КГБ [18+]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » КГБ [18+] » Лето 2066 года » [20.08.2066] Мне вчера подарили кошку


[20.08.2066] Мне вчера подарили кошку

Сообщений 1 страница 23 из 23

1

Время:

20 августа 2066 года

Место:

Задний двор КГБ.

картинка

http://s00.yaplakal.com/pics/pics_original/0/7/0/4001070.jpg

Обстоятельства.

Перекупщик из латинской Америки, наконец, привозит “спецзаказ” который тут ожидают уже довольно долгое время. Молодую эльфу, которая должна стать подарком для матриарха клана Окумура, госпожи Акиры Окумура.

Действующие лица:

Акира Окумура, Ана Пилар эпизодические персонажи.

+10 ZEUR начислено всем участникам эпизода.

Отредактировано Ана-Морико Пилар (24.12.2014 05:02:56)

0

2

“Солнце поднялось  в зенит и тень, от раскидистых ветвей дерева, окончательно ушла в сторону.
Ана недовольно поморщилась, ощущая, что начинает медленно вариться внутри лохматого маскхалата. Хотелось отползти назад в спасительную тень, но оттуда она не смогла бы держать под прицелом всю дорогу. К тому же это нарушило  бы  тщательно создаваемое укрытие из веточек, травинок и мелкого мусора. А это было еще хуже. Вокруг практически ровная пустыня и спрятаться здесь сложно и требует времени, а  цель уже опаздывала на восемь минут.
От пыли страшно чесалась шея и начинала ныть затекшая в неудобной позе нога. Ана подняла на лоб черные очки и приникла глазом к окуляру оптического прицела. Настоящий, военный образец, а не обрезанный и предельно упрощенный общедоступный, гражданский вариант. Двадцатикратное увеличение, встроенный интерфейс, электроника. Сколько такой может стоить, она предпочитала не думать, как и о том, где Хорхе смог такой достать.
Умная начинка прицела услужливо показала на сетке маркерами движущиеся по дороге автомобили, скорость и направление ветра, красной полоской протянулась линия прицеливания, зеленым пунктиром расчетный полет пули, с учетом ветра, особенности патрона и еще каких-то факторов, в которых Ана Пилар в условиях нехватки времени решила не разбираться. Тем более, что дистанция в двести метров была более чем смешной. С такой дистанции она попадала в пятицентовую монету и с более примитивным прицелом. Жаль нельзя было стрелять с большей дистанции, это было бы безопаснее, но, пробить с гарантией лобовое стекло инкассаторского броневика можно было не более чем с двухста.
Черт как же затекла нога, уже начинает неметь. А все от проклятого камня который давил в бедро. Ана осторожно поворочилась немного меняя положения тела и…”

Провалилась в темноту. Первые секунды не могла понять, что произошло, лишь трясла головой, растерянно моргая. Нога и в самом деле затекла и она ее почти не чувствовала, но виной тому был не камень. Ана поняла, что опять провалилась. Или в сон или в забытье. Сколько дней она уже находится взаперти, в полной темноте она не знала и сбилась со счета. Мозг, штука сложная. Он не может не мыслить. Если вы лишите его входящей информации, поместите в полную темноту и тишину, через несколько дней с сознанием начнут происходить странные вещи. Разум погрузится в полуявь, полусон.
Теперь  она часто слышала звуки, голоса, видела образы уже с трудом понимая когда спит, а когда грезит. Иногда сны были настолько реальны, как этот, что Ана путала их с реальностью. Впрочем, сейчас ее сознание было предельно ясным, но вот стоило ли этому радоваться?
Поднявшись насколько, насколько позволяла короткая, не больше полуметра цепь,  стала массировать затекшую ногу. Еще совсем недавно в бешенстве она бросалась на прутья клетки, разбила себе лицо в кровь, после этого ее заковали. Ее даже почти не били. Что было вполне естественно. Потеряет рабыня товарный вид, дадут за нее меньше денег. Если вообще купят.
Задние двери микроавтобуса, по оборудованию напоминающего автозак,  открылась внезапно, плавно и практически бесшумно. Яркий свет резанул по глазам, ослепил, не позволяя рассмотреть фигуры стоящих перед дверью. На фоне дверного проема они казались просто темными контурами в ярких лучах. Ана прикрыла ладонью глаза, силясь через пальцы рассмотреть их лица.
- Как спалось? Надеюсь, удалось отдохнуть? – Голос первого был низок и хрипл, как у человека, который слишком много курит. Сам он был среднего роста и невероятно широк в плечах. Второй напротив был худощав и высок.
- Принимай товар. – Длинный усмехнулся, быстро делая отметки в бумагах, которые он держал в руках. – Как заказывали, доставили вам одну дикарку. Правда, - он снова криво усмехнулся – и в самом деле дикая. Грубит, кусается.
- Мы, таких как она, обламываем быстро. – Ответил его низкорослый собеседник.
Быстро отперев замок на цепи, он рывком вытащил Ану из клетки автомобиля в проем каридора, а его напарник, уличив момент, когда эльфа открыла рот собираясь закричать, одним ловким движением заткнул его кляпом, затянув на шее ремень.
- Кусается. И сквернословит так, что портовые грузчики краснеют. – Объяснил она на немой вопрос. – Ну не зря их дикими зовут все же.
- Ну что это за глупости. – Хриплоголосый протянул недовольно, с нарочитой небрежностью заламывая пленнице руки за спину, после того как Ана попыталась ударить того по лицу и вырваться. Следом он стянул рямнем запястья и плечи, жестко фиксируя их  за спиною.
- Сама пойдешь? – Он снова насмешливо оглядел эльфу, взгляд которой, казалось, был способен прожигать бумагу, от переполняющей его злости. – Ну как знаешь, мне не тяжело. – Он спокойно взвалил Ану на плечо и понес.
С таким же безразличием, обращаясь как с куклой, ее вымыли, вытерли. Две молчаливые девушки в кожаных ошейниках расчесали ее волосы. Под конец ее отвели в маленькую комнату, пол которой был устлан толстым ковром яркой расцветке, в беспорядке валялись подушки разных размеров, стены были задрапированы тканью.
- Советую немного отдохнуть . Скоро за тобою придут. – Сопровождающий освободил ее от кляпа, развязал руки и втолкнул ее внутрь, быстро притворив за нею дверь, прежде чем Ана успела бросить на нее всем телом. Дверь не подалась.
Наконец и физические и психические силы оставили молодую эльфу. Ана сползла по стене и заплакала, закрыв ладонями лицо. Никогда прежде она не чувствовала себя настолько беспомощной.

Отредактировано Ана-Морико Пилар (18.12.2014 16:15:26)

0

3

Августовский полдень был умеренно жарким, и сулил немало приятных моментов Советнику… во всяком случае, ему, несомненно, нравилось завершать день удачным завершением того или иного плана, даже если это, в сущности, было приобретение новой живой вещи. Ему хотелось чем-то порадовать Матриарха, и мысль о свежей игрушке показалась Бастиа довольно сносной.
К назначенному времени, услужливый и подобострастный подхалим из местного персонала сопроводил Советника к небольшое, крайне уютное помещение, где среди подушек и ковров находилась та, ради которой, собственно, дампир и проделал весьма немалый путь.
Девчонка была в не лучшем состоянии, зарёванная и испуганная, хотя, очевидно, до того были приложены некоторые усилия, чтобы привести её в товарный вид. Шелковистые длинные волосы, несмотря на некоторую живописную лохматость, окутывали хрупкое, но поджарое тело эльфийки, смугловатая кожа довольно выигрышно смотрелась на тёмно-алом фоне. Полукровка отметил про себя этот факт, решив, что подарок следует облачить в соответствующие цвета, поскольку знал явную тягу Матриарха к соблюдению эстетики.
- Как досадно… - прицокнул языком, говоря на английском с лёгким французским акцентом, от которого он не желал избавляться ни при каких обстоятельствах. – Такая милая мордашка… и в таком состоянии.
Вложив руки в карманы, мужчина направился к рабыне, невозмутимо переступая через подушки, или отшвыривая те с пути небрежным движением остроносых туфель. Холодные серые глаза пристально следили за движениями эльфийки, контролируя каждый истеричный жест, и, хоть дампир и был уверен в своих силах, также он был предупреждён, что товар – дикий и крайне необузданный. Лгать ему, расписывая, что девочка послушна как кошечка и умела как одалиска, никто не стал – не рискнули, и по совести сказали, что приобретает он дикарку. Что ж, пусть так. И не таких обуздывали.
Остановившись перед девушкой, дампир какое-то время покачивался с носки на пятку, впитывая её страх, вкушая аромат нежной кожи с тёплым привкусом леса. Разглядывал пытливо лицо, утончённые, характерные для эльфов черты. Размышлял.
- Пойдёшь сама, или предпочтёшь сыграть свою роль до конца? – поинтересовался с какой-то лёгкой скукой, изучающе заглядывая в тёмные глаза пленницы. – Разница особо не велика – для меня, а вот тебе она может показаться существенной.
В интонациях не было и тени угрозы, лишь будничная констатация факта. Взгляд Советника, меж тем, скользнул вниз, ощупывая нагую фигурку, оценивая все доступные взору округлости, рельеф мышц, очертания тела. Да. Хороша. Матриарху должна понравится такая приятная глазу особа.

0

4

Прошло около десяти, может двенадцати часов с того момента, когда Ану оставили одну в запертой комнате. Час или около того она честным образом отревела, пока наконец не кончились слезы, а разум не впал в состоянии отрешения. Еще несколько часов она сидела словно в оцепенении, обхватив колени руками, смотрела в одну точку прямо перед собою.
Лишь однажды ее потревожили. Зашел тот самый коренастый, с хриплым голосом. Вошел, по хозяйски окинул комнату взглядом. Поставил рядом с эльфой металлическую тарелку с чем-то, что по виду напоминало разваренные зерна.
- Поешь. Силы тебе пригодятся.
Ана Пилар, вздрогнув, словно выходя из транса поглядела сперва не предлагаемую пищу, потом подняв на своего толи конвоира, толи похитителя взгляд, впервые заговорила с ним. Голос ее был хриплым от недавних рыданий, а ее английский хоть и был вполне сносным, но с очень сильным мексиканским акцентом.
- Как мне это есть? Ложки ведь нет. – Она снова растерянно поглядела на миску.
- Ну, у тебя же еще целы все пальцы. – Хриплый безразлично пожал плечами и, направившись к выходу, так же безразлично добавил:
- Я знаю примерно около четырех сотен способов как тебя убить, однако, поверь, смерть от голода, далеко не самый приятный из них.  – Он вышел, притворив за собою дверь. На этот раз Ана успела услышать, как негромко лязгнул запор. Комната погрузилась в тишину.
Эльфа брезгливо понюхала варево. Запаха оно не имело. Пробовать на вкус это не решилась, хотя желудок и начинало сводить от голода. Отодвинула миску в угол. Вытянулась на ковре, уткнув лицо в одну из подушек. Снова накатило чувство жалости к себе. Снова она была предоставлена себе и своим мыслям.
Очередной раз ее потревожили спустя, наверное, часов шесть.  Ее толи тюремщик, толи похититель Хриплый, открыл дверь и просунув голову довольно усмехнувшись выдал:
- Выспалась? За тобой пришли. Радуйся, отправляешься в новую жизнь.
Его взлохмаченная голова исчезла в дверном проеме, дверь распахнулась полностью, на пороге возник новый, незнакомый мужчина. Наверное, в других обстоятельствах Ана могла бы отметить его правильные, отчасти аристократические черты лица, ухоженные руки, щегольскую бородку клинышком.
Но сейчас Ана буквально кожей ощутила исходящую от него угрозу. Словно сотни ледяных иголочек впились в виски, от туда распространились по позвоночнику, по всему телу. Ей показалось, что воздух вокруг нее начал сгущаться. Эльфа не давая себе отчета, непроизвольно поползла от него спиною вперед, пока не уперлась ею в противоположною стену. 
Он что-то говорил, кажется что-то спрашивал с интересом рассматривая ее и кажется чего-то ожидая от Аны. Ответа? Какого-то действия? Мир сжался до размеров комнаты и стоящего напротив незнакомца, от которого почти осязаемо, исходил ужас. Страх, что накатывал волнами, подавляя волю.
В последний момент она бросила взгляд на открытую наполовину дверь. Рефлексы сработали быстрее разума. Эльфа сорвалась с места, бросившись к спасительному проему. Она словно кошка, одним прыжком преодолела порог и ничего не успев понять, скрючившись повалилась на пол, тщетно хватая ртом воздух.
Удар Хриплого пришелся ровно в солнечное сплетение, мгновенно выбив из эльфы дух.
- Да, похоже с ней и в самом будут, определенные сложности. – Незнакомец вышел в коридор и без злобы, скорее так, для порядка, несильно пнул Ану в бедро ногою в остроносом ботинке, переворачивая ее на спину. – Упакуйте ее плотнее, так что бы дикарка сдуру сама себя не поранила. Я заберу ее. Деньги вам уже перевели.
- Как прикажите. – Хриплый кивнул, склоняясь над Аной.  Желаете поставить на нее клеймо здесь? У нас хорошие специалисты, или сделаете это дома, лично?

0

5

Девчонка, судя по всему, слабо соображала от страха. Что ж, возможно, это и к лучшему. Хотя, по совести, Советник предпочитал тех, кто не теряет головы, оказавшись в трудных условиях, и потому с презрительной усмешкой отметил безнадёжный порыв эльфийки, рванувшейся напрямик к приоткрытой двери.
- Дикая… и безмозглая, - констатировал с некоторым недовольством, а, в ответ на предложение заклеймить рабыню, отрицательно  покачал головой. – Не стоит. Наши умельцы с этим справятся не хуже.
Ни к чему лишний раз афишировать присутствие здесь кого-то из клана Окумур. Да и Матриарх не слишком жаловала классические метки, предпочитая ставить их на Души собственных вещей.
Бастиа криво усмехнулся, привычным движением скользнув пальцами по бородке, приглаживая ту, и проследил за тем, как девчонку пеленали, надёжно и явно привычно, скручивая руки, ноги, затягивая ошейник на тонкой и высокой шейке. Вот только, видя её порывы, никто не стал скреплять его с руками, опасаясь, очевидно, что, обезумев, пленница придушит сама себя. Ни к чему такие риски.
- Загружайте, - оценив на глаз путы, дампир одобрительно кивнул, и весьма сноровисто эльфийку поместили в чуть более комфортабельный, но тоже – вполне однозначный по назначению фургон, где прикрепили её к мягкому сидению. Ручные и ножные браслеты пристегнули к предназначенным для этого крючкам в стене и в полу. Судя по надёжности фиксации – ехать им предполагалось не особо далеко.
Советник, садясь на пассажирское сидение, едва заметно кивнув водителю, погрузился в привычно-ленивое состояние созерцания пути – и собственных мыслей, и, пожалуй, на какое-то время вполне мог позабыть о девчонке. Чего о ней думать-то? Вещь, она и в Африке вещь…  в том, что эта девчонка дрессировке поддаётся – Бастиа не сомневался ни на мгновение. Акира, эта странная вампирша, младше его почти вдвое, умудрилась в течение пары разговоров убедить старого полукровку в том, что её эскапада, направленная на Корпорацию – мероприятие здравое, целесообразное и экономически выгодное. И теперь, по прошествии полувека, он, обращаясь к себе, к своим глубинным мыслям, обнаруживал лишь ту же глубокую преданность сероглазой японке.
Около часа длилась эта дорога, могущая показаться рабыне вечностью, но, как известно, ожидание казни – страшнее самой казни, так что вполне возможно, когда шины зашуршали по мелкому гравию, укрывающему задний двор резиденции Окумур, она могла ощутить даже облегчение. Пара хлопков дверей, и через минуту задняя створка отъехала в сторону, впуская в сумрачную кабину тёплый солнечный свет. Следом, тут же, внутрь вспрыгнули «двое из ларца, одинаковы с лица» - японцы, облаченные в тёмные и, вроде как, национальные одежды слуг, и быстро, стараясь лишний раз не прикасаться к девчонке, отстегнули её цепи от крепежей.
- Приведите её в порядок. Красный шёлк, волосы оставьте распущенными. Цепи убрать, ошейник оставить, - Советник говорил на привычном для слуг японском, привычно распоряжаясь ими по своему разумению. Затем, бросив быстрый взгляд на девушку, вздёрнул слегка пренебрежительно верхнюю губу и добавил. – И покормите её. Что-нибудь лёгкое.
После чего эльфийка была препровождена в прохладные и тихие коридоры и залы особняка, выполненного в форме пагоды.

0

6

Когда ее снова погрузили в очередное авто, Ана немного успокоилась. Она уже привыкла к тому, что ее много перевозили с места на место, передавали из одних руки в другие. Главное, что пока она в машине, ее никто не будет трогать.
В этот раз ее зафиксировали с каким-то особенным тщанием. Если раньше все ограничивалось тем, что ей просто цепляли цепь к ошейнику, в этот раз ей жестко приковали ноги и руки, так что она могла сидеть в одной лишь позе.
Окон в фургоне, как обычно не было и потому видеть куда ее везут эльфа не могла. Впрочем, она прекрасно понимала, что в любом случае находится слишком далеко от дома. Странно, только сейчас она вспомнила о нем, вспомнила тот день, когда ведомая собственной гордыней бежала в поисках приключений. И похоже на свою шею - нашла. Наверное, теперь уже никогда туда и не вернется. отчего-то ей стало грустно. Странно, за десять лет скитаний, они ни разу не вспоминала дом. А вот теперь - вспомнила.

Машина остановилась мягко и эльфа этого не заметила, оттого вздрогнула когда дверь фургона отворилась. Двое азиатов сноровисто освободили ее руки и ноги, вывели в коридор, что удивительнее всего с ее рук и ног сняли манжеты, лишь неизменный ошейник напоминал Ане о ее положении. Впрочем и он был другой, чуть более узкий, с кожаной подложкой, он больше не натирал нежную кожу на шее, хотя сделан был из такого же легкого и прочного сплава и запирался на внутренний замок. Возможно таким он был оттого, что предназначался для долгого ношения.
Ану вели по коридору обставленного в японском стиле минимализма, что, впрочем от опытного взгляда не могло скрыть роскошь обстановки. А вот у эльфы этого опыта конечно не было и она просто украдкой смотрела по сторонам.
Путь их завершился в небольшой комнате, совсем немного больше той, из которой ее забрали немногим раньше, разница была в том, что обстановка  в этой была не в пример более роскошная. Слуги, сопровождающие ее жестом предложили войти. Ана не стала противиться, терпеть тумаки за непокорность ей надоело, в конце концов, это ни к чему не приводило.
В комнате, рядом с кроватью устланной дорогими шелковыми простынями располагался невысокий столик, которые проворные слуги быстро сервировали фруктами и небольшую миску теплой рыбной похлебки. В высокий, запотевший бокал они налили зеленый чай с листиками мяты.
Голод сразу же напомнил о себе ноющей болью в желудке. Сколько она не ела? День? Два? Больше? А потому, вся снедь, представленная хоть и разнообразно, но небольшими порциями была очень скоро уничтожена.
Ана упала на постель, закрыв глаза. Итак, ее не убили. И если подумать, не собираются делать это в ближайшее время, а это хорошо. Она никогда не относила себя к числу фанатиков. Способных умереть за идею. Любую идею, неважно какую. Своя жизнь – дороже. А значит, даже в ее положении, можно как-то приспособиться. А значит, сначала надо было выяснить, куда и главное, зачем ее привезли, что это конечный пункт, она отчего-то не сомневалась.
Долго разлеживаться впрочем, ей не дали. Тихо отворив дверь в комнату вошли трое служанок жестом указав на невысокий стул без спинки. На все вопросы они лишь улыбались ничего не говоря пока Ане это не надоело. Она смиренно сидела наблюдая за тем как ловко они причесали и уложили ее волосы, затем принялись приводить в порядок ее ногти на ногах и руках, осторожно ровняя их пилочками. Вся эта процедура заняла довольно много времени, а под конец в комнату принесли роскошное вечернее платье вызывающе яркого красного цвета. Какого либо белья или обуви к нему не прилагалось.

платье

http://img01.taobaocdn.com/bao/uploaded/i1/17200024167975078/T1iD54Xy4fXXXXXXXX_!!0-item_pic.jpg

Впрочем, когда ей помогли облачиться, эльфа на мгновение забыла о всех своих тревогах, настолько выгодно на этом фоне смотрелась ее  смуглая кожа. От природы ровная, без малейшего намека на изъян. Картину дополнял водопад черных, словно ночь волос. Невольно Ана залюбовалась своим отражением в зеркале. Чудо как хороша. Она даже не сразу заметила приглашающего жеста служанки. Ей вновь предлагалось куда-то идти. Что же, по крайней мере сейчас ее судьба прояснится.

Отредактировано Ана Пилар (16.12.2014 16:13:29)

0

7

Очевидно, тревожить до поры её и служанок никто не собирался, поскольку никто не маячил над душой и не торопил. Но вот после окончания всех процедур, после которых девушка выглядела как красотка со страниц глянцевого журнала, в помещение снова вошёл Советник, и весьма придирчивым взглядом окинул результат стараний.
- Сойдёт, - бросил довольно небрежно, после чего подошёл к эльфийке вплотную, мягко оправив её волосы, а затем защёлкнул небольшой и символический карабин на металлическом кольце, расположенное по центру ошейника – аккурат над ключицами. От карабина к его руке вела тонкая цепь, за которую дампир несильно потянул, не столько желая причинить девушке неудобства, сколько проверяя качество крепления, после чего шагнул вперёд, слегка ослабляя натяжение и проговорил:
- Следуй за мной.
Стены узкого коридора, выполненные в классическом японском стиле из рисовой бумаги и бамбука, были расписаны изящными иероглифами, отражающими творения «Ста стихотворений ста поэтов».  Освещение – мягкое, естественное, создавало почти интимную атмосферу, и крайне выгодно, как и цвет платья, подчёркивало природную красоту рабыни. Ступая босыми ногами, она могла ощущать весьма дорогое и мягкое ковровое покрытие, не царапающее ступней.
Миновав несколько поворотов, они вышли в более широкий коридор, заканчивающийся несколькими ступенями и раздвижными панелями, которые, при их приближении, были бесшумно сдвинуты в стороны.
Помещение, куда привёл Ану дампир, резко выбивалось из общего «аскетичного» ансамбля. Кабинет, хоть и просторный, был выполнен в весьма эклектичном стиле, и заполнен всевозможными яркими деталями интерьера – вазы, картины, изящные икебаны, свитки на стенах – под стеклом… центром безобразия, определённо, был стол. Массивный, дубовый, словно выдернутый из английского музея, уставленный всеми необходимыми и современными гаджетами , он казался странным пришельцем в этом царстве хаоса.
За столом находилась крайне хрупко выглядящая миниатюрная японка, облачённая в классический деловой костюм-двойку тёмно-голубого цвета и светло-жемчужную шёлковую блузку.
- Бастиа, я просила меня не отвлекать, - голос девушки звучал тихо и заметно устало, а во взгляде прозрачно-серых глаз, поднятом на вошедшую пару, был терпеливый вопрос. Пушистая бровь, тем не менее, непроизвольно вздёрнулась вверх при виде эльфийки, и Акира – а это, несомненно, была именно она, - слегка откинулась на высокую спинку кресла, словно бессознательно дистанцируясь от них.
Советник же, войдя, отвесил Матриарху изысканный поклон, правда, в исключительно европейском стиле, а, выпрямившись, снова потянула за кожаный ремешок ошейника, принуждая теперь и девчонку склониться – пусть даже и против воли.
- Это Дар, моя Госпожа, - промурлыкал он, и, возможно, вопреки ожиданиям в голосе не было подобострастия. Лишь мягкая улыбка.
– Ты выглядишь слишком усталой в последние… десятилетия, - небольшая пауза и слова вызвали на губах японки ответную улыбку, что словно по мановению волшебной палочки стёрла с её лица выражение несколько угрюмое, заменив его привычной доброжелательностью.
- Полагаешь, этот дар может меня заставить отдохнуть? – не без насмешки поинтересовалась, поднимаясь из-за стола и обходя его, приближаясь к ним. Даже в туфлях на каблуке она была ниже и дампира и эльфийки, но, надо думать, абсолютно не комплексовала по данному поводу.
- Я надеялся хотя бы развлечь тебя, - Бастиа вновь поклонился – чуть более сердечно, прижав ладонь к груди, а затем, продолжением этого жеста, протянул вампирше раскрытую ладонь с лежащим в ней ремешком. Японка, окинув его задумчивым взглядом, после недолгой паузы, всё же, приняла его.
- В таком случае, не откажись сегодня присоединиться ко мне в партии тю сёги, - кивнула ему уже с оттенком небрежности, и коротко кивнула. Советник, сделав шаг в сторону, широко улыбнулся.
- Не смею отказаться… - после чего, бросив прощально-предупреждающий взгляд на эльфийку, удалился.

0

8

Ана стояла, боясь пошевелиться. От природы у нее был дар, она всегда, буквально нутром чувствовала опасность, может именно поэтому ей удалось выжить внутри преступного мира Тихуаны, попав туда чужачкой, без связей и  знакомств. Вот и сейчас, ничто не могло обмануть ее внутренний барометр опасности. Ни домашний уют кабинета, где за одной, полностью стеклянных стен был раскинут прекрасный сад в классическом японском стиле, ни изысканные манеры в обращении.
Но самый больший страх внушала эта хрупкая, миниатюрная женщина, уже с первого взгляда Ана поняла – перед ней вампир. И не просто вампир. Вампир древний и наверняка могущественный. На фоне которой ее недолгая жизнь, как свет светлячка на фоне опаляющего солнца. От ее улыбки Ане стало только хуже, когда она подняв на нее взгляд случайно успела заметить белоснежные отсрые клыки показавшиеся из под верхней губы.
Наверное, бледность ее лица была заметна даже через ее смуглую кожу. От страха засосало под ложечкой,  Ана ощутила, как дыбом становятся волоски на шее. Наверное, самое разумное было просто промолчать, или еще лучше, сделать некоторый знак почтения. Но парализованный страхом разум эльфы смог выдать только невнятную, несвязанную попытку оправдаться. Отчего-то в памяти совершенно не к месту крутилась картинка налета на инкассаторов.
- Это… Это не я придумала… У меня не было выбора…. Мне просто нужны были деньги…

0

9

Акира несколько удивилась, хотя и не особо, глядя на то, как побледнела девушка. Склонила голову к плечу, изучающее разглядывая выражение ужаса на красивом личике, а затем, подняв руку – особо не обращая внимание на то, что рабыня, наверняка, пожелает попятиться – отстегнула цепь от ошейника, параллельно выслушивая сбивчивые и малопонятные объяснения той.
- Тебе нужны были деньги? Я сомневаюсь, что тебе предлагали какую-то оплату, судя по этому, - проговорила мягко, приподнимая цепочку и пропуская её между пальцев, делая шаг назад и окидывая «приобретение» уже иным, оценивающим взглядом. Советник, судя по всему, не промахнулся, поскольку выражение лица девушки было столь же удовлетворённым и миролюбивым, и никакого раздражения заметно не было. Говорят, что вампиры отличаются вспыльчивым нравом… стоит ли этого опасаться?
Тем временем, Матриарх отступила назад, бросив взгляд в окно, на залитый послеполуденным солнцем двор, и полусознательно продолжала поигрывать с цепью. Девочка была перепугана настолько, что, очевидно, забыла испытывать ненависть. Акире доводилось встречать таких экземпляров её народа, которых проще было всё время держать на цепи, а то и вовсе избавиться от такой хлопотной вещи, но эта… эта, видимо, была слишком молодой.
- Мне вчера подарили кошку… - промурлыкала под нос по-русски, тихо вздохнув, и снова обращая на рабыню взгляд светлых глаз и уточнила – уже на английском. – У тебя есть имя?
Странно, но, казалось, что её интонации, обращённые к эльфийке, вовсе не отличались от тех, что вампирша использовала при беседе с Советником. Может, манера у неё такая? Не проявлять надменности и властности до поры? Или она вовсе на это не способна?

0

10

Ана старалась смотреть куда угодно, только не на Акиру и вообще, редко осмеливалась оторвать взгляд от пола. Она больше смотрела на свои босые ступни, нервно заламывая пальцы рук. Все же наконец ее разум начинал немного соображать, она поняла, что тут или не знают о ее участии в налете или же не придают этому значение. Но тогда почему? С самого начала она была уверена что все это – часть кары за тот налет, что ее везут не иначе как на ее на казнь. Но вот она увезена за тысячи километров и судя по всему, убивать ее, во всяком случае прямо сейчас никто не собирается.
Когда Акира сняла с нее поводок, Ана невольно сделала пару небольших шажков назад, но вовремя смогла себя одернуть. Пытаться сбежать снова она не собиралась. Воспоминания о неудачной попытке были еще слишком свежи в памяти.  Первую фразу она не разобрала, слова оказались ей незнакомы, а вот вторую, она поняла вполне.
- Да у меня есть имя. Ана Пилар. – И чуть помявшись добавила полно: - Ана Пилар Кано .  – Снова опустила взгляд в пол, сглатывая подступивший к горлу комок, все набралась смелости спросить?
- Что теперь со мною будет?
Странно, видимо эта юная дикарка до сих пор до конца, а может и совершенно не понимала, что ее ждет и кем она теперь является.

0

11

«- Ана Пилар Кано…» - повторила про себя задумчиво, перебирая слова то так, то этак… они звучали пусто. Пусто и бессмысленно, как большая часть имён европейцев. Они не звенели чистыми и осмысленными слогами, не несли в себе картин-отражений сущности человека – или не-человека. От эльфов можно было бы ждать большей изобретательности, но, пожалуй, их ум был заточен под дикость, варварское искусство выживания, и мало направлен на выражение эстетики и изощрённости разума.
Матриарх склонила голову к плечу, рассеянно перебирая пряди, выбившиеся из высоко поднятой причёски, что визуально сокращала длину волос почти вдвое.
- Морико*, - слово само пришло на ум, вызывая мягкую улыбку. – Теперь твоё имя – Морико. Запомни это.
Без особого интереса к рабыне, подошла к столу, положив на неё цепь, и, напротив, взяв стоящую там же довольно просто выглядящую глиняную чашку с каким-то ароматным травяным напитком, поднося к губам и делая глоток.
- Что с тобой будет? Пожалуй, во многом это зависит от тебя, Морико, - голос Акиры звучал всё так же мягко, певуче. Не давя на неё, стоя на «пристойном» расстоянии, она, тем не менее, не без внутренней улыбки следила за пугливой девчонкой, которая, несмотря на весь пристойный и отмытый вид до жути напоминала дикого зверька, так и стреляющего глазками по сторонам, с целью найти выход.
- Ты можешь быть послушной, и тогда твоя жизнь, что соответствует логике, будет довольно лёгкой и не лишённой своеобразной приятности, я полагаю… - Матриарх мягко повела раскрытой ладонью в сторону, словно иллюстрируя неопределённость своих слов. – Или ты можешь быть строптивой. В этом случае, как ты догадываешься, твоя жизнь станет далеко не такой сносной, как в первом случае. В общем-то, решать тебе…
Узкие плечи приподнялись под мягкой тканью пиджака, выражая равнодушие вампирши к выбору пленницы. Иллюзии выбора, точнее.
- Впрочем, могу предположить, что если ты находишься здесь – ты будешь покорной… тебе не нравится боль, а мысль о смерти тебе претит. Ты любишь жить… - эти слова были сказаны с почти мечтательной интонацией, и, встрепенувшись, как птичка, Акира повторила. – Ты любишь жить?
В глазах её, казалось, на пустом месте зажглась искорка интереса, и она, тихо перестукивая каблучками по деревянному полу, устремилась к эльфийке.

______________
Moriko* - дитя леса, дочь леса.

Отредактировано Акира Окумура (16.12.2014 21:38:06)

0

12

Кажется только сейчас, Ана окончательно поверила, что немедленная расправа ей не грозит. Вернее разумом она это понимала и ранее, но только сейчас смогла это ощутить, почувствовать. А значит можно попытаться приспособиться, делать то, что она делать умеет. Подстраиваться, врать и искать свою выгоду в любой ситуации. По своей наивности в тот момент она еще не понимала, что столь древнее создание, каким являлась Акира, легко сможет и распознать ложь и предугадать ее действия. Сейчас она действовала по наитию, на инстинктах. – Что мы имеем в сухом остатке? – Мы имеем ситуацию, при которой меня подарили некому вампиру, которая к тому же имеет некоторый, возможно немалый вес в обществе. – Ана подняла взгляд в тот момент, когда Акира отпивала из чашки. – Нельзя такое перечить, убьет за мгновение, значит надо быть послушной, а там. Как говорят, нет в мире тюрем, из которых невозможно было бы сбежать.
Морико. Странное имя. Это было унизительно, ей дают имя по своему желанию, как дикому зверьку, которого принесли домой и вот теперь стараются одомашнить. Все же Ана постаралась, что бы на ее лице это не отразилось. Это, в конце концов, не так уж и важно, как к ней будут обращаться. Главное, что бы ни били.
В этот момент Акира снова заговорила с ней, что же могла Ана ответить на ее вопрос? Наверное, то, чего и ждала от нее Матриарх, да и был ли иной ответ на подобное?
- Да я очень люблю жить, - чуть помедлив, запнувшись, сообразила добавить, - госпожа. – Я постараюсь, вести себя так, что бы вам ни пришлось усложнять мою жизнь.
Она смотрела в пол, прямо перед собою и потому не могла видеть реакцию Акиры.

0

13

Девочка была сообразительной. Любопытно, где ей успели так здорово подпилить когти? Акира ожидала более серьёзного сопротивления, и впрямь. Подойдя вплотную к ней, с удовлетворением отметив, что босиком девушка даже ниже неё (пусть и на каблуках), Матриарх протянула руку, прохладными кончиками пальцев коснувшись её подбородка. Гладкая и холодная кожа не-мёртвой словно впитывала в себя живое и истинное тепло эльфийки, и, очевидно, ей было бы всё равно, пожелала девушка отпрянуть, или нет.
- Не сомневалась ни на мгновение, Морико, - проговорила ласково, заглядывая ей в глаза, и рабыне могло показаться (?) на миг, что  в прозрачной серости скользнул алый отблеск… впрочем, быть может, всего лишь отражение огненного шёлка?
- Итак, я могу сделать вывод, что ты – сообразительная девочка, - одобрительно кивнула, несмотря на снисходительное обращение. – Это весьма похвально. Я ценю в своих слугах подобные черты. Ты знаешь, чем раб отличается от слуги, м?
Острый и длинный коготок, до того странным образом не бросающийся в глаза и не ощущающийся никак, теперь мягко-царапающим касанием дотронулся до горла девушки. Скользнул, слегка нажимая, по изумительно гладкой коже – над артерией, и взгляд Окумуры скользил следом. До самой впадинке между ключиц, что стыдливо была полуприкрыта металлическим кольцом ошейника.
Запах живого, такого свежего создания на пару мгновений даже заставил закружиться голову – и Акира улыбнулась сама себе. Ей было приятно ощущать, как рот наполняется голодной слюной, а клыки, до того почти незаметные, заостряются. Да, пожалуй, было бы интересно отведать этот Дар.

Отредактировано Акира Окумура (17.12.2014 00:14:36)

0

14

Ей показалось или клыки Акиры и в самом деле стали больше? Ана мало знала о вампирах, слишком юной она сбежала из дома, что бы ее начинали серьезно обучать, все, что ей говорили старейшины рода, на том этапе, что таких встреч надо избегать всеми силами, а если этого не выйдет, то самым разумным будет просто бежать без оглядки.
Она невольно закрыла глаза, наверное, сделала это она совершенно зря, поэтому прикосновение к коже холодных пальцем Матриарха было настолько неожиданным, что юная эльфийка не смогла сдержать невольный вскрик испуга.
Сейчас она даже была рада тому, что на ее шею стягивает ошейник, он создавал некоторую иллюзию защиты. Она не нашла в себе сил, что бы открыть глаза. Но смогла говорить. А открой она глаза, наверняка горло сдавил бы страх, что она могла увидеть сейчас? Голод, что багровыми отблесками разгорался в глазах древней. Тот вечный голод ее расы, который нельзя утолить, а можно лишь приглушить на время.
- Я не уверена, но мне кажется что раб, это просто вещь, без прав. Он делает то, что ему прикажут. А слуга, служит своему хозяину по собственной воле, потому что видит в этом выгоду или просто из чувства преданности.
Ана ощущала, что Акира стоит очень близко, она кожей чувствовала ее ровное дыхание. На мгновение перед ее воображением всплыл образ, как та заламывает за волосы ее голову, как клыки впиваются в ее шею. Вот ее кожа бледнеет, ноги подкашиваются и через мгновения она конечно же умирает.
Невольно Ана задрожала а из под опущенных век показались капельки слез.

0

15

Достаточно было лёгкого нажатия, чтобы из-под покрытого жемчужно-серым лаком ноготка показалась тёмно-алая капля крови. Насыщенная, густая, она медленно набухала – бывшая лишь последствием того мгновенного укола, который ощутила рабыня. Не то, что бы Акиру особо волновали чувства и ощущения девушки, просто она привыкла всё делать… аккуратно. В том числе и снимать пробу с того, что уже принадлежит ей.
Тем не менее, вид и аромат крови не помешали ей внимательно выслушать сказанное и даже одобрительно кивнуть.
- Очень хороший ответ, Морико. Правильный. Раб – это синоним вещи. Безвольной, бездумной, пустой. Раб, этот тот, в чьих глазах нет огонька рассудка, а есть только слепая покорность… - тише шелеста листвы под лёгким ветром, мягче шёлка звучал голос Матриарха, когда она, всё с той же улыбкой, таящейся в уголках губ, поднесла руку к лицу. А, следом, кончиком языка слизнула с ногтя ту самую каплю крови.
Привычный, и, в то же время, каждый раз – новый восторг заставил вампиршу слегка вздрогнуть от удовольствия и слегка приопустить ресницы, словно стремясь пригасить разгорающееся пламя.
- Слуга же не лишён разума – и, в разумных же пределах, инициативы и даже свободы. В некотором роде – слуга подчиняется собственной воле, и это ставит его, несомненно, много выше раба.
Пожалуй, даже в самом раннем детстве, в самой далёкой юности с эльфийкой не говорили _так_. Нежно, вкрадчиво, убаюкивающе. Голос Акиры, сплетённый со свойственной каждому Чистокровному аурой власти, почти гипнотизировал. Тонкие пальцы Матриарха легли на запястье девушки, и, обвившись вокруг в холодном, но явно дружелюбном пожатии, потянули за собой – к столу.
- Слугой, однако, может стать не каждый – а лишь тот, кто достоин своего волеизъявления. Тот, чей здравый смысл преобладает над глухими и древними инстинктами, и тот, кто способен обуздать сам себя… как думаешь, применимо ли к тебе это? – казалось – неслыханное дело, Акира, без малейшего усилия вытащив кресло из-за стола, легко, словно куклу, усадила в него девушку, и теперь смотрела сверху-вниз. Пытливо, явно дожидаясь ответа на поставленный вопрос – со всей возможной серьёзностью.

Отредактировано Акира Окумура (17.12.2014 00:17:53)

0

16

Ана с удивлением для себя заметила, насколько сильной была Акира, когда ее рука сомкнулась на запястье, когда она повела ее и посадила ее в кресло, у эльфийки невольно произошел небольшой  шок. Стальная хватка и сила никак не вязалась с стройной и хрупкой фигуркой  Матриарха. Теперь,  Ана не сомневалась, эти длинные, тонкие пальцы, которые были бы под стать скрипачке или пианистке, могли бы с легкостью гнуть подковы и завязывать в узлы гвозди.
Сейчас, сидя в кресле Ана ощущала себя мышкой, попавшей в ловушку, нельзя позволить себе даже маленького шажка назад. И этот пронзительный взгляд серых глаз. Ей казалось что он проникает внутрь ее, выворачивая наизнанку ее душу, достигая самых потаенных уголков ее сознания.
- Я не могу сказать уверенно. – Ана склонила голову в размышлении, - я плохо представляю, что при этом от меня будет требоваться. – Она поерзала на месте. Было видно ,что эльфийка сильно нервничает и не может найти себе место.
- Впрочем, мне всегда говорили, что я быстро учусь. – Она подняла взгляд и старалась смотреть глаза в глаза, хотя переносить взгляд этих серых глаз было очень тяжело. – Я буду стараться, быть полезной, госпожа.
Второй раз назвать Акиру госпожой вышло легче. Но если она госпожа, то кто же тогда она, Ана? Рабыня? Слуга? Она старалась, но пока так и не могла даже для самой себя, какая лично для нее будет разница, хотя вроде бы смогла логично объяснить ее мгновением раньше. Объяснить одно, но почувствовать? Ощутить это сердцем? Принять разумом?

0

17

Палец, увенчанный острым коготком, поднялся вверх, и покачнулся из стороны в сторону, как метроном.
- Мы не говорим сейчас о твоих обязанностях… лишь только о возможностях, - поправила девушку, позволив лицу принять выражение, близкое к огорчённому. Для абсолютного большинства слуг (и рабов, конечно) это был более чем явный признак того, что что-то пошло не так, и необходимо срочно менять линию поведения.
- Ты будешь очень стараться, Морико… - теперь Акира склонилась над ней, почти нависая, и указательный пальчик мягко уткнулся в центр лба девушки, слегка кольнув ногтем. – Я вижу твой потенциал. Уверена, у тебя всё получится…
Ноготь скользнул вниз, между аккуратных бровок девушки, по слегка вздёрнутому носику – ниже, по губам, а, следом, неуловимо перевернула ладонь, теперь уже утыкаясь острым кончиком под подбородок и заставляя приподнять лицо.
- Ты станешь делать всё, что я тебя попрошу сделать, - сознательно, Акира почти никогда не использовала «приказы» и «повеления». Однако, по сути и по форме своей, её просьбы мало чем от оных отличались.
- Поверни голову… - Матриарх улыбнулась, раздвинув губы и обнажая в этой мягкой улыбке совсем не «мягко» выглядящие клыки. Сахарно-белые кинжалы, не уродовавшие и не искажающие точеное личико азиатки, а, скорее, пикантно вписывающиеся в этот образ. Ладони же, скользнув под тёмные волосы эльфийки, коснулись застёжки ошейника, ослабляя ту, а, следом, и вовсе снимая тот с шейки. Последняя, мнимая «защита», которой лишили рабыню.

0

18

Наверное эта Акира привыкла всегда получать то, что хочет, и очень не любит когда что-то идет не так, как ей  хочется, - пронеслось в голове Аны.   Поэтому она ни на мгновение не собиралась перечить. Все еще не понимая, какие действия от нее требуются, она все больше начинала паниковать. Когда перед тобой стоит существо, древнее и сильнее тебя во множество раз, пусть и облачено это существо в облик хрупкой, миниатюрной японки, ты все равно ни на минуту не можешь забыть о том, что находишься в его полной власти. Не могла забыть это и Ана.
Что она могла сделать в этой ситуации? Только заверить ее в своей полной покорности и надеяться на снисхождение.
- Я буду стараться выполнять ваши просьбы таким образом, что бы вы ни остались расстроенной. – Она прошептала это еле слышно, пристальный взгляд сероглазой вампирши действовал на юную эльфийку, как взгляд кролика на удава.
Ана в этот раз отчетливо заметила клыки, которые, она могла биться об заклад – стали немного длиннее, но ни отвести взгляд, ни как-либо сопротивляться, она уже не могла. Так же не сопротивлялась она когда Акира сняла с нее ошейник, так же покорно она повернула голову на бок. Ане казалось она слышала как бьется ее собственное сердце, ей казалось, что она ощущала как бьется жилка на ее шее. Эльфийка не была дурой, она конечно же поняла, что должно было сейчас произойти. Ана просто закрыла глаза, по ее щекам снова потекли слезы.

0

19

Маленькой Морико ещё предстояло узнать, сколько же невесомых усилий пришлось потратить Акире, чтобы всё было именно так. Чтобы её пожелания и просьбы по сути своей приравнивались к приказам, чтобы её огорчение или, не дай бог, разочарование – были худшим наказанием для слуг и «домочадцев», чтобы она получала всё, что ей потребуется…
Но, очевидно, ей предстояло также узнать и то, что хозяйка её отнюдь не была роскошествующим самодуром, и каждое её «веление» было исключительно осмысленным и целесообразным. Просто Матриарх понимала, что не в её положении было бы вести себя неразумно. Оттого, пожалуй, и высшей добродетелью почитала именно эту часть естества – разум и мужество. Последнее ей было также необходимо, для достижения её целей.
Сейчас же всё, впрочем, было куда как прозаичнее. Акира была голодна, и не видела ничего дурного в том, чтобы утолить голод из этого нового, крайне привлекательного источника. Ведь, если вдуматься, голод её был мало отличен от голода обычного человека. Столь же ненасытный – ведь, пообедав, спустя несколько часов обыватель идёт ужинать, - хотя, пожалуй, более изысканный и прочувствованный. Ведь, пожалуй, есть разница – пробегая мимо какого-то бистро, закинуть в рот, не останавливаясь, непойми-что, и даже не задумываться о том, что прибавило тебе сил (и отняло здоровья); или же – с чувством, толком и расстановкой, наслаждаясь каждой каплей драгоценной (в этот момент) жизни, впитывать её в себя, на короткое время сливаясь с питающим тебя созданием, испытывая к нему благодарность куда бОльшую, чем к обычному, даже, любовнику. Ведь в соитии, так или иначе, происходит обмен, а здесь – потребление в чистом виде.
Окумура улыбнулась, взглянув на покорно открывшую ей горло эльфийку, и мягко, ласкающее скользнула по коже пальцами. Затем поднялась выше, вдоль её щеки, стирая слёзы, и, прикрыв глаза, коснулась кончиком языка влаги на подушечках. Приятный, горьковато-солоноватый вкус… кровь, как она уже убедилась, успев поддразнить себя раньше, была ещё лучше.
- Тебе не стоит бояться… - проговорила уже совсем тихо, расслабленно и нежно, склоняясь к самому уху девушки, тронув едва ощутимо его прохладным дыханием. И лишь после, дотянувшись до горла, что неистовой пульсацией вздувшейся вены, словно само стремилось прильнуть к губам, мягко прикусила кожу, почти мгновенно проткнув её клыками. Боль, несомненно, была. Равно как и наслаждение, сродни эйфории. Вероятно, кто-то из вампиров наслаждался чужой беспомощностью, страхом, ненавистью и отчаянием, но Акира, по большему счёту, не придавала тому значения. И, всё же, машинально старалась пригасить страдания жертвы.
Она пила неспешно, стремясь не тянуть, а позволяя сердцу эльфийки самому проделать всю работу, и с каждым его толчком рот вампирши наполнялся новым глотком крови, который она смаковала. Брать слишком много она не желала также – всё равно, велика была вероятность, что девушка, переживши такое долгое и тяжёлое путешествие, просто отключится.

0

20

Ана полусидела-полулежала замерев. Эльфа не открывала глаза, хотя постоянно чувствовала кожей склонившуюся над ней Акиру. Ее дыхание, осторожные прикосновения прохладных пальцев. Все это казалось нереальным, из тех ночных кошмаров, когда внезапно разум осознает, что спит, но проснуться, никак не получается. Вот только теперь это не было сном. Сейчас, здесь, оживали старые мрачные сказки, которые ей рассказывала ее мать, заботливо поправляя одеяло на своем чаде. а еще. здесь и сейчас, ей предстояло самой стать частью одной из таких сказок.
Успокаивающие речи Акиры помогали совсем чуть, а все потому, что Ана не могла воспринимать ситуацию ни как иначе, как ту, при которой она оставалась в роли несчастной жертвы. Эльфа, впрочем, казалось успела смириться с тем, что должно неизбежно произойти. Она даже почти не вздрогнула когда почуяла, как ее лица и шеи коснулись волосы Акиры. Ане казалось, что она  чувствует, какой голод ощущает вампирша. Ана задержала дыхание когда ощутила ее губы. Возможно, что со стороны это могло походить на поцелуй любовницы. Только одна из них выглядит немного испуганной, может просто стесняется из-за своей неопытности, только и всего?
Резкий укол от клыков заставил ее отвлечься от своих переживаний. Но боль исчезла почти сразу. От удивления Ана открыла глаза, ведь ей представлялось, что это будет очень больно и невероятно мучительно. От шеи и по телу начинал разливаться холодок, но он не был неприятным, скорее сродни легкому ветерку щекочущем кожу.
Перед своим лицом она видела ладонь Акиры, то сжимающую подлокотник кресла, то расслабляющуюся. Сейчас Ана не поняла, что этот невольный жест совпадал с ударами ее собственного сердца.
Вскоре в  ушах стал появляться звон и что удивительнее всего, куда-то исчез страх. Совершенно и бесследно, как исчезают тени под полуденным солнцем. Ледяные иголочки, что расползались по телу с самого начала, казалось растаяли и по телу пробежала легкая дрожь удовольствия. Ане казалось, что цвета вокруг стали более яркими, а  звуки более глубокими. Теперь Акира почувствовала как расслабилось тело ее жертвы, она вытянула ноги принимая более удобную естественную позу и когда вампирша оторвалась от ее шеи, то заметила как губы эльфы тронула улыбка

0

21

Выпрямившись, Матриарх лениво облизнулась, стираясь с краешка губ совсем небольшую капельку крови – единственный след, признак того, что она только что… кормилась. А затем, выдвинув ящик стола, извлекла из него изящный платочек с анаграммой «АО» - подарок, очевидно же, Советника, бывшего весьма чопорным и аккуратным мужчиной.
Склонившись, прижала ладонь с платком к шее девушки, глядя на то, как сквозь белоснежную ткань проступают алые пятнышки, но сейчас это вызывало, скорее, чувство сродни эстетическому. Как, если бы, капли этой крови падали в бокал с чистой водой, растворяясь в ней самостоятельно, создавая потрясающие по красоте изгибы и узоры, подобные тому, что тонкий дымный шлей от курительных палочек оставляет за собой.
- Тебе следует отдохнуть сейчас, - как и в большинстве случаев, Акира не спрашивала, а информировала собеседника. – Но прежде…
Мысль об этом упорно билась в сознании Окумуры, и ей потребовалось какое-то время (и несколько глотков крови эльфийки), чтобы принять это решение, но, сделав некоторый вывод в своей голове, она чрезвычайно редко отказывалась от него. Вот и сейчас, поднеся ноготь большого пальца к левому запястью, она, словно кинжалом, провела по тонкой коже, отчего та, мнимо хрупкая, раздалась под давлением, выпуская густую, насыщенно-багряную влагу.
- Пей, Морико… - прохладное запястье коснулось губ темноволосой девушки прежде, чем капли тёмной крови упали бы на её чудесное платье. Сейчас, контрастом, в облике вампирши преобладала именно человечность – клыки исчезли практически бесследно, глаза вновь больше были похожи на родниковую воду. – Это придаст тебе сил…
То, что это даст ещё и весьма своеобразные побочные эффекты, Акира, разумеется, говорить не стала. Не считала необходимым, проще говоря. А кровь, как ни странно, вовсе не была холодной, не вызывая неприятных ассоциаций с мёртвой рыбиной, а, напротив, казалась даже горячей…
...и пахла вересковым мёдом.

0

22

Ана не успела толком удивиться только потому, что все еще находилась в состоянии эйфории. Ей не пришло в голову даже подумать, что может означать этот странный обряд, для чего вампиру делиться своей кровью, с кем бы то ни было. Она просто не могла сейчас сопротивляться ее голосу и просто открыла рот, к которому Акира поспешно приложила свое запястье.
То, что произошло дальше, Ана не смогла бы описать словами, даже не смогла бы потом достаточно четко вспомнить сами ощущения. Кровь вампирши проникла в рот сгустком огня, а потом этот сгусток ухнул вниз, обволакивая и успокаивая.
Эльфийке казалось, что она ощущает каждую клеточку своего тела, как ее заполняет кипящий жидкий огонь. Как он проникает в самые ее кости. Она слышала неясные голоса, видела размытые образы. Они были чужими, но почему-то казались знакомыми. Что это? Эхо памяти Акиры или просто фантазии ее, Аны разума, на мгновение все ее чувства обострились, она слышала разговор прохожих на улице и слуг в доме, она видела маленького паучка в углу под потолком, видела, как в нем бьется его крошечная жизнь. Затем это ушло, чувства стали прежними, но теперь она на мгновение ощутила тот самый извечный голод, присущий всем вампирам, не сама, через кровь, но этого хватило что бы  заставить Ану застонав самой вцепиться руками в запястье своей, теперь она это уже осознала, свое новой хозяйки. Обхватив ее руку со всей силой, что была дана ей природой, лишь бы не позволить лишить себя этого источника наслаждения.
Но и это длилось все лишь несколько мгновений, хотя для эльфы это растянулось во времени. А кровь продолжала втекать в ее рот тонкой огненной струйкой, доводя ее до исступления. Ее тело дрожало как в лихорадке. Еще мгновение и она выгнулась застонав, словно ощутив сразу несколько оргазмов. Один за другим. Она содрогалась. Выгибалась и корчилась в муках наслаждения уже потом, когда Акира отвела свое запястье она, казалось, снова вернулась в свое тело с самых небес, жадно хватая ртом воздух.
Акира стояла напротив оперевшись одною рукою о стол. Ана подняла на нее взгляд, ей показалось, что ее фигура окутана ореолом еле заметного, а может видимого только ей света. И в этом свете фигура Акиры казалось какой-то особенно хрупкой и беззащитной и в тоже время невообразимо женственной и прекрасной. Ана застонала от невыносимого желания сделать немедленно что-то для нее. Что-то такое, что бы выразить ей свою любовь, потому что слов для этого она точно не знала. Она опустилась перед ней на колени целую ее руки:
- Я твоя. Только твоя. Я долго брела в темноте, что бы увидеть твой свет. Я – твоя верная, твоя Морико.

Отредактировано Ана Пилар (18.12.2014 02:20:47)

+1

23

Обычно, было достаточно одного глотка… но этим… им. Им всегда казалось этого мало. Ни у одного не достало сил остановиться, сделать единственный глоток – и на том успокоиться, насытиться. Возможно, их следовало понять. Акира, например, к тому стремилась, и даже достигла определённых успехов, но сейчас, глядя, как безумие заволакивает тёмные глаза эльфийки, как в ней пробуждается Жажда сродни той, что свойственна Древним, она испытала жалость. Улыбка стала несколько печальной, но попытка отнять руку ни к чему не привела. Девушка застонала, глухо и захлёбываясь, и неожиданно ощутимо сжала предплечье Матриарха, и та сдалась… в который раз. Прикрыв глаза, чувствуя, как возвращается притупленный голод, как сила сквозь тонкий порез покидает её, становясь частью этого создания, она размышляла – поразительно и оскорбительно трезво, что Морико поспешила даже чрезмерно. И что такая доза нечеловеческой «сладости» может быть травмирующей для сознания. И что связь… да. Связь возникнет куда раньше, полнее и острее, чем следовало бы.
Но, в итоге, эльфийка сама «отлипла», примерно в тот момент, когда Акира уже всерьёз испытывала и боль, и желание оттолкнуть девчонку, и вампирша с удивительной для себя неловкостью покачнулась, упираясь рукой в столешницу, чтобы удержать равновесие. Следующий же порыв Испившей, впрочем, разом смахнул всё раздражение до капли, заставив Окумуру снова улыбнуться, изучающее глядя на коленопреклонённую.
- Разумеется, ты моя, Морико. Мне ты была предназначена, и для меня ты теперь будешь жить… - проговорила с тихой нежностью, бросив искоса взгляд вниз, на ладонь, которую девушка сжимала пальцами и покрывала поцелуями, и на разрез, что стягивался непозволительно медленно. Кровь не вырывалась из него упругими толчками, а, скорее, вяло сочилась, тёмными полосами укрывая ладонь и снова находя губы эльфийки, будто соблазняя выпить ещё, но весьма скоро этот источник иссяк. Акира, свободной рукой взъерошила её волосы, перебирая тёмные пряди и лаская, а затем мягко шагнула назад, неуловимо, словно дымная струйка, выбираясь из рук девушки.
- Сейчас тебя отведут в твою комнату, - взяв со стола изящный колокольчик, позвонила в него, и добавила, допуская в голос немного строгости. – Тебе нужно будет отдохнуть и поесть… чуть позже. А завтра Йори займётся твоим обучением.
Прекрасно знала, что более всего Морико сейчас хотела бы остаться подле неё, быть рядом с ней, пить – если не кровь, то энергию вампирши, которую та сейчас ощущала почти как аромат – но сознательно отстраняла эльфийку, заставляя этот день и вечер провести наедине с собой и своими мыслями. Для лучшего усвоения материала.

0


Вы здесь » КГБ [18+] » Лето 2066 года » [20.08.2066] Мне вчера подарили кошку