепешу, который ещё не познакомился с Хагардом и его судьбой. Сейчас Доминик ценил Игоря, как ценят своих преуспевающих в чём-либо детей порядочные родители.
«Тень от Джонсонов предлагать тебе».
Мысленно напомнил отец сыну. Теперь всё будет по-другому. Цепеш не любил изменений. Но сейчас он остро осознавал их необходимость.
«Без паники. Лабиен хочет от тебя лояльности и либерализма. Вот и дай Пауку то, что он желает получить. Вспомни про другие рода, вне КГБ».
Последняя мысль была адресована исключительно Игорю и никому более. В общем-то, либералам свойственно предлагать что-то совершенно неординарное, что не могли предложить другие. Но среди четырёх Теней уже давно был тот, кто умело протаскивал даже самые безрассудные, но в итоге правильные, решения. Максимилиан Лабиен занимал эту нишу. Сыну ещё предстоит занять свою позицию и отстоять её. Но это будет позже. На том Цепеш прервал мысленный контакт с Игорем, закрыв свой рассудок ото всех, кроме Максимилиана. Союзник не подводил его ни разу за всё время сотрудничества. Доминик доверял ему, и продолжит доверять далее. Даже если в этот раз Лабиен сыграет с ним в другую игру. На посту Тени от Цепешей сидел Наследник рода Волков. Этого было достаточно, чтобы не разрывать многовекового сотрудничества с Максимилианом и его родом.
Доминик остался в комнате, ведь иных распоряжений не последовало, а на Совет Теней он был приглашён изначально, наравне с остальными здесь присутствующими. Оставалось лишь дождаться кульминационного решения. Разумеется, если Лабиен вообще посмеет провернуть то, что планировал. Слишком многое придётся ставить на кон Максимилиану. Но Цепеш сохранял нейтральное спокойствие, отныне полагаясь на решения других.

+9

17

Что бы ни ответил Клод, особенного выбора ему не оставили. Два голоса против одного — гарантированное становление Игоря Тенью. Но тут-то Лабиен прав, как никогда прав: имело значение, проголосует Кот против него или за. Насколько Волк знал, Клод ничего против него лично не имеет. Разве что раскопал историю с географией. С Гейтом, которого Цепеш допрашивал по вопросу экстренного отбытия целой группы Воронов-учёных с Алмазного Берега. Осенью птицы улетают на йух. Но мелко, господа, мелко для претензий на столь высоком уровне, а кроме того, Игорь просто выполнял свою работу.

Не иметь ничего против и быть за — разные вещи. Так вот, Патриарх д'Эстен не имел. Ничего. Против. Манера говорить об Игоре в третьем лице в его присутствии действовала Цепешу-младшему на нервы.

— Спасибо, отец, — с поддельной, искусно выполненной признательностью ответил Игорь, а в глазах...

В глазах обозначилось самое обыкновенное, растерянное "что это значит?" и исполнительное, набившее оскомину "следую приказам своего Патриарха", только и всего.

— Благодарю за оказанное доверие.

Итак, у Котов не нашлось подходящих кандидатов на пост Тени от Джонсонов. Пешка в виде Николаса Хета не сыграла. Из тёмной лошадки ферзя не сделаешь. Фигура закономерно отправилась в коробку, ожидать своей очереди в новой партии.

Игорь напряжённо поправил ослепительно белый воротничок рубашки. Казалось жизненно важным, чтобы этот несчастный воротничок лежал как следует, безукоризненно. Забавная такая история: в любой одежде Волк одинаково серый, если не бел от природы-матушки.

"— Без паники. Лабиен хочет от тебя лояльности и либерализма. Вот и дай Пауку то, что он желает получить. Вспомни про другие рода, вне КГБ".

"— Вне Глобального банка? Я услышал тебя".

Игорь хотел возразить отцу, что подобное решение выгодно одним только Цепешам и что предложение немедленно отклонят, однако Доминик в одностороннем порядке оборвал контакт. Очень "вовремя", надо сказать.

Что самое неприятное, Наследнику так и не удалось побеседовать с Патриархом до Совета. Никакой особенной вины младшего Цепеша здесь не было: Игорь до последнего не знал, что Максимилиан зачем-то пригласит его, а разговоров по душам с невменяемым Патриархом, вероятно, одержимым на тот момент призраком, избегал. События развивались стремительно. Слишком быстро.

Цепеш обвёл взглядом Теней:

— Помимо Джонсонов, представители которых не снискали доверия ни у кого из присутствующих, существуют и более перспективные кандидаты. Выходцы из Японии, к примеру, вампиры рода Накадзима, могут быть полезны Корпорации в новом качестве. Нам следует рассмотреть вопрос о принятии японских семей вместо Джонсонов. Это и есть предложение Цепешей, господа. Если среди Воронья перевелись достойные вампиры, замена найдётся быстро.

Да, это так. Цепеши сотрудничали с вампирами Японии, а те в свою очередь ну оч-чень хотели пробиться в Корпорацию.

+6

18

Когда судьбу практически всего мира решают четверо, непременно требуется конкретика и точность. Мало ли, кто что сказал, кто как подумал, главное – это когда его услышали все. Тогда не возникнет двойных смыслов и неприятных ситуаций. Лабиен давно занимал высокое положение среди других семей и родов, поэтому привык вести дела правильно и аккуратно.
- Считаем, что кандидат выбран единогласно. Мои поздравления, Игорь.
Кратко, сдержанно и будто отстранённо проговорил Максимилиан. Его больше заботили оправдания Клода, точнее – их наличие. Доминик любил, когда его ставили выше всех, Лабиен считал, что разделение по силе внутри Совета недопустимо. Если занял место Тени, не важно, сколько тебе лет, кто ты и каким образом попал сюда – ты уже ровня остальным. Ты – на вершине мира, как и трое других из Совета Теней мировой Корпорации. Их всегда было четверо, чётное количество. Ни больше, ни меньше. Нет среди них главного, нет и второстепенных. Все равны. И все обязаны договориться. Поэтому Лабиен молчал, покуда говорили другие. Он знал, что выбор Тени на место покойного Уильяма – дело сложное. И даже не потому, что остальные не в состоянии договориться, а потому, что нет достойных. Нет достойных среди рода Воронов. Поэтому у Максимилиана были свои собственные планы. Он пока молчал о них, предлагая высказаться другим. Нет, это не потому, что ему было важно услышать мнения остальных. Макс их и так знал, догадывался, не первый год он сотрудничал с этими вампирами. Он же хотел, чтобы они услышали друг друга, поняли, что у них действительно нет того, кому бы они доверили такое высокое место, кого посадили рядом с собой, признавая его равным среди сильнейших. У Лабиена такой кандидат был. Хотя у него было куча минусов. Даже Максу он не нравился. Клод явно будет не в восторге. В решении Игоря он не был уверен. Подготовка к такому эпохальному заявлению нужна тщательная.
- Двое из Теней высказались на счёт кандидата, и оба не предложили ровным счётом ничего путного. Стоит смириться с тем, что в роду Джонсон нет достойных претендентов на такой высокий пост. Среди Воронов нет того, кого бы мы посадили рядом с собой и были полностью уверены в том, что он не подведёт ни свой род, ни кого-то из нас. В итоге мы вернулись к тому, от чего не смогли отойти на предыдущих Советах. Я умываю руки. У меня так же нет кандидата от рода Джонсон. Но кандидат на Тень будет избран.
Игра. Лабиен играл всю свою сознательную жизнь. И всегда выигрывал.
- Ты не там ищешь замену, Игорь. Новый род, тем более – японский, не сможет дать Корпорации то, что она с него станет требовать. У Накадзим множество противоречий с моим родом, но не с вашим. Д’Эстены никогда не сотрудничали с Демонами Японии. Но вашу семью связывают некие договорённости с Накадзимами, это не такая уж и тайна для нас.
Уверенность в том, что Клоду так же не нужны здесь воинственные японцы, была абсолютной. Их бы устроили Окумуры, но никак не Накадзимы.
- Нерационально предлагать новый род, если нам нужны Джонсоны.
Важно объяснил Лабиен, свысока глядя на Игоря. И, всё-таки, он предложил. Не какую-то отговорку, мол, нет кандидатов у Цепешей, а нечто конкретное, имеющее право на существование. Если бы Максимилиан не играл так с размахом, кандидатура Игоря могла даже сыграть и быть рассмотренной.
- Я предлагаю сохранить место Джонсонов в Совете Теней. Этот род полезен для Корпорации в целом и ЦИЭМа в частности. Учёные нам нужны. И не японские, которые столько веков бросались из стороны в сторону: то оружие им подавай ядерное, то у них полный дзэн и не лезь к ним. Нам нужна прежняя стабильность, а не взлёты и падения. Корпорацию не должно трясти, это плохо сказывается на всех нас. КГБ нужна абсолютная стабильность.
В чём-то Лабиен лгал. Постоянство только медленно убивало систему, поэтому он же сам вносил некие действия, нарушающие её довольно сильно. Но контролируемые. Регулируемый хаос и инспектируемый бедлам полезны. С этим справлялся Максимилиан, искусно играя в их общую игру.
- Нам нужны Джонсоны. Им же требуется порядок и сильная власть в роду. Разрозненному роду, который разваливает себя изнутри, нужен сильный правитель. Тот, кто способен решить проблемы. Тот, кто сможет создать централизованную власть, подчинить себе мелкие семьи, отбившиеся и отколовшиеся от основной ветви рода, тот, кто удержит Джонсонов в руках.
Среди Воронов не было такого вампира, никто из Теней не ошибся, предложив иных кандидатов. Лабиен пробовал найти кого-то, кто сможет сделать хотя бы часть из необходимого. И если бы такой вампир был у Джонсонов – Макс бы нашёл его непременно. Паук же искал кандидата не только среди Воронов. Но и не в других родах. Японцы пригодятся им в других делах и без голоса в Совете Теней Корпорации. Пока давать им такие вольности Лабиен не был готов. И другие вампиры тоже, он уверен в этом.
- Мой кандидат на пост Тени от рода Джонсон – Доминик Цепеш.

+9

19

Надо же, Игорь Цепеш, оказывается, был способен на словесное выражение собственных мыслей. Впрочем, судя по переглядкам, не без помощи суфлёра. Так или иначе, речь Игоря впервые за Совет напомнила монолог. До сих пор великовозрастный волчонок рот открывал неохотно, говорил, как заведённая кукла, и постоянно заглядывал в рот отцу. Последнее как раз не изменилось — хоть какая-то стабильность в этом переменчивом и странном мире!
Клод беззвучно хмыкнул. Ни на что другое он, собственно, не рассчитывал: Игорь встал у штурвала, но истинной Тенью от Цепешей остался Доминик. Всегда ли или только временно, Кота особо не волновало. Главное, что политика при перестановке фигур не поменялась. Клод пока не решил, хорошо это или плохо. Перемены — это развитие, а развитие — жизнь, однако Доминик был если не понятным, то привычным, а к Игорю ещё предстояло привыкнуть.

«Японцы», — мысленно повторил Клод. Идея ему почти нравилась. Новая кровь в Совете — это хорошо, но не ко времени. Клод к подобной перемене готов не был и неуловимо подобрался, собираясь возражать.
С Джонсонами со стороны д'Эстенов была проделана немалая работа: влияние на внутренний совет рода, свадьба Вивьен, Николя, пусть не сыгравший пока нужным образом, но, тем не менее, небесполезный. Отказываться от него сейчас Клод намерен не был. Рано или поздно он как-нибудь пригодится. Пусть не так, как планировалось изначально, но пригодится обязательно.
«Хотя жаль», — досадливо подумал д'Эстен. — «Такая задумка! Весь могло получиться красиво и просто, но не получилось, и теперь приходится иметь дело с этим».
И этим были Накадзимы, а с Накадзимами всё было сложнее. С одной стороны, между ними в прошлом пробежала немаленькая такая кошка. С другой, госпожа Цукуё представлялась ему женщиной деловой, на контакт с ней выйти удалось, и до сих пор этот контакт Клода устраивал. Если бы у него было время… Клод досадливо сморщился. Ставить на эту фигуру рано — слишком темна лошадка, с ней нужно ещё поработать. Сейчас сам он предпочёл бы Акиру — милую мягкую девочку, лояльную к нему если не полностью, то частично. Однако Акиру никто не поддержит. И это тоже было жаль.
В итоге получалось, что поддержать Игоря с его японцами можно было бы при отсутствии других вариантов. По крайней мере, данный ход, при всех своих недостатках, имел свою привлекательность. Однако что-то подсказывало Клоду, что Тень от Цепешей может быстро отказаться от своего предложения.

Монолог Лабиена Кот встретил удивительно спокойно. Усмехнулся, кивнул — товар обозначен, следовательно, осталось только узнать цену.
— Предложение заманчивое, но на каких условиях? — спросил Клод. — Если мы отказываемся от японцев, потому что их интересы во многом соотносятся с интересами Цепешей, то почему мы спокойно допускаем идею двух Цепешей в Совете Теней? Я не спрашиваю, почему этот выбор разумней, но, думаю, что, если идти на такие меры, но на условиях, которые гарантировали бы соблюдение интересов всех сторон.
На деле Клод не понимал мотивов Лабиена: как можно говорить о балансе в Корпорации, даря Цепешам два голоса? Игорь не будет голосовать против решений своего отца. По крайней мере, точно не сразу. Это означало, что любое решение, которое будет принято на совете, должно будет устраивать Цепешей. Насколько же сильно влияние Лабиена на них, если он так уверенно предлагает Доминика? И как долго такое влияние продлится при подобных обстоятельствах?
— В первую очередь, это время. Данное назначение должно иметь какие-то конкретные сроки, в течение которых мы сможем определиться с кандидатами или пересмотреть необходимость держать Джонсонов в Корпорации, в качестве балласта. Со своей стороны не считаю, что род Джонсонов полностью лишён достойных кандидатов. Мы их не знаем — это да. Джонсоны дискредитировали себя и нуждаются в контроле, который Доминик может обеспечить — согласен. Однако из-за агрессивной политики Цепешей, многие скрылись с АБ, ушли в подполье и, главное, продолжают бояться. Может, это недостойно, но я не могу назвать такое поведение полностью неразумным. Компромат можно найти на всякого, если хорошенько покопать, а сдохнуть бояться все — мёртвые на мир, как правило, не влияют.

Доминик остается патриархом Цепешей, но будет оказывать немалое влияние на род Джонсонов. Его сын женится на Аде, тем временем, племянница Клода выходит замуж за Николя, а сам он залез глубоко в совет воронов. Это означало старые добрые времена, где разборки Америки и России происходили на территории других государств.
Всё же история циклична. По крайней мере, может стать циклична. Одно дело перетягивать одеяло управления внутри Джонсонов и совершенно другое просто отступить и позволить Цепешам стать у руля.
— Во-вторых, нужна страховка, — продолжил Клод. — Меня в некотором роде беспокоит вопрос суверенности. Доминик, находясь во главе одного рода и имея возможность влиять на другой, получит в свои руки большую власть. Хотелось бы иметь уверенность, что в данных обстоятельствах он не превысит свои полномочия. В чём они, кстати, будут заключаться? — вопрос интересный, поскольку на его памяти подобное происходило впервые.
— Я категорически против, чтобы род Джонсонов стал всего лишь придатком уважаемого рода Цепешей. Доминик в качестве Тени не должен ломать систему управления Джонсонов: пусть у них останется свой патриарх или матриарх, пусть будет их внутренний совет, пусть они принимают решения, пытаются сплотиться, пусть следует за Тенью, но не в качестве стада, а как дети, которых нужно только научить.

Отредактировано Клод д'Эстен (11.11.2016 07:38:58)

+9

20

Доминик всегда ожидал от сына очень многого. Часто требовал больше, чем Игорь мог бы сделать. Часто был недоволен Наследником рода Цепеш. Но в этот раз, когда новая Тень Корпорации озвучил возможных кандидатов, Волк чувствовал, как вырос его сын. Что он действительно готов занимать высшие места во власти. Страшнее было осознавать, что Игорь вырос очень давно, но этого не замечал Цепеш. Сто лет назад? Две сотни, три? Доминик правил сам, не давая сыну большой власти, многое контролировал. Теперь на него можно положиться, ему можно и нужно доверять. Он вскоре поймёт, как требуется правильно вести дела, встроится в политику Корпорации, пока же с него вполне достаточно предложить хотя бы кого-то. С этим требованием Игорь справился. Один, без отца. Японские вампиры не удобны Лабиенам, отказ Максимилиана предсказуем. Знает ли об этом сын? Цепеш всё так же сохранил невозмутимый вид, не позволив Игорю общаться с ним не вслух. Слова Паука про Накадзим ничего не стоят. Это разменная монета, и Игорь так по-Цепешевски предложил её Лабиену, будто всю жизнь с Максимилианом сотрудничал и вёл дела именно он, а не старый Доминик. Реакция Клода тоже ожидаема: Коту придётся иметь дело с его сыном. Во всяком случае, на данном этапе существования Корпорацией. Род д’Эстен имел меньше пересечений с Цепешами, чем с Лабиенами и Джонсонами. Но если карта Макса, кинутая поверх остальных, сыграет, то Доминик вернётся в Корпорацию всё в той же роли Тени, но только уже другого рода вампиров.
Кот удивительно спокойно отреагировал на обозначенного кандидата Лабиена. Что же, выходит, Цепеш недооценивал Клода. Изменить свою оценку никогда не поздно. Теперь это Доминик понимал. После всего, что с ним случилось, он иначе смотрел на многие события, происходящие вокруг. Условия, д’Эстен ставил условия, не понимая, что если Лабиен однажды собрал вместе четыре сильнейших рода, то удержать существующую систему ему будет куда как проще. Макс был прекрасно осведомлён о тяге Доминика к войнам и власти, поэтому он теперь делил род Цепеш пополам, оставляя текущего Патриарха, но назначая новую Тень. Волку это не понравилось бы. Раньше. Сейчас Доминик понимал, что Корпорация и Лабиен работали на него столько лет, подряд, теперь придётся поработать на их благо. Игорь сможет удержать уверенное положение Цепешей в Корпорации, Доминик не даст своему роду пойти против сына. Волка это относительно устраивало.
«Какое время тебе надо и сколько, Кот? Я точно знаю, что у меня есть время до лета. Что будет потом – сокрыто от меня. Молодым вечно не хватает времени. Спешат куда-то, суетятся. Я тоже таким был. И куда успел я в итоге? На собственные похороны не опоздаешь, как ни старайся».
- Агрессивная политика от Цепешей продолжится, если Джонсоны не выйдут на сотрудничество. Я гарантирую это, как патриарх рода Волков, Клод.
Никогда бы Лабиен не полез что-то менять, если бы изменения не требовались. Доминик не скрывал своих намерений, он поведёт свой род против Воронья и будет тысячу раз прав, если истребит их полностью.
- Если же Джонсоны продолжат выполнять свои обязательства внутри Корпорации, то Цепешам они мешать перестанут. И я прекращу гонения.
Не было у Цепеша точной уверенности, что он однозначно и быстро справится с неповоротливой системой управления Воронов. У них был Совет Рода, до сих пор, когда Волки и Пауки давно избавились от своих Советов. При чём, у Воронья он был полностью продажен – даже Цепеши умудрились заполучить там голоса и влиять на некие решения Совета в целом. Что говорить о д’Эстенах и других родах, которые пересекались с Джонсонами куда чаще агрессивно настроенных Волков, жаждущих смерти Воронью?
- Титул главы рода останется в любом случае. Возможно – будет переизбран. Я не претендую на власть внутри рода, я не способен удержать сразу две ветви правления такими большими семьями, как Джонсон и Цепеш. Поэтому мною будет осуществляться контроль только деятельности внутри Корпорации, в том числе ЦИЭМ, как объект под её патронажем. Что касается Совета. Мне известно положение в нём самих Воронов. И так же тот факт, что голоса Совета держат в своих руках не только Джонсоны, но и другие семьи. Д’Эстен, Цепеш, японские рода. Я не стану убирать этот орган, хоть и считаю Совет лишним придатком власти. От своего избавился уже давно.
Клод интересовался полномочиями новой Тени, Доминик же прекрасно знал, что Лабиен не станет урезать полномочия кому-то конкретно, т.к. основная суть всей Корпорации будет утеряна, что развяжет руки и Цепешу. Тени всегда и все равны. Если бы д’Эстены утеряли возможность представлять себя в Совете, то Доминик и вовсе не воспринимал бы Клода, как что-то важное, нужное и, уж тем более – равное самому Патриарху Цепешей.
- Моя цель заключается в том, чтобы род Джонсон выполнял свою работу внутри Корпорации. Для этого им придётся сплотиться и работать сообща.
Выгодная позиция всех Теней только одна: создать выгодную позицию их совместному детищу – Корпорации. На что пойдёт каждый из них, чтобы удержаться на плаву внутри Системы? Выгода – вот что всегда подкупало вампиров, заставляла их объединяться, развиваться, договариваться и идти на уступки. Долгоживущие зависимы от стабильного мира. Он же всецело зависим от них.

+7

21

Более чем предсказуемо его предложение отклонили. Игорь удивился бы, если бы это предложение приняли. Больше, чем одна Тень. Единогласный отказ. Отказ при условии того, что от Джонсонов кандидатуры на этот пост нет. При этом совершенно очевидно, у Лабиена есть какая-то особенная фигура, которую он выдвинет. По многолетним наблюдениям Цепеша, Паук никогда не поднимал те вопросы, на которые сам не нашёл удобного для него ответа или решения. Лабиен медлил, предпочитая выслушать остальных. В подобные моменты он выявлял разногласия, чтобы потом контролировать других Теней. Разумно.

"Учёные нам нужны", — мысленно повторил Игорь. Конечно, Вороны нужны. Те из них, которые не разбежались с Алмазного после карательных операций, развёрнутых Цепешами. Волк эту историю знал лучше, чем любой другой из присутствующих. Знал с изнанки. Это с его помощью проблемы внутренней безопасности Алмазного превратились в проблемы внешней. Потому что большинство тех, кто когда-либо выступал против "произвола Волчья" в ЦИЭМ, очень быстро выехали с закрытой территории АБ. Самые несогласные скрылись в странах третьего мира. Рулил всем этим действительно Патриарх. Игорь — выполнял и делал это с удовольствием. 

Цепеш повторно перебрал в голове возможных кандидатов. Преданный своему роду, но недалёкий Беннет. Странный и ненадёжный Николас. Никем не предложенная и сбежавшая с Алмазного Берега Элизабет, вдова покойника Уильяма. Брианна Хет, баба толковая, но выжившая из ума после гибели сына. Больше и назвать-то некого. Все мало-мальски крупные и влиятельные фигуры рода Джонсонов забились в свои лаборатории и отказались от диалога.

— Мой кандидат на пост Тени от рода Джонсон...

Минуту назад у Лабиена не было кандидата, он "умывал руки". Видимо, не с мылом он их умывал, если нашёл-таки будущую Тень, и это:

—... Доминик Цепеш.

Вот тот вампир, которого Наследник хотел бы увидеть на заявленном посту, поскольку это означало абсолютное большинство голосов Теней, если Максимилиан и Клод не придут к решению, противоречащему воле Цепешей. Хотел бы, но не выдвинул. Потому что искренне не понимал, что происходит с его Патриархом, если тот вначале действует совершенно непредсказуемо, а потом уходит в отставку в пользу сына. История с потусторонней дрянью, с этим призраком, въевшимся в материальный мир, спутала карты.

"Выходит, это и есть план Лабиена. То, что они обсудили за закрытыми дверями, без моего присутствия".

— Вопрос с "конкретными сроками" считаю некорректным. Тень остаётся на своём посту до тех пор, пока не будет избрана новая Тень. Или не отправлена в отставку, — высказался Игорь. — Вороны дискредитировали себя. Смогут предложить достойную кандидатуру — мы её рассмотрим.

"Беннет вряд ли усидит на своём месте. Блестящий хирург, но посредственный управленец, я об этом всегда говорил... Это намного хуже, чем Игорь Цепеш у власти, Клод, и очень скоро ты в этом убедишься лично. Беннет свято верит в то, что это Тень должна плясать под дудку Патриарха рода, а не наоборот. Глупец!"

Игорь помнил, что д'Эстенам удалось заполучить около трети голосов продажного вороньего Совета. Для этого Коты проделали гигантскую работу, развернув против учёных маленькую победоносную войну™ в области патентного права. После становления Цепеша новой Тенью Джонсонов усилия д'Эстенов становятся выброшенными на ветер ресурсами. Материальными, временными. Какими угодно от слова "напрасно". Это если Коты не сумеют договориться. Или не предложат другим Теням что-нибудь полезное. Ну или у Лабиена на этот счёт какие-то особенные планы.

"Любой из Теней — полноправный представитель рода в Корпорации. Это фундаментальные основы Глобального банка. Это, если угодно, и есть Глобальный банк. Четвёртая Тень, от Джонсонов, всегда имела такие же полномочия, как Тень от Цепешей или, скажем, от д'Эстенов".

+4

22

Как и ожидалось Пауком, Клод задавал вопросы. Стоило отметить отдельно, что Лабиен был доволен его реакцией и даже начал сильнее ценить Кота.
- Потому что Цепеши не первый день сотрудничают с нами. С моим родом – так счёт идёт на века. С начала основания Корпорации Волки не подводили никого из Теней, в том числе и Джонсонов. Активные военные действия против Воронов были вынужденными. Как иначе отделить зёрна от плевел, если не активными действиями. Всем присутствующим здесь известно, что после того, как Уильям был ликвидирован, род Джонсон пришёл в хаотичное движенье. Проблема, которую мы пытались решить малой кровью, по вине Воронов не могла быть решена. Они не готовы и сейчас взять власть в руки.
Получилось длинно, хотя теперь Лабиен не скупился на слова. Он понимал позицию Клода. Понимал, что он видит её проигрышной: с Волками у них нет тесных, дружеских отношений. Нет таковых и с Пауками. Их не было изначально. Эмилия знала, на что шла и как сильно рисковала, вступая в Корпорацию четвёртым звеном. У неё не было выбора. Его нет и у Клода. Глобальный Банк объединяет все семьи, ежеминутно решая их проблемы тут же, безотлагательно, по умолчанию. Система не сбоила никогда. Другого такого механизма, равного КГБ не существовало ни ранее, ни сейчас.
- Доминик не будет наделён голосом в вопросах своего рода. Всё, что касается Цепешей, будет решено среди трёх оставшихся Теней. Это условие.
Одно из, надо отметить. Волк знал о том, что условия будут. Лабиен не скрывал своей жесткой позиции. Поэтому ясно, почему он говорил так. На Игоря Макс полагался так же, как на его отца, будто не делая никаких корректировок своему поведению. Сын был сдержаннее Патриарха. Менее вспыльчив, выполнял всегда всё и усердно. К плюсам Доминика прибавлялись другие плюсы, уже Игоря. Лабиен считал, что он сделал всё верно, посадив Игоря, наконец-то, на пост Тени. Он не ждал от него подставы, либо отказа от действий. Новая личность, старые связи.
- Как уже сказал Игорь, вопрос о сроках не может быть рассмотрен. Ты в курсе, Клод, как задумывалась Корпорация. Сейчас она работает в полную силу, и даже при потере Патриархов двух родов, даже при потере сразу двух членов закрытого сообщества, она выстояла. С чего бы мне менять в условиях функционирования что-либо? Это, как минимум, неразумно.
А так же – неудобно. Лабиену. Цепешам. Д’Эстенам. И Джонсонам.
- Среди Воронов нет достойных на столь высокую должность. Корпорация не полностью оправилась после перестановок в роду д’Эстен. Если мы пойдём на отчаянный поступок и пустим в Систему кого-то постороннего, будет вероятность, что она не выдержит такой нагрузки. От этого будет плохо всем. Без исключений. Мне есть, что терять, как и всем тут присутствующим.
Кроме того Лабиен привычно умалчивал, что он так же и поможет сломать кому-нибудь что-нибудь. К примеру, нос, хребет, либо вовсе – систему властвования на их землях. Власть. В этом веке серьёзнее остального ценилась именно она. И у Максимилиана были необходимые рычаги воздействия на неё во многих странах мира. Не прямые, но значительные.
- Страховка? На что именно, Клод? На твою жизнь? Так ты не по адресу. На твои земли? Аналогично. Корпорация не даёт страховок, Корпорация даёт возможность сосуществовать родам, которые, по идее, должны враждовать.
Россия и СНГ против Америки. Америка против врагов на юге. ЕС против РФ. Азия против Востока. Это в настоящее время Корпорация сама решает, кому воевать, кого спонсировать и кому помогать. Без неё этого решения не будет. Останутся лишь воины и конфликты, никто не сможет договориться.
- Полномочия у Тени не изменятся. Я лишь закрою возможность голосования за род Цепеш Доминику, потому что его сын сможет решить подобное.
На Игоря Макс делал весомую ставку. Тем более, отец и сын могли переговорить о чём-то заранее, вне совещаний Корпорации. Лабиена это устраивало. Д’Эстен же не сможет запретить им разговаривать дома.
- Вариант с Домиником, увы, многим плох. Но он единственно верный среди доступных нам. Пусти сюда японцев, любых из двух родов, что они станут делать на первых порах? Правильно. Будут стараться сесть здесь прочнее.
Верно, зачем Системе новый виток коррупции? В своё время никто из четырёх семей не поскупился набить себе карманы и наштамповать больше связей. Это естественно для такого масштаба власти. Японцы, помимо того, не так состоятельны, как семьи-основатели Корпорации. Они непременно озаботятся и финансовым вопросом. Пустить ещё одну валюту и уровнять её с тремя другими станет невозможным. Японцы начнут требовать именно этого, и это лишь на первых порах. Далее аппетит возрастёт. Развяжутся руки, языки. Вспомнятся старые обиды. Начнутся разногласия, игра друг за друга, дружба против кого-либо. Всё это разрушит Систему в её движении.
- Модель управления родом Доминик и не сломает: он не сможет этого сделать, потому что это не стабильные Цепеши. Это Джонсоны – у них анархия с элементами демократического социализма. Одним словом – жесть.
Сказать по-честному, Лабиен сомневался, что Доминик вовсе сможет влезть в их систему управления. Скорее всего, начнёт строить свою собственную, руководящую и подотчётную. На другое у властного Волка просто не хватит сил, времени, да и мозгов тоже. Поэтому Корпорация получит всё тот же род Воронов, подотчётный Доминику, который, в свою очередь, подотчётен остальным Теням, как то было всегда. Версия лучшая из возможных.
- Разумеется, я могу рассмотреть вариант и с японцами, Клод. Мне ведь не стоит упоминать, что валютные резервы у нас есть только у золотого евро, а не у денег ЕС, РФ и США. Накадзимы, как и Окумуры, будут настаивать сразу же на вводе их валюты в общий резерв. Их иена не так сильна. Валюта ЕС не пострадает, я не дам ей этого сделать. Цепеши, имея серьёзный ресурс в РФ и не только, не обвалят и свои биржевые рынки. Остаётся только доллар, с которого живут твои земли. С чего ты станешь удерживать его, когда японцы полезут поперёк денежной системы со своей валютой?
Ещё один плюс к кандидатуре, предложенной Максом: Доминику не потребуется ломать Систему Корпорации, его Волки сидят ровно, а за Джонсонов он не полезет рисковать своим родом, чтобы что-то выбить им.

+8

23

Клод с интересом ждал реакцию Теней на свою речь, готовый к тому, что его предложение отвергнут, если не полностью, то частично. Тот вариант, что представители старой власти охотно сожрут все его условия и попросят добавку, он не рассматривал. Несмотря на то, что Клод никогда не был ни дипломатом, ни политиком, и не слишком разбирался в подобных играх, идиотом он себя не считал и умел торговаться. Нагромождая условия, Клод прощупывал слабые места — непринципиальные для других Теней моменты, которые могут сыграть в будущем. Надо признать, сыграло именно то, что ему было нужно. Причем с немалым бонусом.

Клод обернулся к Доминику, выслушал, кивнул. Говорил Цепеш так, словно бы уже занимал этот пост, но Клод не возражал против подобного тона. С того самого момента, как Максимилиан озвучил своё предложение, ему было ясно, что Доминик займёт это место. Вопрос был в цене.
— Это справедливо, — согласился Клод, мысленно, однако, отметив, что Джонсонам придётся или гнуться под Цепеша, или испытывать все радости репрессий. Он искренне не завидовал тем, кто стоит у пташек у власти. Не повезёт им всем, но в основной Беннету, в котором, впрочем, сам Клод не испытывал никакой заинтересованности. Сменит Доминик его или нет, было уже неважным, даже при условии, что Цепеш выберет на этот пост кого-то своего. Так или иначе, Джонсонам придётся корректировать свою политику под Корпорацию и лично Цепеша. Это изменить Клод не мог, но потерять Совет Джонсонов и возможность влиять на решения данного рода, было бы уже критично. Совет, по крайней мере, по словам Доминика, он не потеряет. Со стороны Цепеша это было очень мило, и неизвестно, как долго данная милость продержится, но Клод собирался выжать из неё всё.
Он снова кивнул, уже молча. Порядок в Корпорации вроде как устраивал их всех. Как и порядок у Джонсонов. Конечно, видение данного порядка было у каждого своё, но, в целом, никто не хотел, чтобы Система разрушилась.
«Не уверен, правда, что меня устраивает этот контроль, в том числе внутри ЦИЭМа».

Клод перевёл взгляд на Игоря и усмехнулся. Вопрос «временности» данной должности не был для него принципиальным. По крайней мере, если говорить о сроках. Однако позиция Игоря Клода заинтересовала.
— В принципе, ты говоришь то же самое, — Кот дружелюбно осклабился. — Допустим, «конкретные сроки» звучало не слишком корректно, но я лишь подчеркнул, что было бы неплохо, чтобы Джонсоны имели шанс вернуть свою самостоятельность обратно: выставить кандидата в Тени, которого мы могли бы рассмотреть. Я рад, что ты меня в этой мысли поддерживаешь.
Забавно, кстати, что Игорь своего согласия с предложенной Максимилианом кандидатурой не высказал. Скромничает? Выжидает время? Его заминка давала Клоду возможность выставить ещё какие-то условия или задать ещё какие-то вопросы, но особой необходимости он в этом не видел. Чтобы там не думали господа Тени «тянуть кота за яйца» он на деле не любил.

«С твоим родом», — мысленно подчеркнул Клод, выслушивая Максимилиана, но спорить не стал. Ему было интересно объяснение, Лабиен его дал. Помимо всего прочего, Клод услышал в нём намёк на то, что Максимилиан готов справиться с обозначенным перегибом в сторону Цепешей. Может, даже и справится. По крайней мере, слабо верилось, что он собирается жертвовать своей Корпорацией. Значит, план какой-то был.
Лекция, однако, вышла затяжной и немного не по теме. Взгляд Клода похолодел. Да, господи, они ему вечно гибель Эмилии будут припоминать при каждом удобном и не слишком случае?! Корпорация, видите ли, пострадала от перестановки у д’Эстенов. А от перестановки у Джонсонов не пострадала?
«Ну, извиняйте, парни, титек в Совете больше не будет»,— мысленно фыркнул д’Эстен, раздумывая, какими добрыми словами отреагировать на шпильку. Добрых слов в его арсенале не находилось, ругаться матом на такую мелочь после спокойного и вдумчивого проглатывания кандидата Цепеша было как-то несолидно, но молчать не получалось никак.
— Последнее было лишним, — ровно, едва разжимая челюсти, ответил Клод. — За японцев я вроде не высказывался, а вопрос проблем Корпорации из-за перестановок в моём роде на собрании не поднимался. Если же мы хотим его поднять, как там насчёт обещания поделиться информацией, связанной с убийством Эмилии? — «Давайте послушаем новый виток теории заговора».
— Возвращаясь к теме собрания. Я согласен с твоим предложением. Голосую за Доминика Цепеша, как за Тень от рода Джонсонов.
В итоге, что он получил? Совет Джонсонов распущен не будет, кандидата от Джонсонов можно ещё слепить, а Доминик терял право голоса при вопросах своего рода. Из трёх поднятых Клодом условия, так или иначе, сыграло два, и это было больше, чем то, на что он мог рассчитывать.
На первый взгляд последнее, выставленное уже Максимилианом, условие казалось бесполезным. По крайней мере, в ситуации, когда Игорь будет и дальше представлять собой куклу чревовещателя. Однако оно забавно сталкивало интересы отца и сына.
Был ещё один момент. Дела Корпорации так или иначе касались отдельных родов. Возникал вопрос, как часто то или иное дело можно будет подвести под «вопросы рода Цепешей»?

+5

24

В этот раз Максимилиан говорил много. Очень много. Цепеш старался не зевнуть в самый неподходящий момент. Всегда так: когда дело касалось неудобных тем, Лабиен говорил много, о чём угодно, только бы не о них. И только так выигрывал. Доминик лучше бы за то же время ввёл танки на территорию несогласных, скинул пару бомб на крупные города и неплохо провёл время. Это лучше, чем сидеть на скучных, ничего не представляющих Советах. Неинтересное время. Корпорация решает всё. Даже составляет список, кому, с кем и в какое время воевать. Ни малейшей интриги. «Говоришь, модель управления их родом не сломаю? Звучит, как вызов».
Война перестала быть популярной в этом веке. Спокойствие ныне ценилось, миролюбивый консерватизм и мирные инновации. Всё делалось для Великой цели и новых горизонтов. Кто-нибудь из присутствующих помнил ту самую «Великую цель»? Знал ли о ней? Конец случайностей. Начало спокойствия. Возможно ли такое когда-нибудь? Лабиен был уверен, что возможно, Цепешу оставалось слепо следовать за ним, хотя он не разделял мирной политики Паука, да и вовсе не был приверженцем гуманного управления. К счастью, Максу частенько приходилось прибегать к разрушительным воинам для достижения, либо удержания мира. Доминик любил такие моменты.
- Максимилиан, вариант с японцами вовсе никого не устраивает. Ты прав, у Цепешей имеются множественные ресурсы для поддержания стабильности.
Опять эта стабильность. Доминику она не была приятна и понятна, он принимал её только потому, что это стало привычно и поддерживалось.
- Но даже мы не станем рисковать, принимая в Корпорацию новый род.
Даже, потому что Цепеши могли удержать многое, в отличие от д’Эстенов. Лабиен же играл в политику очень давно, когда ещё её, в привычном сейчас смысле, не существовало вообще. Цепеш любил больше воевать. Но воевать против Пауков он не был намерен ближайшую сотню лет. Поэтому, и только поэтому, он не продолжил развивать так удобно затронутую тему с Эмилией. У Клода было слишком много слабых мест, которые по привычке выделял Волк. Надавить на них он успеет всегда, но пока у руля стоял Лабиен, и это устраивало Цепеша полностью. Максимилиан просил не торопиться, думать и молчать. Стоит ли говорить, каких усилий Волку это стоило? Особенно, когда тебе на красивом блюдечке подают такие интересные факты. Доминик едва заметно улыбнулся, холодно глянув на Кота. Он его интересовал куда больше, чем то было необходимо для сотрудничества внутри Корпорации. Праздная стабильность рода д’Эстен, можно сказать, вызывала некую зависть у Патриарха Волков, о которой он предусмотрительно помалкивал даже на личных переговорах с Пауком. Имелся и ещё один фактор, по которому Доминик проявлял благую лояльность к Котам. Его сын слишком долго пробыл в тени отца, Игоря не воспринимали всерьёз. Даже Клод, которого, в свою очередь, всерьёз не воспринимал Цепеш. Безмолвный договор, который не был обозначен Волком, но был очевиден: он не станет поддерживать Кота, и даже Паука, если не будет поддержки и доверия сыну.
«Может, я всё-таки поторопился? Игорь не удержит власть. Нет. Я должен научиться доверять своему сыну, иначе кто из остальных доверится ему?»
Как и обещал Лабиен, Клод быстро согласился посадить Тенью от Джонсонов Доминика. Для Цепеша, который не обладал такой же проницательностью, подобно Максимилиану, это стало неожиданностью. Он бы никогда не проголосовал за себя на месте Клода. Лучше война, чем капитуляция сразу. Но в настоящее время воевать было не принято среди вампиров, среди мировой политической общественности. Оставалось услышать голос Игоря, но Доминик не глянул в его сторону. Сыну придётся научиться принимать собственные решения, Цепеш заставит его это делать.

+6

25

— Доминик не будет наделён голосом в вопросах своего рода. Всё, что касается Цепешей, будет решено среди трёх оставшихся Теней. Это условие.

Так себе условие, надо сказать, но Клоду такое ограничение, видимо, пришлось по душе. Тем лучше. "Это мне только на руку", — мысленно подытожил Наследник, но, разумеется, промолчал: ни к чему распускать слухи о своём Патриархе.

При таком раскладе намного проще контролировать разрушительную агрессию отца, готового развязать любую войну просто так, ради удовольствия, что не всегда экономически оправданно. На военную кампанию в Африке Цепеши затратили миллиарды, выиграв в итоге нищие регионы. Лабиенам же достался жирный кусок в виде развитых туристических стран. Как-то оно не по-союзнически. С другой стороны, это Пауки. Лабиены, а не, скажем, Джонсоны, с их неистребимым стремлением производить штаммы смертельных вирусов.

Ограничен Доминик в решениях или нет, но то, что Игорь вошёл в Совет на правах новой Тени, означает только одно. У Цепешей перевес в численности. Кто, как не Волки, способны действовать в команде? Клод пожелал контролировать Совет Джонсонов — его право, а вот сумеет ли? Вопрос открытый. Теперь, когда Цепеш-младший не связан необходимостью молча присутствовать на Совете, когда у него появилось право голоса, Волк его обязательно использует, и время для этого вот-вот настанет.

Игорь, рассчитывавший на брак с Адой из Воронов, планировал добиться широкой популярности у Джонсонов. Становление его Патриарха Тенью не просто облегчало задачу. Оно отменяло эту непростую задачу в принципе. Клод не потеряет вороний совет, о нет, Доминик не станет убирать то, что выгодно и ему.

То, что Клод не воспринимает его за равного, — это... удобно. Выглядеть в глазах соперников наиболее слабым звеном выгодно. При этом Игорь был намного сильнее, чем казался. Жить не только в тени отца, но и в лучах его света, в испепеляющем гневе или в ледяном безразличии, — такое воспитывает характер... Теней всего-то четыре, а с Лабиеном договориться ой как непросто. Иногда бывает. За Эфиопию вон едва не подрались. "Цепеши настолько скромны, что не посмеют выдавать личные интересы за общественные".

Наследник коротко посмотрел на Клода.

"Я молчал, а ты — громко думал", — Игорь позволил себе полуулыбку. Был ли он слабейшим звеном Совета Теней? Цепеш повторно ухмыльнулся. Время расставит всё по местам. Всё и всех.

Что касается японцев, оставалось непонятным, зачем Доминик рекомендовал их. В результате добились того, что Лабиен лишний раз подчеркнул тот факт, что Цепешей и Накадзим связывают кое-какие соглашения. Хотел ли Игорь в действительности видеть кого-то из них Тенью? Вряд ли. Добиться понимания отца намного быстрее... Разменная карта — вот это что. Для того и вспомнили японцев.

Цепеш поймал себя на мысли, что опять забыл о персональном привидении Доминика. Но он совсем не ощущал постороннего присутствия, когда устанавливал с Патриархом мысленную связь. Вероятно, оно куда-то пропало ранее.

"Если сейчас прозвучит, что я голосую против отца, шаблоны разорвёт у всех и надолго, — со злым весельем подумал Наследник, — а что самое забавное, это ничего не изменит. Голос Клода предрешил назначение. Он и представить себе не мог, что я способен быть против своего Патриарха".

— Голосую за Доминика Цепеша в качестве Тени Джонсонов, — ровно и уверенно проговорил Наследник, отдав свой голос.

"Таким образом, предложение принято единогласно; мир, дружба, ядерные боеголовки".

Следующим вопросом на повестке дня, скорее всего, станет ЦИЭМ. То, из-за чего, как Игорь вначале подумал, его пригласили на Совет. Знал бы, чем это в действительности обернётся!.. О том, что случилось позавчера, Волк уже не вспоминал.

+3

26

Джонсоны и вернуть свою самостоятельность? Лабиен не любил загадывать на будущее. Он любил делать это будущее, своими собственными руками. Для этого Паук и был здесь, среди остальных Теней, для этого и была создана Корпорация с неограниченными возможностями, которой управляли четыре сильнейших семьи, используя друг друга, работая совместно. Клод не любил понимать то, что не выгодно ему. Максимилиана это мало волновало. Лишним? Лабиен никогда и ничего не говорил лишнего. Ровно то и столько, что и в каком количестве требовалось. Клоду было неприятно слышать о своём роде, ведь боль из-за утраты Эмилии не прошла. Кот заглушил её, спрятал, но никак не переболел ею. Это его минус. Максимилиану были выгодны не только плюсы Теней, но и их недостатки. К тому же, д’Эстен не скрывал своего отношения к Игорю, считая того лишь продолжением его Патриарха. Напрасно. Лучше б Клод так придирчив был к себе, ему полезно.
- С чего б мне обсуждать твои внутрисемейные проблемы?
Поинтересовался Лабиен так же спокойно и вальяжно, как будто д’Эстен к нему денег на выпивку пришёл занять. Клод забывал о границе, где кончались дела общественные и начинались личные. Максимилиан, как вампир, контролирующий немалую часть мира, хотел бы разобраться с расследованием убийства глав вампирских родов, но как Тень Корпорации он не должен был ничего делать. Корпорации нужна новая Тень, Корпорация её и получила. На этом обязанности Паука, равно как и Волков с Воронами и Котами, абсолютно заканчивались. Личные проблемы, семейные неурядицы, возможно, стоит и обсудить, но никак не на этом Совете и не в данное время. Смерть Эмилии, так же как и гибель Рейли, теперь это всего лишь личная проблема родов и отдельных индивидуумов, но никак не Корпорации.
«Пока что всё тихо и спокойно. Вот надолго ли – рано судить».
Как и считал Лабиен, сын разительно отличался от своего отца. Взрывной, непримиримый характер Доминика мешал править прицельно и спокойно. Кажется, теперь Максимилиан получил в руки того правильного правителя, которого не мог найти столько веков подряд. И, главное, откуда? Из-под бока вспыльчивого Цепеша. Его сын реагировал на происходящее спокойно, так, как и следует реагировать сильнейшим из вампиров. И всё же Лабиен понимал, что ему отныне придётся продолжать сдерживать Доминика, заставлять Игоря работать самостоятельно, а Клода – думать прежде, чем начинать говорить. Сами по себе, эти вампиры были, пожалуй, лучшими из лучших. В своих родах. На своих должностях. Тенями двое из них оставались посредственными. Доминик учился работать в команде очень долго. Сколько придётся затратить времени на втолковывание простейших истин в головы ещё двоих, очень упрямых и властных вампиров? Ничего, и не с такими летали. Лабиену была интересна новая игра, и пока всё шло по плану, его устраивало происходящее целиком и полностью. Тени не обязаны любить и уважать друг друга. Пусть хоть ненавидят. Но работать они станут вместе. Иначе придётся кого-нибудь пододвинуть от власти, вместе с его родом.
- Итого: Доминик Цепеш избран на пост Тени от Джонсонов. Единогласно.
Подытожил Лабиен по привычке. У него был равный голос в Совете, он ничем не отличался от остальных Теней, но всё же незримо, или даже более очевидно в каких-то местах, непременно руководил всеми и всем разом.
- Что ж. Остался у нас теперь только ЦИЭМ. У кого какие предложения, господа? В связи с назначением Доминика на Тень от Джонсонов, стоит полноценно закрепить разделение ЦИЭМа на подотчётные функциональные сектора. Иначе мы ж сами запутаемся. До сего дня Центр не был целиком и полностью подотчётен Банку. Теперь же я хочу такое упущение исправить.
В этот раз Лабиен не добавил, что это будет выгодно всем, ведь данное вовсе неправда. Но оставлять такой мощный объект кому-то одному никак нельзя.

+2


Вы здесь » КГБ [18+] » Осень 2066 года » [08.11.2066] Решения Системы