КГБ [18+]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » КГБ [18+] » Другое время » [28–29.10.2000] Мирный атом


[28–29.10.2000] Мирный атом

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

Время: 28–29 октября 2000 г.

Место: Украина, Киевская область, ЧЗО, город-призрак Припять.

Действующие лица: Руслан Холодов (НПС), Томаш Бранцевич (НПС).

Познакомиться

http://sh.uploads.ru/t/TNycE.jpg

Руслан 'Кот' Холодов (оборотень-гепард, 22 года)
Чем внимательнее смотришь, тем меньше видишь.©
Родом из г. Припяти Киевской области УССР. Из семьи физиков-ядерщиков, трудоустроенных на печально знаменитой ЧАЭС. После рациационной аварии 26 апреля 1986 г. был эвакуирован вместе с другим населением, но с Припятью попрощался не навсегда. В середине 90-ых годов прошлого века промышлял мародёрством, вывозил из города заражённый металл. Производил "демонтаж" металлоконструкций ДК "Энергетик", гостиницы "Полесье" и других объектов. От серьёзных проблем со здоровьем спасла регенерация и умение вовремя остановиться.
После демобилизации остался без работы и снова приехал в ЧЗО в поисках лёгких денег. Примкнул к группе мародёров, возглавляемой (не)человеком по имени Всеволод Шаманов, более известным как просто Шаман. В январе 2002 г., когда начались сильные холода, покинул Зону. Авантюрист, мошенник, карточный шулер, фокусник.

http://se.uploads.ru/t/xJXPo.jpg

Томаш 'Том' Бранцевич (человек, 14 лет)
Родители — известные археологи, люди респектабельные и хорошо обеспеченные. В Припять семья Бранцевич приехала зимой 1985 г. После аварии была эвакуирована одной из первых. В брошенной квартире Бранцевичи оставили некую... ценность, слишком особенную для того, чтобы забыть о ней навсегда. С собой взяли, как и требовал городской совет народных депутатов, "только самое необходимое".
В конце 90-ых родители Томаша погибли от рук криминала. Мальчик попал в детдом, откуда бежал. Оставшись без средств к существованию, вспомнил о старых связях отца. Потрёпанный блокнотик с телефонами сохранился, и тот, кого Том считал лучшим другом покойного, великодушно согласился помочь.
Томаш упрям, упорен, самолюбив, наивен и снова упрям. Посторонний авторитет за таковой принимает, если этот авторитет сумеет доказать первенство. Раним, эмоционально нестабилен — возраст. Часто вспоминает картину, где в сейфе, вмурованном в стену отцовского кабинета, находится свёрток. Код есть. Проблемы две: где именно оставлен сейф, Бранцевич-младший представляет только по рассказам покойного, а брошенная Припять полна опасностей.

Описание ситуации: мародёрство в чернобыльской Зоне отчуждения существовало с первого дня появления Зоны как таковой и в том или ином виде продолжалось десятилетиями. Вторая крупная волна разграбления ЧЗО пришлась на конец 90-ых годов XX века. К тому времени мародёры успели разворовать бытовую технику, мебель, ковры — всё, что не попало под меры по охране зданий и недопущению растаскивания народного добра. Часть вещей свезли в могильники. К началу 2000-ых в Припяти свернули последние исследовательские проекты, и в город потянулись охотники за металлом. В эту волну попал и Руслан Холодов по прозвищу Кот. Отпраздновав дембель, Кот вскоре понял, что оплачиваемой работы нет и не предвидится.
В октябре 2000 г. Руслан приехал в город, который он знал, как свои пять пальцев. Умирающая Припять настоящий Клондайк для цветметчиков, "а в это самое время на Украине появилось пиво "Оболонь" в алюминиевых банках".© Спустя три недели после приезда с Холодовым связывается (не)человек по имени Шаман и даёт задание проводить гостя из-за периметра к "тольяттинской" высотке 12/20 по ул. Героев Сталинграда. Гостем оказывается совсем молоденький парнишка в поисках давно покинутой родительской квартиры. Но зачем? Руслан-то совершенно точно знает, что в Припяти не осталось нетронутых мародёрами или солдатами-дезинфекторами домов. Однако отказать Шаману — значит обеспечить себя конкретными неприятностями на ближайшие лет так дохрена. Кроме того, и Томаш явился не с пустыми руками.

Дополнительно: нецензурная лексика. Много. Я предупредил.

Отредактировано Игорь Цепеш (29.11.2016 22:41:20)

+1

2

Сидя за столиком мелкого неприметного кафе на самой границе с Зоной, не отрываясь следил за дверью. Лицо, фигура – все выражало напряженное ожидание появления того, кто должен был вести дальше. Рюкзак стоял рядом, на соседнем пластмассовом стуле, тоже ожидал – был набит под завязку. Чего ожидать от будущего пока не представлял, поэтому взял все, что могло пригодиться. Все, на что хватило логики и денег.
"Дядя Сева описал Проводника точно – высокий, худой, волосы темные, взгляд наглый, пронизывающий. За деньги не только мать продаст – еще и насчет процентов поторгуется. Значит, осталось только войти."
Зачем-то сунул руки в карманы, вызывающе откинулся на неудобную спинку, привычно шмыгнул простуженным носом. За салфеткой лезть было лень, где подцепил насморк – неясно, но как и кашель, мешали спать уже третью ночь.
"Вида, что слишком нуждаюсь в нем, показывать нельзя сначала. Иначе никуда не поведет, деньги не помогут. Столько ходок в Зону и живой, офигеть. Кроме него надеяться больше не на кого."
Кофе в пластмассовом стаканчике давно остыл, но и с начала самого внимания не привлекал. Мысли, целиком занятые будущим проникновением в запретные территории, бродили где угодно, не здесь. Оставалось пять минут, и сейчас все внимание сконцентрировалось на двери.
"Кот, прозвище, ясно. Жалко, я себе не придумал чего покруче. Ладно, фиг с ним, договорюсь."
Снова шмыгнул носом, неохотно вытянул руку, чтобы добраться до часов. Большие, отцовские, всегда грели, несмотря на то, что происходило вокруг.
"Опаздывает. Не может не прийти – ему бабки всегда нужны, дядя Сева говорил уверенно и не мог врать. Хотя б ради памяти отца, сразу помог. А если не явится, пойду один."
Глянул в окно, в светлых глазах мелькнула тщательно спрятанная тревога и беспокойство. Нахмурился, снова засунул руки в карманы, поглубже, перебирая завалявшуюся там мелочь. Проводник не спешил.
Родители ушли внезапно, он толком и не помнил, как все произошло – слишком мал был тогда. Или просто не желал помнить. Зато хорошо запомнились холодные детдомовские стены, вонючая еда, попытки самоутвердиться через всех вокруг. Не выдержал быстро, как только почувствовал силы и самостоятельность – сбежал, после чего жизнь стала напоминать постоянную, бесконечную дорогу вникуда.
"Улица Героев Сталинграда, 12/20. Приблизительная карта есть, отец рисовал в блокноте. Ниче не ясно, но дойду."
Самоуверенности хватило ровно до взгляда в окно, за которым простиралась пустынная, как будто выжженная местность на многие километры.
"Надо было машину нанять, подъехал бы. А если на машине туда нельзя? Ладно, не дергаться пока, дождаться Проводника, он знает."
Пальцы сжали что-то мягкое, вытянул, рассматривая. Носовой платок, так безуспешно разыскиваемый час назад, полетел в до половины наполненную мусорку, Томаш брезгливо шмыгнул носом и теранул ладонью о джинсы. Снова перевел взгляд на дверь, единственную ведущую в пустое помещение. Желающих выпить пластмассовый стакан кофе на границе с Зоной не было, кроме него одного. Бармен давно смылся в подсобку, оттуда похрипывало радио, помехи заглушали звуки то ли музыки, то ли новостей. Несколько секунд вслушивался, пытаясь отвлечься, но тревога скоро снова взяла верх.
"Опаздывает уже на пятнадцать минут, так, еще полчаса – и выхожу сам!"
После решения время полетело быстро, так, что не заметил, как прошли еще пятнадцать, и еще столько же минут. Зло сдернул со стула рюкзак, с усилием перекинул через плечо, резко поднялся.
"Сам справлюсь, ничего."

Отредактировано Ада Виктория Морриган (28.09.2016 14:27:09)

+2

3

Дела шли не лучшим образом. Всего за два года его отсутствия ЧЗО превратилась в настоящую помойку. Заглянув в магазин "Радуга", Кот понял, что свезённое сюда добро, все эти цветные телевизоры — шик и роскошь в конце 80-ых, — холодильники, электроплиты теперь годны разве что на лом. Время и сырость сделали своё дело, и некогда ценные вещи превратились в изъеденный ржавчиной хлам. При этом народное добро радостно "светилось" так, что у оборотня шерсть дыбом встала. В смысле, за долгие месяцы в Зоне отчуждения он научился чувствовать наступление пиздеца буквально шкурой. Опыт подсказывал Коту, что лучше не соваться. По крайней мере, без достойного снаряжения.

Солнце клонилось к закату. Руслан сообразил, что опаздывает, и в который раз обругал всеми мыслимыми и немыслимыми словами Шамана. Что на него нашло? Шаман никогда не связывался с индустриальными туристами, или что за работа-поебота там свалилась, как снег на голову? Так или иначе, от Кота требовалось малое: проводить гостя от кордона до Героев Сталинграда, к одной из "тольяттинских" шестнадцатиэтажек.

Эх, престижные когда-то были дома, элитные по меркам городов-спутников АЭС! Кот вздохнул. Все эти три недели его не покидала ностальгия. Однако светлые чувства никак не мешали гепарду раскурочивать щитки электрооборудования и обжигать в подъездах обмотку с медной проволоки.

Долгое время на глаза Кота не попадалось ничего стоящего, и вот за юнца ему пообещали довольно крупную сумму, и это только половина, задаток. Кроме того, Сева Шаманов — больной ублюдок, ушибленный на всю голову, и отказать ему нельзя. Совсем нельзя. Что, впрочем, не остановило Кота в его недовольстве. Он выразил боссу крайнюю степень неприязни к заданиям подобного рода. Не помогло.

Руслан толкнул обшарпанную дверь в придорожную кафешку, созданную специально для туристской мрази. Качество местной жратвы вполне соответствовало ценам. Узрев рожу единственного посетителя, который, скорее всего, поджидал "гида", оборотень, мягко говоря, опешил.

— Ой гралися гуси!* — удивлённо выдал Кот; под влиянием сильных эмоций он нередко переходил на суржик.

"Что за нахуй! Шаман, ты, обмудок, кого ты мне сюда притащил? Сидишь там за кордоном, яйца мнёшь, а мне расхлёбывать?"

— Я победитель по жизни: пришёл, увидел, вляпался в дерьмо, — буркнул гепард себе под нос.

Поравнявшись с молодым парнишкой, оборотень сообразил, что тому едва исполнилось лет шестнадцать. Сопляк. Шаман наверняка обеспечил его левым пропуском, потому что по-другому через КПП дороги нет, но... это край, дно. Днище ёбаное.

— Ты что ли Тадеуш?

Выслушав поправку к имени, Кот ухмыльнулся:

— Да хоть Станислав Ежи Лец, мне плевать. Бери своё барахло, пошли.

Оказавшись на улице, оборотень сухо добавил:

— На КПП держи язык за зубами, говорить буду я. Документ принёс, сталкер-ждалкер? У нас ведь тут как, цивилиза-а-ация. Без бумажки ты букашка, а с бумажкой... ну сам знаешь, чай не маленький.


* (укр.) Нихуя себе!

Отредактировано Игорь Цепеш (06.10.2016 18:30:03)

+2

4

Проводник появился тогда, когда Том уже загрузил рюкзак и собрался с духом отправляться один.
"Войти, найти, выйти, быстро все сделать, чтоб не сдохнуть от остатков радиации – слышал, ее там еще дофига осталось. Ничего, ходят ведь, и ничего, живы. Зато потом….!"
Что он будет делать с Вещью, толком пока не определился, но первые шаги были ясны, а после – ну что ж, существовал всемогущий и всезнающий дядя Сева, который помог. Который поможет и дальше, если че. Ну а нет – детдомовского опыта вполне хватило, чтобы понять, что в мире ты никому, кроме родителей, не нужен, родился один и умирать будешь один, так что и надеяться особо не на что.
"Как на этого тормоза-Проводника."
Замер на месте, рассматривая вошедшего. То, что это именно он, было ясно сразу. И ждать не заставил – первые же слова радушного приветствия заставили набычиться, нахмуриться и вызывающе уточнить.
- Что-то не так?
Судя по всему, в отличие от самого Томаша, Кот был далек от радушного состояния воодушевления и морального подъема перед предстоящей вылазкой. А при виде самого Томаша проявил такое явное недовольство, что получил вполне закономерную реакцию.
- Я не прошу вас делать это даром.
Резкости в голосе могло бы быть поменьше, но сейчас Томаш едва сдерживал вспыхнувшую злость. Ему это было важнее всего в жизни, он уже час как прождал в этом сраном кафе, ему обещали, что все пройдет гладко и Проводник уже согласен – и вот он чем-то недоволен!
- Но если что-то не так – я пойду один!
С вызовом глянул исподлобья, с отчаянием понимая, что если блеф не прокатит – придется позорно бежать следом за этим Котом, уговаривая его, обещая даже больше, чем было оговорено. Делать что угодно, чтобы согласился, потому что без него он не продержится там и суток.
- Томаш, Том.
Постарался скрыть явное облегчение в голосе, благодарно шмыгнул носом и предпочел не обратить внимания на дальнейшее пренебрежение.
"Потерплю, пока не доведет! Обратно и сам справлюсь, если чо."
Молча снова вскинул опущенный было рюкзак, поелозил плечом, поправляя, чтобы не натирал, выжидающе уставился на Проводника. Дальнейшие указания заставили чертыхнуться, грохнуть рюкзак на ногу и вытянуть оттуда несколько довольно мятых бумаг.
- Вот, дядя Се… Всеволод сказал, что все печати и разрешения на месте.
Приняв деловой тон, протянул, отдавая все имеющиеся документы.
- Меня зовут Томаш.
Терпеть получалось хуже, чем представлял себе только что, поэтому сухо поправил, вжикнул замком рюкзака и коротко кивнул.
- Знаю, там все готово. Понял.
То, что ему говорить ближайшее время не придется, обрадовало, хотя внешне сохранил полную серьезность и сосредоточенность. На Проводника поглядывал теперь с явным уважением. Каким бы он ни был, дело свое явно знал, или удачно делал вид – с этим Том планировал разобраться в ближайшее же время.
"Ну и что, что наезжает, зато сразу взял на себя разбирательство на проходной. Сам бы я фиг что угадал сказать там, правильное."
Дверь кафе, расшатанная и скрипящая, наконец лениво хлопнула, полузакрываясь – целиком она не закрывалась давно. Да и воровать тут было нечего. Машинально дрогнул, оглянулся через плечо и решительно двинул следом за Котом, ломая голову, как к нему обращаться?
"Спросить, как зовут? Пошлет нахрен и будет прав. Ему плевать, как меня – ну и мне пофигу!"
Бравада удалась, подцепил большим пальцем лямку рюкзака и пристроился сразу за плечом Проводника, стараясь не слишком отставать. Вопросов роилось море, но все это собирался задать потом. Когда войдут.

+2

5

Вместо эпиграфа:
Пикник — У шамана три руки.

— Та-а-ак, а ты не иначе хворий, застуджений?¹ — поинтересовался Кот, искоса поглядывая на парнишку.

Забрав у него документы, оборотень остановился и, уставившись только в листы, уточнил:

— Где задаток? Я бесплатно не работаю, так "дяде Севе" и передай. Охо-хо... "у шамана три руки, о-оу, и крыло из-за плеча, от дыхания его-о-оу"... твою мать, смотри куда прёшь, бестолочь. Колючая проволока под напряжением. Ёбнет током — в город тебе уже не понадобится.

Усталое осеннее солнце чуть теплилось, в ЧЗО и на подступах к ней чувствовалось холодное дыхание зимы. Стояла тихая безветренная погода, и если бы не она, показалось бы, что на улице не десять, а все минус десять.

— Неудачно ты приехал. Ночью в Зоне возрастает аномальная активность, — хмуро поделился наблюдениями Кот. — На кой ляд тебе туда? По сталинградке особенно неприятно... полтергейсты.

Ноги утопали в грязи просёлочной дороги. Кое-где сохранились асфальтированные участки, но и те, в хлам убитые, уступали место земле. Чем дольше это место существовало без убийственного человеческого внимания или с его минимумом, тем гуще разрасталась зелень. Ржавый лес на окраине, местная достопримечательность, излюбленная туристами, населяли дикие и вторично одичавшие твари. Об остальной фауне, не к ночи будь помянута, Руслан и думать не хотел.

Достигли КПП. Его держали военные, и Кот знал многих из них лично. Регулярно отстёгивал на лапу, чтобы его не замели, потому что любой куст, любой кирпич, краска облупившаяся — и та знает, что здесь забыли такие вот Холодовы Русланы. Найти в Зоне ценный артефакт — большая удача и редкость, Кот за ними и не охотился особенно. Зато металл... люди гибнут за металл.©

— Постой тут, — остановил Кот.

Он отсутствовал некоторое время, довольно долго, мальчишка наверняка успел заскучать, и вернулся злющим, как чёрт. Несмотря на маляву от Шамана, оборотню пришлось приплатить за сопляка и решить проблемы™, потому что на зелёной роже гостя из-за периметра буквально печатными буквами было написано "сами мы не местные".

— Пошли... а ты в курсе, что грипп опасен осложнениями? Я не минздрав, предупреждать не буду: прикопаю где-нибудь в лесочке, и дело с концом, — ухмыльнулся Руслан. — Шито, крыто, в землю зарыто! Чего вылупился? П-ш-шёл, говорю, и так времени нет ни хуя, темнеет.

Кот подкинул в руке болт. Утром на дороге он заметил термическую аномалию типа "жарки" и не горел желанием подпалить себе пятки.

— Сюда, — Руслан показал рукой на полуразрушенный дом на окраине города. — Лезть в Припять ночью — самоубийство. То есть у кошки-то девять жизней, не сдохну, а вот на счёт тебя не уверен. Тебя совсем не жалко, но Шаман так просил, так просил, шо піхвець.²

Оборотень толкнул рассохшуюся дверь. Внутри домовладения царило запустение. Кот пнул ногой банку из-под каких-то консервов и гостеприимно обвёл рукой помещение:

— Располагайся. Ни в чём себе не отказывай. Спальник-то у тебя есть, недоразумение?

Фыркнув, он вышел на улицу и принялся разводить костёр в пустой бочке, вкопанной в землю.


¹ (укр.) больной, простуженный.
² (укр.) что пиздец.

Отредактировано Игорь Цепеш (30.09.2016 10:57:48)

+2

6

- Сам больной.
Огрызнулся тихо, неслышно, выдавая плохо скрываемую нервозность. КПП приближался, и спокойнее от этого Томаш никак не становился. Почему-то казалось, что прямо сейчас их завернут, с начала пути, и дальше – а дальше ничего не получится, потому что придется возвращаться. И все его надежды и попытки как-то наладить свою жизнь пойдут под откос прямо так. С КПП.
- Все в порядке, я здоров.
Откликнулся уже громче, надеясь в тайне, что и первую половину ответа Проводник разобрал. О том, что тот может просто беспокоиться о нем, даже мысли в голову не пришло. Последним, кто беспокоился, был дядя Сева, до этого – родители, после этого беспокоился уже исключительно сам, заодно и приучившись доверять тож только себе самому. Сейчас, нервничая и пытаясь сохранить такое же уверенное выражение физиономии, как и сам Кот, ни к селу подумал о странном напряжении в голосе дяди Севы, когда позвонил впервые. И о явной заинтересованности, когда объяснил, в чем дело и о чем просит. После этого все стало получаться само собой, и вопрос Проводника про деньги дал, наконец, шанс реабилитироваться и ощутить себя крутым.
- Он это сам знает. Деньги получите сразу, как войдем туда, пройдем пункт.
Твердо повторил заученные краткие инструкции, слегка изменив их. По словам дяди Севы, денег в руки Коту давать совсем не следовало, до самой квартиры. Однако страх остаться одному здесь, на проходной, заставить пошевелить мозгами, предположить, что дядя Сева может быть неправ и сменить момент передачи бабок. В конце концов, сейчас решения принимал только он и никто за него.
"В итоге он сейчас заинтересовался, понял, что я не пустым пришел. И уже не развернет от себя. Насморк ему не понравился. Никто еще от насморка не умирал!"
- Где?
Остановился, осекся, насупился, молча зашагал дальше, ускорив шаг, чтобы не услышать закономерную рифму, которую этот Кот точно не упустит. Колючая проволока змеилась вдоль дороги, иногда причудливо выгибаясь в стороны, как будто кто-то уже не раз вламывался в нее, оставляя клоки шерсти, веревок, тряпок. Стараясь держаться подальше, снова с уважением глянул на затылок Проводника.
"Выдумывает, конечно, цену себе набивает. Какие полтергейсты?"
Однако спорить не стал, молча шел, слушал, незаметно старался оглядываться, запоминать дорогу. Хотя уже понимал, что сам не только не войдет, сам оттуда и не выйдет.
- Я принес часть суммы, задаток.
Поспешил уточнить, искоса глянув, убеждаясь, что его слушают.
- Остальное  получишь, когда выведешь меня оттуда.
Подумал, добавил.
- Живым.
"И здоровым, но это уже мои проблемы."
- Здесь?
Остановился в указанном ему месте, растерянно нахмурился, наблюдая, как исчезает спина Проводника в Богом забытой сторожке. Назвать это помещение с облупившимися стенами, растрескавшимися от старости или чего-то еще, неизвестного ему и происходившего рядом, язык не повернулся. Снова огляделся, постоял, потоптался, выбирая наиболее чистое место, кинул рюкзак и сел рядом, прямо на траву, напряженно ожидая, чтобы вскочить, как только понадобится. Время потянулось медленно, сначала смотрел на часы, потом плюнул, периодически шмыгая носом, просто дожидаясь.
"А хорошо я про бабки сказал. А то б свалил сейчас вон туда, со всеми бумажками, и пиши пропало.  А так нет, без меня не уйдет."
На минуту самоуспокоение помогло, подтянул к себе колено, обхватил рукой и недоверчиво принялся рассматривать буйно бьющую красками по глазам зелень, вьющуюся вокруг, обвивающую все, до чего дотягивались цепкие зеленые лапы, засасывающую в себя.
"Скоро тут будут джунгли…"
Вскочил, невольно облегченно выдохнув, при виде злого, но Проводника, подхватил рюкзак, почти бегом кинулся к нему, встал рядом.
- Все в порядке? Да здоровый я!
Некстати снова шмыгнул носом, вызывающе шмыгнул еще раз, мол, рискни только тронуть и полез в указанный дом.
- Есть, один.
Уточнил, чтобы тот не надеялся, не выпуская рюкзака из рук проводил взглядом и подошел к полуразобранной раме окна, сквозь треснувшее стекло наблюдая, как тот умело ковыряется над бочкой.
- Откуда ты все знаешь здесь?
Голос раздался уже рядом, Томаш вышел, уселся прямо на рюкзак, наблюдая.

+2

7

Кот пощёлкал зажигалкой. Зажигалка в Зоне — это важная, самая что ни на есть нужная вещь. Костёр развести, прикурить там или одичавшую тварь шугнуть — самое оно. Без огня никуда, огонь — это чуть ли не главное.

В бочке неохотно занялось пламя: дровишки отсырели, и оборотень поискал глазами, какого бы топлива подбросить в костёр. Вытащил из рюкзака туристический топорик и принялся доламывать выбитую из окна раму, лежащую в траве под дырявым от старости навесом.

Мальчишка приближался к нему. Гепард поднял голову, коротко посмотрел и продолжил стучать по раме топором. Переломил деревяшку через колено и отправил в костёр. Ночь обещала быть холодной, и он, как и всякий хищник, ощущал наступление холодов. Но если кошки подбирают под себя лапы и сворачиваются в клубок, то оборотни ярче разводят костёр, хотя не приближаются к нему. Только и всего.

— Я родом из этих мест, — нехотя признался Руслан.

На этом поток откровений иссяк. Отложив топорик, Кот начал копаться в рюкзаке в поисках хлеба и тушёнки. Жрать хотелось — дай Боже. Из подсумка так некстати посыпались патроны к калашу.

— Тьфу ты, зараза... Ну чего уставился?

Собрав и ссыпав патроны обратно, оборотень коротко и крайне злобно вздохнул.

— Лучше ты мне скажи, на кой ляд тебе на "сталинградку". Что ты там забыл? Дом в отвратном состоянии, перекрытия рушатся. Всё это дерьмо может обвалиться в любой момент. Вокруг полно бандюков, мародёров и прочей мрази, каждый из которых не задумываясь пустит тебе пулю в лоб, если сочтёт тебя опасным. Зона чужаков не любит, ой не лю-ю-юбит.

Ухмыльнувшись, Кот надыбал-таки тушёнку и неровно обрезанную краюху чёрного хлеба.

— Жрать будешь, Брынзович? — предложил он. — Переночуємо¹ тут, завтра двинемся. Тут безпечно.²

Сноровисто распотрошив банку с помощью самого обыкновенного ножа, оборотень вытащил кусок мяса и принялся жевать, закусывая сухой краюхой. Потом спохватился, что, мол, чайник-то не поставил, и подвесил над бочкой котелок с водой. У него оставались чайные пакетики сушёного веника типа "Лисма" и дрянной кофе.

— Детдомовский что ли? — понаблюдав за поведением Томаша, неожиданно спросил Кот. — Оно и видно. Как с Шаманом-то познакомился? Он того-этого... сопляков не жалует.

Поискав жестяную кружку, гепард глухо добавил:

— Темніє швидко.³ Ночью ляжешь ближе к дальней стене, тебе ещё долго сопли на кулак наматывать. Усёк? Плеснул бы я тебе водки, да нет ни хуя. Сухой закон, бля... это чтобы военные не ужирались и не творили всякой хуеты.


¹ (укр.) переночуем.
² (укр.) безопасно.
³ (укр.) темнеет быстро.

Отредактировано Игорь Цепеш (06.10.2016 15:00:24)

+1

8

Наличие рюкзака под задом успокаивало, это значило, что он контролирует ситуацию – по крайней мере, точно можно было оставаться уверенным, что деньги все еще при нем. Томаш не доверял никому по жизни своей, а этому Коту – при всем его знании Зоны – в первую очередь. И ничуть не сомневался, что стоит ему отвернуться, как тот доберется до рюкзака, заберет бабки и свалит, оставив его гнить тут, среди травы и черного от старости металла. Момент, что оставшаяся половина суммы тоже может что-то значить в голову почему-то не пришел сразу.
- Ясно.
Тоже замолчал, ожидая продолжения. Ничего больше не последовало, поэтому молча наблюдал, как умело выламывается рама, как тот разводит костер, скоро обогреть им можно было полрайона.  Поднялся, покосился на рюкзак, однако оставил его на месте, подходя к огню поближе. Протянул обе руки, потер ладони, пальцы приятно заломило от внезапного жара. Не спеша отодвигаться, снова обернулся на рюкзак, мысленно выругал себя. Если до этого Кот мог не знать, где он таскает аванс и задаток за себя, то сейчас все прояснилось.
"Ладно, будет помогать за рюкзаком присматривать. Тоже хлеб."
Высыпавшиеся патроны заставили ощутимо напрячься, спрятать руки в карманы и внимательно осмотреть теперь уже сумку Проводника.
"Значит, тож с оружием. Ну, все правильно, сюда соваться с голыми руками только идиот смог бы."
Мысленно одобрил, вид патронов не напугал. У самого на дне рюкзака, слева, было надежно спрятано его личное оружие, приобретенное на черном рынке, специально к этому походу – старый пистолет Макарова, явно бывший в употреблении, самозарядный, девятимиллиметровый – все, как полагается. Ощущение наличия собственного оружия радовало несказанно и успокаивало тож. Он тоже что-то мог, если вдруг что.
- Нет, спасибо.
Отказался от еды, нервы давали о себе знать, от мысли о том, что придется жевать и глотать замутило, отвернулся, снова глядя в огонь.
-  Хорошо, переночуем.
"Если безопасно здесь – то что будет дальше?"
Вид горящего пламени успокаивал, как всегда. Дом за спиной обещал хотя бы крышу на ночь, снова оценил предусмотрительность Проводника. Сам бы сейчас, в навалившейся мягко темноте, не взялся отыскать что-то, похожее на дом.
- Дядя Сева-то? Друг моего отца.
Объяснил, пожал плечом, шмыгнул носом и машинально потянулся тыльной стороной руки. Спохватился, вытянул грязноватый носовой платок, подумал, резко сунул обратно в глубину кармана. Момент с детдомом проигнорировал, жалости не выносил ни в каком виде, не позволяя и не допуская до себя.
- Близкий друг.
Уточнил, покосился в ответ на сомнительный комплимент и определение себя в качестве сопляка, выразительно потянул к себе рюкзак, собираясь свалить в дом и попробовать лечь там куда-то. Передумал, снова сел, подобрал под себя оба колена, обхватил, снова безучастно уставился в огонь.
- Мы там жили, с родителями, недолго. Давно, мне туда надо, в нашу квартиру. Пока все не рухнуло. Ладно, к стене так к стене.
Не стал спорить, глаза слипались, зевнул в кулак, потер глаз и зашарил в рюкзаке под собой, выуживая длинную, черную, замусоленную флягу, заманчиво булькающую чем-то.
- Тут спирт у меня, я подумал, может, на раны пригодится?

+1

9

— Ну жили, не тужили, а теперь что, ностальгия замучила? Тебе сколько лет-то, парень? Шестнадцать, не? Хренануло в восемьдесят шестом. Ты хоть что-нибудь помнишь в Припяти этой грёбаной, кроме материнской титьки? То-то и оно. Ну лады. Не хочешь говорить, зачем тебе, отмалчивайся дальше. Моё дело маленькое. Доставить туриста по указанному адресу и спровадить обратно. Шаману привет и наилучшие пожелания... с-с-сука!

Последнее относилось не к начальнику, а к куску мяса, который оборотень неудачно упустил. Удачно упустил — это когда падает обратно в банку или куда-нибудь на траву, в этом случае Кот не побрезговал бы сожрать. Но не на землю, в грязь.

— Ну во-от. — Оборотень проводил грустным взглядом кусок и бросил пустую жестянку в бочку.

— Тут спирт у меня, я подумал, может, на раны пригодится?

— Спирт? — оживился Кот. — Ну это дело такое, нужное. Но у меня и зелёнка есть и всё, что захочешь. Йод, зелёнка, стрептоцид — и вернётся аппетит!* Давай спирт.

Гепард забрал у подростка флягу, открутил крышку. Резкий запах спирта моментально ударил в нос, но Руслан сразу обнял драгоценную ёмкость как родную. Выдохнул и жадно хапнул глоток из фляги. Зашло тяжело, глотку словно наждаком ободрало. Кот поморщился, отфыркался и закусил краюхой.

— Охо-хо, дела мои грешные... спиртяга что надо, высший сорт. Где надыбал?

Гепард достал металлическую кружку, плеснул в неё из фляги и разбавил водой:

— Твоё здоровье. Пей, в смысле.

С нежностью огладив посудину по замусоленному боку, оборотень вернул её владельцу.

— Вали спать.

Ушёл? Хрен вам там. Ну а поскольку парнишка не торопился давать храпака, Руслан, бросив в котелок два пакетика чая, вытащил из рюкзака свой аргумент номер один решения споров и конфликтных ситуаций в ЧЗО. АКС74У, в народе Ксюха, бережно завёрнутый в чистую сухую тряпку.

Не обращая особого внимания на спутника, гепард отделил магазин и проверил наличие патрона в патроннике.

— Шаман ничего не говорил о Лесе? Это не девка, это улица такая, имени Леси Украинки. Я ему передавал, что там работают какие-то пришлые, залётные и спрашивал дальнейших распоряжений, и ни слуху ни духу... Нет? Понял. Слушай сюда. Если меня пристрелят, или мало ли какая неведомая хуйня со мной стрясётся, возвращайся той же дорогой, какой пришли. Доступно?


* Цитирует фильм "Сирота казанская" (1997, Россия).

Отредактировано Игорь Цепеш (06.10.2016 20:45:29)

+1

10

- То, что я помню, достаточно.
Резко ответил, момент про мать задел, хоть и не показал. Неважно было, что говорил Проводник – он не имел права касаться его личной жизни. Особенно, если это затрагивало и родителей, пусть их не было – Томаш так с ними и не смог распрощаться окончательно. Так бывает, когда сам не хоронишь, по возрасту ли, по другим ли причинам – сейчас уже было все равно и ничего не изменить.
- То есть, я помню, что хочу найти и где.
Вспомнил, спохватился, сонно нахмурился, мысленно отругав себя. Сейчас он целиком зависел от Проводника, и хамить ему было неумно.
- Че?
От крика и выразительного высказывания встрепенулся, выровнялся, непонимающе глянул на Кота.
"Это он какого вдруг обо мне так?!"
Понял, что не к нему, усмехнулся криво, потер лоб, снова расслабился. Тепло от огня успокаивало, давало иллюзию обманчивой безопасности.
- Че ты с зеленкой сделаешь, если живот распанахают ножом?
Заинтересованно отдал спирт, мысленно довольно широко улыбаясь – удалось пошутить в тему и показать себя тоже на уровне. То, что лить на открытую рану спиртом смерти подобно и чревато шоком, до этого не додумался, слушая, что ему ответят. Но спирт отдал.
- Это не пролей, у меня больше нету.
Предупредил сразу, наблюдая, как умелыми движениями спирт разливается в кружку, как Кот пьет, закусывает, выдыхает. "Как добреет сразу. Скупо улыбнулся, отворачиваясь, чтобы не обидеть."
Надо было больше спирта взять. Глядишь бы, подружились в итоге, мало ли, когда еще пригодится.
- Вместо зеленки купил, когда рюкзак собирал.
Объяснил, кивнув на флягу, широко улыбнулся, уже не скрывая.
- Если честно, я купил только флягу, думал, воды налью. А там…
Тут же заверил.
- Я пробовал, чистый спирт, без примесей.
Тож отхлебнул, морщась, снова отворачиваясь. Пить не умел, научиться было негде и не с кем, спирт прошелся по телу горячей волной, стукнул в голову, отуманил сознание.
- Ага.
Согласился, что спать надо и пора, никуда не пошел, так и остался торчать рядом, сонно смаргивая. Всматриваясь в то, что достает Проводник из своего рюкзака, как проверяет.
- О Лесе-то? Говорил, да.
Нахмурился, сосредоточился, заговорил голосом, очень напоминающим голос дяди Севы, в трубке.
- Передай Коту, чтобы нахуй не совался туда, сейчас вопрос решается. Если будут стрелять – валить всех  и валить самому (с). Почему тебя должны пристрелить вдруг?
Стряхнул сон, снова хмуря лоб, потирая.
- Главное – добраться мне до квартиры, до сейфа отца. А дальше будет уже неважно, даже если прострелят. Тебя или меня.
Неопределенно пробормотал, поднимаясь, пошатнулся, зевнул. Нерешительно глянул в сторону дома. Ему явно не хотелось возвращаться туда одному.
- Вернемся вместе, раз идем вместе.
Кивнул, негромко. И поплелся укладываться спать.

+1

11

Держи голову в холоде, живот в голоде, а ноги в тепле.
Авторство приписывается А.В. Суворову.

Юнец так здорово и правдоподобно копировал интонацию Шамана, что Кот не удержался от лыбы, больше напоминающей хищный оскал. То, что проговорил Брынзович, вполне тянуло на слова Шаманова. Про "всех валить" — это как раз его любимая реплика. Смешно, если вспомнить, что сам Шаман дальше КПП и носа не кажет. Ссыт, гондон. Оно и понятно: радиоактивный жар лучше чужими руками загребать, а Коту того и надо. Как говорится, подальше от начальства, поближе к котлу.

— Понял, не дурак, — фыркнул оборотень.

Окунув стакан в котелок, зачерпнул оттуда тёмной, почти чёрной жидкости. Бросил в чай кубик сахара-рафинада и замер над посудиной, по-кошачьи жмурясь на огонь. Помолчал, хмыкнул каким-то мыслям, которые не озвучил, и хватанул кипятка. Обварился, чертыхнулся, огрел стакан обозлённым позолотевшим взглядом, но бережно-бережно поставил его на обломок кирпича, найденный в траве. Отблески костра сделали глаза Руслана глубокими и странными. На дне их разливалось золото и янтарь, или это у Томаша от спирта разыгралось воображение... Кот моргнул, и диковатое очарование момента схлынуло. Оборотень снова стал обыкновенным, самым что ни на есть заурядным.

— Почему тебя должны пристрелить вдруг?

— Потому что это Зона, парень. Здесь каждый за себя и против всех одновременно, а у некоторых от радиации крыша едет. Не понравился ты кому-нибудь — хлоп, и у тебя во лбу зияет некрасивая дыра. Спросишь, за что? Да просто так, нехай будет.

Оборотень побултыхал в стакане ножом, чтобы сахар растворился.

— То есть как это "неважно"? — огрызнулся Кот. — С хуя ли? Я жить хочу. Усёк, Васёк? На кой ляд мне, дохлому, шаманово бабло? Жмурикам оно как-то без надобности, это я тебе точно скажу.

Допил остывший чай.

— Вернёмся вместе, раз идём вместе.

— Не факт, — буркнул оборотень.

Проводил взглядом подростка, после чего дольше обычного перебирал и старательно чистил Ксюху. Предстоящая вылазка беспокоила Руслана. Жизнь научила его доверять предчувствиям, ёканью под грудиной и похолодевшей жопе. Как говорится, держи жопу в тепле, а голову в холоде. Или это ноги?

Оборотень собрал манатки и тоже пошёл к полуразрушенному дому. В кромешной темноте посветил фонариком, чтобы не расквасить морду о какой-нибудь негостеприимный косяк. Расстелил спальник, разулся, и не снимая с себя лишнего, рухнул спать.

***

Как Руслан и пообещал, ночь прошла спокойно. Под окнами, забитыми фанерой, досками и какими-то тряпками, немного повыли слепые собаки, вот и все происшествия. Привычный к такому обороту дел Кот и ухом не повёл, тем более что забаррикадировал ветхую дверь здоровенной каменюкой и несколькими шлакоблоками, удачно подвернувшимися под руку, а вот мальчишке, судя по возне, маленько поплохело. Ночь напролёт гадёныш кашлял, сипел и шмыгал носом, а это-то как раз были звуки, непривычные чувствительному звериному уху Холодова, привыкшего работать в одиночку. Под утро обозлённый Кот решил проявить милосердие: удавить доходягу, чтоб не мучился, но передумал. Над Припятью забрезжило рассветное солнце, а это значило, что спать так и так больше не придётся.

Оборотень выпутался из спальника, зябко повёл плечами. Торопливо впрыгнул в берцы. Матерясь тихо, но кра-а-айне злобно, дошёл до Томаша и разбудил его ласковым пинком по рёбрам. Нет, правда, ласковым: легонечко попинал по спальнику, владелец которого всю ночь хрипел и сопел. Кот, можно сказать, проявил чудеса терпения по отношению к навязанному ему, пусть и не за бесплатно, спутнику.

— Доброе утро, страна! Труба зовёт. Давай одевайся, холодина сегодня, шо пиздец.

Отредактировано Игорь Цепеш (13.10.2016 17:49:09)

+1

12

- Я не сплю. Я уже.
Сонно вытаращил слипающиеся глаза, закашлялся, глотнув холодного воздуха. Последнее время приступы кашля стали регулярными. А здесь с какой-то радости и вовсе постоянным. Всю ночь просыпался от собственного кашля, пытаясь сдержаться, снова отключался – опять просыпался, заходясь. Понимая, что еще немного – и его Проводник не выдержит, пошлет его и уйдет сам.
"С тем куда-то, кто спит нормально и ведет себя тихо! Зато у меня деньги."
И снова усыпал. Ровно до тех пор, пока по спальнику не заколотило чем-то тяжелым, от чего проснулся, зашмыгал, зашарил в спальнике, отыскивая платок.
- Никто тут уже не спит.
Хмуро сообщил, откашлявшись, хрипловато, впервые пожалев, что сейчас не может получить полутеплый, несладкий чай, как в детдоме по утрам. Это хотя бы был чай.
- Я готов.
Разлепив, наконец, глаза, с чего-то с трудом разлипающиеся, сразу гусеницей пополз из спальника, беспокойно отыскивая рюкзак. Вспомнил, вытянул из изголовья, уже более спокойно вылез, оказываясь сразу в одежде. Раздеваться даже в голову не пришло, холод стоял страшенный, собаки выли так, что казалось – сожрут в одежде. Но скорее сожрал бы себя сам, чем показал, что боялся ночью.
- Куда теперь?
Уткнулся взглядом в берцы, моргнул слипшимися ресницами, окончательно вставая теперь уже. Потер глаза кулаком, вскочил, наклонился, складываясь, упаковываясь, снова выпрямился, вопросительно глядя на Кота.
"Он вообще спал, интересно?"
Судя по хмурой, невыспавшейся физиономии перед собой, догадался – что-то мешало тому выспаться. Быстренько скостил на собак и вой – не на себя же думать.
- Нам долго идти… до туда?
Неловко шмыгнул, отвернулся, высморкался, наконец. Повеселел, обернулся обратно. Старый дом и прошлое не упоминал по умолчанию, старался не упоминать вслух никогда. Все должно было оставаться призраками, как и прежде, как и родители, кроме одной единственной вещи. Слишком нужной, чтобы дозволить ей запропаститься вместе с этой погибающей реальностью.
- Вообщем, если дойдем – я тебя вылечу.
Внезапно брякнул, ни к селу. Продолжая затронутую вчера тему, явно не желая слишком уж распространяться, но и отказывать Проводнику или обидеть там.
- Шутка. Пошли?
Хрустнув куском отвалившегося шифера под ногой, первым направился к двери. К тому, что ее заменяло всю ночь. Остановившись, уважительно осмотрел конструкцию, защищавшую их, пока он лично дрых, с еще большим уважением покосился на Кота.
"Если б не он, меня б сожрали заживо, пока спал. Он все продумал, а я дрых. Стыд какой."
- Сейчас открою!
С вызовом шмыгнув еще раз, принялся толкать камень, матерясь про себя. Кот выбирал на совесть, и сейчас пришлось потрудиться. Несколько минут – и решительно толкнул дверь, выходя, едва не вывалившись, споткнувшись о разбитый порог.
- Да мать твою….!
Поделился наблюдением от души, растерянно потер лоб и вышел, наконец. Снова кашлянул, поймал взгляд Кота, замолчал и прищурился, задирая голову, глядя в мутное небо.
- Отличная погода сегодня.
"Он меня убьет еще до пункта нашего назначения, до моей квартиры. Просто убьет и все. И деньги не помогут."
Вздохнул, шмыганул еще раз, взвалил полегчавший рюкзак на спину и приготовился. Ко всему сразу. Стало еще холоднее, вжикнул замком всегда распахнутой куртки, поежился. И снова стал готов ко всему.

+1

13

Не спит он там, ага, как же. Оборотень насмешливо фыркнул, но пинать спальник перестал. Сопливый владелец его демонстрировал чудеса сговорчивости и армейской побудки, так что Руслан передумал вытряхивать Томаша из спального мешка в холодную утреннюю росу, тем более что в Припяти все осадки неприятно радиоактивные.

— Куда теперь? — переспросил Кот. — Ну как куда... В "тольяттинку" 12/20. Или передумал? Так давай обратно до КПП провожу. Тебе сейчас не 12/20 надо, а 03, пока пневмония не заколосилась. Не знаю, что за херня, но говорят, от этого недолго и ласты склеить. Не сцыкотно?

Оборотень присел, перешнуровывая берцы. Возникло ощущение, что на левом он плохо затянул шнурки, а это чревато расквашенной мордой. Напарник выглядел намного более потрёпанным. Вряд ли привык ночевать под забором, в отличие от Кота, способного дрыхнуть хоть на трубах теплотрассы подобно каноническому бомжу, хоть на голой земле, да хоть где.

— Идти недолго, может, часа полтора от силы, но это при благоприятном раскладе. Если тихо, а тихо здесь не всегда-а-а... — Кот умолк, обдумывая маршрут, и очнулся, когда Томаш заговорил о какой-то медицине. — От чего вылечишь? Дякуємо,* не кашляю.

Парнишка подорвался с земли и бодро стартовал разбирать завалы, организованные заботливым спутником. Руслан наблюдал за потугами Томаша со скепсисом, написанным поперёк рожи следами от подушки. Точнее, от спальника. Несмотря на жилистость и вертлявость, худощавый поджарый Холодов обладал немалой физической силой. Чтобы таскать туда-сюда честно спизженные радиаторы — оно надо много. Силы и дури, если уж на то пошло, потому что только дурак промышляет в ЧЗО, собирая неприятности и прочие радиоактивные изотопы.

Пока Брынзович трудолюбиво штурмовал баррикады, Руслан сноровисто упаковал в чехол спальный мешок и проверил заначку. Несколько дней назад он припрятал в кирпичной горке блок курева. Так вот, тот был цел, хотя кирпичи немного продавили картонную упаковку. Фигня война. В случае необходимости Кот мог выкурить хоть жёваный табак, и плевать, кто его жевал.

— Погода херня. — Кот сплюнул под ноги. — К обеду зарядит дождь, а он здесь, м-м-м, плохой. Не кислота, конечно, но тоже не манна небесная. Потом волосы лезут клочьями. Нет, не шучу. Куда собрался? Жрать что ли не будешь?

Не дожидаясь ответа, гепард подошёл ко вчерашней бочке:

— Остыла, бедняга.

Оборотень поискал, из чего бы развести костёр, но поблизости не осталось ровным счётом ничего подходящего: жухлая осенняя трава да серый от старости силикатный кирпич.

— Ну и хрен с ним, — процедил Кот.

Извлёк из вещмешка пару таблеток сухого топлива, сунул одну в руку спутника, а на второй принялся разогревать бессменную тушёнку. Гадость приличная, потому что много жира, но жрать можно, особенно с голодухи.

***

Спустя полчаса гепард собрал рюкзак, повесил на плечо Ксюху и был готов вести сопляка хоть на край света.

— Пошли. По хлебным крошкам. В смысле — за мной. Вперёд батьки в пекло не лезь. Услышишь стрельбу — падай на пол. Заметишь что-то странное — вихрь, электрические разряды, всполохи, — не подходи близко и тем более не трогай руками. Оторвёт к херам собачьим. Руки, ноги, башку, полный супнабор. Здесь опасно. Фирштейн?


* (укр.) спасибо.

Отредактировано Игорь Цепеш (02.11.2016 16:16:42)

+1

14

- Не пойду я назад, мне назад дороги нету.
Хмуро и вызывающе просипел с той стороны порога. Почувствовал, что звучит так себе угрожающе, откашлялся смущенно, помедлив, уточнил.
- Может, ты сам уже решил все бросить и вернуться?
Сделал решительно шаг вперед, недалеко, правда. Мелкий такой шажок, после чего обернулся, глянул на Проводника через плечо. Умирать не хотелось настолько сильно, что и не собирался, ни за что. А Коту он верил, поверил окончательно, после этой ночи. И сейчас, огрызаясь, шмыгая носом и быкуя не по делу, все равно не уходил далеко, оглядываясь, проверяя постоянно, идет ли и он тоже.
- Нет, и хватит, я здоров!
Отрезал, отвернувшись, не разрешая заботиться о себе даже так, мимоходом и краем уха. Как назло нос снова зачесался, от пыли, радиации и соплей одновременно. Сердито закашлялся, скрывая, вышел окончательно, отошел еще на два шага и принялся усиленно копаться в куртке. В поисках второго, не пользованного еще, носового платка.
- Всего-то?
Сообщение о времени их похода пришлось кстати. Слегка скисший, повеселел, выпрямился, развернул плечи, сам обернулся. Мысль о том, что вскоре этому всему придет финиш, а он доберется до цели и вернется живой, очень грела. Более благосклонно понаблюдал, как Кот шнуруется, как ищет-роет что-то у себя.
- Успеем где-то укрыться, если что?
Деловито уточнил, почесал коротко стриженый затылок,  замотал головой отрицательно. Есть не хотелось, со вчера только пил, много, никак не в силах напиться досыта. Думать о том, что банальная вечная простуда плавно перерастает во что-то более серьезное не хотелось. И не разрешал себе. Получив таблетку сухого горючего так и простоял с ней, пока Проводник готовил себе, ел, периодически обеспокоенно задирал голову. Пытаясь, видимо, учуять тот самый кислотный дождь, который обещали.
- Поел уже?
Если первые десять минут ждал терпеливо, к концу получаса уже приплясывал, ерзал от нетерпения, продавливая задом рюкзак, пытаясь сдерживаться.
- Хорошо, как скажешь!
Вскочил с видом выпущенного на волю щенка, метнулся глянуть, не забыли ли чего в доме, вернулся, закинул рюкзак, успокоился и приготовился, наконец.
- Пошли, я за тобо…
Замер, прервавшись на полуслове, заморгал, недоуменно глянул под ноги, на Кота, снова под ноги.
- Ты слышишь? Это что? Гудит что?
Странный легкий гул напоминал, скорее, вибрацию. Прислушался, смешно склонив голову вниз, вроде как собираясь ткнуться лицом в землю.
- Это мне не кажется ведь?
Напряженно попробовал усмехнуться, показывая крутость. Губы дернулись, побелели, прекратил выделываться, подошел к Коту поближе, замер рядом.
- Это что за хрень?
Вибрации закончились, наступила обычная мертвая тишина. Облегченно вздохнул – не дождь и ладно. Покосился на автомат Калашникова, вздохнул, жалея, что не догадался обзавестись чем-то таким же.
  - Идем уже, я все понял, лезть не буду.

Отредактировано Ада Виктория Морриган (30.10.2016 13:47:46)

+1

15

— Слышу. Это аномалия, но далеко отсюда, — успокоил Кот оробевшего мальчишку. — Но молодец, что вперёд не ломанулся.

Он невозмутимо поправил Ксюху на плече и зашагал дальше. Дорога, заросшая жухлым порыжевшим кустарником, вела к городу. Мрачно смотрела Припять, неприветливо, но гепарда это нисколько не трогало. Здесь он был на своём месте. Вот только с каждой неделей, проведённой здесь, Руслану казалось, что он стареет на год или два. Нехорошее место, Зона-то. Мстительное.

— Через пару километров выйдем на Мост смерти. Радиационный фон порядка двухсот микрорентген, много, но терпимо, а знаешь, почему так называется? Потому что все, кто выходил на этот мост в день аварии, чтобы посмотреть на полыхающий реактор, вскоре умерли, — равнодушно поведал словоохотливый Кот.

У него неожиданно поднялось настроение, никакие трагедии прошлого мародёра не трогали. Во многом, из-за мыслей об оплате услуг проводника, которые Руслан оказывал. Кроме того, оборотень вспомнил о том, что в заначке под мостом спрятал несколько распространённых в Зоне, а потому дешёвеньких артефактов. Это какие-никакие, но деньги. Деньги Коту требовались постоянно.

Вытащив из кармана дозиметр, Кот на ходу сверился с показаниями прибора.

"Штатно".

Они вступили на мост. Обернувшись к спутнику, Руслан вдруг спросил:

— Что ты имел в виду, когда говорил о том, что вылечишь? Вылечишь от чего и чем, мне инте...

Его прервали. Разноголосый вой и лай раздался откуда-то слева, издали, и гепард мгновенно вскинул автомат. Уж он-то хорошо знал, что за твари издают такие звуки, и безошибочно узнавал запах.

— Слепые псы, — пробормотал Кот, придержав Томаша за локоть. — Спокойно, спокойно. Эти могут и не напасть. Есть что, отбивайся хоть ножом, хоть рюкзаком.

Кот напряжённо замер, рассматривая небольшую стаю. Он насчитал порядка шести крупных особей и до поры до времени надеялся, что обнаглевшие твари пройдут мимо. Если сыты — возможно и такое... но не свезло. Машинально отстранив Томаша за спину, оборотень прижал автомат ствольной коробкой к боку.

— Це не пёс, це потвора.*

Холодов прицелился и выстрелил одиночным. Вожак стаи, летящий впереди, покатился по земле. Следующим выстрелом Руслан снял большого бурого пса, ощутимо прихрамывающего на заднюю лапу. Но третья цель оказалась умнее и вильнула за дерево. Кот промахнулся, тихо, но крайне злобно ругаясь себе под нос.


* (укр.) это не пёс, это чудовище.

+1

16

От неожиданной, но тем более приятной похвалы, засиял медным грошем, короткой, обаятельной улыбкой. Улыбаться прекратил быстро, ни место, ни время не располагали. Деловито поправил сползающий рюкзак, глянул на автомат уважительно, снова вздохнул.
"Вернусь – обязательно прикуплю себе такой же. Или еще круче."
На кой ему нужен будет автомат в мирное время, Томаш не знал. Но жизнь уже наглядно показала, с примерами, что хороший автомат лишним не бывает. В хозяйстве все могло сгодиться.
- Я ж сказал, что понял.
Пытаясь за напускной невозмутимостью скрыть телячий восторг, стал выглядеть еще более деловым и серьезным.
- Двести микрорентген?
В голосе мелькнуло замешательство. Судя по всему, о том, что такое радиация, Томаш знал очень поверхностно. Точнее, совсем не знал. Она была и была страшной, она могла убить – стандартные сведения любого видевшего телик человека, даже взрослого, чаще всего. И только, и хватит. Поэтому сейчас оставалось либо выглядеть дураком и спросить про микрорентгены – либо не спросить и дураком остаться.
- Это много?
Поколебавшись, выбрал первый вариант, вопросительно глядя в спину Проводника.
- Мы пройти сможем?
"Не умрем?"
Умирать все еще очень не хотелось. Хотелось хотя бы добраться до конечной цели – а там уже и умирать будет не страшно. Потому, что появится шанс.
- Я б тоже полез на мост, наверное.
Вздохнул, представляя себе картинку маслом.
- Представляю, сколько народу погибло.
Кот, в отличие от него, излишней чувствительностью явно не страдал. Вздохнув еще раз, справедливо решил, что вздохами делу уже не поможешь. И думать надо только о себе.
- Я говорил?
Остановился, поймал вопросительный взгляд Кота через плечо, замешкался, поспешил снова присоединиться. Инстинкт самосохранения, приобретенный еще в бытность детдомовским, вовремя обострился, намекая идти настолько ближе к Проводнику, насколько это было возможно.
- Да там, понимаешь, штука одна.
Неохотно начал, сбился, замер вслед за Котом, вглядываясь расширенными глазами в то, на что тот показывал.
- Слепые? А как они…
Догадался заткнуться, заметив, как несколько морд тут же развернулись в их стороны, внюхиваясь, подернув губой над оскаленными клыками. Свалявшаяся шерсть, выпирающие ребра, острые, почти пропоровшие кожу – все намекало, что жрут они не часто. И вполне способны сожрать все, что движется.
- Понял.
Тихо кивнул, не собираясь рваться в бой и поперед батьки в пекло лезть, напряженно наблюдая за тем, как собаки – если ЭТО можно было назвать собакой – приближались. Кинулись, наконец, прыжок и полет совпал со звуком выстрела, Томаш быстро отодвинулся, давая Коту возможность для любого маневра. Дышать в затылок было уютно и безопасно. Но сейчас требовалось не это.
- Вот сволочь.
Выругался, оценив тактику поведения третьего, наиболее разумного или только что научившегося, быстро вытянул нож и огляделся вокруг. Пока все псы были перед глазами Проводника, все было терпимо. Хуже стало бы, если бы они стали окружать, загоняя, как это делают дикие звери обычно.
- Почему не нападают?!
Попытался скрыть панику, одной рукой вжимая рюкзак, второй – нож. Рюкзак не бросил, хотя и неудобно было. Кот был прав, если пес кинется, пусть лучше клыки сомкнутся на брезенте рюкзака, чем на его плече.

+2

17

— Потому что боятся, — бросил через плечо Кот. — Я не единственный человек с пушкой, которого они здесь встречали.

В этот момент из-за дальнего валуна мохнатыми комками спутанной, свалявшейся шерсти выкатились две бонус-псины.

— Подарочек н-нах! — Оборотень сплюнул.

Снова прицелился и надавил на спусковой крючок, после чего ему пришлось увернуться от лохматой зверюги и угостить гадину армейским берцем по морде, а наподдал Руслан от души. Глухо взрыкнув, пёс шарахнулся в сторону и отбежал на несколько метров, где его настигла пуля. Оставшиеся в живых собаки предпочли спешно ретироваться.

— Вот как-то так. — Кот невозмутимо опустил пушку и оглянулся. — Это ерунда, мелочи. Вот если на кабана напоремся, тогда да, жопа. На стадионе "Авангард" этой дряни как грязи, ей-богу.

Гепард подошёл к ближайшему трупу, пихнул его ботинком и сплюнул. На прошлой неделе ему встретилась стая, куда более свирепая и многочисленная, голов пятнадцать, и ничего, отбился, а вот хороший годный моток проволоки пришлось бросить на месте. Оборотень потом вернулся, но какой-то ушлый обмудок успел прикарманить чужое добро. Э-э, эх!

— Пойди сюда, инфекция, — подозвал Кот. — Видишь вон то... как бы завихрение, сухая листва поднялась в воздух? Это аномалия гравитационного типа. Поднимает не только безобидные листики, но и человека. Легко. Увидишь что-то подобное... а ладно. Смотри!

Оборотень подобрал с земли обломок кирпича и прицельно метнул им в центр вихря. Вместо того чтобы упасть на землю, каменюка взвилась в воздух будто пушинка и затанцевала среди листвы.

— Это молодая аномалия. Иной раз идёшь, а она такая крутит трупешник не первой свежести. Вот хохма-то!

Махнув рукой, Руслан прибавил шагу. В нескольких сотнях шагов виднелась Припять, поросшая чахлыми деревцами. Неподалёку от ближайшего многоквартирного дома оборотень остановился, да настолько внезапно, что следовавший за ним мальчишка едва не вписался в спину.

— Подожди, — пробормотал гепард, неотрывно глядя в одну точку.

Он пялился туда дольше обычного, после чего вытащил из кармана болт и швырнул его в малозаметное облачко горячего воздуха. Спустя секунду безобидное углубление в почве плюнуло вертикальной струёй огня.

— "Жарка". Что-то много их развелось в последнее время.

Обогнув по дуге аномалию, Кот углубился по улице. Он знал атомоград, как свои пять пальцев, да вот проблема: Припять ежедневно неуловимо менялась. Особенно много беды делали обрушения. Конструкции ветшали, а мародёры только ускоряли этот процесс. Покинутый город медленно угасал. Зато расцветала дикая природа, причудливо и страшно изуродованная "мирным атомом".

Слева раздавался... нет, не топор дровосека. Великий русский поэт* нервно курил в сторонке, потому что неподалёку кто-то по-варварски выламывал электрооборудование или нечто подобное. Приближаться к другим мародёрам опасно, Кот знал это по опыту. Поэтому придержал Томаша за плечо:

— Лучше обойти и не привлекать лишнего внимания.


* Н.А. Некрасов.

Отредактировано Игорь Цепеш (08.11.2016 09:28:17)

+2

18

Дернулся, вцепился в нож крепче. Будь его воля, вцепился бы сразу в Кота. Тот действовал так спокойно и умело, как будто ежедневно только этим и занимался – пинал слепых собак-монстров. Томаш попытался выглядеть так же круто и спокойно. Только в нож вцепился еще крепче – чем до сих пор. И, с трудом, но заставил себя отодвинуться от спины Проводника.
- Да, подарочек, уж.
Проводил взглядом улетевшую от берца тварь. Хмыкнул криво, представив, каково было б таким берцем по морде кому-нибудь. Оценил, успокоился, выдвинулся из-за плеча Проводника. Благо собаки рассосались по местности, решив поискать более удобоваримые цели.
- Тут и кабаны есть?!
Собак он уже видел, поэтому представить, какие тут могут быть кабаны, с его фантазией труда не составило. Притих, даже не шмыгая теперь. Напороться на чудище в три метра высотой, с клыками и панковским чубом не хотелось.
- Не пойдем на стадион, да?
Уточнил, наблюдая, как тот пинает собачью тушу. Сам пинать не пошел. Не доверял он таким вот, мертвым, эти твари могли и притворяться. Хотя притворяться с раскрошенной по остаткам асфальта бошкой было сложно, должно быть.
- Я здоров!
Нахмурился зло, но подошел. Остановился рядом, тщательно стараясь не наступить на остатки собаки. Коту было хоть бы хны, он уже и думать забыл, спокойно стоя. С любопытством глянул туда, куда показывал Проводник, снова нахмурился.
- Ниче не вижу, а… вон там?
Удивленно почесал нос, потер переносицу указательным пальцем, всматриваясь в безобидные листики. Недоверчиво покосился на Кота – прикалывается? Кирпич, влетевший к листикам, заставил снова покоситься – с новым приливом уважения.
- И что, оттуда не выбраться? Почему труп-то?
Не понял, уточнил, снова потер нос и все же шмыгнул.
Сам инфекция. Может, у меня вообще на него аллергия началась! Только скажи чего!
Тщательно обошел листики и кирпич, стараясь наступать буквально след в след за Котом. Старался так, что когда тот ускорил шаг – тоже ускорил. Тот заспешил – и он заспешил. Поэтому когда тот остановился – нихера не успел затормозить. И со всей дури влетел в спину Проводника, ткнувшись всем лицом в плечо, чувствуя, как что-то хрустнуло в носу.
- Пляя…
Шепотом выдохнул, отстранился и, морщась, тож уставился в ту же точку.
- Что там?
Зачем-то снова шепотом, огляделся, нашел еще кусок кирпича, поднял и просунул Коту через его плечо.
- Кинешь?
Азартно предложил, однако тот уже швырнул болт. Ошарашенно заморгал – струя огня ударила прямо из земли вертикально вверх. Кирпич выронил, поднимать не стал. Как зачарованный уставился туда, откуда только что плевались огнем.
- Ох, нихрена ж себе. Ты видел?!
То, что Кот не только видел, но и показал ему только что, никак не волновал. Любые спецэффекты отдыхали по сравнению с живым огнем из земли прямо.
- Жарка? Подходящее название для этой хрени.
Одобрил, потопал за ним, постоянно оборачиваясь, все еще пытаясь рассмотреть. Ожидая, что снова плюнет огнем – на этот раз по касательной, им в спины.
- Ты помедленнее, может, иди?
Осторожно предложил. Такие вот жарки, на которые можно наступить просто мимоходом, никак не радовали. Теперь Кот мог и не предупреждать не спешить впереди него. Теперь Тома пришлось бы вытаскивать из-за его спины за шкирку.
- Что, снова?
Замер послушно, прислушиваясь. Понимающе кивнул – внимания привлекать они не станут. И неожиданно оглушительно чихнул на всю Припять.

+2

19

— Советчик... — пробормотал недовольно Кот. — Следи, куда ноги ставишь, и будешь цел, а за меня не переживай.

Он планировал быстро и тихо миновать опасный участок, как вдруг чудо-спутник спутал все карты одним своим... разразиться злобной бранью себе под нос оборотню помешали мгновенно стихшие звуки демонтажных работ. Болгарка смолкла, а вместе с ней замерла вся Припять, вслушиваясь и размышляя, как поступить с незваными гостями. Руслан почти физически ощутил, как на него пялились из тех подслеповатых оконцев, с прищуром разбитого стекла и облупившейся краски. Как снимали пушку с предохранителя и прижимали спусковой крючок, готовые всадить незваным гостям пулю в лоб или куда придётся. В брюхо весело обойму разрядить: потом жертва корчится так забавно... правда, непрактично. Может умирать долго и с энтузиазмом, а прикарманить чужое добро охотники всегда найдутся. 

— Медленно и плавно в сторону. Влево, к подъезду. Без резких движений, — шелестящим шёпотом обронил Кот, пихнув Томаша в бок. — Начнёшь суетиться — пристрелят сразу.

"Но если такое повторится — я тебе сам мозги вышибу", — с неожиданной злобой заключил гепард. Про себя. Думать-то он мог что угодно, а вот работу выполнить чисто обязан. Шаман из тех нелюдей, которые не переносят пустобрёхов. Или делай как следует или проваливай, такая вот политика партии.

"Э-эх, оно и партии-то давно нет. Так, блёклое подобие".

Отстранив плечом Брынзовича, Холодов первым шагнул в тёмный подъезд, угольно-чёрный от языков огня, когда-то лизавших потолок и стены. Здесь явно поработали такие мародёры мелкого пошиба типа Кота: обжигали в подъезде медную проволоку. Работа, бессмысленная с точки зрения соотношения затраченных сил и полученного результата, но весёлая и хулиганская для детей улицы, так и не узнавших настоящего детства.

Руслан огляделся.

— Слушай-ка ты, упсарин упса. Ты бы подобрал сопли в платок, а то в другой раз так может и не повезти. Идём.

Оборотень похлопал себя по карманам, достал маленький походный фонарик и посветил себе под ноги, отыскивая возможные аномалии. Иногда такая дрянь водилась и в некогда жилых помещениях. Чаще, чем хотелось бы, а кроме них, в многоквартирных домах встречались и куда более мерзкие твари, порождённые радиацией.

— Вроде чисто.

Шагая тихо и почти бесшумно для чуткого звериного уха и бесшумно — для человеческого, оборотень дошёл до лестницы на второй этаж и первым ступил на неё. Ветхие конструкции в этой части города потихоньку осыпались и проседали, Припять изначально строили из не слишком качественных строительных материалов, но конкретно этот дом выглядел вполне прилично. Если где-то и поджидали опасности, то только в виде вездесущих аномалий. Постороннего присутствия Кот не ощущал.

Квартиры второго этажа стояли вскрытыми. Двери, по-варварски сорванные с петель, настежь распахнутые, открывали вид в коридоры квартир, усыпанные обломками и строительным мусором. Зазевавшись, оборотень едва не наступил на нечто жутковатое, глазастое, а отшатнувшись, сообразил, что это всего-навсего кукла, детская кукла. Старая, оплавленная, почерневшая, она провалялась здесь долгие годы. Что-то подобное было у подруги детства Руслана, девчонки-погодки, жившей по соседству.

"Сентиментальным становлюсь".

Гепард обернулся, чтобы удостовериться: мальчишка идёт за ним, хотя слышал его шаги, слишком громкие для мёртвого города. Дошёл до лестничного пролёта, вильнул в сторону и вышел на общий балкон. Меньше, чем в двух метрах ниже, чернела будка-пристройка, на крышу которой Кот планировал спрыгнуть. Для него самого это было плёвым делом, он прыгал удачно и с большим риском переломать себе кости, но вот Томаш... Руслан с сомнением оглядел спутника. Тот не казался ему хоть сколько-нибудь крепким, физически подготовленным.

— Так, ладно. Поймаю, если что, — цинично ухмыльнулся оборотень. — Прыгаем и идём дальше, видишь, там спуск?

Отредактировано Игорь Цепеш (29.11.2016 22:35:39)

+3

20

Чихнув, Томаш проклял все на свете. И свой многострадальный нос. И не вовремя начавшуюся простуду. И Проводника.  И саму идею пойти сюда. И то, что чего же он, Томаш, такой лох? Тишина наступила настолько мертвая, что шаги мушки по стеклу казались топотом подкованного коня. Нервно, быстро заозирался, потянул руку к плечу Кота, желая что-то спросить. Не успел, слава Богу, потому что Кот зашипел сам, оправдывая свое прозвище.
«Если нас пристрелят или его ранят – никогда себе этого не прощу!»
В неожиданном приступе самоуничижения снова открыл рот, закрыл, стараясь не сорваться с места и не понестись стрелой к подъезду, медленно и плавно двинулся, подгоняемый Котом. У подъезда попытался виновато влезть вперед. С облегчением уступил и тут же сунулся сзади, не желая оставаться на открытом пространстве один.
- Я же уже извинился!
Вызывающим и виноватым тоном одновременно покаялся еще раз. Тут же шмыгнул носом, затаился и даже дышать перестал на всякий случай.
- Да я понял, понял уже, не повторится.
Мрачно пробормотал себе под нос скорее для себя, чем для Проводника, и все равно почему-то в твердой уверенности, что тот все услышал и понял. Потому и не пришиб его еще до сих пор.
- Чисто, да?
Слегка заискивающе уточнил, послушно шагая след в след, хоть вполне мог и постоять теперь. Повышенно тихо поднялся на второй этаж, стараясь, чтобы ни ступенька не вздумала скрипнуть под ногой. Как бы искупая вину, заранее. И тож шарахнулся в сторону, когда Кот отшатнулся от чего-то перед собой.
- Что там? Эта… жарка?
С гордостью продемонстрировал отличное знание предмета, с любопытством глянул из-за плеча. Детская сломанная игрушка, да еще и кукла, заставила вздохнуть, нахмуриться, отвернуться. Неловко потер лоб, отодвинулся на шаг в сторону от почему-то ставшего молчаливым спутника.
«Хотя он и раньше слишком уж не болтал. А, может, вспоминает чего?»
Покосился, но лезть в душу не стал, следуя за ним, как привязанный, стараясь не заглядывать и не отвлекаться на другие помещения. Не из-за куклы же… хотя из-за нее. Пусть и было интересно – как в чужую жизнь заглянуть, хотя б глазком, подглядеть хотя бы.
- Что? Куда?
Только услышав голос Проводника, понял, насколько глубоко ушел в свои мысли, не имевшие сейчас отношения к реальности. Попытался быстренько собраться, огляделся, глянул под ноги и сглотнул.
- Я никогда не пробовал по крышам… Да, прыгаем.
Храбро согласился, старательно не глядя больше туда, где темнело похожее на киоск, очень дряхлый и никуда не годный. Снова сглотнул.
«Сто процентов ногу себе сломаю. А, может, и голову.»
Зачем-то поправил рюкзак, устраивая его на плече плотнее, перекинул на второе плечо. Боялся, но сдох бы скорее, чем сказал об этом.
- Ну давай, что, ты первый?
Уточнил, хотя и без того было ясно – не в воздухе же его будет ловить Кот, на будке ждать, конечно.
- Давай!
Грубо поторопил, чтобы самому не передумать, ломать ногу, наверное, было болезненно. Но прыгать надо!

+3


Вы здесь » КГБ [18+] » Другое время » [28–29.10.2000] Мирный атом