КГБ [18+]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » КГБ [18+] » Лето 2066 года » [21.08.2066] Полевая хирургия


[21.08.2066] Полевая хирургия

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

Время: 21 августа 2066 года.

Место: ЦИЭМ

Действующие лица: Клод Д'Эстен, Дэниел Гейт, Вито Сфорца.
Эхан Салливан - возможно, присоединится позже.

Описание ситуации: Разойдясь в разные стороны, наши герои продолжают свой путь. Финальный рывок - и приключенцы доходят до конечной цели. Совместное выживание в мрачных коридорах ЦИЭМ.

Дополнительно: эпизод следует за Нормальные герои всегда идут в обход!

+10 ZEUR начислено всем участникам эпизода.

Отредактировано Дэниел Гейт (13.10.2014 14:32:14)

+1

2

Клод нередко попадал в переделки. Его обжигали, ранили из огнестрельного и холодного оружия, он ломал руки и ноги, но ещё никогда их не лишался. Идеально ровный срез, укрытый теперь бинтами, буквально горел от ожога и спирта. От боли даже дышалось урывками и на прощальные речи у Клода не хватило то ли сил, то ли воздуха. Он разгрыз горсть таблеток и запил их содержимым небольшой бутылочки, но мог только надеяться на то, что эта горючая смесь скоро подействует. Было больно. По-настоящему больно. Настолько больно, что перед глазами Клода расплывались тёмные пятна. Обзор сузился до небольшого круга в центре, из-за чего приходилось ворочать головой каждый раз, когда у него возникало желание на что-то посмотреть, звуки слышались будто бы издалека и его невообразимо тошнило. Единственное, что побуждало его вынести подобные порывы — это потребность сохранить обезболивающие при себе.
«Было бы неплохо провалиться в эту тьму», — так полагал Клод. Эта мысль казалась слишком заманчивой и опасной. Без руки, точнее, со свежесрубленной рукой он и так не способен на подвиги, но, потеряя сознание, Клод может смело прощаться со своей жизнью. Если, в то время как он будет валяться в блаженном забытье, на него выйдут эти неживые твари, даже мизерный шанс на выживание, который у него был, пропадёт зря.
Дверь закрылась, и голоса двух женщин зазвучали приглушенно. Их быстрые шаги стремительно удалялись, унося за собой чувство неловкости и фарс. Клод выждал несколько минут — в конце концов, за очередным поворотом их могли поджидать твари или любая другая причина, по которой Калиса и Эрис могли захотеть вернуться. Когда ожидание стало нелепым, он тяжело поднялся, доковылял до дверь и, закрыв её, забаррикадировал ближайшим хламом: столом, стульями, какими-то ящиками со склянками. Каждое движение приносило ощущение боли и слабости. Вполне вероятно, выстроенная преграда не послужит ему защитой, но, если она рухнет, то наведёт немало шороха и даст ему время подготовиться. По крайней мере, на это вампир рассчитывал.
Клод не чувствовал себя одиноким или брошенным, оставшись в лаборатории. Ему было больно, но он по-прежнему хотел жить, поэтому прошёлся по своему укрытию, проверяя на наличие других дверей или проходов, и, несмотря на искушение, не стал пить оставшуюся порцию таблеток. Обезболивающие начали действовать и по телу поползла другая слабость — тугая и вязкая. С ней его реакция снизилась даже сильнее, чем от болевого шока, а реакция ему могла ещё понадобиться.
Вернувшись на своё кресло, он тяжело откинулся на него и принялся равнодушно осматривать стол. Теперь ему оставалось только ждать.
«Помощи», — подумал Клод, горько усмехаясь. Он всегда отличался деятельностью. Сидеть на жопе и ждать спасения — совсем не та тактика, которая ему подходила. Тем более, при учёте, что спасения может и не прийти. Даже если Калиса выберется из этого лабиринта смерти, даже если скажет о том, где он, далеко не факт, что за ним придут.
В голове Клода образовалась пустота. Боль продолжала существовать где-то на периферии сознания, но не была невыносимой. По крайней мере, если не задумываться о ней. Чтобы не делать этого, Клод вспоминал Эмилию: её огненно-рыжие волосы, белую кожу, мягкую обворожительную улыбку.
«Она определённо разозлиться, когда узнает», — подумал Клод. С этой мыслью он прикрыл глаза и позволил тьме приблизиться. Сейчас он немного поспит, а, проснувшись, попробует сам найти дорогу. К тому времени к боли он должен будет привыкнуть, а отсутствие руки перестанет быть таким шоком. По крайней мере, на это Клод очень рассчитывал.

+5

3

Больше всего Гейт боялся, что он не успеет, что когда он вернется, Клода уже не будет в живых: останется лежать холодное тело в коридорах ЦИЭМ, или, хуже того, станет на одного зомби больше. Поэтому Дэниел торопился настолько, насколько это вообще было возможно в лаборатории, начиненной смертельными ловушками… и насколько позволяла память. «Чертова Вероника!» - ИИ, бывший всегда верным помощником, стал врагом. Опасным, непредсказуемым врагом, чье молчание прерывалось шипением гидравлики, запирающей двери, негромким потрескиванием под потолком, и вздрагиващим светом электрических ламп.
«Идет обработка информации,» - словно на яву услышал Гейт спокойный голос старшего лаборанта. Для сбора Сфорцы, Дэниел частично использовал микросхемы и тончайшие оптические провода, пронизывающие живую ткань наподобие нервов – так может быть одно искусственное создание сможет найти общий язык с другим и узнать, что произошло?..
Полукровка нервно хохотнул, в очередной раз чутко прислушиваясь - дампиру почудился какой-то странный звук. Вдруг Эхан, решивший продолжить поиски самостоятельно, таки предпочел последовать за ними, а не пошел своей дорогой. С одной стороны, вместе было идти безопаснее, больше шансов отбиться от зомби, с другой – неизвестный попутчик мог выкинуть неприятную неожиданность. Поразмыслив, Дэниел пришел к выводу, что присутствие незнакомого оборотня его скорее бы напрягло: «Да и зачем ему действительно нужен был  Клод?» - недоверчиво и ревниво вздохнул Гейт, прежде, чем остановиться и прикрыть глаза. Дампир помнил, что согласно плану эвакуации они должны быть на месте, да и коридор казался знакомым.
Вот то самое ответвление, вот брызги крови, вот обезглавленный труп зомби-собаки…
- Осторожно! – громче, чем следовало, крикнул Гейт, оттаскивая Сфорцу от кажущегося безопасным тихого и пустого коридора, - Там были лучи… Не ходи туда.
«И где же Клод?..»
- Его могли перенести в безопасное место, мадам Лабиен и ее лисица… Наверное… Черт! Он был здесь! Они не могли уйти далеко! – Гейт растерянно закрутился на месте. «Хреновый из меня Холмс, - снова по-дурацки хихикнул полукровка, чувствуя себя укуренным, и разгрыз очередную таблетку жаропонижающего. На вкус было мерзко, но списывать все на духоту и «чертову Веронику!» полукровка уже не мог.

Отредактировано Дэниел Гейт (13.10.2014 14:30:37)

+3

4

Гейт вёл себя странно даже по собственным меркам: спешил, паниковал, нервно озирался и периодически как-то истерично посмеивался. С каждым шагом по пустым коридорам творившееся с создателем нравилось франкенштейну всё меньше, но он сдерживался, хотя и с трудом, от того чтобы закинуть дампира на плечо и отправиться искать выход. Они «заключили сделку», и Сфорца, далеко не всегда игравший по правилам, просто следовал за Дэниелом попятам ни на секунду не выпуская того из поля зрения. Слишком мало информации было у адвоката, для каких-то выводов.
Тарзан отстал где-то по дороге. Это было даже хорошо – приглядывать ещё и за не внушающим доверия субъектом было бы сейчас совершенно лишним. Всё внимание искусственного создания и без того было сосредоточено на попытках не проглядеть возможную опасность и на явно страдающем от горячки Гейте. Ничего удивительного, что окрик и внезапный рывок за локоть застал адвоката врасплох. Нахмурившись и переведя взгляд с тараторящего что-то про какие-то лучи дампира на кажущийся пустым коридор, Разиэль никакой угрозы не увидел, но создателя послушал – про ЦИЭМ тот знал всё-таки больше.
- Откуда вы пришли сюда в прошлый раз? – как мог смягчив голос, словно обращался к малому ребёнку, Сфорца взял Дэниела за подбородок и заставил посмотреть на себя. – Мы их найдём. Они не знают комплекс в отличии от тебя и не стали бы блуждать вслепую с раненым на руках, рискуя нарваться на шатающихся здесь тварей, - он не был уверен в верности своих выводов, но главным сейчас было успокоить готового вот-вот сорваться в истерику Делвиша и это почти удалось. По крайней мере дампир ткнул рукой в один из коридоров пока разгрызал очередную горсть каких-то таблеток, последнее не укрылось от внимания Разиэля, но говорить он ничего не стал – на обычные «лекарства для расслабона» таблетки не походили, да и обливающийся потом Гейт выглядел действительно скверно.
В указанном коридоре обнаружились порубленные останки пары человек, по крайней мере то что осталось выглядело похоже именно на них, и одной собаки. Задвинув взмокшего создателя себе за спину и велев «держаться поближе» адвокат двинулся вперёд напряжённо прислушиваясь. Конечно его чувства не могла тягаться с оборотнями, но использование их частей при его создании наградило франкенштейна не только нечеловеческой регенерацией.
Негромкое шарканье и размеренное постукивание, словно кто-то монотонно прикладывался головой к стене, он услышал перед самым поворотом. Остановив Дэниела прикосновением к плечу, Сфорца заглянул за угол. «Трое», - мертвяков, потеряно слонявшихся около закрытой двери в нескольких метрах дальше по коридору, было немного, но шуметь всё равно не стоило – поблизости могли находиться ещё. Дав знак дампиру не шуметь, прижатым к губам пальцем, Вито неслышно ступая босыми ногами направился к двери. Первый мертвец в изорванном и окровавленном лабораторном халате не успел его даже заметить – схватив его сзади за шею, искусственное создание сжало ладонь до хруста шейных позвонков и уже окончательно мёртвое тело осело с лёгким стуком. Оставшиеся двое это услышали и начали поворачиваться на шум, но франкенштейн не терял времени даром. Зомби, до этого пытавшийся видимо пробить своей головой дыру в простой офисной двери, не успел сделать и шага как его постигла участь первого – короткий удар в подбородок, в который Сфорца не вложил даже половины сил, и голова мотнулась назад на переломанной шее. Последний к этому моменту сориентировался и кинулся на адвоката, но недостаточно проворно. Всего шаг в сторону, и он вписался в многострадальную дверь, о которую его голова и размазывается с влажным чавкающим хрустом под лёгшей на затылок ладонью.
Зрелище сползающего тела, оставляющего за собой кровавый след вперемешку с кусками мозгов, на взгляд адвоката не столь захватывающее, чтобы ради него тратить время, и он внимательно оглядывает саму дверь. Ни табличек, ни других опознавательных знаков на ней нет, зато полно окровавленных царапин, словно зомби пытались процарапать себе путь внутрь, что-то должно было привлечь их сюда.
Ручка поворачивается до стопора, но дверь не поддаётся.
- Дэниел, - не слишком громкий окрик всё также прячущегося за углом дампира. – Что за этой дверью? Они могли укрыться тут? – вряд ли у Гейта найдутся ключи, а пытаться ломать дверь без нужды Разиэлю не хочется – слишком много ненужного шума. С сомнением ещё раз взглянув на измазанную кровью и мозгами поверхность он всё-таки один раз ударяет по ней: - Есть кто живой?

Отредактировано Вито Сфорца (21.10.2014 23:24:56)

+1

5

Тёмный сон Клода, больше похожий на ватное забытьё, прервал какой-то шум. Не то привычное хрипение и шорканье, которое сопровождало его последние несколько минут или, может быть, часов, а что-то новое, тихое и необычное. Вампир вздрогнул, дернулся, конечно же, по гребанному закону подлости, задел культю и тихо себе под нос выругался. Рефлексы, подсознание, инстинкт самосохранения или всё вместе как-то уломали его не кричать в голос. Впрочем, возможно, на это банально не хватило воздуха.
Клод скрючился на своем кресле, переживая волну болезненных ощущений, и заставляя себя смириться со своим положением. Он - безрукий и накаченный обезболивающим инвалид, который прячется от неживых уродов в одной из многочисленных лабораторий ЦИЭМа. Впрочем, возможно, эта не была лаборатория. Признаться, Клод не очень разбирался в подобных вещах, но пробирок и микроскопов тут хватало.
Сделав несколько глубоких и резких вздохов-выдохов, Клод выпрямился и, наконец, прислушался. Кажется, кто-то недалеко ходил. Это само по себе было не так странно. В конце концов, ходящих тел тут хватало. Другой вопрос, что сами шаги казались более организованными и Клоду слышались голоса. На подобное вампир обычно не спешил реагировать. В том плане, что голоса и организованные звуки не всегда означали живых людей, но сейчас он находился в месте, что его способности были заблокированы полностью и, если твари не научились говорить, а у него не появились глюки, то, возможно, это та самая мифическая команда спасения, в которую он не верил.
«Нет», — поправил себя Клод. — «Команда спасения должна идти по-другому. Больше человек, чаще перебежки, громкий рупор. По крайней мере, если они действительно намерены спасать».
На шаги прекрасных дам, оставивших его какое-то время назад, тоже было непохоже. Клод взял лом, подобрался ближе к двери и прислушался. Как раз в этот момент в неё постучались. Стук-то как раз не был необычным, к Клоду уже ломились неприятные ему гости, но вслед за ним послышался голос. Нормальный такой взрослый мужской голос.
— Да, — тут же отозвался Клод. — Есть. Кто вы? — кто бы они не были, но паника в голосе позвавшего его мужчины, отсутствовала. Значит, за дверью толпы мертвецов не обступили лабораторию. — «Или же», — вампир припомнил какой-то грохот, — «с ними расправились».
Клод, немного подумав, отодвинул стол, который поддался с неприятным скрежетом, и отпер дверь, глянув на гостя с вялым обдолбанным интересом. «Если это глюк, то мне придётся признать, что фантазия у меня есть», — отчётливо подумал д’Эстен.

Отредактировано Клод д'Эстен (16.10.2014 16:43:26)

+2

6

Сфорца казался и, наверняка, действительно был настолько спокоен, что Гейт не заметил, как паника, держащая его за горло, схлынула, а мозг снова заработал: относительно четко. Франкенштейн прав. Всё потом. Тем более, искусственный человек пытался помочь своему создателю, как и обещал: «Он всегда держит слово…» - мысль почему-то испугала полукровку и он поежился. Если уж Сфорца выполнял свою часть соглашения, то требовал того же и от остальных.
«По крайней мере, с ним ничего не страшно!» - даже очередная кучка зомби, с которыми адвокат разобрался так же ловко, как покинувший их компанию оборотень немногим ранее. Гейт так бы не смог… Более того, все время, пока Сфорца «воевал» с ходячими мертвецами, Дэниел вжимался спиной в стену и, крепко зажмурившись, невнятно шевелил губами, надеясь, что Разиэль сможет справиться с проблемой. Что его не убьет. Что он не заразится. И что Клод все еще жив…

На ручке остался смазанный след крови. Гейт разглядывал его со смесью брезгливости и страха, поминутно облизывая сухие губы. Несмотря на то, что на вопрос Сфорцы отозвались, а после за дверью послышалось шебуршение и звук отодвигаемой мебели, полукровка все еще не верил. И не спешил отзываться: прятался за спину Сфорцы, угрюмо втягивая голову в плечи.
По крайней мере, оставалась надежда, что за дверью был Клод. И что он все-таки остался жив.

- Господи… - рассмеялся Дэниел, увидев д’Эстена, - Господи! Ты жив!
Гейт не умел действовать в стрессовых ситуациях, да что там, он мог потеряться даже в спокойной обстановке: спрятаться в свою скорлупу, замереть, надеясь, что скоро все закончится благополучно. Но ЦИЭМ вносил свои коррективы в поведение дампира – здесь и сейчас не прокатывала обычная для Дэниела стратегия. Здесь он обязан был что-то делать. Отрубленная рука сама по себе не пришьется обратно. Не зная лаборатории Джонсонов, Сфорца не сможет выбраться в одиночку и уж конечно он не будет помогать Клоду.
Напряжение последних часов снова едва не вылилось в истерику. Дампир тяжело дышал, шваркая покрасневшим носом. Торопливо вытер проступившие слезы и с неожиданной ловкостью просочился мимо Сфорцы к д’Эстену. Вгляделся в затуманенные глаза, после чего мягко подтолкнул Клода обратно, внутрь комнаты: разговаривать в дверях, когда с любой стороны могут подойти ходячие мертвецы, было не самой лучшей идеей. Гейт оглянулся на Сфорцу, но промолчал.

В небольшом помещении было слишком тихо. Гейт растерянно заморгал:
- А… Как же… Лабиен? И лиса? – «Они что, погибли?!.» Полукровку снова прошиб приступ паники. Он думал, что их будет гораздо больше, он думал, что впятером им будет легче выбраться и отбиться от зомби в случае необходимости, но в стенах ЦИЭМ союзники терялись очень быстро.
- Сядь пожалуйста. Ты еле стоишь.
Беглый осмотр Клода заставил Гейта нервничать, а полукровка всего-то оглядел культю и оценил общее состояние вампира.
- Они живы? Что случилось? И да, я принес… руку, - обрубок лег на стол. Аккуратный срез не кровоточил, но от этого зрелище не становилось более приятным, - Но нам нужно торопиться. Ты сможешь идти сам? Я не смогу пришить ее здесь.
Дэниел говорил взахлеб и замолчал резко, как будто забыл, что хотел сказать дальше - внимательно посмотрел родителя: «Он под наркотой?!. Да нет же, откуда она здесь... Таблетки? Черт... Что это за помещение вообще?..»
- Ты что-то принимал? Что ты принял? - Дэниел покосился на полки, подслеповато щурясь. То, что стояло на них, по большей части сейчас было бесполезным, хотя... - Сфорца, посмотри, где-то там должен быть переносной холодильник. Такая... Штуковина, размером с небольшой чемодан. Ну... такая... с синим лого пингвина.
Время было на исходе, а дампиру все-навсего была нужна небольшая фора в гонке за возможность пришить своему отцу не-зомби руку.

Отредактировано Дэниел Гейт (21.10.2014 23:09:16)

+2

7

Клод угрюмо и мутно посмотрел на загораживающего проход мужчину. Тот вполне мог в это время что-то ему ответить. Более того, он мог даже станцевать что-то в забытом уже гангам-стайле, пока его оглядывали тяжёлым взглядом, поскольку (помимо всего прочего) д’Эстен заметил маячившую позади незнакомца фигуру Гейта.
— Дэнни! — радостно и немного невнятно произнёс Клод. — Какого хрена ты отсюда не убрался?! — возможно, Гейт был удивлён, встретив своего отца живым, но Клод находился в состоянии, близком в шоке.
Он с едва уловимым недовольством позволил себя оттеснить обратно в комнату и с благодарностью плюхнулся в своё кресло. Так было определённо лучше. На Клода накатили почти неизвестные до сели чувства: благодарность, смущение, неловкость. Не привык он к тому, что кому-то кроме дрожащей сестрицы было дело до того, жив он, в конце концов, или мёртв, и, тем более, не ждал, что кто-то придёт его спасать.
Если подвести неприятный самому Клоду итог, он был готов, удобно устроившись в кресле, откровенно подохнуть здесь и сейчас. Именно поэтому ему было стыдно перед трусливым мальчишкой, который взял на себя труд пройти этот нелёгкий путь обратно и вернуть ему руку. Клод не был уверен в том, что её можно будет использовать, но всё равно чувствовал к пацану ничем неприкрытую благодарность.
— Они ушли, — коротко ответил вампир. Он по-прежнему считал, что это решение самое здравое и ни в чём не обвинял ни прекрасную мадам, ни её лисицу, но всё же до чего приятно было не оставаться тут одному, не смиряться, чёрт побери, почти с неминуемой гибелью и не потчевать себя тупыми отмазками типа «полежу, а потом как встану, как замочу всех трупоходов, как выберусь из этой жопы!» До чего приятно было знать, что кому-то твоя жизнь интересна, что для кого-то она что-то значит.
— Я так рад тебя видеть! — почти против воли пробормотал Клод и честно попробовал сосредоточиться на вопросах Гейта. Он почти вспомнил о том, что казавшийся до этого момента, нелепый дампир, был то ли учёным, то ли доктором, то есть разбирался в отрубленных руках, как минимум, лучше Клода, потому понимал, что Дэнни задаёт свои вопросы не просто так.
— Да, — сосредоточенно кивнул вампир и протянул Гейту найденный наполовину съеденный бутылёк с таблетками. — Пил это, запивал то ли водкой, то ли спиртом. Честно говоря, уже не помню. Идти могу, — уверенно сообщил Клод. Сейчас, когда ему почти не было больно, и в голове стояла муть только от обезболивающего, он, действительно, чувствовал себя не только способным передвигаться, но и боеспособным. По крайней мере, при наличии стенки и тех, кто может сообщить заранее об угрозе.
— Пришить руку? — какое-то время назад Клоду было достаточно только выжить, потому сейчас заявление Дэнни звучало почти странно. Конечно, он хотел сохранить руку, но в голову упорно лезла всякая-разная и почти тошнотворно-гламурная чушь: «спасайся сам», «рука не важна, важна жизнь» и прочее, тупое, затасканное, ненужное.
— Дэнни, — серьёзным, почти полностью трезвым тоном произнёс вампир, — что там с выходом?

+2

8

Из-за двери отозвались сразу, словно с той стороны только и дожидались вопроса. Скорей всего так оно и было – нашуметь, разбираясь с зомби, франкенштейн успел, как ни старался этого избежать. Так что прислушиваясь к звуку отодвигаемой мебели, он ещё успел порадоваться, что неизвестный баррикадировался не столь основательно, как это сделал бы сам адвокат.
Одного взгляда на открывшего дверь мужчину хватило чтобы понять, что их поиски подошли к концу. Не могли же они в самом деле совершенно случайно наткнуться на ещё одного безрукого? Тем более повязка на культе явно давала понять, что руки блондин лишился не так уж давно.
- В данной ситуации не ошибусь, если скажу, что мы друзья и, кажется, у нас есть кое-что Ваше, - добавить ещё что-то Сфорца не успел, Дэниел, незаметно подошедший сзади, вынырнул из-за его спины и радостная захлёбывающаяся речь создателя окончательно убедила искусственное создание в правильности его предположения. Окинув пытливым взглядом д’Эстена, адвокат испытал сильную досаду. Сколько бы он не слышал о изворотливости и живучести американского вампира, надеяться лично убедиться в этом в ближайшее время совершенно точно не стоило. За годы знакомства с Гейтом, франкенштейн научился определять наркотическое опьянение с полувзгляда, и брат матриарха рода д’Эстен был накачан чем-то разве что не по уши. Конечно, недавняя потеря конечности оправдывала блондина, но задачу Вито по обеспечению их сохранности не облегчала совершенно.
Всем видом выражая недовольство складывающейся ситуацией, Сфорца последовал за парочкой в помещение, оказавшееся банальной кладовкой, и закрыл за собой дверь, не став снова её баррикадировать и ограничившись одним поворотом замка – загромождать единственный выход было попусту опасно.
Наблюдать радостное воссоединение предполагаемых родственников было адвокату почему-то неприятно, но в то же время реакция д’Эстена обнадёживала. «Отец или нет, но как минимум он рад видеть Дэниела. По крайней мере Гейт точно не повредился мозгами, хоть за это можно перестать волноваться», - в близкое знакомство создателя с верхушкой одного из ведущих вампирских родов франкенштейну не верилось до последнего, но теперь можно было немного расслабиться. Правда физическое состояние дампира всё ещё беспокоило искусственное создание и прислушиваясь к происходящему в коридоре он краем глаза продолжал следить за непутёвым создателем.
- Боже, я знаю, что такое портативный медицинский холодильник! – раздражённо закатив глаза в ответ на сумбурную просьбу полукровки, Вито всё же отправился на поиски. – И к слову, я сильно сомневаюсь, что в ЦИЭМ их маркируют именно пингвинами!
Искомый пластиковый короб, вернее целых четыре, попался на глаза почти сразу, но естественно ни в одном из них не было самого важного – льда. На какое-то мгновение у Сфорца возникло искушение принести Гейту холодильник как есть и посмотреть на реакцию, но он уже так привык к неорганизованности создателя и необходимости самому решать эти «мелкие бытовые трудности», что он отмёл идею и продолжил поиски.
Удивительно разумный вопрос вампира, заставил франкенштейна покоситься на того с невольным уважением. Сам Вито тоже был склонен расценивать задачу выбраться отсюда живыми как наиболее приоритетную, в отличии от спешного прилаживания на место какой-то там руки, но решать в данном раскладе было не ему, к сожалению. Уже с некоторой заинтересованностью прислушиваясь к разговору, адвокат наконец-то нашёл искомое и, сметя в пустую коробку холодильника упаковки сухого химического льда, направился к предполагаемым родственникам.

+2

9

«Ушли…» - взгляд Гейта стал укоризненным. Бросить беспомощного Клода, чтобы спастись самим – да, именно так и должны действовать вампиры. Сам Дэниел такого бы никогда не сделал! – полукровка угрюмо насупился, заканчивая осмотр. Все равно у него не было инструментов для дальнейших манипуляций, а срез выглядел достаточно чистым, чтобы вампир смог продержаться еще долгое время и не схватить заражение крови. Впрочем… Гейт огляделся в поисках аптечки.
«Водкой или спиртом, да, все верно, пап!» - своеобразная гордость за родителя, который сообразил, что делать в такой непростой ситуации, была незнакомым, но приятным чувством. Наконец-то увидев аптечку там, где ей и полагалось быть согласно технике безопасности, дампир облегченно вздохнул и, положив свою находку на стол, принялся распаковывать содержимое.
- Да, п-пришить. – Ответил Гейт, небрежно бинтуя обрубок, чтобы прикрыть сочащуюся сукровицей темную рану, так, на всякий случай. – Это не так сложно. Нужны инструменты и операционная. И того, и другого здесь, в ЦИЭМе, достаточно.
Полукровка нервно хохотнул, промаргиваясь и в очередной раз утирая пот со лба предплечьем. Рукав был уже мокрым насквозь, а самого Гейта знобило все сильнее.
- Ну вот и все… - рядом с аптечкой о стол грохнул переносной холодильник. – О! Спасибо… Вито. Распакуй туда… пожалуйста, уп-паковку льда и п-положи руку. П-потом за-а-асыпь ль…дом сверху… Только ост-торожно, пож-жалуйста…
Дампир сбился, с трудом договорив. Он избегал смотреть в лицо искусственному человеку: был почти уверен в том, что происходящее Сфорце не нравится. Особенно то, что Гейт начал так смело командовать. Сфорца был удивительно немногословен и не сыпал едкими замечаниями: «Не к добру!» - решил Дэниел, шумно сглотнув. А тут еще новые вопросы! Как все сложно… Гейт не умел решать, не любил, отстаньте же!.. Дампир, рассеянно моргая, переводил взгляд со Сфорцы на Клода.
- Выход? – тупо переспросил Гейт и растерянно пробормотал: – Да, где-то  здесь должен быть выход…
Втянув голову в плечи, Дэниел решил, что неприятный вопрос исчерпан и решительно закрыл аптечку.
- Мы пройдем по этому этажу в одну из лабораторий. Мне нужно будет около часа на операцию, если цифровые боты функционируют. И около четырех часов, если нет…
Гейт представил, как проводит сложную операцию, когда в дверь ломятся жадные до крови зомби. Сущий кошмар. Стоит ли рисковать и пытаться найти выход на поверхность, ведь лед дал намного больше времени на поиски, или все-таки оперировать, доктор, не имея твердой уверенности в том, что условия будут исключительно стерильными?..
- Вот черт… Ладно. Вито, ты идешь впереди… Найди какое-нибудь… оружие… - Под взглядом Разиэля Гейт стушевался, продолжив через паузу. – А я помогу… отц… Клоду и понесу холодильник с рукой. Выд-двигаемся?
Измученный, обессиленный вампир и искусственный человек в нелепом, явно малом, халате – по сравнению с ними Гейт прекрасно ориентировался в обстановке, а значит мог спасти их всех. Вот только самому дампиру роль лидера была совершенно не по душе.

+2

10

Тёмное одурманенное сознание с любопытной последовательностью фиксировало факты: вот новоявленный сын — милый мальчик, который вернулся спасать; вот его друг — хмурый и, несмотря на внешнее спокойствие, как будто бы взволнованный, Клод его прекрасно понимал, в такой ситуаций сложно оставаться абсолютно спокойным; вот рука — его собственная отрубленная неживая конечность. Клод сжал в кулак руку, которой не было, и ощутил издалека подступающую боль. Его рука, которую перебинтовывал дампир, разумеется, и не думала шевелиться.
— На хер руку, Денни, — с отчетливостью, свойственной особенно пьяным людям, проговорил Клод. Чтобы подтвердить серьёзность своих слов, мужчина удержал здоровой рукой дампира, упорно маячившего на границе его зрения так, чтобы заглянуть ему в глаза.
— «Он горячий», — хмуро, на заднем фоне отметил д'Эстен. — «Он кажется мне горячим при том, что у меня у самого, наверняка, лихорадка», — чтобы это могло значить, вампир не думал. Он не был уверен, что эта информация не плод его сознания, проецирующего собственное самочувствие на ближайшего субъекта. Боль, лихорадка, несвязанная речь, сильное потоотделение, лихорадка, боль. — «Эта штука заразна», — вспомнил Клод, но и эта мысль не вызвала беспокойства. Трудно было беспокоиться о каких-то делах, находящихся за гранью основной проблемы — они заперты на одном этаже с монстрами, техника шалит, помощи может не быть.
— Надо съябываться отсюда прямо сейчас, — также чётко, но уже мягче добавил д'Эстен. Он опасался зачистки. Опасался того, что её проведут в то время, как они будут заняты его рукой. Умирать одному не хотелось, но ещё меньше ему хотелось, чтобы здесь по глупости умер этот порывистый наркоман.
Клод встал. Стоять у него получалось почти нормально. Наверняка вполне получиться идти, но сможет ли он при необходимости драться? — «Захочет жить — сможет», — хмыкнул вампир. То ли от этой мысли, то ли от самого факта, что ему не приходится больше сидеть и ждать смерти, д’Эстен почувствовал некий прилив сил. Дурнота отступила. Это одновременно могло означать, что действие наркотиков, но Клод предпочёл считать, что ему просто удалось собраться.
— Сколько она может пролежать в холодильнике? — поинтересовался Клод, скорее, из любопытства, чтобы поддержать разговор. По факту ни готовить оружие, ни проделывать иные активные действия он сейчас не мог, но разговор помогал ему держать сознание в максимальном напряжении, сосредотачиваться, фиксировать происходящее, реагировать на него.
Если шанс был, если оставался шанс вернуть руку, даже не отвлекаясь на её пришивание здесь, в ЦИЭМе переполненном существами, которых Клод никак не мог назвать зомби, он бы предпочёл всё же не быть инвалидом.

+3

11

Едкий комментарий о том, что руке, кроме пропускания её через мясорубку, вряд ли что-то сможет повредить сильнее франкенштейну удалось сдержать, хотя слова так и рвались с языка. Он принялся методично надламывать упаковки сухого льда, наполняя начинающими застывать прямо в руках пакетами короб холодильника. Глядя на его сноровистые и скупые движения можно было понять, что заниматься подобным ему не впервой, да и то как мужчина без тени брезгливости и особого пиетета переложил отрезанную конечность, присыпав её оставшимся льдом, наводили на те же мысли. К его счастью, Клод явно пребывал сейчас не в том состоянии, чтобы обращать внимание на подобные занятные детали.
Уже захлопывая крышку и защёлкивая её замки, Сфорца всё-таки не сдержался и громко фыркнул в ответ на бессвязное и крайне информативное бормотание своего создателя про «выход где-то здесь». Как ни крути, а трезво оценив обоих его спутников создавалось впечатление, что искать этот самый выход придётся именно ему. «И хорошо ещё если не придётся тащить на себе этих двоих», - мысли Вито приняли привычное направление, когда искусственное создание начало просчитывать самые неприятные варианты развития событий. Вспомнить виденные планы эвакуации с этажа, прикинуть суммарный вес обоих нелюдей и чёртова холодильники, вычесть вес холодильника и прикинуть скорость движения, вычесть вес д’Эстена… Перейти к самому неприятному раскладу адвокат не успел, предполагаемый отец Дэниела наконец подал голос. Хотя сказанное с пьяной бравадой и заставило язык франкенштейна чесаться от совершенно пахабного вопроса каким же концом вампир предлагает прилаживать себе многострадальную руку к месту для этого не приспособленному, но сам факт того, что американец даже в таком состоянии и ситуации способен мыслить рационально заставил Сфорца посмотреть на Клода по-новому – с редким для искусственного создания уважением – и последующие реплики только уверили адвоката, что сбрасывать того со счетов он поторопился.
- Я склонен присоединиться к мнению мистера д’Эстена, но решать, конечно, не мне, - сказанное было адресовано дампиру и подкреплялось цепким взглядом, но вряд ли полукровка заметил его, уж слишком нервничал от необходимости принимать решения.
– Я не специалист, но позвольте высказаться, - глаза франкенштейна встретились с глазами американца, такими же мутными, как и у его предполагаемого сына. – Учитывая время, которое рука после отделения пребывала вне холодильника, а также то, что снаружи нас наверняка всех в первую очередь поместят в карантин или начнут допрашивать, а скорей всего и то, и другое, пришить Вам её уже не удастся. С другой стороны, с Вашим положением, вряд ли это станет серьёзной проблемой – Вы наверняка получите лучшее медицинское обслуживание и доступ к последним достижениям протезирования. На Вашем месте я задался бы другими вопросами – а в состоянии ли мистер Гейт сейчас провести подобную операцию и найдётся ли место пригодное для неё? И самому мистеру Гейту я тоже посоветовал бы хорошо всё взвесить – малейшая ошибка может стоить не только руки.
Если Клод ещё не заметил состоянии дампира, то после подобного был просто обязан обратить на него внимание, да и сам Дэниел должен был немного поумерить свой пыл от интонаций и нажима адресованного ему предложения.

+2

12

Клод посмотрел на мужчину с долей удивления. Об его присутствии он не забывал, но особо реагировать на это присутствие до сих пор не приходилось. Мужчина по большей части молчал или что-то бурчал в сторону Гейта. Ни то, ни другое Клода не касалось.
«Да кто ты вообще такой?!» — мысленно буркнул вампир, но ничего подобного вслух озвучивать не стал. Желания сводить всё к бесполезным разговорам не было никакого желания, тем более что мужик говорил дельные, хотя и не очень приятные вещи. Протезирование, конечно, замечательно, но Клод считал себя для подобного слишком молодым. Впрочем, недостаточно молодым, чтобы из-за подобной щепетильности умирать.
— Это так? — спросил д’Эстен напрямую у Гейта. Правда, о чём именно он спросил, Клод уточнять не стал. Теперь, после слов Вито, он убедился, что не проецирует собственное состояние на мальчишку. Гейт реально болен и, судя по всему, болен сильно.
— Вероятная потеря руки меня не беспокоит, — почти не соврал Клод, — но и оставлять её здесь я не могу. Это самоубийство. Руку надо или полностью уничтожить так, чтобы не оставалось ни крови, ни пепла, ни костей, или брать с собой.
Разумная практичность — способность вовремя отбросить что-то только кажущееся жизненно-необходимым ради чего-то по-настоящему важного, — была ему прекрасно знакома. И всё же кое-что в расчёты друга Гейта («Как же его там звали? Вино? Вито?») не входило. Мёртвую руку нельзя пришить, но, оставив её здесь, Клод подвергал себя не меньшей опасности, чем оставаясь здесь вместе с ней. Возможно, даже большей, при надежде на появление «спасателей». Окажись эта рука у Джонсонов или любого другого вампирского рода, у которого есть какие-то дела к д’Эстенам, и на Клода в любой момент смогут воздействовать напрямую через этот кусок его тела! Чёрт возьми, да его так убить могут!
— Причём, нам придется обойтись без карантина, — сморщился д’Эстен, глядя на Гейта. — Подозреваю, что Дэнни подобное обследование не пройдёт. Верно?

+2

13

- До шести часов… за минусом того времени, что мы искали тебя – около пяти, - с видимым облегчением отчитался Гейт, почувствовав, что Клод перехватывает инициативу.

«Решать конечно не мне?!.» - Гейт с удивлением посмотрел на Сфорцу. Сказанное искусственным человеком слишком сильно расходилось с обычной манерой поведения Вито, а простодушный дампир всегда верил тому, что говорят люди и нелюди. Еще полукровка знал, что им нужно спешить, но прервать диалог не мог: не хватало решимости и смелости. Гейт насупился, виновато опуская взгляд и прихватывая изнутри щеку зубами. Да, конечно, как обычно он слишком о многом не подумал, прежде, чем пытаться командовать, и поэтому стоило уступить право голоса его отцу и его созданию. Если бы не… Гейт задохнулся воздухом, теряя дар речи, и не сразу нашелся что сказать, переводя возмущенный взгляд с Клода на Разиэля.
- Конечно я в состоянии! Нет, это не так! – выкрикнул Дэниел, обращаясь больше к д’Эстену. – У меня просто… про… простуда. Я простыл. Или грипп. Какого черта?! Я в состоянии провести даже восьмичасовую операцию, если никто не будет толкать меня под руку!
Чувствовавший себя разбитым и вялым до этого, Гейт, забывшись, наступал на адвоката.
- И ты, - ткнул пальцем в грудь Сфорцы Дэниел, - Об этом позаботишься! Чтобы ни один чертов зомби не помешал мне!
Румянец на щеках полукровки горел яркими красными пятнами.
- Нам не придется оставлять здесь руку, - процедил сквозь стиснутые зубы Гейт, ощущая, как снова наваливается апатия и усталость. Его мысли уже занимал «карантин» - Дэниел помолчал, косо поглядывая на свое создание. Фактически, Сфорца совсем недавно вышел из вынужденной изоляции лабораторий ЦИЭМа, и вряд ли горел желанием проходить какое-либо обследование. Но даже это было вторичным. Гейт помнил лучше, чем собственное имя, свою клятву.
- Верно, - согласился Гейт и неопределенно кивнул на Сфорцу, а потом отрицательно помотал головой, от расстройства приваливаясь бедром к столу и забывая, что им надо куда-то там идти. – Ему нельзя. Совсем. Па… Клод, если он попадет в карантин… Нельзя…
И уточнил через паузу:
- А мне почему нельзя?..
Голос Вероники, зашуршавший откуда-то снаружи, заставил дампира вспомнить, что было бы неплохо выдвигаться.
- Время… нам пора. Вито, помоги от… отцу.
Взяв холодильник, Дэниел направился к выходу, прислушиваясь к словам ИИ. Вероника читала «Десять негритят», и к тому времени, как полукровка выглянул в коридор, она прикончила восьмого.

Отредактировано Дэниел Гейт (24.12.2014 05:53:15)

+2

14

Рассудительность, продемонстрированная американцем, определённо обнадёживала, хотя и вселяла сильные сомнения, что вампир приходился Дэниелу хоть сколько-нибудь близким родственником, но это сейчас было последней из всех возможных забот Сфорца. Все тонкие субстанции и прочие мистические составляющие были франкенштейну чужды и в большинстве своём малопонятны, но, если д’Эстен, верно расставив приоритеты и не настаивая на немедленном воссоединении своего организма с рукой, утверждал, что оставлять её в ЦИЭМ нельзя – тому должны были быть веские причины, сомневаться в которых адвокат повода не видел. Впрочем, начавшую оформляться в голове мысль начисто вспугнула крайне эмоциональная и весьма несвоевременная вспышка Гейта.
- Само собой, - голос искусственного создания, привычно пропустившего мимо ушей все заверения дампира в собственном прекрасном самочувствии, откровенно сочился сарказмом, - Чем ещё заниматься адвокату, как не отгонять мёртвых каннибалов от своего подопечного?
Но требование создателя обеспечить спокойную и безопасную обстановку сослужило и хорошую службу, напомнив о весьма безопасной и полностью оборудованной лаборатории за пределами вотчины Джонсонов, но сообщить о наверняка устроившей бы всех альтернативе Вито вновь не успел. И опять по вине полукровки. Наивность и поистине детская непосредственность Гейта могли быть на первый взгляд очаровательны, но для знавшего его как никто другой франкенштейна они практически всегда балансировали где-то на грани фола, порой и вовсе уходя далеко за эту грань. Вот как сейчас, при сбивчивом объяснении, что Сфорца крайне нежелательно попадать в карантин. «Ты б ещё на меня табличку повесил – Очень Интересный Объект Исследований! Вдруг кто не в курсе?!» - в раздражении закатив глаза, Вито с настойчивостью, не терпящей возражений, забрал у проходящего мимо дампира холодильник и жестом, не демонстрирующим не малейшего усилия, закинул его ремень на плечо.
- Вы можете идти сами, мистер д’Эстен? – удостоверившись, что вампир в состоянии передвигаться без посторонней помощи, франкенштейн всё же пропустил его немного вперёд, чтобы иметь возможность прийти на помощь, если таковая потребуется.
- Да, и мне и мистеру Гейту было бы крайне желательно избежать контактов с кем-либо на выходе. Видите ли, я здесь не вполне официально, а это, сами понимаете, в сложившейся ситуации приведёт к огромному количеству ненужных и весьма обременительных вопросов. С другой стороны, если Вы сумеете нам помочь, то и у меня есть вполне разумная альтернатива для решения Вашей проблемы с рукой, не требующая операции в сомнительной обстановке. Мистер Гейт, в свойственной всем одарённым личностям рассеянности, совсем забыл, что у него имеется доступ к вполне пригодной для подобных манипуляций операционной и всего в сорока минутах езды от ЦИЭМ.

+2

15

Клод кивнул. Времени, если верить Гейту, у них было предостаточно, а так как никто не собирался тут же заниматься уничтожением его несчастной конечности, выходило, что шанс вернуть её на место всё же был. Это обнадёживало. Жизненных сил прожить миллениум с протезом Клоду хватало, но всё же своя рука была роднее и ближе к телу. С ней, опять же, и чувствительность выше. Впрочем, кто знает эти современные протезы?
— Хорошо-хорошо, — Клод поднял здоровую руку в обеззоруживающем жесте. Даже без телепатии и обычной восприимчивости («Ебал я в рот такую предусмотрительность».) Клод чувствовал, что мальчишка лукавит, но делает это так искренне, что ему почти хочется верить. — Ты мужик, ты всё можешь, я тебе верю. Покричи ещё громче, чтобы большая толпа зомби могла подтвердить мои слова на поминках, — чёрт побери, но Клод улыбался говоря это! Безрукий инвалид в безвыходной ситуации, а улыбался честно, искренне, обычно.
«Надо что ли усыновить его, если вдруг окажется, что парнишка где-то с дури лажанул», — подумал Клод с умилением глядя на то, как яростно отстаивает Денни перед Вито руку «папы». —«А то как-то нехорошо вышло».
Ещё с мгновением молча понаблюдав за этой картиной, д'Эстен всё же прихватил своего сынишку за воротник и потащил за собой.
— Ну, хватит, тише, — уговаривал его Клод, не вдаваясь в подробности, почему именно Денни нельзя под карантин. — «Да потому что, даже если это просто грипп, тебя там задержат надолго и вряд ли когда-либо выпустят вообще. Угроза заражения слишком велика, чтобы рисковать из-за одного безродного дампира», — циничная мысль осталась при д'Эстене, а сам он посмотрел на Вито. Мужик, как мужик, чего ему бояться карантина? Тоже покусанный или?..
— Да держите вы свои секреты при себе, ё-моё, — буркнул Клод. В обычной ситуации ему могло стать интересно, но в обычной ситуации он бы просто узнал, в чём дело. На крайний случай, для этой цели ему могло потребоваться недолго подержать сынишку за руку, но тот, казалось, был бы только рад.
— Идти я могу, — хмуро заверил д'Эстен, не твёрдой походкой выходя в коридор. — У меня руки нет, а ноги у меня пока на месте. И я тебя очень прошу, давай обойдёмся без этих «сударь вы не соблаговолили бы пройти вперёд». У меня башка не варит разбираться в перипетиях приличной речи. Да и приличных слов в лексиконе почти не осталось, — начав говорить, он, казалось бы, никак не мог остановиться, но ума говорить ровным и не громким тоном ему хватало.
— Альтернатива меня вполне устраивает и я в любом случае собирался провести вас так. — «Как ни крути, а вы мои спасители», — мысленно добавил он и потрепал Гейта по голове, чтобы не грустил, — «и родня». — Вряд ли ЦИЭМ смог удержать информацию о том, что здесь переходит. Моя личная служба охраны должна уже поджидать на поверхности. Но если даже её там ещё нет, — «а это означает, что они, как минимум, уволены», — как только мы выберемся из зоны блокирующей все внешние сигналы, я её вызову и обеспечу нам коридор.

Отредактировано Клод д'Эстен (24.12.2014 14:51:56)

+2

16

Итак, Гейт шел впереди, пытаясь угадать, какой путь будет самым безопасным и коротким, следом за ним шел Клод, а замыкал их маленькое шествие Сфорца. Несмотря на все ляпы Дэниэла, на него, кажется, никто не сердился. Это успокаивало полукровку, который был слишком зависим от чужого мнения… Коридоры казались одинаковыми, а количество зомби на квадратный метр заметно уменьшилось. Это давало шансы на выживание: в противном случае, погруженный в свои размышления Дэниел, перед глазами которого временами натурально темнело, из-за чего приходилось судорожно хвататься за Клода, наверняка привел бы их к скоплению монстров.
А размышлял Гейт об отдаленных во времени вещах, которые и вовсе могли никогда не случиться: семейных праздниках, рождестве, разговорах с отцом, обо всем, почему-то непременно рядом с камином, с бокалом дорогого бренди в руке. Дэниел покосился на идущего рядом, из-за того, что сам полукровка  замедлил шаг, отца.
Он ведь совсем не знал его, этого вампира, стоящего у верхушки известного рода. Вдруг после ЦИЭМа он и вовсе не захочет знаться с внезапно обнаруженным родственником? Или не любит семейные праздники? Или, как гласят некоторые слухи, отрубает голову и сжигает заживо всех полукровок, которых успел нагулять в прошлом, как и любой вампир, обалдающий властью в роду? Или они со Сфорцей не понравятся друг другу? Или Клод не захочет проблем с союзными Джонсонами и отдаст их обоих на допросы и опыты?.. То, что будет и то, и другое, мнительный дампир не сомневался, из-за чего окончательно разволновался, убирая прилипшие пряди волос ко лбу, и тяжело засопел, уставившись в коридор прямо перед собой.
Говорить о том, что они свернули куда-то не туда, Гейт не стал. Поджал губы, раздумывая.
- Вот что, - негромко обратился он к своим спутникам. – Отсюда можно пройти к лифтам. Но у меня в лаборатории нет всех необходимых…
«Материалов? Реактивов? Инструментов?..» - дампир замялся, запоздало прикидывая, что именно ему может понадобиться для операции и что есть дома в наличии. «Господи… он же поедет ко мне домой…» - стало стыдно за бардак, который обнаружит Клод в лаборатории у сына.
- Сюда! – уверенно сказал Гейт и повел обоих в ответвление слева, притормозил, равняясь со Сфорцей, уцепил адвоката за локоть и тихо, но яростно зашептал. – У нас же бардак жуткий! Ты серьезно по поводу того, чтобы отвести его к нам?!
Почему-то это казалось важным. Нужная дверь находилась недалеко. Карточка снова отказалась работать – замок невозмутимо моргал красной лампочкой, отказываясь реагировать.
- Нам нужно туда. Сфорца, можешь сломать?.. – застенчиво попросил Гейт. По коридору прокатилось гулкое рычащее эхо.

+2

17

Естественно д’Эстен его пространным объяснениям не поверил, странно было бы ожидать другого от вампира, разменявшего несколько веков и занимавшего его положение. К счастью от дальнейших вопросов новоявленный родитель Гейта решил пока воздержаться, хотя наверняка в будущем, когда обстановка будет поспокойнее, он к этой теме вернётся, но к тому времени франкенштейн уже будет готов выдать продуманную и обстоятельную версию произошедшего. Сейчас же, замыкая их маленькое шествие по подозрительно пустым коридорам под нагнетающий обстановку обратный отсчёт негритят из динамиков, искусственный человек только хмыкнул в спину идущего чуть впереди мужчины:
- Прошу прощенья, считайте это профессиональной деформацией, но Вы можете изъясняться как сочтёте нужным – к непечатной лексике я более чем привычен.
Такой ответ на просьбу, хотя и озвученный без каких-либо лишних эмоций, конечно, был больше издевательством, но Сфорца прекрасно понимал, что вампир в данный момент не в том положении чтобы остро реагировать на сарказм и позволил себе эту небольшую вольность.
Гейт же в это время, не в пример своему новоприобретённому родителю, был подозрительно молчалив, так что даже никак не отреагировал на слишком фамильярный по мнению франкенштейна жест д’Эстена, которым тот растрепал и без того всклокоченные волосы полукровки. Подобная молчаливость и в более спокойной ситуации заставила бы адвоката насторожиться, сейчас она и вовсе натолкнула на не самые приятные мысли, проявившиеся на лице искусственного человека нахмуренными бровями, складку между которыми не смогло разгладить даже весьма обнадёживающее заверение вампира о гарантированном обходе карантина.
О чём мог в этот момент думать его непутёвый создатель предугадать было сложно, даже Вито, знавшему дампира как облупленного. Быть может он сейчас мысленно пришивал Клоду руку, или погрузился в розовые мечты о счастливой жизни с новоприобретённой семьёй, или вспомнил о своей заначке в лаборатории особняка, ещё не зная, что Сфорца давно спустил наркотики в унитаз.
«Или он заблудился. Опять», - франкенштейн тяжело вздохнул, глядя как Дэниел рассеянно крутит головой на очередном перекрёстке. На своё счастье создатель нашёлся довольно быстро, споро свернув в один из коридоров и адвокат с видимым облегчением двинулся следом, с некоторым удивлением отмечая, что Гейт зачем-то пропустил вампира вперёд.
«Бардак? И это всё что его сейчас волнует?!» - театральный шёпот судорожно вцепившегося ему в рукав полукровки, наверное, был слышен и на другом конце коридора, не то что идущему всего в паре метров от них д’Эстену. Искусственный человек на мгновение картинно и привычно закатил глаза.
- Дэниел, - благодаря недавней словоохотливости Гейта, вампир уже наверняка сделал соответствующие выводы и смысла придерживаться напускного официоза в разговоре с создателем Сфорца не видел, - ты кого-то расчленил и не сказал мне? Я же просил держать меня в курсе подобного, - в голосе адвоката слышалось тщательно выверенные осуждение и толика обиды. Казалось бы, этого должно было хватить, чтобы дампир начал задумываться над тем, что говорит в присутствии д’Эстена, но толи радость от воссоединения с предполагаемым отцом выбила из его головы остатки разума, толи об этом позаботился жар, уже изукрасивший обычно бледные щёки алыми пятнами.
«Сломать? Голыми руками? А Джонсонам мне добровольно не сдаться?» - франкенштейн смерил своего создателя крайне злым взглядом. Запретить Гейту разглашать собственные секреты он конечно не мог, но этот был единственным, касающимся не только полукровки, но и его творения, и тем самым, который Дэниел клялся не раскрывать никому. Сфорца уже собирался сбросить с плеча ремень переносного холодильника и хорошенько встряхнуть своего создателя, в надежде поставить явно поехавшие мозги ему на место, но прокатившийся по коридорам, не сулящий ничего хорошего, рёв заставил его поменять планы. Что бы не издавало подобные звуки, встречаться с этим у адвоката желания не было никакого.
Отчётливо скрипнув зубами, так что заплясали желваки, франкенштейн вручил холодильник Дэниелу, возможно слишком резко, впечатав пластиковый короб тому в грудь, но сейчас было не до подобных мелочей.
Обычная для лабораторий ЦИЭМ дверь, на магнитном замке. Взломать, такую без соответствующих знаний электроники, обычному человеку абсолютно нереально. Ключевое: обычному человеку. Сфорца вспомнил расположение магнитных пластин на косяке и поддёрнул рукав несоразмерно тесного для него лабораторного халата. Если ему повезёт, то электро-магнитный генератор окажется напротив пластины замка. Если повезёт. В противном случае, быть может удастся хотя бы добраться до ведущих к ним проводам.
Крепче сжав зубы, искусственный человек резко, без замаха, ударил кулаком по панели замка. Пластик поддался, лопаясь и вгрызаясь кривыми иззубренными обломками в обнажённую кожу. Зажмурившись до белых пятен под веками франкенштейн вдавливает руку глубже в стену, глуша в горле вой боли и не обращая внимания на хлынувшую из распоротой конечности кровь – если повезёт, нечеловеческая регенерация решит все проблемы. «Если повезёт», - мысль теряется за вспышками боли, скользкие от крови пальцы слепо шарят в поисках чего-то в недрах стены, пока наконец не смыкаются на жгуте проводов. Искать куда он ведут нет времени – ещё один, куда более близкий к ним, рык прокатывается по коридорам – и Сфорца просто со всей силы дёргает провода на себя, рассыпая в воздухе веер брызг крови, искр и поблёскивая оголённым металлическим скелетом. Дверь скрипит, дёргается судорожно словно издыхающий зверь и замирает, издевательски демонстрируя стоящим перед ней тонкий зазор у самого косяка.
Быстрый взгляд на спутников, потом в другой конец коридора, откуда прокатывается очередной рык и уже маячит не предвещающая ничего хорошего тень, и франкенштейн, вогнав пальцы между дверью и косяком, оставляя остатки кожи и мышц на гладком пластике, рывком отодвигает злосчастную створку. «Только бы тут был второй выход», - в голове бьётся единственная мысль пока он хрипит спутникам «внутрь!», придерживая изувеченную руку.

Отредактировано Вито Сфорца (25.01.2015 13:31:15)

+2

18

— Тогда заебись, — кивнул вампир. Сфорца зря напрягался со своим сарказмом. Клоду и в нормальном состоянии подобные монологи не казались оскорбительными до тех пор, пока его не заставляли говорить также, а сейчас, когда больше часть физических и духовных сил уходило только на то, чтобы просто стоять прямо, ему тем более не было дело до чужих пристрастий. Пусть хоть сонетами говорит, лишь бы по делу!
К сожалению, сам Клод быстро растерял общительность. Он топал по коридорам, почти не замечая дороги, но крепко держась за голоса своих спутников. Признаваться в этом, определённо, не стоило, но, несмотря на бравое заявление, что ноги у него абсолютно в порядке, идти было нелегко. Каждый шаг отдавался тупой болью в отрубленной конечности и разливался по телу слабостью, мешающей думать, замечать, анализировать. Стоять на ногах прямо, ровно топать и придерживать периодически цепляющегося за него мальчишку, помогало только упрямство.
В какой-то момент Клод даже хотел сказать Гейту, что, если ему так нужна его рука, пусть несёт холодильник, но чудесная, позабавившая вампира мысль в слова не реализовалась. Клод лишь тихо усмехнулся ей, прислушиваясь, как позади него перешёптывается парочка.
«Как маленькие, ей-Богу», — сморщился д’Эстен, обнаружив тупик и облокотившись на стенку, ближайшую к следующей двери. Куда топать дальше он банально не знал. — «Как будто мне есть дело до трупов, если они не пытаются съесть меня».
О своём положении дел — о тошноте, боли и подступающей со всех сторон темноте — Клод молчал. Шансы уцелеть в запертой комнате при адекватной спасательной операции у него были. В конце концов, должна же дирекция ЦИЭМа проверить, есть же выжившие! К тому же Калиса, наверняка бы, попыталась ему помочь, как только выбралась на поверхность.
«Только выбралась ли она?» — Клод вздохнул и заставил себя разлепить глаза, смотреть, слушать.
Шансов выжить, если сладкая парочка оставит его здесь, у вампира не было, поэтому не стоило давать им понять о своей слабости. Мальчишка, конечно, восторженный идиот, он вернулся за ним тогда, когда следовало уйти, но Сфорца казался Клоду очень разумным человеком. Такой умирать из-за гипотетического отца своего друга не будет, а вампир при своём не высоком росте, имел достаточно коренастое телосложение. Тащить его, конечно, можно, но не в месте перенаселённом живыми мертвецами, готовыми убить любого встречного.
— Проблемы? — коротко спросил д’Эстен переводя затуманенный взгляд с Гейта на Сфорцу. Сломать дверь?! Нет, мужик был определённо сильным, но всему есть предел. Даже Клод не взялся бы ломать эту дверь, не имея из подручного материала хотя бы лома, а тут...
Из коридора раздалось какое-то рычание, разорвавшее тишину, состоящую, в основном, из сопения Дэнни и его, Клода, тяжелого дыхания. Вампир подобрался. Точнее, попытался подобраться. Как же ему осточертела уже эта слабость и беспомощность! Больше он, пожалуй, терять конечности не будет. Впрочем, оставался шанс, что больше ему ничего терять не придется.
Клод смотрел в тот конец коридора, из которого они только пришли, и ждал, когда его внимание привёл звук удара и скрежет.
— Твою же мать, — беззвучно выдохнул вампир, заворожёно глядя на Сфорцу, успешно корежащего дверь голыми руками. В нос ударил металлический запах крови, от которого по телу прошлась горячая волна дурноты, затопляющей сознание. В теории, кровопотеря была не настолько сильной, чтобы запускать защитные механизмы, но организм, видимо, имел другое мнение.
— Пойдём, — преодолевая подступающий голод, Клод толкнул Гейта в открывшийся проём и шагнул следом, по ходу неудачно приложившись культёй. Боли, как таковой, даже не было, только острый, жгучий взрыв и вмиг сузившееся до небольшого круга зрение. Клода скрутило, будто бы в рвотном позыве, и на какой-то момент его накрыла глухая тьма.
Вампир смутно понимал, что они куда-то идут, что-то делают. На грани его восприятия постоянно кто-то тяжело дыхал, рычал, шаркал ногами и издавал хлюпающие звуки, но Клод не был уверен, слышит ли он всё это на самом деле, или это игра его сознания. В конце концов, укачивающая гонка прекратилась. Вампир почувствовал твёрдую землю под ногами, она вздрогнула, и тут же его затопило резко расширившимся восприятием — голоса и эмоции звенели отовсюду, окончательно оглушая.
Правый карман вампира неприятно завибрировал. Клоду понадобилась пара мгновений, чтобы понять, что это телефон, и ещё больше, чтобы достать его из кармана. К моменту, когда он нажимал на вызов плохо слушающимися его пальцами, его сознание прояснилось, зрению приобрело четкость, а боль, которую вампир всё это время не чувствовал, вернулась, но сейчас д’Эстен был ей почти рад.
— Всё в порядке, — сообщил он, перекрывая крики, раздающиеся из динамика. — Я возвращаюсь. Готовьте машину и возможность выйти. Мне похрен каким образом, хоть танк подкатывайте, но я и два моих друга должны беспрепятственно покинуть ЦИЭМ.

+2


Вы здесь » КГБ [18+] » Лето 2066 года » [21.08.2066] Полевая хирургия