КГБ [18+]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » КГБ [18+] » Осень 2066 года » [26.10.2066] Не смотри вниз


[26.10.2066] Не смотри вниз

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Время: 26.10.2066, вторая половина дня.

Место: Латвия, Прейли.

Действующие лица: Адам Диллингхем (НПС), Атенаис Даннем (НПС).

Познакомиться

http://s5.uploads.ru/o7MG2.jpg

Представляется как Адам Диллингхем,
настоящего имени не называет (оборотень-гепард, 88 лет)
Чем внимательнее смотришь, тем меньше видишь.©
Родом из г. Припяти Киевской области УССР. Из семьи физиков-ядерщиков, трудоустроенных на печально знаменитой ЧАЭС. После рациационной аварии 26 апреля 1986 г. был эвакуирован вместе с другим населением, но с Припятью попрощался не навсегда. В середине 90-ых годов прошлого века промышлял мародёрством, вывозил из города заражённый металл. Производил "демонтаж" металлоконструкций ДК "Энергетик", гостиницы "Полесье" и других объектов. От серьёзных проблем со здоровьем спасла регенерация и умение вовремя остановиться.
Успел поучаствовать в нескольких вооружённых конфликтах, последний из которых на Донбассе. Стрелок так себе. Официально числится безработным, получает социальное пособие. Авантюрист, мошенник, карточный шулер, фокусник. До сих пор на свободе, только потому что работает на Цепешей.

http://s8.uploads.ru/pY3zF.jpg

Атенаис Даннем (человек, 24 года)
Да гори оно огнем!
Появилась на свет в Прейли, в более-менее благополучном районе города. Мать умерла сразу после того, как родилась Атенаис; отец отказался от основной причины смерти жены, сдав девочку в детский дом. С детства привыкла к обману, жестокости и похабству окружающего мира, дальше — влилась, срослась, стала частью. Себя нашла в не слишком обычном для женщины бизнесе, однако приносящем более чем неплохие доходы, — выполняла разного рода "услуги". Сначала это было распространение наркоты, на которую хватило ума не подсесть, исключительно продавая. Росла по "карьерной лестнице", поднималась по ступенькам, иногда оступалась, соскальзывала, падала — и снова поднималась. В итоге поручения выросли на уровень, и когда последним из них стала доставка посылки от одной очень именитой леди, Атенаис даже не удивилась.

Описание ситуации: обвинённая Комитетом в преступном сговоре с бывшим директором ЦИЭМ, Элизабет Джонсон спешно покидает Алмазный Берег. Но куда направилась молодая вдова? Пресса строит догадки. Элизабет постоянно "видят" в разных уголках Европы. По неподтверждённым сведениям, госпожа Джонсон скрылась в Родовом гнезде на Англси, носит траур по супругу и организует церемониальные трапезы для близких. Официальные источники безмолвствуют.
К концу октября 2066 г. положение Воронов в Корпорации становится шатким как никогда. Джонсоны собирают очередной совет. В это время в латвийском городке Прейли происходит встреча доверенных лиц Элизабет. По крайней мере, Атенаис Даннем, которая мало что знает о делах вампиров, именно так и думала… Но в скором времени становится ясно, что Адам Диллингхем не тот, за кого себя выдаёт.

Дополнительно:
Эпизод проходит в рамках квеста "Достучаться до небес".

+10 ZEUR начислено всем участникам эпизода.

Отредактировано Игорь Цепеш (22.09.2016 11:52:01)

+2

2

Осень давно вступила в свои права. День ото дня она трудолюбиво портила погоду, а вместе с тем и настроение. Усталый город проснулся в тумане и холоде, так неохотно, будто умирал, и очнувшись от липкой сонной мути, понял, что действительность ничем не лучше горячечного бреда.

Но если одна часть Прейли медленно, но верно приходила в запустение, то вторая ничем не уступала многим другим процветающим городам Европы. Здесь были и благоустроенные районы, в лучшем из которых бессменный мэр города, господин Ромери, отстроил себе шикарный особняк стоимостью в половину Прейли, не меньше. Оборотень как-то видел его дочь мельком, на улице Бривибас. В этот день кортеж мэра создал транспортный коллапс, и это-то в Богом забытой дыре!

До крайности странное место, этот Прейли. Гепард помнил его другим, тихим и утопающим в зелени, когда жил и работал здесь, скрываясь от правосудия. Смешно сказать, но десятилетия спустя городок будто позабыл о законности и правопорядке совсем. Жульё, подобное "Адаму", чувствовало себя в Прейли особенно уверенно.

Следуя по региональной дороге P58, ведущей из Мадоны в Краславу, оборотень приехал в Прейли к полудню. Если бы не поручение Цепеша, он миновал бы город не останавливаясь, но выбирать не приходилось. Гепарду повезло — и надо сказать, весьма сомнительно, — родиться удивительно похожим внешне на доверенное лицо Лиз Джонсон.

Чёртова шлюха! Не могла отправить свою передачку с малявой как-то более современно, чем с рук на руки! The Diamond Cost Postal Service например! Идиотка. У вампиров всё через жопу и чувства юмора нет ни хрена. Хотя с другой стороны, лучшей гарантии не придумаешь, но только при условии, что этот Дилингхем, роль которого он примерил на себя, сумеет беспрепятственно миновать границу АБ... Интересно как.

"Итак, я теперь Адам. Надеюсь, "Ева" не заставит себя долго ждать".

Гепард достал из бардачка колоду карт и принялся перебирать одну за другой. Он нервничал и непонятно почему. Черты лица девчонки не складывались в единый образ, словно на фото эта Атенаис выдавала себя за кого-то другого, как и Адам. Атенаис... эва как! Франция, cherchez la femme и море арабов в Париже, разумеется, куда без этого.

Оборотень в последний раз взглянул на снимок, после чего щёлкнул зажигалкой и сжёг его. Значит, Элизабет из Воронов не сбежала, а уехала, и не куда-нибудь, а в круиз по Атлантике! Благородная дама не хочет, чтобы этот поступок выглядел как бегство. "Кунард Лайн", вроде, принадлежит её родственнику.

Любопытное совпадение: герб Прейли представляет собой чёрного ворона на золотом фоне, и вот он, выходец из стран СНГ, играющий потомственного англичанина, прибыл сюда, чтобы выдать себя — и за кого! — за Ворона.

— Ш-ш-шикарно, блядь, — прошипел гепард, толкнув дверь, наверное, самого дешёвого и позорного бара в округе.

Местная выпивка ни цветом ни запахом не уступала помоям. Оборотень поискал глазами курьера, ту самую Даннем, но девица не показывалась. Вискаря плеснули ровно на два пальца. Большего не требовалось. Гепард если угодно вообще не собирался это пить.

Отредактировано Игорь Цепеш (22.09.2016 10:15:26)

+2

3

"Блядь, я опаздываю, опаздываю."
Задыхаясь, глянула на часы на запястье, грубые, подделка, на черном кожаном ремешке, с огромным циферблатом, выдохнула, согнулась вдвое и оперлась мокрой ладонью о колено, переводя дыхание. Второй рукой смахнула пот со лба, чувствуя, как струйка побежала под курткой, майкой, по голой спине. Несколько минут пришлось потратить на то, чтобы отдышаться. Раньше бегала без особых усилий, это приносило кайф такой – когда открывалось второе дыхание. Теперь боль резанула под ребра уже на втором повороте к бару – месту встречи с тем, кому следовало передать конверт, пухлый и жирный, лежащий сейчас в плотно прижатой к боку кожаной черной сумке. Рукам доверия не было, ее обнесли б давно, да и до бара не добралась бы, если бы махала конвертом направо-налево. А так –сумка пришита к майке, давно стала второй кожей, содрать можно было только раздев. А для этого надо было стянуть куртку, майку, напороться на нож, сдохнуть – все было просто в Прейли. Ана (ненавидя свое пафосное имя, лживое, называла себя Ана, требовала, чтобы остальные обращались так же) сама была частью Прейли, душой Прейли.
"Если этот хмырь ушел – Оскар убьет меня. Или уйдет, как тогда – лучше б убил!"
Обычно удавалось держаться, месяцами, механически выполняя подворачивающуюся работку, не брезгуя ничем, кроме предложений потрахаться, это - нет. Торговала наркотой, передавала посылки, снимала деньги, в сумке перебывали такие суммы, что не спала ночами – сидела, глотала колеса, смотрела на дверь неподвижно. Зарабатывала, часть выделяла отцу – он спился и теперь, обнаружив, что у него осталась дочь, являлся еженедельно, буянил, орал, матерился и селился в подъезде, от чего тот становился еще грязнее и гаже. Проще было откупиться, потому что бить пробовала, убивать – рука не поднялась. Откупалась.
"Лишь бы не ушел, лишь бы. Я сдохну, повешусь."
Иногда накатывало. Чаще вечером, к ночи, тогда становилось невыносимо, хотелось биться о стены, разбивая голову, посуду. Одиночество, ненужность, бессилие что-то поменять, собственные демоны рвались изнутри, разрывая череп, сводя с ума, заставляя метаться, выдирать волосы, резать вены. Тогда появлялся Оскар. Обнимал, гладил, бил, снова гладил, просто был рядом – иногда нужно только присутствие. Точно знал всегда, когда что сделать, иногда прямо с порога валил, трахал, не замечая слез и ногтей, впивающихся в его плечи. Иногда делал чай. Зеленый, черный – ей было все равно, это был чай.
"Успела. Кажется, все, заебись."
Еще раз с силой провела рукой по лбу, прижмурилась – глаза слезились, зрение поплыло давно уже, но очки носила только дома. Выдохнула, выпрямилась осторожно, прислушиваясь к каждой клетке тела. И вошла в бар. Поручения Оскара напоминали приказы. Приказами и были, по сути, но так было правильно, так надо.  Их выполняла так точно, как могла, не ожидая похвалы, так тоже было надо.
"Так, где? Вот!"
Мужик, сидевший за стойкой с виски в руке был похож на снимок, показанный ей Оскаром так, как можно походить на собственное фото: почти нихера. Но похож. Краткой информации хватало выше крыши: по коротким разговорам Оскара по мобилке уловила, что к чему. Элизабет Джонсон, усраться можно было. Сегодня она действительно могла ощутить себя важной особой – не Джонсон, сама Ана.
- Вы – Адам?
Бесцеремонно спросила, встав прямо против мужчины, рассматривая его в упор и внимательно, все еще в сомнении. Оскар не простил бы ошибки, и Ана не собиралась ошибаться.

+2

4

Виски! Одно название. Дивный букет аромата свежезаваренного веника, чая типа "Майский" и самой обыкновенной дешёвой водки "Зелёная марка". Запах этого роскошного пойла ни с чем не спутаешь.

Напоследок понюхав жидкость, гепард отодвинул плохо вымытый бокал и посмотрел по сторонам. Девчонка опаздывала. Что если пакет, о котором говорил Цепеш, успел перехватить настоящий Адам Диллингхем? Нет, исключено. Его притормозили вчера в аэропорту Лайт Вингс по обвинению в...

Дверь хлопнула. Оборотень поднял глаза. За несколько секунд, пока дамочка пыталась сориентироваться в обстановке, Адам-двойник успел понять, что это и есть мисс Даннем. Поймал на себе оценивающий взгляд. Секундное колебание, и барышня двинулась в его сторону.

— Вы — Адам? — спросила она, поравнявшись с собеседником.

Гепард коротко кивнул.

—  К вашим услугам, — до тошноты вежливо отозвался Адам; пусть их принимают за влюблённую пару, почему бы и нет? — Погода сегодня прекрасная.

Если первая реплика являлась чистой воды импровизацией, то вторая — кодовой фразой, и плевать, что погода ни хрена не прекрасная, а самая что ни на есть отвратительная. Редкий кот любит воду, особенно когда та накрапывает с самого утра в виде мелкой противной мороси и токсична от промышленных выбросов.

"Совсем, видать, хреново дела идут у Воронов, если одна из курьеров — соплячка человеческой породы, а второй позволил упрятать себя за решётку", — мысленно отметил гепард, но приглядевшись к девчонке, сообразил, что она не так проста, как выглядит.

"Из Саутгемптона в Нью-Йорк, значит… Как бы этот лайнер не повторил судьбу печально знаменитого „Титаника“".

Пришлось откинуть капюшон, чтобы Атенаис удостоверилась: перед ней Адам Диллингхем, а не какой-нибудь проходимец.

Формальности закончились, предстояло забрать пакет и доставить его нанимателю. Километров сто двадцать он из своей развалюхи выжмет, да и Алмазный не за горами.

Местные забулдыги не обращали на парочку ровным счётом никакого внимания. Оборотень очень спокойно протянул руку за конвертом, который вот-вот должен был оказаться у него, и всё! Джаспис, потом первым же рейсом в Рим, а оттуда — на солнечную Ривьеру.

Отредактировано Игорь Цепеш (21.09.2016 09:46:23)

+2

5

- А, ну да.
Вяло отреагировала на предложение услуг, сообразила что-то вроде кривой улыбки и заползла на высокий барный стул рядом. Покосилась на его бокал, хлопнула себя рукой по карманам, выудила пачку, сунула сигарету в рот. Последнее время курила много и чем дальше, тем больше, уже по две в день – в сутки, считая ночные бессонные часы. Не при Оскаре только – тот не выносил дыма и запаха, заставляя чистить зубы сразу же, с порога, хорошо еще, если не совал мордой в умывальник, чтобы сразу жрать пасту, напрямую. Однако сейчас на этого, сидящего рядом, было откровенно насрать, поэтому закурила, не дожидаясь очередного похабно-джентельменского, лживого жеста с зажигалкой.
"Еще б спичку горящую поднес, вот смеху было б. Умора."
- Не предлагайте того, чего не можете предоставить.
Хмыкнула, затянулась, выдохнула через нос, запрокинув голову, закрыв глаза на секунду. Его не боялась. Она со своим мешком-конвертом-пакетом-хер знает чем еще была ему нужнее, чем он ей. Судя по позе, по взгляду, по обороту – такое привыкла чуять давно.
"Если бы сейчас шантажировала, выдавила из него не меньше миллиона. В любой валюте, похуй."
- Но дождь бы не помешал.
Сохранить серьезность всего этого маразма было не трудно. Ана привыкла к настолько широкому разнообразию заданий, к такому диапазону предлагаемой и хорошо оплачиваемой херни, что если бы сейчас он достал черную палку и очки и стал тыкать в нее, изображая агента Джона Смита, она б закурила вторую.
Капюшон сполз вниз, глянула внимательно сквозь дым сигареты.
"Это не он."
Вот что Оскар ценил, вот что держало рядом. Использовал внаглую, постоянную информированность, ее знакомства в разных кругах, внимательность, собранность, привязанность к себе. Знал, что на нее положиться можно – сдохнет, но выполнит.
"Не он. Пиздец."
Что толкнуло в бок и вынудило всмотреться – понятия не имела. Вдруг ситуация так напомнила дешевый низкосортный фильм про шпиенов, что с трудом удержалась от смеха.
"Пиздец же. Сижу с незнакомым мужиком в баре, пялюсь на его виски, гадаю, выпьет или нет  - пароли, явки, смех один."
Машинально тронула переносицу.
"Не отдам ему пакет. Пусть Оскар меня трахнет в мозг и убьет – не отдам."
Мужик был копией того, с фото, однако обычно вытаскивающее за шкирку, как котенка из выгребной ямы, внутреннее чутье, нюх, чуйка – называть можно как угодно – орало и билось в истерике.  Изобразила кривую ухмылку, призванную выражать вежливость, поползла со стула обратно.
- Я сейчас. Забыла документы в своем выходном лимузине, сбегаю – и вернусь.
Напряжение возросло в разы, Ана не умела нихера врать, не успела научиться за человеческий, короткий век.
"Бегом на выход и звонить Оскару! Че за фигня происходит? Это не тот."

Отредактировано Ада Виктория Морриган (18.09.2016 22:16:51)

+2

6

Бабёнка нервничала, и оборотень хорошо чувствовал это. Адреналиновый флёр окутывал её, но сигаретный дым мгновенно устранил признаки нервного возбуждения. Гепарду это закономерно не понравилось.

"О-о-о, ты ещё не знаешь, как много услуг я могу предоставить", — мысленно усмехнулся оборотень, теряя всякий интерес к личности едва знакомой девушки. Забрать у неё пакет — и дело сделано.

Наличие у Атенаис чувства юмора оказалось приятным бонусом к слегка помятой внешности. Гепард мазнул взглядом по её декольте, оценивая призывно выглядывающие прелести.

Она смотрела на собеседника. Оценивала, сопоставляла с увиденным ранее, и гепард понял, что попал. В плохом смысле попал.

— Виски? — предложил он, мягко улыбнувшись.

— Я сейчас. Забыла документы в своем выходном лимузине, сбегаю – и вернусь.

"Твою м-мать! Догадалась?"

Но что его выдало? Что именно?

— Постойте, мисс.

Попытка схватить наблюдательную дрянь за руку не увенчалась успехом: по-звериному горячие пальцы поймали её холодную замёрзшую руку, но девчонка выдрала ладонь и бодро стартовала к двери. С-с-сука.

Короткий, вороватый взгляд по сторонам, и гепард вскочил на ночи. Даннем-никому-не-дам убегала от него. От него, который набирал скорость быстрее многих современных спорткаров! Но всё это — только в форме зверя и если бы не одно маленькое, но до крайности неприятное "но". Травмированное колено, которое заживало из рук вон плохо.

Гепард оказался за порогом заведения. Густые осенние сумерки опустились на Прейли, похолодало сильнее, и ни единой живой души в проулке, кроме стремительно убегающей дуры.

Оборотень хладнокровно достал ПМ. Меньше всего ему хотелось убивать эту пешку в большей игре, эту разменную монету. Он и сам не дороже стоил, если на то пошло, но шансы добыть конверт без кровопролития таяли.

"Нельзя стрелять. Беготня — мышиная возня по сравнению с выстрелами", — Адам скрипнул зубами и убрал пушку.

Времени на оборот не оставалось: он не красна девица, чтобы ударившись о сыру землю, сразу обратиться в лебёдушку.

"Далеко не уйдёт".

Гепард перешёл на бег. Повреждённое колено отозвалось болью и уравняло их шансы. К тому времени Атенаис сообразила, что встреча с поддельным Адамом не сулит ей ничего хорошего, и летела в сторону улицы Даугавпилс: она оживлённая.

+2

7

- Ага, виски. Лапу убрал!
Крутанула схваченную руку, врезала второй, промахнулась, в панике дернула, выдирая чуть ли не из плеча, взвыла от боли в руке и задом врезалась в дверь, вылетая под моросящий, постоянный дождь. Пальцы ныли, еще чувствуя его прикосновение – слишком горячее, чтобы быть простым. Человеческим!
"Блядь, эта мразь – вообще не человек! Мутант поганый, оборотень!"
Существование оборотней и вампиров тайной не было для нее, Оскар давно просветил, а ему верила до конца, не сомневаясь ни в одном слове.  Откуда он узнал? Лишних вопросов давно выучилась не задавать, чревато было, иногда – очень больно. Однако краем уха слышала и про близость его к Джонсонам, а через них – к высшему свету, на который было откровенно плевать. Если б был хоть мелкий шанс попасть туда – хотела бы и тянулась, а так… смысла не видела, поэтому и плевать хотела.
- Куда, теперь, дальше?!
Мысли заметались по городу, знала улицы, как себя саму, рванула с порога направо, вылетая мимо тупиков к самой оживленной, там, где света больше, где всегда кто-то ходит, бляди со своими сутиками, просто шлюхи, полиция – в Прейли они давно перестали обращать внимание друг на друга. Серая пелена вечного дождя скрывала все и всех, Ана знала – если ее начнут убивать, вокруг не останется ни души. Надо было ловить момент и скрыться, раствориться в мороси этой, город должен был защитить ту, которая отдала ему всю свою короткую жизнь.
- Лишь бы не выстрелил, блядь, только не в спину…
Боли боялась больше, чем смерти, руки онемели от страха и холода, холод был вечным, идущим изнутри – потому леденели ноги, руки, не согреваясь даже пледом, темно-синим, теплым, вязаным крупно.  На минуту остановилась, вжалась в грязную холодную черноту стены, сливаясь в своей куртке, сглатывая от ужаса, переводя дыхание, стараясь не дышать свистом, мысленно проклиная сигареты. Пакет прилип к телу, судорожно прижала локтем, проверяя – на месте. Шаги раздались совсем рядом, задержала дыхание и, когда прошел мимо, снова выскочила, дернула в другую сторону, понимая, что путается, выбирается не туда.
"Сколас, Талсу, на Даугавпилс, там в любой магазин, урод не будет стрелять в толпе! В полицию не успеваю, нельзя туда, у меня посылка, Оскар будет недоволен…блядь…"
Свернув в темноту переулка, снова замерла, как загнанный охотниками и собаками, грязный мокрый заяц, с раздувающимися от гонки худыми боками, со свалявшейся шерстью. Ни разу на нее не охотились. А сейчас охотились. И ощущение себя-жертвы было острым и обреченным, как и сама Ана.
"Не туда, не … туда! Тупик, все, тупик."
Снова сглотнула, подавилась, сплюнула под ноги, вслушиваясь до боли в ушах в серую черную муть вокруг. Шаги не отставали, становились глуше, слышнее, снова глуше, грязь под ногами мешала понять, где он.
"Направо, вниз, горка будет, после нее – вперед и проскочу к ломбарду, они круглосуточно работают!"
Снова неслышно рванулась с места, исчезая почти перед носом преследующего.

Отредактировано Ада Виктория Морриган (19.09.2016 14:32:24)

+2

8

Отсыревший, продрогший, город пах нищетой и кровью. Гепард отчётливо различал запах, сотканный из тысяч тонких ароматов. Сливаясь воедино, они и создавали единое информационное поле, на котором легко ориентировались хищники — и оборотни. Но влага скрадывала запахи, и наверное, поэтому зверь пропустил девчонку, свернувшую за угол и забившуюся в тёмный закуток. Мышь, ни дать ни взять.

Боль в колене усиливалась, а вместе с ней росла и злоба на беглянку. Ушлая бабёнка оказалась не только дьявольски наблюдательной, но и возмутительно шустрой.

Вот ведь блядская ирония: гепард, быстрейшее животное планеты™, проигрывал человеку, самому обыкновенному и ничуть не профессиональному бегуну, в скорости. Ну пиздец теперь, чо. Оборотень остановился, пытаясь отдышаться, и прислушиваясь к шелесту и перестуку водяных капель. Где-то совсем рядом заходилось в бешеном темпе испуганное человеческое сердце.

"Знаешь, какой будет первый вопрос от Цепеша, друг? Не-е-ет, не “Как всё прошло?“ Догадываешься? „Почему, твою мать, так шумно?“, вот какой".

Наконец он уверенно взял след жертвы. Спина упрямой дряни маячила перед глазами. Оборотень понимал, куда та направляется. Сделав над собой усилие, рассыпавшее в лёгких ворох швейных иголок, гепард рванулся вперёд, сократив расстояние до нескольких метров. Атенаис в это время взбиралась на земляную насыпь — видимо, раскопали теплосети, а закапывать по старому советскому обычаю не спешили.

Сильный длинный прыжок, и гепард вцепился ей в куртку. Заострившиеся когти держали крепко, и они оба повалились на землю в размокшую грязь. Инерция подыграла не преследователю, а жертве: та кубарем покатилась вниз с пригорка. Когда оборотню удалось встать на ноги, вымазанная в чёрной жиже сука летела в сторону заброшенного...

"Дом быта. Когда-то это был дом быта", — вспомнил гепард.

Впрочем, сейчас аварийное строение больше напоминало родной город оборотня, вымершую от "мирного атома" Припять. Он, коренной припятчанин, хорошо знал особенности типовой застройки советских времён. Существовали улицы и целые города, похожие друг на друга, как две капли воды. Провалы окон чернели в сумерках. При тусклом свете озябшей луны здание выглядело мёртвым, пугающим. Меньше всего на свете хотелось лезть туда, но то ли Даннем знала бывший дом быта как свои пять пальцев, то ли просто полагалась на удачу, то ли рассчитывала куда-нибудь свернуть, но поскальзываясь в грязище, направлялась именно туда.

Зверь снова сократил расстояние до трёх–четырёх метров. Теперь гепард должен был не только отнять у неё пакет, но и устранить свидетеля: если оборотень провалит задание, Цепеш сдерёт с него шкуру.

+2

9

Мокрая земля ползла под ногами, облепила кроссовки, грязными глыбами тянущие теперь вниз, забивалась под ногти, принявшие траурный оттенок, покрывала щеки, лоб тонким влажным слоем грязи – зеркало б треснуло и раскололось, увидев ее сейчас, покончило бы с собой, лишь бы не отражать. Чувствуя, как заломило под разбитыми короткими ногтями, уже сочащимися кровью, продолжала упорно лезть вверх, карабкаясь по нарытому и забытому, как все в Прейли, земляному валу, размокшему и размякшему от постоянной мороси, постепенно превращающемуся из чьей-то идеи в мерзкое тягучее болото.
"Оскар не простит провала. Я должна вернуться и отдать ему пакет, должна, даже если сдохну – должна, выблюю кишки – все равно должна."
Повторяя как мантру, скульнула от боли в руке, быстро глянула, упираясь ногами резко выдернула кусок стекла, застрявший в ладони. Боль полоснула по нервам, понесла ко рту, опомнилась, рывком сунула руку в грязь – холод отрезвил, дал силы лезть дальше.
"Выживу – куплю пистолет. Его мозги растеклись бы по бару еще там, сейчас не надо было бы гнаться в этой долбанной гонке на выживание. Блядь, как страшно!"
Что-то прыгнуло сверху, обрушилось, заорала, вопль застрял в глотке, когда небо поменялось местами с грязью, тяжесть напавшего заставила рухнуть следом, вцепиться до одури, царапая лицо, шею, не понимая уже, где кончаются его когти и начинаются клыки.
- Уйди, сука, тварь, уйди!!!
Голоса хватило только на это, потом сорвался, захрипела и сорвалась следом, покатилась, заскользила по грязи вниз, не соображая, куда катится, хватаясь за склизкую траву и обломки строительной рухляди. Когти исчезли, врезалась спиной в торчащую балку, всхлипнула, вскочила, покачнулась, кренясь на один бок и прихрамывая быстро потащилась в сторону темнеющего рядом здания. Обломка здания, оставшегося от давно начавшегося и похеренного чьими-то усилиями строительства. Видимо, сразу после того, как бабки были отмыты, на само строение забили, как это часто делалось под чутким и бдительным надзором вышестоящих – чтобы не влипнуть самим, если что.
"Не дотяну, не… дверь."
Вместо двери должен был зиять черный тоскливый проем, но чья-то больная фантазия снабдила недостроенного калеку дверью, заботливо прикрытой. Пальцы скользнули по ободранной обшивке, мягкой, пропитанной влагой и сыростью, нащупали ручку, прилипшую к коже сальной жижей, дернула, с облегчением чувствуя, как подается – искать другой вход сил не оставалось.
"Все, спасена. Забраться повыше, не найдет, тварь проклятая, не пролезет туда. Сломает шею, останется, сдохнет от голода, будет мучиться так же, как я сейчас."
Мысли появлялись и угасали, вспыхивая, тая темными печальными искрами надежды, пока протискивала себя в раскрывшийся проем, в непроглядную тьму. Наощуп, саднящими сбитыми ладонями по стене добралась до перил, железных, торчащих основ, начала взбираться, шаг за шагом, нащупывая каждую следующую ступень, проваливаясь, замирая, с трудом переводя дыхание, снова заставляя себя двигаться вперед, не думать о том, на каком она этаже, сколько провалов внизу.
"Не полезет за мной. Не полезет, сука, побоится, умоляю, пускай побоится…"

+2

10

Спускаясь с насыпи, оборотень зацепился за какую-то арматурину. Поскользнулся, потерял равновесие и с размаху приложился бедром. Покатился вниз, следом за беглянкой, и казалось, только чудом не свернул себе шею. Подобрался, свернувшись в клубок, но поздно. Бухнулся в лужу, где совсем недавно барахталась девчонка, и конкретно вызверился.

До последнего он надеялся, что Атенаис не рискнёт соваться в заброшенное, явно аварийное здание. Такой как она делать там нечего. Ноги переломаешь — "ой" не успеешь сказать. Впрочем, шансы на успех значительно возрастали.

"Там-то я тебя и удавлю, цыпа".

Оборотень нырнул следом. Осмотрелся. В отличие от Атенаис, у "Адама" было целых два преимущества. Первое — острый слух. Оборотень прекрасно слышал шаги, шелест посыпавшейся штукатурки, мелких камешков, щебня и тихий хруст стеклянного крошева под ногами. Второе — звериное обоняние. Теперь табачная вонища работала против Даннем, безошибочно выдавая присутствие. Кроме того, гепард не идеально, но лучше, чем человек, видел в полумраке.

Ступени заставили оборотня болезненно поморщиться. В любом случае, их здесь не больше нескольких десятков. Три пролёта вверх. Стиснув зубы, гепард принялся догонять перепуганную жертву.

На втором этаже обвалились перекрытия, и оборотень едва успел шарахнуться в сторону. Прижался к стене, тяжело дыша. Или он порешает чёртову бабу или останется в этой дыре навсегда. Вернуться в Джаспис без документов — значит подписать себе смертный приговор. За "Адамом" и раньше водились тёмные делишки, но теперь ему припомнят их все.

Когда над головой разверзлось тусклое осеннее небо, подёрнутое дождевым маревом, игра в кошки-мышки закончилась. В пяти метрах от себя он увидел девчонку, стоящую перед бетонными балками. Плиты их не перекрывали, и путей к отступлению не оставалось.

— Отдай конверт. — Гепард оскалился; его абсолютно кошачьи сейчас глаза отливали расплавленным золотом.

Оборотень шагнул вперёд, подбираясь к жертве справа. Там бетонные плиты гибнущего долгостроя выглядели надёжней.

Отредактировано Игорь Цепеш (19.09.2016 23:35:19)

+2

11

Шаг, еще шаг, ноги ватные, каждый раз, ступая, проваливалась в кроссовку, как в болото. Боль распоротой ладони отодвинулась, пульсируя лениво, гнусаво напоминая о себе иногда, как ноющая, надоедливая навозная муха. Намертво обхватила ледяными пальцами остатки перил, с трудом сдержала рвущийся крик ужаса – рядом, почти задев, рухнул кусок неба  - прогнившего потолка, как оказалось.
"Никак-кой разницы. Блядь…"
Волна ужаса схлынула внезапно, прямо в нескольких метрах от себя Ана увидела Преследователя. Положено было испытать новый страх – не вышло. Накатила тяжелая, свинцовая усталость, от которой ноги подкосились, и все стало все равно…
"Оскар. Я не могу его подвести. Он для меня все. Не могу, тварь проклятая, не могу."
- Не пошел бы ты…
Сорванный голос выдал что-то, сдался окончательно, пришлось заткнуться. Одну руку освободить, осторожно, медленно выпустив каркас перил – балансируя, вцепившись в сумку посиневшими от напряжения пальцами. Продолжая удерживаться второй, быстро оглянулась, сделала шаг назад. Второй. Нога снова провалилась, замерла, часто дыша, едва удерживая готовое выпрыгнуть сердце.
- Отвали, слышишь? Не отдам. Отвали!!!
Не выдержала, закричала, замотала головой, истерика накрыла, удушила, заставила снова заткнуться, подавившись собственным криком, сбив дыхание. Перед глазами все поплыло, зрение наебнулось окончательно.
- …
Молча мотнула головой, вытирая о плечо щеку, смазывая грязные разводы, липкие мокрые черные волосы, пытаясь проморгаться.  Темный силуэт напротив качнулся, поплыл к ней, вскрикнула, снова мотая головой изо всех сил.
- Я не знаю, что ты за тварь, не знаю, не хочу знать. Ты – не человек, сука.  Такие должны дохнуть, так и не родившись. Ты ничего не получишь, мразь, сука. Уходи!!!
Подумала это или сказала – сейчас было уже не важно. Страх оказался сильнее паники, круче усталости и ломоты во всем теле, сделала еще шаг, резко развернулась спиной к нему и, отпустив обе руки, шагнула на бетонные балки, балансируя, едва удерживая равновесие, боясь глянуть через плечо, прекратив дышать. Осколок бетона отвалился, полетел в пустоту под ее ногой, долгие секунды – едва слышно отдаваясь эхом, встретившись с далекой каменной землей.
"Я дойду, дой-ду, еще десять шагов, д-дд-ва…"
Покачнулась, выпрямилась, запрокинула голову, тоскливо глянула на край темного серого, пахнущего мутной пеленой вечного дождя, неба.
"Дойду."

Отредактировано Ада Виктория Морриган (20.09.2016 11:40:50)

+2

12

Какие бы цели ни преследовала девчонка, у оборотня имелись свои, а к ним — одна-единственная чётко поставленная задача. Добыть пакет любой ценой. Однако героически лезть на амбразуру гепард не собирался. Рассчитывал, что загнанная в угол дура сама отдаст ему конверт.

"Если, конечно, ты не умеешь летать".

Она боялась. Смертельно боялась.

Оборотень потёр зудящие кончики пальцев.

— Тебе страшно, — прошелестел он с неприятной ухмылкой.

Под ногами хрустнуло стекло. Насквозь промокшее шмотьё липло к телу и сковывало движения. Колено полыхало так, словно его, по меньшей мере, раздробили, и гепард заметно прихрамывал. Ушибленное бедро налилось свинцовой тяжестью, поэтому зверь медленно подбирался к своей жертве. Рисковал угодить в пролёт и сорваться вниз. Ни один здравомыслящий гепард не станет цапаться с гиеной, но жизнь временами сталкивает и с крокодилами.

Оборотень не поверил своим глазам: беглянка шагнула на балку, использовав её вместо мостика. Неприятно. Подошва обуви, покрытая комьями налипшей земли, скользила и начисто лишала гепарда преимущества в маневренности, врождённого чувства баланса. В который раз за вечер девчонка не оставила хищнику выбора: если она удачно переберётся на другую сторону и спустится вниз, у неё появится шанс улизнуть. Добраться до оживлённой улицы и скрыться в толпе.

Попытка схватить Даннем за куртку не увенчалась успехом: пальцы поймали воздух в полуметре от девушки. Гепард замер. В мокрой обуви ни ему ни ей до противоположной стены не дойти, это и дураку понятно. Оборотень замер на краю, наблюдая за тем, как живучая дрянь пошатываясь идёт к спасительному лестничному пролёту.

Отошёл на шаг, сдирая с себя куртку, свитер, футболку. Готовился к обороту. Времени хватит, а затем он легко переберётся на другую сторону и разделается с измученной догонялками жертвой.

Или... Гепард поднял с пола обломок кирпича. Шагнул к провалу. Жизнь мисс Даннем изначально не имела никакой ценности. Остаётся просто сбить эту птичку в полёте, в воздухе. На балке, если на то пошло.

"Зря оставил пушку в тачке. Пристрелить её сейчас — и дело с концом. Комар носа не подточит".

Отредактировано Игорь Цепеш (20.09.2016 17:35:01)

+2

13

- Я знаю.
Зачем ответила… Десять, девять, восемь. Оскар учил – всегда успокаиваться, считать. Когда считаешь, не страшно. Девять. "Блядь, я не могу, я не…"
Горло свело спазмом судороги, встал холодный влажный ком, который надо было сглотнуть. Не могла. Каждый выдох становился шагом к смерти. Близкой, далеко внизу, в черноте провала под ногами.
"Сколько лететь метров – подсчитать? Нет, все, дойду, хорошо все, я в порядке, дойду."
- Я знаю сама.
Губы шевельнулись, замерли, синеватые на белом под слоем грязных разводов лице. Кажется, он хватанул сзади – не обернулась. Ужас стеганул кнутом по напряженным нервам, заставил сделать сразу два шага. Покачнулась, новые струйки холодного липкого пота по спине, бокам, ногам.
"Де-вять. Восемь. Семь. Семь еще шагов."
Обратной дороги не было. Даже без твари за спиной – не было, она не могла бы ни повернуться, ни сделать шаг назад. Запрограммировав себя, больше не контролировала ничего, кроме шагов, считая автоматом, целиком в том, чтобы двигаться, вперед, удерживая шаткое, хрупкое равновесие. Он что-то делал сзади – больше не реагировала, расширенными черными зрачками глядя перед собой, в одну точку, не моргая больше, глаза слезились, все плыло, но точка не менялась.
"Семьшестьпять…"
Еще два шага, позади хрустнуло, сыпанулась каменная крошка, оборотень снова что-то делал, может, жрал камни.
"Пять. Че-ты-ре."
Капля пота скользнула по лбу, в замедленной съемке упала на ресницу, покатилась, заставляя глаза закрыться, на тысячную долю секунды, чтобы тут же распахнуться широко – но поздно. Один короткий взгляд вниз, хрустальное равновесие потерялось, морок рассеялся, чуда не произошло, Ана покачнулась, дико вскрикнула и рухнула вниз, нелепо взмахнув руками, пытаясь вцепиться напоследок, в балку, в стену, в воздух, в жизнь. Крик замер в темноте, далеко внизу, резко оборвался. Последней мыслью было огромное, безбожно всепоглощающее чувство вины.
"Не смогла."

+2

14

Оборотень подкинул в ладони обломок, целя жертве в голову. В глубине души мелькнуло сожаление. Он ведь не хотел убивать эту случайную знакомую, слишком наблюдательную для того, чтобы жить. Если бы Атенаис не заподозрила подставу и отдала ему пакет, ничего бы не случилось...

"Ты должен её убрать. Нельзя оставлять свидетелей". — Гепард упрямо грызнул пересохшие губы, чувствуя на них металлический вкус. Он здорово проехался мордой по земле, когда поскользнулся и рухнул с пригорка. С другой стороны, кости были целы, а всё остальное подлатает регенерация.

Оборотень медлил. Наблюдал. Даннем шла, пусть осторожно и неуверенно, но шла. Когда гепард сделал шаг вперёд, ступая одной ногой на балку, девчонка оступилась и с воплем полетела вниз. Пустынное здание отозвалось эхом. Несколькими десятками ступеней ниже раздался глухой звук упавшего тела.

"Лифтовая шахта или... что-то подобное", — сообразил оборотень, безуспешно пытаясь рассмотреть Атенаис в темноте.

— Добегалась, — пробормотал он, отправив следом теперь уже бесполезный кирпич.

"Придётся спуститься вниз и отыскать проклятущий конверт", — с досадой подытожил гепард. Не хотелось лезть в подвал, в кромешную темноту с риском оказаться погребённым под обвалившимися перекрытиями. С отвращением натянув на себя мокрые шмотки, оборотень вспомнил, что в кармане куртки по-прежнему лежит телефон. Гепард достал его, вытер давно разбитый экран о влажную футболку.

Трубка работала. Несмотря на и вопреки всему. Однако зарядки оставалось не так много, поэтому приложение-фонарик оборотень активировал только в подвале. В самом низу воняло сыростью, гнилью и мертвечиной. Здесь совершенно определено лежало не одно тело, причём не первой свежести. Мерзость.

"Где наша не пропадала! Привет из Припяти".

Ориентируясь по запахам, почти вслепую гепард отыскал Атенаис. Девчонка упала удачно и неудачно одновременно. Во всяком случае, она сразу разбила себе голову и не мучилась долго. Лужа крови темнела на земле, не успевая впитываться. Оборотень бесстрастно обыскал труп, нашёл злополучный пакет. Аккуратно вытащил его. После секундного колебания гепард решил не трогать часы погибшей: дешёвка, много за них не выручишь. Телефона не нашлось. То ли выронила на бегу, то ли изначально пришла без него.

Наверху что-то гулко бухнуло и рассыпалось по бетону. Стало не по себе.

"Пора убираться отсюда и побыстрее".

Оборотень завернул пакет в куртку, не оборачиваясь сделал шаг назад, словно проверяя, а не выследил ли его кто-нибудь, и только после этого развернулся и направился к выходу. Начиналась гроза. Бездонное небо-колодец потяжелело, наполнилось электрическими разрядами. "Адам Диллингхем" промок до нитки, но выполнил задание. Оставалось передать конверт нанимателю.

Отредактировано Игорь Цепеш (22.09.2016 00:36:57)

+2


Вы здесь » КГБ [18+] » Осень 2066 года » [26.10.2066] Не смотри вниз