КГБ [18+]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » КГБ [18+] » Другое время » [декабрь 1606] Кidnapping прошлых веков


[декабрь 1606] Кidnapping прошлых веков

Сообщений 1 страница 27 из 27

1

Время:
начало декабря 1606 года

Место:
Германия, Кохэм

Действующие лица:
Игорь Цепеш, Беннет Морриган-Джонсон

Описание ситуации:
В долине реки Мозель в Германии есть небольшая деревушка, численность населения которой  - не более 300 человек. Данные земли находятся в собственности семьи Эльц, чей замок возвышается на холме. Среди местного люда ходят слухи, что хозяин замка - оборотень и что замок - это вход в лабиринт, пути которого проходят под землей и уходят далеко в лес...Но оборотни не трогают местных людей, а люди не лезут в дела владельца земли.
А между тем в одном из подземелий замка  содержится представитель древнего вампирского рода. Он должен быть главным козырем оборотней в противостоянии с Цепешами. Вот только  в своем порыве угодить лидеру, клан перестарался,  и теперь для того, чтобы не потерять заложника, им необходимо найти лекаря, способного поддержать жизнь в наследнике Патриарха.

Местность

http://sf.uploads.ru/t/VjTNb.jpg

+10 ZEUR начислено всем участникам эпизода.

Отредактировано Беннет Морриган-Джонсон (19.01.2015 15:32:36)

+3

2

Сначала у него хватало сил на размышления. Почему так произошло, где он просчитался? "Не мы такие, жизнь такая". Заехать к кузнецу на отшибе мелкой деревеньки, что бы сменить подкову. Все логично - они уже довольно долго были в пути, пересекая соседствующие с союзниками земли. Его конь последнюю милю уже начала заметно подхрамывать, а пересаживаться на ломовую скотину со старостиного двора совершенно не хотелось. Разумеется, их было больше, причем половина пеших воинов шли в своих звериных формах. Пять вампиров, включая самого Игоря, против пятнадцати захватчиков. Первая стрела поразила главного помощника Игоря прямо в горло. И понеслось… «Твари.»
Сначала он пытался считать дни. Первые три прошли довольно успешно, но после пяти Цепеш потерялся. От него ничего толком не требовали, сокровенную информацию не выбивали, все встречи сводились в основном к бесконечном угрозам и вялым попыткам узнать траекторию передвижений его отца. «Тянут время». Не сложно понять, иначе бы он лег там же, вместе со своими ребятами. Перед контрольным ударов по затылку, Игорь успел увидеть, как тело последнего из них топчет в грязи вражеский конь.
Размышлениям о том, сколько может выдержать его тело, началось примерно через сутки после захвата. В это время ему не давали ни воды, ни еды, ни уж тем более крови; и хотя Цепешу по жизни так сильно не требовалась обычная пища, в горле противно скрежетало от сухости. Первый допрос закончился даже забавно (учитывая обстоятельства): ему удалось изогнуться и от души цапнуть руку одного из конвоиров, после чего ему надавали зуботычин, обложили нецензурой и уж совсем некультурно спустили по лестнице вниз. Ему приходилось питался теми жалкими подачками, что всовывали через проем под дверью: гордость гордостью, но он быстро сообразил, что застрял на неизвестное количество времени, а значит нужно было беречь силы. А потом ему переломали все пальцы, и есть стало проблематично, но это перестало быть важным. Самым желанным постепенно становилось забвение.
Там не подстерегала его боль от многочисленных ожогах, любовно подправляемые палачом каждую их встречу, там не было слышно ужасающего звука рвущихся на дыбе связках, а уж многочисленные колото-резаные раны даже навскидку считать не хотелось. Про синяки с кровоподтеками речи и вовсе не шло - побои от охраны определенно заменяли ему завтрак, ланч и полдник.
Но самое паршивое во всей этой ситуации было то, что его шею припекал кожу плотно прилегающий ошейник, невесть чем то ли пропитанный, то ли заговоренный - Игорь в этом ни черта не разбирался - но откровенно не дающий ему пользоваться своими силами. Ни телепатией, ни боэнергетикой; куда уж там до превращения в волка, он даже не мог себя регенерировать по нормальному. Мерзкие оборотни очень хорошо осознавали, кого берут в плен.

- Слушай, а не перебор мы его?...
- Думаешь сдохнет?
- А если и так, нам бошки поотрывают.
- Бляяяя. Лан, пошли кого-нить за лекарем, а то и вправду скочюрится. Дохлый он уж точно никому не нужен.

Игорь приоткрыл глаза, краем уха слыша разговор, продолжая потихоньку подтягивать поврежденное колено к груди. Лежа в полусогнутом состоянии, он впервые за долгое время (как ему казалось, а так может и недели не прошло), уловил четкую и ясную мысль в своем сознании.
Если и без того не пылающий отцовскими чувствами Доминик его отсюда не вытащит, ему конец.

+4

3

Шел 1606 год. Очередной год, ничем особо не примечательный.. Люди воевали, оборотни, вампиры и эльфы цапались, охотники за головами — охотились за головами.
В принципе, молодому, по вампирским меркам, Бену, которому стукнуло 40 годиков, плевать было на чужие головы. А вот своя была дорога. И хотя после событий 05 года в палате Лордов достопочтенный папенька - Киаран Морриган — все -таки снял свое отречение от сына, наложенное после побега последнего 26 лет назад, охотники все еще пытались отделить дорогую голову Бена от не менее дорого тела, будто надеясь, что таким образом смогут выбить из рода Джонсон двойную плату за изменника.
Дабы особо не нервировать любителей легкой наживы своей драгоценной особой и не пугать нервных особей длинной историей сложных взаимоотношений семьи и младшего отпрыска, Бен предпочитал не называть своего имени, давая людям и нелюдям возможность придумать самим ему наименование.

Вот и в этой деревушке, где он осел полгода назад, его называли учеником Волкера. И Бен был не против, тем более его внешность как раз к этому располагала. Вообще единственный лекарь деревушки был достаточно уникальным существом, у которого  на все болезни было одно средство — кровопускание. Но с учетом того, что сам доктор был крайне болезненным человеком, который лечил себя исключительно алкоголем, то всю работу за него пришлось делать Бену. Так что за глаза его называли доктором Мором и  в скором времени на прием к нему стали ходить не только местные крестьяне, но и аристократия, а также те, кто населял местные леса и старался особо не контактировать с людьми.
Волкер не возражал, а лишь продолжал смеяться над «талантливым, но глупым парнем», который не мог спокойно смотреть на кровопускание и предпочитал выходить в другую комнату. По мнению врача — непростительная глупость со стороны того, кто собирается лечить людей. А Бен же просто не мог спокойно смотреть на такое бездумное обращение с кровью.
Так тянулись недели, Бен вел приемы, не забывая при этом и себя, и семью спивающегося доктора. Так что были довольны все. Особенно пациенты, так как Морригану было  без разницы, кого лечить: людей или нелюдей. И те и другие давали ему достаточно материала для наблюдения, изучения и анализов, а он им, в свою очередь, давал надежду на исцеление. Вполне неплохая плата.

На этот раз пришли ночью. Во дворе раздавалось ржание коней. Особый запах выдавал в пришедших оборотней. Лишних вопросов не задавал. Собрал саквояж, бросив туда то, что может  пригодиться в процессе обследования и дальнейшего лечения, оделся, спрятав нож за голенище сапога, накинул плащ и вышел за пришедшими.
Несколько минут в седле — и вот он замок. Массивные стены, побитые временем, готические шпили и мощное основание, которое, если верить слухам, скрывает лабиринты путей и десятки  камер. В таких заточали неугодных, о которых потом просто забывали, в стенах прятали следы преступлений, а некоторые комнаты оснащались по последней версии инквизиторского трактата.
Бен не был трусом, но и у него прошел холодок по спине, когда он, перейдя подъемный мост, стал спускаться по холодным коридорам. Причины опасаться того, чтобы не стать одним из пленником замка, у него были. Отношения оборотней и клана Джонсон было не из лучших. Да вообще зверей и вампиров сложно было назвать друзьями. Но жить хотят все...

Около самой двери, ведущей в темницу его остановили.
- Нам надо, чтобы он просто выжил. Просто выжил, - повторил оборотень, которому Бен с трудом доставал до груди. Морриган дураком не был, поэтому моргнул, перехватил тяжелый саквояж другой рукой и шагнул вниз, отмечая, что охрана его одного с пациентом оставлять не собирается.
- Ну и как зовут нашу отбивную? - почти что весело спросил вампир, приближаясь к пленнику.
- Не твое дело, - пробурчали сверху. И в общем-то они были правы. Врачу не обязательно было знать имена пациентов. Особенно таких. Не для этого приглашали лекарей — этих помощников палачей. Хотя, будем уж честны, при определенном подходе можно было сказать, что нет палача страшнее, чем тот, кто когда-то был лекарем. Именно эта категория  людей и нелюдей знала, как ударить побольнее и сохранить жизнь подольше. Именно под их зорким оком создавались все варианты пыточного оружия. И хотя Бен не так давно жил на этом свете, но побывать в роли помощника палача приходилось и ему. Так что данный случай ничем не удивил.
Ничем, кроме одного.
Пленник-то был не оборотнем. В этом Бен убедился после того, как залез пальцами в рот мужчины. Отдернуть  их успел вовремя — а не то мало ли что придет в голову пленнику. Так или руку откусит, или бешенством заразит.
- Мне надо знать, как его зовут. А не то вдруг у него аденокарцинома или агалактия, алкалоз, делирий,гельминтоз, герпес*.
- Я же должен как-то проверить его адекватность. А не то если он не сможет отзываться на свое имя, значит у него может быть буцилез, вирилизм  или гипогенитализм**. А это знаете, как заразно?
Бен выкинул на несчастных еще парочку латинских названий. Он не успел дойти и до буквы Н, как мучители сдались и назвали имя. Хотя, конечно, что такое имя в такой ситуации. Сколько по всему земному шару разбросано Игорей?
Но и это было неплохо.
Плохо было другое. Бен не чувствовал пациента. По особенностям деснового хреща можно было судить, что перед ним — вампир, причем вампир, который значительно старше самого Бена. Вот только Морриган не чувствовал никакой ауры.
- Значит, Игорь, - потянул Бен, открывая саквояж, доставая оттуда бутылочку и выливая из нее себе на руки спирт.
- Игорь, Игорь, Игорек! Где твой фиговый листок? - запел доктор, разглядывая пациента пока еще на расстоянии. С учетом того, что все было перемазано потом, кровью, грязью, выглядело все не так уж и страшно, но что было на самом деле — еще предстояло выяснить.
- Раздевайся!
Скомандовал Джонсон. Надзиратели не стали ждать, когда пленник проявит благоразумность, и быстро избавили того от шмоток.
- Неплохо, ребят, постарались, - оценил творение оборотней доктор, подходя к пленнику, которого за руки поддерживали охранники — дабы не смог помешать осмотру. - Но впредь, если хотите доставить большие мучения жертве и на время лишить ее возможности двигать руками, лучше использовать не стол, а столбы. Завязываете так ему руки сзади и поднимаете за них кверху, - назидательным тоном начал Бен. - И пока он так висит — можете пиво пойти попить. А уж если еще к ногам  что-то тяжелое прикрепите, то не только связки разорвутся, но и кости смес-тят-ся!
Все это время Бен осматривал раны, отмечая, что многие, несмотря на свою давность, так и не зажили. Волновало и вывихнутое плечо пациента.
- НО все это потом! - философски поднял палец и указал им в угол. - Киньте его туда. И мне нужно пространство.
Достал несколько тонких блюдцев из саквояжа, поставил их вокруг пленника, поместил в каждую какие-то травки, какой-то песочек.
- Древний обряд друидов, позволяющий усилить блокирующие свойства вашей печати и в то же время улучшить течение чакры  по этому телу, - слова сопровождались широкими жестами, сотрясающими воздух. Не хватало еще какого-то заклинания, типа «Трах-тебе-сдох — краля -в грабли-трям». В общем, что-то подобное даже Бен изрек, вызвав уважение в глаза оборотней, которым знать совсем не полагалась, что младший потомок рода Джонсон с магией не дружил. Совсем!
- Кстати, печать только одна? - по-свойски уточнил  Бен. ПО крайней мере на теле Игоря он больше ничего не нашел, так что ему нужно было подтверждение, что магический блокиратор есть лишь на ошейнике.
- Итак отойдите!!!
Он зажег огонь и по очереди поднес его к мискам.  Еще раз произнес белиберду с торжественно-пугающим выражением лица. Содержимое вспыхнуло, заискрилось и затрещало, распространяя вокруг себя густой дым.
Огороженный от охранников этим дымом и треском, Бен приблизился к пациенту.
- Сейчас будет больно, - предупредил он, сильно рванул мужчину за плечо, вправляя кость. - Ну и какого ты рода-племени, Игорь?
Бен приблизил свое лицо почти вплотную к лицу пациента, чуть приоткрывая рот и обнажая клыки. Быть может, лишенная своей силы, жертва подземелий и не смогла почувствовать вампирскую сущность приглашенного лекаря, но вот клыки пленник скорее всего увидит.

* аденокарцинома - рак желез,
агалактия - полное отсутствие секреции молока у роженицы,
алкалоз - повышенная щелочность крови,
делирий - болезненный бред.

**буцилез - инфекционное заболевание сопр. волнообр. лихорадкой,
вирилизм  - патологическая продукция в организме стероидных гормонов,
гипогенитализм -недоразвитие половых желез и органов.

Молодой Бен

http://sd.uploads.ru/t/vhGus.jpg

Отредактировано Беннет Морриган-Джонсон (21.01.2015 16:26:01)

+3

4

Вот она! Спокойная тихая гавань, где ничто в окружающем мире не тревожит душу. Если уж тело не может быть сохранено, вся надежда оставалась на сознание, которое обросло дополнительными щитами, в противовес постоянным попыткам докопаться до него. Игорь дрейфовал в своем собственном мягком облаке, и хотя здесь правил нескончаемый туман, тут не было так противно, как там. «Там» означало постоянное дерганье: то пнут, что б пожрал, то пнут, что не жрет, то просто ткнут чем-нибудь, то потащут на встречу к палачам… В общем время было расписано можно сказать по часам! Здесь же, в тумане, было тихо и спокойно.
Иногда к нему в камеру заглядывала местная крыса. Будь бы у него силёнек побольше, он бы с радостью натравил бы ее (как и ее подружек, коих наверняка здесь немалое количество) на дежурных около камеры. Ясен перец, ничего дельного это не создало, но хоть повеселился бы. Теоретически на это можно было расшевелится, но Цепеш понимал, что любая капля его сил могла стать решающей, будь то активная борьба или же пассивное ожидание. Поэтому, что вполне логично, он решил приберечь все силы, стараясь резко не двигать поврежденными конечностями, лишний раз не воевать с охраной и не воевать лишний раз с чертовым ошейником. Крысу он назвал Харчой, после того, как были сломаны несколько пальцев на руках и его возможности в поглощении еды резко уменьшились, чем нахалка не преминула воспользоваться.  На казённых-то харчах!
Когда дверь его «хором» (три на три метра) открылась,  в помещение вошло непривычно много народу, так что стало даже тесновато. Игрь чуть пошевелился, ленивым акульим плавником вынырнув из блаженной гавани. Пришлый казался определенно новым, по крайней мере от него не несло потом и оборотническим душком, если обратить больше внимания, то в первую очередь улавливалась необычная для этого места чистота.
Сунув пальцы Цепешу в рот, новенький выдал тираду явно на иностранном языке, поскольку его не понял ни сам Игорь, ни охрана, стоя чуть поодаль забавно вытянув лица. Затем незнакомец потребовал ни много ни мало его раздеть. «Неужто трахнуть решили? Живым не дамся» - мрачно подумал он. Как бы то ни было, он не винил себя в собственном похищении. Конечно, 140 лет жалко спускать насмарку, но даже вампир боевого, по сути, клана, один в поле не воин – грамотно оценивать свои возможности его научили первым делом. Поэтому когда его бесцеремонно избавили от жалких остатков одежды, он болезненно скривился и угрюмо посмотрел на новенького. Что бы губу не раскатывал зазря.
Пришлый же продолжил видимо в своем репертуаре, тщательно осматривая тело Игоря. «Ты погляди, он еще учить их будет» - неприязненно подумалось вампиру. После осмотра, пленника бесцеремонно швырнули в угол, словно мешок картошки, от чего ему пришлось крепко сцепить зубы – болезненно отозвалось колено, на которое он не удачно приземлился, да и плечо вспыхнуло, хотя он казалось уже забыл о нем. Охрана гуськом вывалилась из камеры, и вот тут-то началось судя по всему самое интересное.
Цепеш озадаченно наблюдал за действиями мужика, занимающимся откровенным шарлатанством: какие-то миски, порошки, уж не говоря об околесице, которую нес незнакомец, торжественно размахивая руками и поджигая содержимое. Идиоты-оборотни смотрели это как на само собой разумеющееся, так что на секунду Игорь забеспокоился, все ли у него в порядке с головой, так как свето-представления в его скромную честь тут еще не устраивали. От едкого дыма охрана инстинктивно отпрянула. «Что б им подавится» - мстительно подумал вампир, не удержавшись и закашлившись самому. В мисках определенно была отборная пахучая дрянь, воняющая… лекарствами.
Незнакомец подобрался на опасно близкое расстояние и под шумок, со всей молодецкой и явно нечеловеческой силой, дернув пленника за больное плечо.
Игорь заорал, рефлекторно откатываясь от мужика, испытывая впечатление, будто тот решил и вовсе выдернуть конечность. В плече что-то щелкнуло, на смену режущей боли пришло покалывание, словно восстановился кровоток. Судорожно вдыхая он исподлобья вгляделся в незнакомца.
«Врач. Ясно.»
Мужик тем временем снова приблизился вплотную… недвусмысленно демонстрируя клыки. Светлые, влажно блеснувшие. От изумления Игорь так широко раскрыл глаза, так что хрумпнула запекшаяся кровь на лице. Стало легче моргать.
- Ты….  - сорванный голос никак не хотел слушаться, пришлось изрядно напрячься. Строить из себя героя и молчать в процессе измываний, было бессмысленно, так как ребята старались определенно больше для своего удовольствия, а «отдыхать» приходилось в продуваемой всеми сквозняками камере и связки быстро отказались работать. Звучит по дурацки – простуженный вампир со сорванным голосом, но без регенерации все на что был способен Игорь, так это лежать и трястись от холода, хотя даже эти небольшие движения причиняли порой нестерпимую боль.
«Вампир!» Он всем своим нутром потянулся узнать кто перед ним, но все что ему удалось прочувствовать, прежде чем ошейник настойчиво завибрировал, неумолимо нагреваясь, это то, что стоящий перед ним был младше и из чужого клана. Мгновение разочарования сменилось бурной деятельностью мыслей. С вампиром определенно было больше шансов договориться, и они по умолчанию не жаловали оборотней. Вампир наверняка выйдет из крепости, а там наверняка ему есть с кем связаться, хоть бы со своими. Те могли бы в свое время его вытащить, выкупить… да мало ли что! Но с тем же расчетом он мог и крупно прогадать – один из старших сыновей Цепеша в таком аховом положении. А Доминик хоть и бушевал после утраты младших двойняшек, но сильно слезы не лил – вряд ли прорвет плотину из-за сына.
- Цепеш…- хрипло выдохнул Игорь. Будь что будет, но если ничего даже не пробовать менять, он тут вероятнее сгниет.

+2

5

Цепеш...
На лбу появилась складка. Меньше всего Морриган рассчитывал увидеть в этих стенах представителя одного из самых кровожадных родов. Джонсонам, у которых не было ни средств, ни сил на подготовку воинов, в прошлом несладко пришлось от них. Держать в руках оружие клан Морригана умел. Но этого бывало недостаточно, когда на тебя нападает армия, превосходящая тебя численностью.
Спасали только знания и умения договариваться. Пока атакующие готовились к новым ударам, медики рода воскрешали своих воинов. Бессмертная армия, мать ее. Вот только какой ценой все это доставалось. Сильные, выносливые вампиры выживали, а женщины, дети и те, кто послабее, погибали в этой мясорубке. Раньше каждый представитель рода был на счету. Поэтому Бен не винил отца за объявленную охоту. Но тогда было относительно мирное время — перерыв перед очередной схваткой. И ощущение этой кровавой резни витало в воздухе, пока обозначаясь лишь мелкими стычками между представителями разных родов. И кто знает, не будет ли новая война ознаменовывать конец рода. Успеют ли договориться патриархи до того, как исчезнет последний из семьи, и каковы будут эти условия...

Бен достал из саквояжа салфетки, открыл несколько бутылочек, что-то смешал, что-то присыпал, перемешал скальпелем и начал процесс обрабатывания ран.
- Я слышал, что сына вашего Патриарха тоже зовут Игорем, - он оторвал взгляд от начинающей гноиться раны, чтобы рассмотреть лицо своего пациента. Патриарха Бен ни разу не видел, так что толку-то в разглядывании: пара рук, яйца, голова и пара дурно пахнущих нижних конечностей. Хотя поправочка.. Из-за развивающегося абсцесса в условиях, отличных от стерильности, здесь дурно пахло все.. Так что дым, идущий от препаратов, размещенных в блюдцах, можно было даже назвать ароматным.
- Неужели наши четвероногие сорвали банк?
Это было действительно забавно. Но от того, был ли перед ним сын патриарха или это всего лишь один из представителей враждебного рода, ничего не менялось. Главное правило лекаря — не вмешиваться в дела пациента. Врач должен поставить его на ноги — даже если эти ноги приведут исцеленного на эшафот. Оружие Джонсоны брали  лишь тогда, когда что-то им угрожало. В остальных ситуациях они сохраняли нейтралитет.
Так и Бен, оказывая врачебную помощь людям, не вмешивался в их дела. Поэтому 6 лет назад, когда ему стал грозить священный огонь инквизиции, предпочел смотаться раньше, чем пламя до него добралось. А его другу — человеку по имени Джордано Бруно это сделать не удалось. Что ж, у каждого своя судьба, и каждый вид, населяющий эту планету, сам творит свою историю.
По-хорошему, все, что Бен мог сделать — выполнить требование оборотней и поднять пациента. Все остальное его не касалось. На данный момент он просто вампир -одиночка, случайный лекарь. Правда, если отец убитого узнает об этом, вряд ли его что-то остановит от мести. Если только полностью наплевательское отношение к собственному сыну.
В такой заднице Бен был впервые.

- Хоть кто-нибудь спасся? - спросил он как бы между делом, продолжая обрабатывать раны, а заодно исследовать тело на предмет иных повреждений.
Если кому-то удалось выжить при нападении оборотней, то скорее всего этот вампир уже находится на пути к патриарху. А возможно уже и помощь недалеко, особенно с учетом, сколько здесь уже находится пленник. О приблизительном времени пленении говорили раны, которые, лишенные возможности затягиваться, начали себя вести так, как у остальных живых существ: где-то покрываться рубцами, где-то просто гноиться. 
Какова вероятность, что вампир, не обладающий даром ясновидения, сможет узнать, где оседает враждебный ему род Цепешей? Сколько лошадей придется загнать для того, чтобы добраться до представителей рода вовремя? И какова вероятность, что Бена эти полузвери Цепеши не грохнут прежде, чем он сообщит им информацию...

Морриган набрал в шприц раствор, обколол наиболее опасные раны и быстрыми движениями скальпеля сделал надрезы, срезая омертвевшие ткани и вскрывая гнойные скопления.
В поле зрения, конечно же, попал и ошейник.
Быть может магией Морригна пользоваться не мог, но вот многие печати ему были известны. Печать на ошейнике блокировала все проявления экстрасенсорики.
- И чего же наши друзья испугались. Какие таланты решили запечатать? - все-таки решил спросить Беннет, прекрасно понимая, что в их век открывать все свои возможности было не принято. Если враг не знает о твоих способностях, значит, у тебя есть преимущество.

- В общем так..., - осмотр перешел к колену, которое, судя по всему, беспокоило Игоря. - Перелома и смещения нет. Всего лишь разрыв боковой связки коленного сустава. У человека я бы провел операцию и вскрыл ногу, у вампира с этой проблемой справляется регенерация.
Но проблема заключалась в том, что регенерация у пациента полностью отсутствовала. И причина была не в ошейнике, а в элементарном голоде. Дай вампиру человеческой крови — и регенерация заработает, но вместе с тем и увеличивается сила для использования экстрасенсорики.
Но блять, нафига тогда эта печать?
Бен посмотрел в ту сторону, где за плотным слоем дыма стояли оборотни.
"Или они просто перестраховываются?"
- Так что извини...
Смысла в операции не было никакого. Мало того, что это очередная боль, так еще после нее нужен будет реабилитационный период. Только вряд ли все это входит в планы оборотней.

- Ну так что планируешь делать? -спросил Беннет, вытирая руки от крови. - Ждать или предпочтешь смерть?
В общем вопрос был вполне закономерным. Беннет может отсрочить мучения пленника, но рано или поздно оборотни примутся заново тешить свое самолюбие, отыгрываясь на Цепеше в счет старых обид. Так нужно ли это терпеть? Сколько обреченных на смерть обращались к лекарям с единственной просьбой: умереть быстрее, чем огонь доберется до тела, чем разум начнет плавиться от боли... Живые существа соревновались друг с другом в придумывания болезненных смертей, и лишь врачи могли подарить безмятежный и даже сладкий пропуск  в иной мир. Так почему бы не помочь в этом представителю соседнего рода?
Вот только захочет ли он такого исхода.
- Или есть другие планы?
Если пленник еще не умер морально, значит, будет стараться отсюда вырваться. И Бен вполне мог бы ему помочь покинуть эту камеру и пустить его в свободное плавание по крепости, вверяя судьбу на волю случая. А там уж — будь что будет. В конце концов разве для воина не честь — погибнуть в схватке, а не за решеткой.

Отредактировано Беннет Морриган-Джонсон (25.01.2015 10:25:00)

+2

6

Известие о родовой принадлежности врач принял более, чем сдержанно. Ну ничего, это только начало. Коли спросил, значит уже заинтересован, даже если он еще сам об этом не знает. На двусмысленное предположение о родственниках Игорь совершенно недвусмысленно улыбнулся.Тем временем вампир уже вовсю шуровал во втором комплекте мисочек, увлеченно размазывая по ним сомнительное содержимое баночек и скляночек. Уголок губ Игоря неуклонно пополз вниз – его новая нянька вооружилась скальпелем.
- Ты серьёзно думаешь, что выживи кто-нибудь, я бы торчал в этой клоаке? – зашипел Цепеш, вздрагивая, когда лекарь расковырял одну из самых глубоких ран. Под коркой оказался гной, обильно потекла кровь. Хотя процедуры были скорее неприятными, чем болезненными, вроде того как вытащить занозу. Много заноз…
«Да что б еще меня кто-то так шинковал. И вообще трогал.»  - Игорь мысленно сделал себе зарубку всеми доступными способами избегать лишних прикосновений, а то у него уже успело сложиться впечатление, что ощущение, как в его еще пока относительно живом мясе откровенно  копошатся, сотрется не скоро.
- Сними и узнаешь. – хохотнул Цепеш на следующий, откровенно говоря нескромный вопрос. - Не только у наших «друзей» острые зубки во второй ипостаси. – вампир злорадно оскалился.
А что? Это не секрет, что Цепеши не скрывают свою откровенно звериную часть сущности. Их род был очень спецефический, отличавшийся не просто какой-то дополнительной способностью, а целым талантом менять свою форму. Если бы не ошейник, Игорь давно бы уже трансформировался и сделал бы отсюда лапы - на четырех всяко удобней, нежели на двоих. К тому же он станет мельче и более юрким, ни одна собака его не догонит, а оборотни не резиновые. Он вообще-то тоже, но достигнуть союзных границ сил у него хватит.
Если бы не ошейник...
Цепеш немного подтянулся и прислонился к холодной стене, придерживая рукой только что вправленное плечо. Кровь, он уже знал о чем говорит врач, и уже давненько обдумывал одну идею, так что лекарь был очень кстати.
- Ты можешь их вправить? - тихо спросил он, протягивая вперед кисти. Пальцы были в плачевном состоянии: средний и безымянный на левой руке, мизинец и безымянный на правой были сломаны, на остальных же практически не было ногтей. В местах переломов они неприятно опухли, и Игорь справедливо опасался, что те срастутся криво (ведь когда-нибудь же они срастутся?). Веки Цепеша едва заметно дрогнули. "Я все равно это не могу так оставить." Немного помолчав, он подтянул к себя здововую ногу и чуть подался вперед.
- Что тебе пообещали? Золото? Жизнь? Сними его. - он приподнял голову, акцентируя внимание на ошейнике. - Я вытащу нас обоих.
Это было не пустое предложение - выпустив в прямом смысле зверя, лекарь попадал бы под удар гнева оборотней. Дорогу на свободу Цепеш готов был пробить голыми руками, прогрызть зубами, прихватив с собой лекаря - как минимум за то, что тот дал шанс ему не помереть от заражения крови. "Даже если после этого упаду замертво, пусть так, но не здесь уж точно."
Их двое, скорее всего еще парочка стоит чуть дальше по коридору, для подстраховки, ну и в целом. После того как повредили руки, их больше не связывали. Типа не боятся. Как же. Найти темный угол в этом каменном мешке не так уж и трудно. Не попасться на глаза страже в первые мгновения чуть сложнее, но тоже не невозможно. Они уже давно переминаются с ноги на ногу, входят во внутрь, неосторожно оглядываются. Этот врач изрядно смутил их, что вампиру только на руку. Разумеется, Игоря выдает запах, но его задача состоит вовсе не в том, что бы спрятаться от нюхачей - как ни крути, а с нюхом у оборотней все в порядке в любом виде. Насчет остального - в пору было обижаться и кричать "Это неправильные похитители!". Связывать толком не связывали, морду не портили, видно, что б признали товар, зато отыгрывались на других частях тела, планомерно превращая его несчастную тушку в омлет. Игорь подобрался, и на счет два пружиной скакнул на ближайшего оборотня. С учетом отвратной кормежки и отсутствием крови, вампир может и сбросил пару кг, но пушинкой отнюдь не стал, что в свою очередь, стало роковым для оборотня - громко, и как-то жалобно хрустнуло в позвоночнике, после чего тому осталось лишь подергиваться, да пускать слюни. Не теряя ни секунды, Цепеш наотмашь захлопнул дверь, что бы бегущие на подмогу стражники не сразу влетели в камеру, а сам в это время с размахом вцепился в горло второму конвоиру. Клыки с легкостью прокусывают незащищенное горло, горячая кровь бурлит, потоком извергаясь из ран: Игорю хочется впитать ее всю до капли, слизать с кожи, с пола. Регенерация яркой вспышкой проносится по жилам, принося жар и прохладу одновременно. Но на втором глотке ошейник не просто раскаляется - Игорю кажется, что тот плавится у него на коже, одновременно сдавливая шею. Взвыв, вампир откатывается от захлебывающейся собственной кровью жертвы, которой уже ничем не поможешь. Боль, ни сравнимая ни с одной из пыток, доведенных ему испытать в этом блоховнике, сводила его с ума. Самое страшное состояло в том, что регенерация - пассивный навык, его не отключишь по собственному желанию. Все остальные события отходят на задний план, а сам он бездумно скребет покореженными пальцами ошейник, в тщетной надежде избавится от мучений.
«Твою мать, твою мать, хватит, прекрати, остановись…»
Впервые за все время пребывания в камере Цепешу страшно.
Черт, да ему впервые за всю его жизнь так страшно!
Подвывания сменились сдавленными стонами – ему стало трудно дышать, вены на шее вздулись от напряжения – похоже ошейник очень даже натурально сдавливал горло. Словно все пытки и страдания последнего времени (не только похищение) сместились в одну временную точку, сфокусировавшись на моменте «сейчас», многократно усиливая свое воздействие. Скрючившись, Игорь уткнулся лбом в холодный пол.
- Я не могу сдаться. – просипел вампир в никуда, прежде чем, словно выбившись из сил, тупо не отключится.

Отредактировано Игорь Цепеш (28.01.2015 13:25:58)

+2

7

Бен добросовестно выполнял свою задачу. Очистил раны, предохраняя от того, чтобы тело вампира стало детским садом для личинок мух. В общем-то они, конечно, очистят рану и, несмотря на весь свой неэстетичный вид, сделают благое дело. Однако при этом благом деле всегда есть риск получить левое заболевание даже вампиру.

-Ты серьёзно думаешь, что выживи кто-нибудь, я бы торчал в этой клоаке?-
Бен оторвался от своего дела, с удивлением посмотрев на пациента и пытаясь оценить — не повредили ли палачи мозг пленника.
Нападать одному на крепость, чтобы вызволить пусть даже сынка патриарха — глупость, которая, как показывает практика, приводит к смерти.
Но, видимо, в этом семействе все были с приветом. Что стоит только их родовая способность превращаться в волков.. Вампиры, блядь, с шерстью и хвостом... Такие бы причиндалы в человеческом обличьи — и вот перед вами черт из ада... Рогов только не хватает.

Вправить кости, которые даже еще срастаться не начали — пара пустяков. Однако не стоит думать, что Бен только занимался этим. Все это время в голове прокручивались сотни вариаций того, как вытащить отсюда Цепеша.
Род Джонсонов не отличался особой кровожадностью. Зато многовековой опыт показывал, что с учетом скорости распространения информации и качества услуг этих «посыльных» никто не даст гарантию, что вскоре господин Доминик не узнает о похищении сына и причастности к этому рода Беннета. Все, конечно же перевернут с ног на голову, и тогда - очередная война, к которой Джонсоны были просто еще не готовы. Значит, чтобы предотвратить распространение подобных слухов, надо сделать все, чтобы сыночек вернулся под уютное крылышко папочки.
И что в таких условиях приходилось делать?
У пациента не работала регенерация. При таком подходе вправленные конечности перестанут болеть не скоро. Добавьте сюда внутренние повреждения. При всплеске эндорфина он еще может побороться за свою жизнь, забыв о боли, но долго это не продлится.

Бен чуть прикрыл глаза и потер переносицу.
По всему выходило, что сначала его надо было вылечить... Убедить оборотней в том, что крысы альбиносы с северных широт обладают особой кровью, которая усиливает регенерацию, не влияя на экстрасенсорику — пара пустяков. Как правило те, кто далек от медицины, пугались латинских названий и соглашались со всем, лишь бы впредь их не слышать. Кстати, разумно. Потому что за всеми этими непонятными названиями скрывается, как правило, неприятное заболевание.
Далее можно было выкроить  2 — 3 дня, сымитировав у пациента повреждения грудной клетки. А дальше дело за малым: достать свой выводок крыс, с помощь ректального метода ввести в них пузырь из мочевого пузыря скота, наполнить его кровью человека и зашить, обмазав для герметичности особым составом. Далее самый пустяк: зашить крыске анал — и принести данное еще дергающееся и пищащее чучело пленнику. Особая трубка через живот животного — и спасительная человеческая кровь хлынет в рот вампира. Медленное заживление не позволит сработать ошейнику, но сделает свое дело. Но это при условии, что время у них есть...
Правда Цепеш, видимо, был иного мнения.

Наблюдая за происходящим, Бен медленно сполз по стенке вниз. Нет, не из-за того, что подогнулись ноги. Просто в этом положении удобнее было смотреть представление.. Еще бы сухариков и пиво — и вообще было бы здорово!
В праздник жизни пленного не влезал. Просто пододвинул ноги, чтобы не отдавили, сложил на них руки и с некоторым любопытством смотрел на развивающиеся события, прикидывая, насколько хватит запала пленника, а параллельно отмечая, как лязгнули засовы, закрывая дверь.
Представление кончилось очень быстро... Все-таки стражников было не так уж и много. А тут и ошейник начал работать, реагируя на регенерацию.
- Я вот думаю, у вас у всех в человеческом обличии мозги такие же, как в зверином... такого же размера, с таким же количеством извилин. Или это только тебе так повезло? - спросил он, глядя на  сородича, лежащего на полу в позе эмбриона..
Взгляд скользнул по лежащим на полу тушкам. Поднялся, подошел к ним, но лишь затем, чтобы убедиться, что помочь им уже никак нельзя.
Повернулся к Игорю, закусив левым клыком губу — глупая привычка, от которой Бену удастся избавиться лишь к концу первой сотни лет.
- За столько веков уж мог бы ваш род чему-нибудь научиться...
Гнева в его словах не было. Он просто говорил вслух.
Джонсоном часто приходилось несладко от Цепешей, которые нападали без предупреждения, резали всех и все, безрассудно теряя своих воинов, которых, между прочим, после заключения договоренностей, лечили Джонсоны.
- Ну почему все вампиры уверены, что их ничто не возьмет! Отчего такое отношение к своей вечной по человеческим меркам жизни?!
А вот это уже был вопрос.. Правда, риторический, потому что ответа на него Бен и сам не знал. Сколько раз он сталкивался с тем, как вампиры безрассудно относятся к своему здоровью, оправдываясь тем, что им всегда поможет регенерация. Да не поможет, мать ее! Наоборот, в некоторых случаях она способна убить.. медленно и верно, сокращая жизнь не на год и не на два, а на столетия.
Поднес к носу Игоря платок, смоченный в нашатыре.
- Вставай, красавица! Не заставляй меня тебя целовать!
От лежащего на полу пленника толка не было. Чем быстрее они вместе придумают выход — тем было лучше.

Выход.. Какой может быть выход, если они закрыты в камере с двумя дохлыми оборотнями...
-Кстати, приятного аппетита, - Бен почти уже успокоился. - К слову, ты в курсе, что кровь оборотня по питательной ценности — это как морковка для... волка. Сытость есть, энергия есть, но с твоими повреждениями хватит максимум на 10 минут. Так что как морковка, братец кролик?
Нет, он не издевался над несчастным, который отведал быстрых углеводов. Просто прояснял ситуацию. Кровь оборотня, в соответствии с его наблюдениями, сейчас быстро залечит повреждения и.. все...Морриган видел всю причину в питательной ценности данной "пищи". Быстрые калории в организме не задерживаются, а это значит, что регенерация, зависящая от сытости, перестанет работать так же быстро, как волк проголодается. А случится это в скором времени. Значит, скорость заживления новых повреждений будет минимальна. А что они будут — это точно. С такими-то мозгами и не нажить себе неприятности на задницу — это было бы удивительно.
- А еще , ты в курсе, что засов у этой двери снаружи?
Опять никаких намеков, просто сказал, а не то вдруг в порыве голода Игорь это не заметил.
- «Сними его», - передразнил Цепеша. - Ага, вот щас прямо достану из своего сундука парочку кусачек по металлу и ведьму для снятия печати, - с готовностью ответил Бен. Но все-таки приблизился к саквояжу, открыл его.
Быть может, если бы ему дали время и возможность сходить домой, то он бы к этому лучше подготовился, но сейчас приходилось пользоваться тем, что есть. А было не так уж и много.
Достал полотенце, сложил его узлом и протянул Игорю
- Попробуй подсунуть под ошейник в месте печати.
Дома можно было бы получить плавиковую кислоту. Если действовать аккуратно, то можно было бы вообще снять ошейник, не повредив кожу. Сейчас же главное — лишить печать силы. Полностью в волка тогда Игорь не превратится — будет мешать ошейник, который просто может сдавить волчье горло, но это лучше, чем ничего.
Сложил ладони лодочкой, потер переносицу. Извлек из сумки соль, серную кислоту. Блюдце, колбы, сосуды, соорудил небольшую конструкцию из подобных приборов, зажег спиртовку.
Оставалось надеяться, что никто не зайдет в эту комнату и не помешает.
- Сделай себе повязку на лицо, - почти что даже попросил Бен, будучи полностью поглощенным процессом получения соляной кислоты.- И постарайся, чтобы сюда никто не входил.
К счастью, им повезло.
Аккуратно нанес несколько капелек на печать, наблюдая, как смесь, вступая с металлом в реакцию, начала пузыриться, разъедая печать.
Опаснее всего было бы, если бы средство попало на кожу. Но этого удалось избежать.
Беннет убрал в саквояж оставшиеся реактивы и извлек из сумки маленькую скляночку с черной жидкостью.
Повертел ее в пальцах, будто раздумывая над тем, стоит ли ее отдавать вампиру. Кинул взгляд на дверь, прикидывая, сколько он тут может просидеть с пленником, и все-так отдал Игорю свою драгоценность.
- Это кровь человека,  - объяснил он. - Извини, сохранить ее цвет и вкус мне пока не удается. Но во всем остальном действует, как надо, - оправдался он.
Эта была его суточная порция крови, которую он смог законсервировать. Та самая порция, которая позволяла не испытывать жажду и поддерживать вампирскую сущность в норме. Хотя так ли уж много нужно было Бену? К своим 40 годам молодой лекарь никакими экстрасенсорными талантами не обладал. Была стандартная для вампира регенерация да то, что другие рода называют власть над знанием, а у них это именовалось как умение логическим мыслить и анализировать. Так что для поддержки всего этого в рабочем состоянии крови требовалось не так много. Этого, конечно, мало для вампира-оборотня, но на первый раз сойдет.
Подошел к тушкам охраны, освободил тех от оружия и перекинул его Игорю, раздумывая над тем, что быть может не стоит пытаться с ним вырваться из замка. Оборотней Бен не убивал, так что с этой точки зрения — он чист... Правда, поймут ли это те, кто увидит картину кровью, нарисованную на полу.
Но выходило что в любом случае, когда вампира поймают, латать его придется Бенну. Сизифов труд!

- Ну что, готов? - просил он Игоря,кидая в того тушкой оборотня и  отправляя в сторону двери маленький мешочек с порошком, который составил тут же, используя ингредиенты из своего чудо-сундучка. Фитиль быстро прогорел, передавая огонь внутрь и создавая взрыв, достаточный для того, чтобы выбить дверь и отбросить Игоря, а также его щит в виде убитого оборотня к стене.

Отредактировано Беннет Морриган-Джонсон (18.03.2015 00:24:54)

+4

8

В себя вампир пришёл от не самого приятного аммиачного запаха, заполнившего лёгкие и голову и, за малым, не вызвавшего рвотных спазмов. С одной стороны – пробуждение было неприятным. С другой – Цепеш вообще был счастлив, что очнулся, поскольку горло саднило так, будто какому-то пьяному садовнику пришло в голову перепилить его тупой ножовкой, и определённых успехов он уже достиг.
Игорь, закашлявшись, с трудом приподнялся на локтях, пару раз чихнув, и мутным взглядом уставился на что-то бормотавшего лекаря. Затем, опомнившись, перевёл его на пару трупов, оставленных им у входа в камеру, и машинально провёл тыльной стороной по лицу, стирая с него подсыхающую кровь жертвы. Его жертвы. Недосягаемой, но желанной до сведённых судорогой и без того переломанных пальцев.  Жертвы, что едва не убила его…
Цепеш коснулся пальцами ошейника и гадливо скривился – всё так же душил, всё так же мешал вершить собственную волю, не позволял взять собственную свободу, которая, как показалось на мгновение, была на расстоянии пары шагов – за дверьми его узилища.
- Что?.. – до оглушённого предыдущей болью сознания медленно доходил один неприятный факт. В который его крайне нелюбезно сейчас ткнули носом. Игорь зарычал, приподнимаясь на коленях, и с ненавистью уставился на пришлого коновала, чей язык – чем дальше, тем более бескостным казался сыну патриарха. Впрочем, следовало признать, что тот хоть и трещал без умолку, но это не мешало, очевидно, работать головой – и руками, что немаловажно.
Вампир с сомнением посмотрел на сунутую ему в руки тряпицу, а затем, на всякий случай, уточнил:
- Метке плевать – касается она кожи, или нет…  работает в любом случае, - оценить действия второго кровососа он смог лишь позднее, когда, морщась от боли в не до конца зажитых пальцах, просовывал под металл ошейника полотенце. И наблюдал за тем, как тот буквально на ходу преображается в классического гонимого всеми алхимика, словно по волшебству извлекая из неприметной сумки разнокалиберные мисочки, склянки, и, под конец – добивая пленника, спиртовку.
- Ш-ш-шаман… - выдохнул сквозь зубы, отодвигаясь подальше – а ну, как рванёт? Алхимия никогда не была его сильной стороной, и постигать её сейчас экстерном, путём выковыривания из себя, возможно, ядовитых осколков – он не намеревался. Впрочем, если судить по поведению лекаря – всё шло как надо. Отчётливый, но мало на что похожий резкий запах, снова заставил поднести к лицу ладонь, теперь уже с целью закрыть нос, но эскулап намекнул, что этим делу не поможешь.
Организовывать повязку пришлось буквально из подручных средств, частично, всё-таки, заимствованных из запасов невольного соучастника. Только в душе Цепеша, помимо надежды, ожило и вполне резонное подозрение – не ловушка ли это? Кто он такой, этот ехидный парень, так ловко обращающийся со скальпелем и легко разбирающийся в свойствах каких-то адских смесей?
- А ты какого роду-племени будешь, ц-целитель? – проскрипел, наматывая на морду без лишних сомнений оторванный от своей бывшей рубашки рукав. Вообще, и назвать-то _это_ рубашкой язык не поворачивался – так, тряпка половая, какой самый распоследний забулдыга побрезгует, да ребятня сельская только на одёжку чучелу огородному польстится. Зато своя. Под слой грязной ткани он, всё же, намотал потянутый из саквояжа ещё один шмат чистой льняной тряпицы – судя по тонкому, чуть сладковатому запаху, её кипятили. Возможно даже в травах. В общем, пахла она куда лучше, чем всё, что находилось в этом чёртовом каменном мешке, и Игорь даже на время забыл о терзающей тело боли, источником которой был проклятый ошейник.
Так что, надо думать, им именно что повезло. В том числе и от того, что молодой вампир, что-то там колдующий над склянками и воняющий просто немилосердно, ничего не напутал, и, вроде бы, даже остался доволен результатом.
И было дико неуютно подставлять горло под изготовленную смесь, не имеющую цвета, зато дымящуюся саму по себе явно едкую дрянь. Цепеш взмок, пока лекарь проводил работу, достойную иного ювелира, по вытравливанию печати из металла, и едва ли он мог бы описать словами тот миг ошеломляющего облегчения, когда жжение, достающее даже сквозь сложенную тряпицу, начало сходить на нет, а затем и вовсе сменилось лёгким дискомфортом. На миг даже стало совестно за свои былые подозрения, но озвучивать их вслух он не стал.
- Благодарю… - пробормотал невнятно, сунувшись было снова к ошейнику, но вовремя остановил ставшее уже привычным движение – ещё не хватало вляпаться в подтаявший и ноздреватый, как снег под солнцем, металл. Вместо этого, содрал со рта повязку, повозив оной по лицу, стирая пот и ссыпающуюся чёрной крошкой подсохшую кровь.
Меж тем, его неожиданный спаситель выкинул ещё один фортель, за который в ошалевшем мозгу вампира мелькнула единственная мысль: «Озолочу!». Сейчас он, в самом деле, без малейших сомнений убил бы за единственный глоток человеческой крови, и вот, как площадный трюкач, эскулап предлагает ему реальный шанс на спасение! Правда, нельзя сказать, что выглядел этот «шанс» аппетитно – чёрная, как смола, густая, эта жидкость менее всего походила на кровь, и, всё же… нет, если бы он хотел его отравить, что, пожалуй, влил бы в глотку ту самую ядрёную смесь. Риск, конечно, но вполне оправданный, в его-то положении. И, просто свернув пробку, Игорь жадно, буквально в один глоток осушил содержимое пузырька, испытав мгновенный приступ лёгкого ужаса: а что, если печать не сломана, и сейчас его накроет новым «откатом»-реакцией на регенерацию?
Но результат алхимических стараний его дорогого гостя, видимо, даром не прошёл. Блаженная судорога горячей волной захлестнула вампира, принося с собой облегчение, что, в сравнении со всем прошлым, показалось просто эйфорией. Истинно – чтобы ощутить себя счастливым, порой достаточно всего лишь вернуть то, что по праву принадлежит тебе.
И, всё же, что-то было не так. Он не ощущал иллюзии собственного всемогущества, и, при ближайшем изучении, оказалось, что боль затаилась глубже, оказалась загнанная в самые далёкие уголки ран, но отчего-то не спешила покидать его полностью. Что ж… не исключено, что ему просто мало было одного-единственного глотка. Остальное он доберёт сам, в дороге… по пути к свободе.
Против воли оскалился в злорадной и предвкушающей улыбке, рывком выбросив в сторону руку, машинально подхватывая брошенный целителем оружейный скарб. Тот, в свою очередь, что-то там колдовал с дверью, но Игорь пока разбирался с тем, как пристроить на голое тело перевязь с коротким клинком, и, при этом, не лишить себя потомства в будущем – поскольку ножны не прилагались. И пока он алчно посматривал на тело одного из убитых оборотней, что более-менее походил ростом и шириной плеч на самого вампира – горе-алхимик, словно манекеном для отработки ударов, швырнул в него трупом второго охранника.
Спросить «какого дьявола?!» Цепеш не успел. Прогремевший взрыв отшвырнул его назад, впечатывая в каменную кладку стены и вышибая из лёгких тот самый вопрос вместе с воздухом. По счастью, вместо того, чтобы отбросить от себя труп, вампир машинально воспользовался оным как щитом – очевидно, как и предполагал горе-подрывник.
- ..бать! – просипел, мотая головой и, пошатываясь, поднялся с пола. – Ты охренел?!
Злобно выдохнул, ощущая себя, ни много ни мало, контуженным, но, всё же… дверь была открыта. Дверь. Была. Открыта.
- Ты идёшь со мной, - заявил всё с тем же оттенком азартного безумия, принимаясь буквально вытряхивать мертвеца из тряпья, в которое тот был обряжен. Мародёрство, грабёж… эти ублюдки заслужили много большее… и они это получат.
Натянуть штаны, рубаху и сапоги удалось в рекордные, даже для воина, сроки. Поверх уже надёжнее села перевязь, а в ладонь перекочевал найденный на трупе короткий и широкий кинжал.
«- Пойдёт для разделки туш…» - мысленно отметил, подходя к двери и распахивая её. Не было времени чесать яйца. Не было желания смотреть и вперёд – и назад. Жажда боя, жажда поиска жертвы сейчас всецело владела разумом Цепеша, и сквозь багряную дымку он вглядывался в закоулки коридоров, которыми его далеко не раз волокли на допросы или просто избиения.
Желание отомстить боролось с остатками здравомыслия.
«- Потом… потом… всё до тла. Разрушить до самого основания… мрази… твари…» - одёргивал себя, изредка косясь за спину – не отстал ли лекарь?

+1

9

- Метке плевать – касается она кожи, или нет…работает в любом случае
Вообще попытки недалеких нелюдей  давать советы Бену молодой Морриган воспринимал одинаково: с глубоко скрытым сарказмом и милой улыбкой на губах. Умение посылать далеко и конкретно пришло чуть позже. Но пока же он лишь многозначительно произнес «Как интересно» и продолжил свое дело, стараясь побороть искушение накапать пару капель кислоты на тело вампира.
По сути Бену было плевать, кем его считали и как к нему относились. Алхимик — так алхимик, шаман — так шаман. Да хоть чертом или ангелом назовите — роли не играло. По крайней мере до той самой поры, пока не угрожало его жизни. Он был хорошим учеником и умел учиться, вне зависимости от того, кто делился с ним своими знаниями: вампир, эльф или обычный человек.  До чего-то доходил сам. Вот только он не относился к числу тех алхимиков, которые пытались получить философский камень. Хотя знал, что в его роду были те, кто из века в век старались открыть этот секрет. В общем-то ничего удивительного в этом не было. Если бы Джонсоны смогли открыть тайну как из говна сделать золото, они могли бы решить множество проблем. А пока же приходилось мириться с ограниченными средствами, с более сильными соседями и учиться выживать в этих условиях.
Вопрос о принадлежности к роду вызвал недоумение. Как правило сыночки патров продвинутых родов (к которым Джонсоны относились с натяжкой из-за все тех же ограниченных средств)  редко интересовались тем, кто им прислуживал. А лекарей в это время хоть и боялись, но относились к ним как к прислуге.
Так к чему такой вопрос?  Либо ему не доверяют, либо...
- Морриган я. Благодарности можешь оставить на потом!
Вообще-то, говоря это, Беннет в лучшем случае рассчитывал на то, что  его попытка спасти близкого родственника патриарха зачтется в пользу его рода во время очередной стычки, но видимо Цепеш не рассматривал данный вопрос столь глобально. Но все равно услышать от него даже скудное «благодарю», зажеванное и будто вытолкнутое, было приятно.
Взрывной волной, которая отбросила Игоря к стене, накрыло и Бена. Вот только в отличии от Цепеша, Морриган не успел ничем прикрыться. Что ж, сам виноват, надо было присобачивать фитиль, и побольше. В голове замелькали формулы, расчеты. Выводы были записаны в памяти с тем, чтобы в дальнейшем избежать таких проколов.
А сейчас же оставалось прижать ладонь к руке, по которой скользнул обрубок двери, оставив след, и поймать языком каплю крови , сочащейся из поврежденной  собственными клыками губы.
«Нет, эту дурацкую привычку надо оставлять!»
Рубашка тут же окрасилась в красный, но регенерация поспешила затянуть ранку.
А пока организм справлялся с повреждением, Беннет наблюдал за действием обретшего силы и обнаглевшего вампира!
На самом деле, пока Цепеш натягивал на себя одежду, Бен боролся с чувством, близким к сожалению. Не то, чтобы ему очень уж хотелось видеть голый зад вампира и его мотающиеся яйца во время стычек с теми, кто мог оказаться по ту сторону темницы, просто уж больно хотелось посмотреть в действии, как Цепеши способны изменять не все тело, а лишь некоторые части.
- Нахрена тебе одежда? - не выдержал и все-таки спросил. -  Покрыл бы тело шерстью — и дело в шляпе.
Пожал плечами, собирая попутно все свои инструменты обратно в саквояж. В конце концов то, что Игорь собрался сражаться в образе человека, играло Бену на руку. Значит,  не сбежит, бросив лекаря одного разбираться с озверевшими оборотнями.
- Ты идёшь со мной.
- Конечно , иду. Тут дорога-то одна!
Вздохнул над тупостью  попутчика, одной рукой ухватил свой тяжелый саквояж, другой - перекинул через плечо перевязь с оружием, взятую у убитого оборотня.
Надо ли говорить, что далеко они не ушли. Всего пару шагов по коридору — как наткнулись на группу оборотней, спешащих в их камеру, чтобы устроить разборки над тем, кто убил из сотоварищей.
И пока Игорь отражал атаки нападающих, Бен в паре шагов от основных мест действия копался в своем саквояже в поисках заветной бутылки... После того, как сундук тряхнуло взрывом, найти что-то быстро было нереально...
- Черт.. Да где же ты? - ворчал Беннет, периодически поднимая голову, проверяя, как идет битва и на какой стороне перевес.
Если говорить о численном количестве, то перевес был на стороне оборотней. Но в узких коридорах это не имело никакого значения.
Но имело значение нечто иное: оборотни — не люди. Эти существа слишком быстро восстанавливались. Так что тот, кого ты сейчас списал со счетов, через пару минут вполне мог вновь восстать против тебя.
- Нашел! - Морриган достал из сундука флакон с серебряной водой и баночку с маленькими таблетками.  Бен не был убийцей, так что добивал раненых лишь тогда, когда они сами об этом просили.  В остальных же случаях достаточно было пролить пару капель на повреждение, чтобы задержать регенерацию и обеспечить себе спокойные тылы.
- Я знаю, будет больно, но потом это пройдет, - он одобряюще похлопал по плечу лежащего на полу оборотня с рассеченной грудной клеткой и капнул прямо в рану волшебной жидкости, после чего положил в рот зверюги таблетку мощного снотворного.
Подобная же помощь была оказана и другим существам, которые во время схватки не потеряли  головы. В прямом смысле этого слова.
Осталось еще парочка врагов, с которыми отчаянно сражался  Цепеш. Беннет скучающим взглядом наблюдал за этим. Вообще те поэты, писатели, которые красивыми словами описывали подобные битвы, вряд ли видели их в реальности. Быть может на больших территориях, где есть возможность элегантно махать саблей, шашкой, все это и выглядит красиво. Но в узких коридорах всем этим даже не пахнет. Зато пахнет кровью и потом... Причем вторым иногда больше, чем первым. О грациозности тут думают разве что летящие вниз обрубленные конечности, потому что остальное тело падает громоздким мешком, а если лезвие еще и раскроило живот, то мешок этот имеет довольно специфический запах.
В концов концов сидеть без дела надоело... Хотелось в лес, травку собирать, птичек послушать, и к Мариике на деревню сходить.. Она вкусно пироги печет, черт побери.
Аккуратно приблизился к Игорю, стараясь не попасть под раздачу.
- У того рыжего — плечелопаточный периартрит  скорее всего.. С правой стороны... Заставь его крутиться — и поднырни под него сзади справа. Отбиться не сможет! - дал совет доктор. А вот о том, как заставить крутиться широкоплечего оборотня в достаточно узком пространстве — это уже не его задача. Пусть Игорь сам думает, если ему, конечно, есть чем это делать.
Сам же Беннет вновь отошел подальше, сел на пол, прижав к себе саблю и любовно обняв саквояж!

+2

10

Ответить на язвительные комментарии лекаря Игорь не мог и не желал. Во всяком случае, у него, внезапно, оказалось куда больше забот, чем он планировал изначально, и призрак свободы, маячащий перед ним, постепенно истаивал, подменяясь образом заполонивших узкий проход, мешающих друг другу оборотней.
Цепеш набычился, шевельнув пальцами и беря кинжал обратным хватом, а в другую руку послушно лёг трофейный меч. Ладонью ощущая шероховатость рукояти, вампир испытывал мало с чем сравнимое наслаждение предвкушения.
Он был один, и он был на пороге безумия. За столько дней непрерывных мучений и истязаний, он успел проникнуться к своим пленителям столь жаркой ненавистью, что, казалось, сам был готов полыхнуть, заняться, как порох, от единственной искры.
Те мгновения, что потребовались оборотням, чтобы оценить ситуацию, были использованы им для того, чтобы сократить расстояние до первого трупа. Игорь не собирался недооценивать своих врагов, или давать им хотя бы тень шанса для того, чтобы получить преимущество – достаточно было весьма серьёзного численного перевеса. И именно его, в первую очередь, он намеревался лишить нападающих.
Холодный голос в его голове открыл счёт павшим, после того, как хлестнул наотмашь рукой с кинжалом, распотрошив брюхо ближайшему волку, и коротким тычком кулака в висок отправляя его на пол. Глухо чавкнуло под ногой, когда Цепеш наступил на вывалившиеся взрезанные кишки, но едва ли обратил на это внимание, всё ещё удерживая меч в левой руке – самую малость отставленным в сторону, отвлекая внимание от внешне «безоружной» правой. Ему, опытному воину, получившему далеко не одну рану в бою, было очевидно, что без этого не обойдётся и сейчас. Как бы скор и силён он ни был.
Он не тратил дыхания на слова или угрозы, на бахвальство или поддразнивание. Он использовал отвоёванные секунды, чтобы пережить мучительные мгновения боли, от заломивших костей, перестраивающихся хрящей и растягивающихся мышц. И, словно судорога прошла по лицу, искажая черты, уродуя до неузнаваемости и превращая в некий усреднённый образ между вампиром и зверем. Выдвинулась вперёд челюсть, заметно увеличились и заострились зубы, превращаясь в полноценные и крепкие клыки.
Игорь рявкнул, сгорбившись, и метнувшись вперёд, к следующему врагу, которого он – секунды вперёд – уже видел захлёбывающегося кровью. Но пока только клинок в левой описал короткую дугу, устремляясь хлёстким ударом острия к ключице оборотня, и был встречен ответным парированием, долженствующим сбить замах. И лишь тогда кинжал в выброшенной вперёд правой довершил начатое, сотворяя на горле кряжистого мужика ещё один уродливо улыбающийся, от уха до уха, кровоточащий рот. Вонзаясь глубоко, рассекая трахею, сухожилия, мышцы, оставляя, по сути, держаться башку на одном лишь остове позвоночника. А «слитый» до того удар – коротким уколом ткнулся в грудину тому «счастливчику», что подобрался слишком близко к своему почти обезглавленному товарищу.
Левое плечо обожгло болью, и вампир хрипло зарычал, распалённый тем фактом, что кто-то его достал. Кто-то? Да вот этот же самый труп!
Со злобой, затмившей на мгновения разум, Цепеш всадил в глазницу оборотня кинжал по рукоять, и, не слушая сиплого судорожного всхлипа, пнул тело, доживающее последние мгновения, под ноги оставшимся двум стражам.
«- Арбалетчики… какого хрена здесь нет арбалетчиков?! Они должны быть… тупые твари…» - парень оскалил волчьи клыки, перебросив меч в правую руку. Пока что он не замечал, что кровь продолжает заливать рукав, сочась из разреза, который, в свою очередь, даже не думает затягиваться самостоятельно.
Тот, кто был позади, был вооружён алебардой, и отчего-то посчитал, что напасть из-за плеча соратника – будет вернее всего. Игорь, отшатнувшись от свистнувшего в локте от его головы лезвия, хищно ощерился, тут же обрушивая удар на того оборотня, что был ближе. От плеча до бедра, вскрывая грудину, толчком ноги отбрасывая его назад, сбивая с ног алебардщика.
Молодой, лет двадцать на вид. Глаза кажутся почти белыми, на фоне по-девичьи густых, чёрных ресниц. Белыми – от игольчатого зрачка. Страх сковал руки мальчишки – он нелепо пытался ткнуть вампира своим оружием, с пола, лёжа, и, при этом – отползал назад. Лезвие алебарды плясало, выписывая в воздухе замысловатые коленца, но это едва ли можно было назвать обманным манёвром.
- Теперь. Тебе. Страшно… - хрипло выдохнул, без труда ловя раненой рукой древко, наступая молодому оборотню на грудь, так, что хрустнули рёбра. Бездумно, не соизмеряя силы, вдавливая деревянный каблук в грудную клетку.
- Я тебя тоже помнил… щенок, – новый хруст – но деревянный, когда под пальцами взбешенного вампира сломалась алебарда, в ладони от лезвия, и он, перехватив то, как мясницкий тесак, вонзил в лоб мальчишки.
Секунды удовлетворения короткой мести были «вознаграждены» топотом двух пар ног – видимо, явились отставшие. Выдернув из пальцев оборотня древко, Цепеш, коротко размахнувшись, швырнул его, на манер дротика, в грудь первого, на время исключая из боя. Второй же, рыжий верзила, хоть и выглядел увальнем, но, очевидно, успел оценить хрипы пускающего кровавые пузыри, и теперь держал дистанцию.
Лекарь, черти б его взяли, невесть что творящий позади, вякнул очередную малопонятную тираду. В целом-то, конечно, Игорь потом оценил, что только и нужно было, что «закружить» здоровяка, но времени на это не было.
Болезненной судорогой свело левую руку, когда та начала морфировать. Полузвериная – получеловеческая лапа, с жёсткими когтями, коротко отмахнулась от массивной дубинки, утыканной омерзительного вида шипами. Удара под дых парень не ощутил – сгорбился только, хватая ртом воздух, но в следующее же мгновение, озверев, вонзился искажёнными клыками в податливое брюхо рыжего, вырывая шмат шкуры и мышц. Оглушительный рёв также зазвучал несколько издалека, когда вскинутый вверх клинок уткнулся в яремную впадину, а когти левой – вонзились пониже окровавленного живота. Не угрожая – сразу смыкаясь на гениталиях оборотня, и буквально отрывая их. А затем вырвал и сердце.
Игорю было кому мстить. И, несмотря на боль, терзающую его, он наслаждался каждой отнятой жизнью.
Тишина была относительной – всё ещё хрипел тот, проткнутый рукоятью алебарды, и парень, покачнувшись, подошёл к нему. Левая рука, на глазах, менялась, становясь обычной – а вот лицо оставалось прежним.
- Где арсенал, падаль? – хрипло спросил, вцепившись в древко и принимаясь раскачивать его в раскуроченной груди. Зенки «похитителя» выпучились, и он засучил ногами, словно пытаясь вползти таким образом вверх по стене. Цепеш не пускал.
- Где. Арсенал? – повторил, качнув ещё раз орудием пытки.
- Да-а-альше-е… - простонал, выплёвывая сгустки крови, и поднимая трясущуюся руку. – Туда-а-а… до… конца…
- Лжёшь! – рявкнул снова, наваливаясь на рукоять всем весом, и проворачивая её снова. Головорез всхрапнул, выгибаясь и царапая грудь пальцами.
- Кля-а-ану-усь… - проскулил уже сипло, и Цепеш, гадливо скривившись, впился растопыренными пальцами левой руки в запрокинутое лицо. Дрожь, предвещающая насыщение, вдох…
Ничего. Пустота. Остатки жизненной энергии, что теплилась в этом агонизирующем ублюдке, там и остались. Биовампиризм – не работал.
- Мать твою… - выдохнул со злостью, отмахнувшись клинком уже почти не глядя, отсекая голову оборотню. – Хреново… печать…
Воззрился на уже, фактически, висящую плетью левую руку – с искренним удивлением.
- Всё ещё работает, - зыркнул с прищуром на целителя. – Хоть и не в полную силу. Если ты обманешь меня… Морриган.
Не закончил, молча покачнув головой. Не идиот – сам поймёт, что говорят в таких ситуациях.
- Идём. Нам нужно оружие. И доспех той части, что расквартирована здесь. Пошевеливайся.

+2

11

В какой-то момент скука отступила.  Все внимание Беннета было направлено на частичную трансформацию вампира. Была бы возможность — он бы все это зарисовал. Но сейчас же оставалось лишь наблюдать, отмечая, что род Цепешей нельзя назвать чистокровными вампирами. Подобная способность есть результат смешения разных кровей: крови вампира и оборотня. Слишком похожи были процессы трансформации у этих рас. И вот получалось, что  на протяжении стольких веков эти полукровки пытались потеснить вампиров, чтобы занять свое место.
Вампиры погрязли в битвах так же, как и люди.  И вот сейчас тот, кто считал себя чистокровным, вполне возможно дрался со своими дальними родственниками. Дрался, как человек, потому что волки не убивают, если не  хотят есть. А люди готовы лишать других жизни ради развлечения или мести. Вампиры, оборотни, эльфы — все они были не лучше людей. Они были просто страшнее, так как благодаря своими способностям могли нанести больший вред.
А между тем правильно говорят: сила есть — ума не надо. Что стоит взмахнуть отточенным лезвием, вскрывая кишки, рассекая грудь. Вот только физических сил на это требуется слишком много. А между тем порой достаточно было одного точного удара, чтобы противник пал — быстро и фактически  без боли. Но одержимым смертью нужна не просто сметь, им нужны мучения.
Лекарь не должен смотреть на битву. Потому что он видит не хороший удар, выводящий противника из  игры, а видит, как прорывается эпидермис, как повреждается дерма, как нервные окончания посылают в мозг сигнал об опасности. Как включаются защитные реакция, забирающие энергию из клеток других органов. Маленькая царапина запускает сложный механизм взаимодействия. Что уж тут говорить о более сложных повреждениях.
После смерти молодого пацана говорить ничего уже не хотелось. Перед ним был истинный образец цепешовской породы. Подними таких в бой и дай приказ живых не брать, как от поселения ничего не останется. Что могли таким противопоставить Джонсоны? Даже знания иногда не помогали, когда им противостояла грубая сила, которой руководила жажда крови.
Впервые за этот вечер возникло желание всадить клинок в спину бывшему пациенту. Таких зверей надо держать на железном поводке и в наморднике. Они слишком опасны для окружающих.
Бену приходилось участвовать в битвах: с людьми, оборотнями, вампирами, потому что приходилось защищать свою жизнь. Но убийства просто ради убийства он не любил.
Но в данном случае это было не его сражения. У Игоря с оборотнями были свои счеты и лекарь вновь принял сторону невмешательства. Однако это не помешало Бену отложить саквояж и вытащить оружие из ножен, когда удар под дых на секунду вывел вампира из строя. Но помощь не потребовалась. Оружие вновь убрано, а взгляд отведен в сторону: вид зверя, пожирающего плоть оборотня, вызвал отвращение.
Лишь на минуту исследовательский инстинкт взял верх, когда Игорь заговорил. Однако мысли о том, почему такие звуки удаются произнести обладателю волчьей челюсти, Бен запрятал далеко вглубь, мысленно выругавшись.
- Оставь его, - медленно произнес его, приближаясь к бывшему пациенту, которому хотелось раскроить череп.  - Оставь его..
Но видимо, кровь застилала не только глаза, но и не позволяла слышать.
- Хреново… печать… Всё ещё работает. Хоть и не в полную силу.
- Я не маг, - коротко бросил. - И регенерация твоя скоро сойдет на нет. Я предупреждал.
- Если ты обманешь меня… Морриган.
Лишь усмехнулся. Вот уж чего-чего, а угроз Бен не боялся.
- То что? Нос мне откусишь своими волчьими зубами?
Они шли по коридору, когда Бен услышал шаги и голоса сзади. Хорошая битва — это та, которую удалось избежать. Поэтому Морриган оглянулся. Бежать особо было не куда — коридор длинный — не успеют, а лишних жертв хотелось избежать.
К счастью, в стене заметил отблеск света, идущий от щелки в двери. Схватил рассуждающего об оружиях и доспехах напарника за пояс и втолкнул в дверь, тут же прикрывая ее и прижимая вампира к стене и пальцем у губ призывая того к молчанию.
Шаги, а сними и разговоры затихли.
- Нахрена тебе доспехи? - шепотом спросил Бен. В этом помещении было светло, оборотнями не пахло, а пока охрана поймет, что где-то упустили беглецов, они смогут хотя бы продумать план действий. А не то не ровен час этот придурок с волчьей челюстью начнет воевать с мельницами, лишь бы выплеснуть на них свою обиду за поврежденную в подвалах замка шкурку.
- Трофей что ли прихватить для папочки решил? Или хочешь в этих шмотках проскочить через центральный вход? Да от тебя за километр вампиром пахнет! А ворота здесь охраняются — мышь не проскользнет. К тому же впереди — лес. Резиденция оборотней. Если уходить, то с другой стороны замка. По реке. Плавать-то умеешь?
Движение сзади привлекло вампира. Он медленно обернулся, только сейчас понимая, что за всей это речью не заметил запаха находящихся в этой комнате живых существ.
6 женщин разного возраста, самой молодой из которых не было еще и 18, стояли в свободной зале. Служанки! Пока они молчали, кто-то даже придерживал руки у рта. Но в любой момент с их губ был готов сорваться крик, способный привлечь в это помещение охрану.
- Черт! - Бен медленно поднял с пола саквояж и сделал шаг в сторону, отходя от Игоря.

+3

12

Бормотание лекаря действовало раздражающе.
- Я не маг! – с сарказмом передразнил, чуть рычащим тоном, явно не испытывая сложности с тем, чтобы говорить с таким вот ротовым аппаратом. А вот за полноценную внятность речи, действительно, поручиться было сложно.
- Не маг, а сунулся… тебе повезло, что эта гадость по мне не шарахнула. А нос я тебе откусывать не буду – глотку разорву, и хватит с тебя, - снисходительная надменность скользнула в голосе, но, при этом, взгляд Игоря цепко скользил по сторонам, проникая сквозь полумрак ответвлений коридоров, выискивая малейшую опасность. Которая, впрочем, подбиралась совсем с иной стороны – очевидно, вампирам удалось миновать какой-то коридор незамеченными, откуда вышли стражники, ещё не знающее о том, что их ряды поредели. Цепеш, видимо, слишком увлёкся высматриванием и вынюхиванием, а вот на «выслушивание» сноровки не хватило.
А вот у Морригана – хватило. И хоть сто раз скажи раненому наследнику о том, что поведение невольного спасителя продиктовано здравым смыслом – он сможет он адекватно воспринять факт того, что кто-то столь бесцеремонно куда-то его толкает.
Вздёрнулась истончившаяся верхняя губа, обнажая клыки, и Цепеш глухо рыкнул, прижатый к стене, но хай поднимать не стал – лишь сверху-вниз зыркнул на лекаря, а, после этого, взгляд вампира впился во что-то позади болтуна.
Лицо снова стало меняться – теперь уже почти непроизвольно, вновь возвращая парню обычный вид, а тот, слегка расширившимися глазами, смотрел на баб. А бабы, очевидно же, смотрели на них.
«- Вот дьявол!» - мысленно Игорь проклял своего спутника, умудрившегося втолкнуть их в комнату для прислуги, да ещё в момент, когда, собственно, все служанки были на месте!
- Закрой… рот… - запоздало несколько прошипел, ткнув отходящего в плечо – не сильно, но вполне ощутимо. Цепеш был в смятении, а, следовательно, и в ярости.
Эти девчонки и женщины… в сущности, ни к одной из них он не испытывал ненависти, и не хотел убивать. До определённого момента, вообще, убивать женщину считалось низостью, поступком, что, несомненно, не был достоин воина. Исключение составляли те бешеные бабы, что полагали себя достойными противниками, и тоже обряжались в железо – и брали в руки железо; или же… подобные ситуации.
«- Они невиновны…» - в глубоко запавших, лихорадочно блестящих глазах теплилось почти отчаяние, старательно подавляемое вампиром.
- Тихо. Ни звука, - хрипло проговорил, повторяя жест целителя и прижимая палец к губам, однако – почти тут же выбросил руку в сторону девчонки, что уже набрала воздуха, чтобы завизжать. – Я. Сказал. Ни. Звука.
Отчётливо, раздельно – едва ли не по слогам, приближаясь с каждым словом на шаг. Окровавленный, в изорванной одежде, едва ли он выглядел особо успокаивающе или мирно, но подавление воли, как ни странно, тоже срабатывало. Сломанная печать обладала удивительно избирательной властью. Приглушая регенерацию и биовампиризм – она позволяла морфировать и не глушила ауру вампира. Та ещё головоломка, над которой, в общем-то, Игорь голову ломать как раз и не хотел.
- Закричит одна – умрут все, раньше, чем эхо крика первой утихнет. Будете мышками – выживите.
Сказал – и прикусил язык. Бабьё смотрело на него, примолкнув, вот только была одна загвоздка… и заключалась она в длинном языке чёртового эскулапа!
«- Ну какого хрена ты сказал про реку…» - едва ли не простонал мысленно Игорь. Девки, даже если не поднимут хай сейчас – очень вряд ли будут покрывать беглецов перед теми, кто замок населял. Погоня была сейчас абсолютно не нужна – оборотни, отдохнувшие, злые и сытые, на просторе в беге будут куда покрепче, чем двое измотанных вампиров. Очень «вовремя» о себе напомнила рука, ощущением клыкастого огня, перемалывающего плечо.
«- Дьявол раздери, что ж так больно-то!» - удивлённо, скорее, нежели огорчённо, подумал он, не осознавая, что продолжает давить на служанок. Сомнения, что терзали его сейчас, были неприемлемы. В первую очередь – он должен был выжить, и выбраться отсюда. И ни за что не дать оборотням снова захватить себя, с тем, чтобы посадить в подвалы и продолжать пытки – до того момента, как его истерзанный полутруп можно будет предъявить отцу. Здесь, конечно, волчата могли и всерьёз просчитаться – Доминик жаркой отцовской любовью не пылал, так что вполне мог пойти на то, чтобы из полутрупа сделать нечто полноценно неживое. И, всё же, жить хотелось больше, чем проверять – насколько патриарх дорожит наследником.
А, следовательно, человечки должны были умереть.
Та, что была младше всех, и, по совместительству, стояла ближе к нему, бездумно подчиняясь движению руки, подошла поближе.
«- Не пропадать же добру…» - мелькнула ещё одна рассеянная мысль, с которой вампир склонился к горлу девушки, и без лишних церемоний или жалости вонзил в него клыки. Горячая жаркая кровь – совсем не тот отвратительный на вкус концентрат, что выделил ему лекарь. Сейчас Игорь насыщался, в том числе, и морально, словно сбрасывая с себя тяжесть всех проведённых в плену дней и полученных ран.

Отредактировано Инкогнито (12.02.2015 20:29:27)

+1

13

По поводу того, кому повезло больше, что печать не шарахнула, Бен предпочел промолчать, лишь добавив в памяти новый эпитет к имени Игоря — неблагодарная тварь!
- Да, наверное, надо было ее не трогать! - съязвил Беннет. - Чтобы рвать было нечем!
- Идиот! - сквозь зубы ругнулся лекарь. От тяжелого саквояжа тянуло руку, но кидать свой чудо-сундучок Морриган не собирался. Конечно, в этой переносной котомке были не все его сокровища. Но здесь было основное, необходимое для лечения большого количества заболеваний и повреждений.
Возможно, Бен не сразу заметил женщин из-за того, чтоб боялся, что пустоголовый остолоп выкинет очередной фортель, а быть может он слишком был увлечен тем, как Игорь изменял свою челюсть.
- Круто! А голосовые связки ты трансформировал или оставлял их человеческими? - он успел задать этот вопрос как раз перед тем, как почувствовал женщин.
Удар, пусть и легкий, вновь напомнил, что перед ним не просто объект для изучения, подопытная мышь, а двуногий хищник, для которого убийство — это жизнь.
- Цепеш!
Он не мог найти разумного объяснения, но он шептал, не смея повысить голос. Будто боялся, что любое его резкое движение сорвет тормоза у бывшего пациента и тот, как одержимый, бросится убивать этих несчастных женщин.
- Не надо!
Следя за действиями вампира, Беннет мысленно продумывал варианты дальнейших событий, параллельно с этим боковым зрением улавливая движения находящихся в комнате людей.
Они слышали. Без сомнений, они слышали если не все, то большую часть того, что он предложил. Они были свидетелями — ненужными и бесполезными, от которых проще было избавиться. И что самое противное, Бен понимал разумность этих действий. Вот только это не значит, что убийство — единственный выход.
К счастью, Игорь тоже был такого же мнения. Подавление воли сработало, частичная трансформация — тоже. Отсюда возникал резонный вопрос: что же такое пытался испробовать Игорь, и что заглушила печать...
Однако мысли об этой, безусловно, ценной информации пришлось отложить на потом.
Сила разума победила. Игорь не собирался убивать женщин. А значит, в нем есть сострадание. Возможно, если бы Бен умел читать мысли и понял бы, что причина более банальна и связана с призрачной честью  кровавых воинов, он бы.. А что он бы сделал? Да ничего...
Оставалось надеяться, что хоть слова свои вампир умеет держать. Но для того, чтобы у вампиро-оборотня не было соблазна, Беннет решил помочь дамам выполнить условие. Младший отпрыск рода Морриган был слишком юн по меркам вампира, он без труда мог подавить волю обычного человека. С кровососами, более старшими  и мудрыми, это подчас становилось невозможно. Но сейчас много и не надо было. Просто подстраховать волю Игоря, не давая женщинам показать всю мощь их голосовых связок и объема легких.
Джонсон неслышно приблизился к Игорю.
- Их можно связать, спрятать и закрыть здесь. Их обнаружат не скоро, - он говорил медленно, стараясь не способностью, так хоть словами убедить вампира действовать не столь кроваво. - Убитые они нам не помогут. Только навредят. Запах их трупов привлечет оборотней. И даже если нам удастся бежать, они оповестят обо всем поселение. На нас ополчатся не только оборотни, но и другие расы, населяющие это место.
Надо ли говорить, что если им удастся бежать из этих мест, то им в лучшем случае не помешает если не помощь, то хотя бы невмешательство в их дела жителей близлежащих деревень. Конечно, всегда найдутся желающие подзаработать предательством. Но убийство селян сделает их не просто существами, находящимися в розыске, а врагами для всех.
Не особо приятное и выгодное положение!
- Игорь!
Он обещал не убивать, если они будут молчать. Женщины молчали, потому что их держала воля Цепеша и воля Джонсона.
Волку-кровососу нужна была кровь, чтобы восстановить поврежденное плечо. Это было естественно и вполне понятно. Поэтому Бен ничего не предпринял, когда девушка стала приближаться к вампиру, подставляя под его клыки свою шею.
Морриган лишь сильнее сосредоточился, чтобы предупредить возможное ослобевание волевой хватки Игоря.
Вот только человек  слишком хрупкое существо. Если на него наброситься с жадностью, мгновенно проглатывая кровь и не давая организму приспособиться к кровопотери, то уже через пару минут, потеряв 30% крови, донор умрет.
А что такое пара литров для голодного вампира, который неосознанно ищет средство восстановить регенерацию? Да ничего. А если уж вампир и вообще мозгами не обладает, так это объем — вообще пустяк! Пива и то кровососы могут выпить больше!
- Игорь, отпусти ее!
Он встал напротив вампира. Выхватывать жертву из рук кровопийцы  - не лучший вариант. Так порвется артерия и девушка умрет прежде, чем Бен что-то сможет сделать в такой ситуации.
- Ты обещал не убивать. Отпусти! - более четче произнес он, отставляя в сторону свой саквояж, сжимая кулаки. Бен не был идеальным вампиром. НО у него были свои принципы, одно из которых — держи слово или сделай все возможное, чтобы данное обещание было выполнено. И пусть обещание, что при условии тишины никто не умрет, было дано не им. Его нахождение вместе с тем, с чьих уст сорвались данные слова, делали его причастным к происходящему и он не собирался так легко разрывать соглашение.
Злость накатывалась, зрела внутри и готова была вырваться наружу. И Бен не собирался ей мешать это делать. Соединил ее с волей и резко выбросил в сторону Игоря, заставляя того оторваться от жертвы.
Пары секунд хватило, чтобы вмазать кулаком в морду вампира и выхватить из его рук  добычу. Вот только вряд ли  малышка оценила данный жест. Жертва была опустошена.
- Какого черта! - он аккуратно опустил несчастную на пол. - Чтобы напиться, не обязательно убивать!
Остроконечная острая сабля была извлечена из ножен.
- Я тебя не пущу к остальным!
Ножны отброшены! Если бы Игорь бы захотел приблизиться к девушкам, ему пришлось пройти мимо Морригана.
- Только через мой труп!

+1

14

Прерывать насыщающегося Цепеша было чревато…
Упивающийся (во всех смыслах) кровью девушки, Игорь непростительно прозевал момент, когда лекарь решил спасти его жертве жизнь. Глупо, конечно, и с опозданием – но попытался, вначале окриком привлекая его внимание, а затем и странным порывом, заставившим вампира слегка покачнуться, изумлённо воззрившись на Морригана, и совершенно неожиданно для себя словить плюху в челюсть.
От изумления даже шагнул назад, машинально вскидывая руки в готовности нанести ответный удар, но тут  же одёрнул сам себя, разъярённо зашипев:
- Что ты, идиот, себе позволяешь?! – сгорбился, мазнув тыльной стороной ладони по лицу, но кровь человека прекрасно выполняла свои функции, в равной степени подсобив в заживлении раны на плече – и не оставив даже саднящего следа на щеке. Зато сам факт – взбесил Цепеша люто.
Лекарь же, видимо, вспомнил о том, что у него есть клинок, а не только смешная сумка, решил встать в позу праведного негодования и возмущения. Этот благородный порыв выглядел, с точки зрения Игоря, весьма смешно, особенно после того, как «спаситель» всю дорогу до этой чёртовой комнаты отсиживался у отбивающегося вампира за спиной.
- Твой труп организовать совсем не так сложно, как ты себе представляешь… - рыкнул раздражённо, мотнув головой в сторону баб. – Что, думаешь, оглушённые и связанные они дадут нам форы больше, чем убитые? И не ори, как резаный, а то им и визжать не понадобится – все на твои вопли сбегутся.
Он явно старался приглушать голос, но выходило дурно. Злость клокотала в горле, находя выход в глуховатом порыкивании, а вампир всё пытался найти то равновесие, в котором эту нелепую ситуацию ещё можно было как-то объяснить и исправить. Боги, да не был ли этот идиот и сам кровососущим хищником? Разве не знал он, что люди, в большинстве своём, ни что иное, как пища для них, слуги и живые ресурсы? Ну конечно, он же Джонсон… да ещё и целитель. Двинутый на всю башку, это факт.
И, возможно, именно из-за этого он и вызвался помогать ему, Игорю. Осознавать это было неприятно, равно как и то, что вот эта помощь налагала определённые обязательства.
Бывший пленник медлил, переводя сумрачный взгляд с лица своего взбунтовавшегося соратника – на тех, кого он готов был защищать. Ценой своей жизни. В глазах Джонсона горела упрямая решимость, а ведь он был всего лишь мальчишкой, по сравнению с Игорем. Волк чувствовал его силу – тонкую, почти незаметную, шелестящую поземкой по чёрной земле. Лекарь был молод, и, тем не менее, всё равно намеревался отстаивать свои принципы.
Остриё вздёрнутого меча, неподвижно смотрящее в грудь «противника», медленно опустилось, утыкаясь, в итоге, в тёплое дерево пола.
- От тебя, трупа, проку мне никакого, - неожиданно мягким, усталым голосом того, кто привык сражаться с ураганами, проговорил вампир. Угасла ярость в его глазах, а жажда крови, временно утолённая, и вовсе свернулась кольцами смертоносной змеи, засыпая – до востребования.
Это была причина, и вполне веская. Морриган знал эти коридоры, знал и относительно безопасный выход. В сущности, он уже показал себя с не худшей стороны, как компаньон, следовательно, от него могла быть польза и дальше. Но только при условии, что эти дуры-бабы будут жить, черти б его взяли!
- Уйди, придурок. И очень быстро вспоминай, как нам тихо и быстро выбраться к задней стороне замка. Мне, знаешь ли, здесь мало что показывали, - ядовитым тоном велел Игорь, отходя к корзинам, в которых лежало стиранное тряпьё, и бесцеремонно закапываясь в них. Чистый запах бесил его до чертей, по причине того, что иррационально Цепеш  желал соответствующего и привычного отношения, а, вместо этого, «жил» он в холоде, грязи и вони. В отличие от тех, кто мнили себя хозяевами замка.
«- Раздавлю…» - мысленно прорычал, рывком разрывая одну из простыней пополам, а затем каждую часть – ещё раз, сворачивая получившиеся полосы в жгуты.
- Сам вырубать будешь каждую, или мне предоставишь? – глумливо вопросил, с недовольством осознавая, что уже жалеет о принятом решении пощадить этих служек.

Отредактировано Инкогнито (13.02.2015 19:02:24)

+1

15

То, что удалось подействовать на вампира волей — было чудо. Но не меньшим чудом было и то, что его удалось хоть немного сдвинуть с места ударом. Несмотря на ежедневные тренировки Бен не отличался мускулистым телом и уж тем более на фоне рослого Игоря выглядел совсем птенцом. В принципе, так оно и было. Но почему-то в такие моменты не задумываешься о том, что этот полуволк может запросто тебя размазать по стене. Хотя, наверное, все-таки мысли об этом были. Несмотря на юношеский задор и подростковый максимализм, мозги у Бена работали исправно.
Потомок рода Джонсонов прекрасно понимал, что сабля, которую он держал в руке, вряд ли сможет ему помочь. Изогнутая форма орудия никак не подходила для того, чтобы наносить точечные удары, провоцируя у противника  потерю жизненный сил, при этом сохраняя саму жизнь. Последнее было важно. Участвовать в театре абсурда Морриган не собирался. Вернуть силы, вытащить из темницы и убить на пол шаге от свободы — это было круто! Настолько круто, что разум отказывался в баллах оценить весь идиотизм подобной ситуации.
Самоуверенность Цепеша в том, что он так легко может справиться с Беннетом, вызвала лишь улыбку. У лекаря было столько возможностей лишить патриарха рода противников наследника, что вряд ли, узнав об этом, Игорь бы рискнул вообще поворачиваться с Морригану спиной.
Беннет неплохо владел оружием. Быть может он проигрывал в силе удара, но в скорости и юркости он не уступал. Добавьте к этому знание определенных точек, которые могли даже слабый удар сделать очень болезненным, если не тотальным.
Да, он видел мощь Цепеша и понимал, чем могла обернуться лично для него эта битва. Но с учетом  кровожадного характера Цепеша лучше было быть размазанным о стену сейчас, когда есть возможность хоть как-то защищаться, чем потом, просто попав под бешеную руку замутненного кровью разума.
И все-таки провокация не удалась, хотя в глазах «напарника» Бен ясно читал злость.
- От тебя, трупа, проку мне никакого .
Запал у Игоря прошел. Бен так же опустил оружия, потер пальцами переносицу, анализируя эти события.
- Все-таки тебе иногда  полезно давать в морду! - вынес свой вердикт Морриган. - Ты хоть думать начинаешь.  Я это учту!
Действительно,  без друг друга им отсюда не вырваться. Но вот могут ли они доверять? По всему выходило , что могут, но только ровно настолько, сколько требуется, чтобы покинуть эти стены.
Он не знал этого замка. В ту часть, где они находились, он не проникал. Все, что у него было — это лишь воспоминания о внешнем виде строения, которое возвышалось над деревней. Оставалось сравнить внешний план с тем, что могло быть внутри. Добавить к анализу данные о принципах построения подобных крепостей. Но на это нужно время и тишина. Но и с первым, и со вторым сейчас была проблема.
И все-таки Бен, видно, мало дал Цепешу по рылу. Нахрена простыни?
- Каменный век, блядь! Ты бы еще дубинку взял  - говорят помогает от криков и лишних движений!
Отошел к своему саквояжу, достал небольшую коробочку, извлек из нее таблетки. Данное средство часто использовалось для успокоения оборотней. НО человек — более тонкая натура, так что для него хватит и половинной дозы.
Быстро порубил таблетки саблей. Проблема была в том, что пока лекарство растворится в желудке, пройдет время. Но и просто отключать их путем зажима сонной артерии было опасно. Каждый человек по-разному реагирует на данное действие: кто-то приходит в себя быстро, кому-то требуется больше времени.
- Держи! - вручил пару половинок Цепешу. - Надеюсь, с этим ты справишься.
Сарказм даже не пытался скрыть. Хотя было интересно, как же Игорь будет заставлять дам жрать лекарство: с помощью воли или избирая более жесткие методы. Сам же Бен сделал всего лишь три нажатия: на челюсть, чтобы женщина открыла рот, на шею, чтобы спровоцировать глотательный рефлекс, и на сонную артерию, чтобы отключать несчастную на время, пока таблетка не подействовала. Последнюю операцию пришлось повторить и с теми, кому не повезло стать «пациентками» Цепеша.
Бен как раз обрабатывал последнюю, когда дверь открылась и в зал ворвались оборотни.
- Черт! -выругался Морриган, понимая, что на этот раз ему придется участвовать в битве. Одному против стольких очеловеченных волков в просторном помещении, где есть риск, что на тебя нападут сзади, делать нечего. А это значит, что сражаться придется, стоя спиной друг к другу.
Один взгляд на вампира, легкий кивок. И вот уже Бен с обнаженной саблей встречает своих первых противников!

+1

16

Нет, всё-таки этому лекаришке следовало отрезать язык. Открывая рот – он неизменно бесил Игоря, и он, в общем-то, поражался собственной сдержанности, бросив на возмущённо кудахчущего вампира злобный взгляд.
- А связывать их ты тоже пилюлями своими собрался? – огрызнулся, подходя к одной из девушек и принимаясь её «пеленать», предварительно усадив на пол. Служанки, продолжая «шалеть» от присутствия двух вампиров, больше походили на болванчиков, лишённых разума и воли, и посему не оказывали и тени сопротивления.
- Хотя от дубинки я бы не отказался – пару раз тебя вытянуть вдоль хребта, и посмотреть – подействует ли твоё собственное лекарство.
У Морригана, очевидно, был свой взгляд на процесс нейтрализации бабья, и Цепеш не собирался ему мешать, без особых изысков запихивая во рты служанок половинки подозрительно пахнущих пилюль, и внушая их проглотить. Разбираться со всякими точками и хитрыми местами на их головах ему было откровенно лень.
Бабы по одной оседали на пол, и вампир без лишних церемоний оттаскивал их в сторонку, ближе к стене, усаживая там связанных. Конечно, по-хорошему их надо было бы упаковать в какую-нибудь каморку, но таковых в поле зрения не наблюдалось.
Топот оборотней привлёк, в этот раз, внимание Игоря раньше, чем увлечённого заботой о «бесполезных кусках мяса» лекаря, и оттого он, без сожалений бросив одну из девчонок «недовязанной», мягко обернулся в сторону дверей. И снова по левой руке прошла «рябь» трансормации, превращая ту в приятное боевое подспорье – всё же, свыше чем за столетие фактически непрерывного оттачивания искусства сражения, он в совершенстве овладел, в том числе, и своей второй сущностью. Не может быть в бою лишнего преимущества.
- Гости… - хрипло выдохнул, поведя клинком из стороны в сторону, словно сталь была изощрённым подобием ищейки, чуявшей кровь. Без особого удивления, вампир ощутил, что испытывает сейчас почти радость от того, что оборотни пожаловали к ним «на огонёк». Ему безумно нравилось пускать им кровь, и вылавливать среди посторонних лиц те, что принадлежали его бывшим палачам.
Однако, разумная часть, та, что принадлежала не тупому берсерку, а рассудку, не могла не отметить, что сейчас он (лекаря пока в расчёт не брал, будучи не в силах оценить его навыки мечника) в невыгодном положении. Да, оборотней было, опять, много больше, но вот помещение позволяло нападать не по одному. Значит, следует быть намного внимательнее, и держать круговую оборону.
«- Хер вам… сдохнете все… до единого» - сощурился хищно, подавшись вперёд и рявкнув на оборотней. Те, надо думать, не питали иллюзии на тему того, что удастся захватить Цепеша бескровно, но они намеревались его именно захватить, судя по двум ловцам с сетям. Сети Игорю не понравились особенно – да и кто бы обрадовался мысли, что придётся снова пройти через то, что выпало ему?
Движение на периферии заставило скосить взгляд и с удивлением отметить кивок целителя. Серьёзный, будто бы мальчишка мог толком обращаться с этой саблей! Но Цепеш сдержал пренебрежительное цыканье – вместо этого, не дожидаясь, пока в комнате окажется народу больше, чем та будет способна вместить, пошёл в атаку.
Сейчас, испивший крови, он ощущал небывалый подъём сил, а ярость лишь подогревала решимость не оставить здесь, в этом месте, ни единой живой души хозяев замка. Первыми целями он наметил для себя именно ловчих, вот только те предусмотрительно таились пока за спинами товарищей, предоставляя тем возможность связать вампиров боем.
Это было, несомненно, опасно. Но Игорь не был бы собой, если бы не ощущал азарт, распаляемый этой самой опасностью. Кто быстрее, хитрее, злее и умелее?
«- У них нет шансов…» - презрительно подумалось вампиру, отсекающему возможность поражения заблаговременно. Отчего-то ему было легко доверить тылы лекарю – если бы Морриган захотел, то уже давно сумел организовать мучительную гибель наследника Цепешей, а ведь идёт следом. Ворчит, язвит, костерит – но идёт.
«- Куда денется…» - снисходительно буркнул про себя, всаживая в горло ближайшего противника клинок, слегка надавив сверху-вниз, ощущая, как податливо расходится под остриём плоть, отчётливо, до последней капли видя, как плеснуло богатым багрянцем на груди, из рассечённых артерий. И, собственно, это было последней оформленной мыслью, прежде чем воин привычно отключил сознание, позволяя телу двигаться так, как подсказывают инстинкты и рефлексы. Рисунок боя был знаком, хотя он не поручился бы, что ему доводилось проходить через такое прежде, но нападающие были, всё же, ограничены в возможностях – теперь уже, в некоторой мере, мешаясь друг другу.
Вампир не останавливался ни на секунду, текуче перемещаясь между оборотнями, переступая через павшие тела, принимая часть ударов на меч, часть ловя морфированной рукой, часть – просто отбивая. Некогда было оглянуться, посмотреть – как там дела у юнца? – но чуткий слух уловил бы в какофонии боя звук его смерти.
К моменту, как Цепеш добрался до первого ловчего, что, в свою очередь, намеревался обойти его с фланга, прикрываясь головорезом, вооружённым парными кинжалами (на взгляд вампира – пафосное и напрочь бессмысленное оружие, в сложившихся обстоятельствах) – пол был уже неприятно скользким от крови, а в воздухе стоял её же отчётливый запах. Топор вешай. Это возбуждало немыслимо, но наследник провёл достаточно боёв, чтобы уметь контролировать Зверя, и давать ему ровно столько свободы, чтобы ощущать себя сильнее, а не терять голову.
Сейчас он тем более не церемонился. Раны, оставляемые мечом и когтистой рукой, едва ли подлежали регенерации – Игорь бил наверняка. Вскрытая грудина, рассечённые лёгкие, вспоротое брюхо с вываливающимися кишками, раскроенный череп… с каждой следующей смертью он был ближе к своей свободе, и не забывал об этом.
Свистнули грузики, отправляя в полёт сеть. Бросок был метким, и наверняка достиг бы цели, если б Цепеш был человеком, или же внимание его было рассеяно… но он ждал. Ждал этого звука, ждал неверной тени, метнувшейся к нему сверху.
Два шага в сторону, с взметнувшейся вверх рукой, клинком срубая падение сети, рассекая часть ячеек, но сразу же выдёргивая оружие на себя, не позволяя витым нитям опутать его. Снова вздёрнул верхнюю губу, зарычав почти с издевательской интонацией. Следом умер ловец.
Однако, в мешанине звуков, слух вампира уловил один – особенный. Гулкий звон натяжения ворота, тихое похрустывание тетивы… взгляд Цепеша заметался, стремясь вычислить арбалетчика прежде, чем тот сделает выстрел.
Не успел.
Дикая боль пронзила левое плечо, а сила удара отшвырнула Игоря на пол, заставив заорать и, выпустив зазвеневший меч, впиться пальцами в торчащее из груди, пониже ключицы, оперение болта.

+1

17

Гости! Точнее было бы сказать, что это хозяева, которые решили проведать тех, кто так бесцеремонно общается с местным персоналом.
Бен аккуратно уложил последнюю девушку, отметив, что Цепеш уже готов к битве. И не только готов, но и рвется в бой. Видимо, для него вооруженные люди были как красная тряпка для быка. Только покажи острие — и волчок встанет в стойку, пустит слюни и пойдет всех рвать.
И как, скажите, прикрывать ему спину, если он постоянно прыгает из одного конца комнаты в другой?
Надеясь, что Игорь сзади, Бен слишком увлекся отбиваем атак тех, кто бы спереди, что не заметил, как к нему приблизились сзади. Острие промелькнуло в паре миллиметров от уха, срезав прядь волос.
Бен не любил сабли, но должен признать, что для боя в толпе оно — идеальное оружие. Выгнутая дуга очерчивала воздух вокруг тела, обрушиваясь острием на конечности противников.
Рассеченная плоть, скользящее по кости острие, льющаяся из артерий кровь, от которой пол стал скользким. Морриган понимал, что в битве физических возможностей у него не было шансов, поэтому уходил от прямых ударов, нырял под руки, используя все возможности, чтобы хотя бы отбросить от себя противников, и мысленно просчитывая лучший ход, чтобы не допустить одновременной атаки оборотней.
Сейчас, когда Игорь показывал мастерство кровавого боя озверевшего вампира, посылая к черту все  благоразумие, которое диктовало им не отходить далеко  друг от друга, он мог рассчитывать только на себя.
Поднырнул под руку наносящую удар, совершил обманный захват — и вот слышится треск костей в сломанном запястье оборотня. Батман и финт в голову, отступает вновь, чуть пригибаясь, отвлекая внимание противника на саблю и протыкая сонную артерию острием. Уворачивается от очередного удара, изгибается, выбрасывая ногу назад и  выбивая сапогом палаш из руки противника.
Во время битвы все сторонние мысли уходят на второй план. Телом управляют рефлексы и инстинкты, для которых главное — защитить тело, и не важно какой ценой.
Прежде чем успеваешь что-то осознать, рука делает взмах, разрубая плоть и отсекая конечности.  Вспышки боли возникают с запозданием,  когда уже регенерация начинает процесс заживления. А значит, отвлекаться на это не стоит.
И вот уже куски мяса летят на землю и слышится стон. Возможно, что свой собственный, потому что сейчас Бен мало чем отличался от разъяренного и жаждущего крови Игоря. Он был один против пятерых, и первой его целью была - спасение собственной жизнь. Возможно потом, когда кровь успокоится, а рука лихорадочно вздрогнет, снимая напряжение, он сможет осмотреть результат битвы и даже попробует кому-то помочь. Но сейчас все это отодвигалось на второй план.
Сказывался голод. Улыбкой, демонстрирующей длинные клыки, Бен подзывал к себе тех, кто еще остался, чтобы вновь ввязаться в бой.
Эту битву нельзя назвать честной, поэтому и приемы, применяемые Морриганом, не были классическим. Удар снизу — разрывая нападающего на две части, отсекая ему гениталии; обманный бросок, вынуждающий противника наклониться, и точный удар ножом в основание черепа.
Идея сражаться вместе затрещала быстро. Видимо, каждый из них привык сам бороться со своими врагами. Поэтому Цепеш и действовал, вклиниваясь в ряды оборотней, неся там смерть и панику. Беннету оставалось лишь принять бой от тех, кто решил переключить свое внимание на него.
Арбалетчика он увидел одновременно с Игорем. Вот только во внимание этого воина не принял. По сравнению с другими оборотнями Бен был небольшого росточка. Так что пытаться в него попасть стрелой — пустая трата времени. Юркое тело мелькало между воинами, не оставаясь на месте и не давая возможности нормально прицелиться. Вот только в ходе боя как-то вылетело из головы, что Игорь ростом был не обделен и его тело  представляло собой хорошую мишень, на которой кровью был нарисован крест.
- Игорь!
Это единственно, что обозначило ситуацию. Отвлекаться на павшего товарища не было возможности. Несколько выпадов, оттесняющих противников назад, чтобы сменить дислокацию, встав перед Цепешем.
- Не двигайся!
Больше никаких советов нет.  Все внимание — на противников.
Ему не удалось ускользнуть от сети. Отбил ее левой рукой, разрывая ножом  ячейки, но ткань лишь сильнее запутала руку, сковывая движения и вынуждая буквально извиваться, чтобы избежать ударов мечей.
Возможно, Игоря оборотни и хотели взять живьем. Но вряд ли такое желание распространялось на Беннета. Им он был не нужен.
Ему удалось избежать прямого удара в грудь, но острие скользнуло по бедру, заставляя Бена зашипеть и вновь рвануться в сетях, выпутывая саблю и разрывая силок. Следующим ударом был сражен и сам ловчий, который слишком близко подошел к пойманному вампиру.
Камзол распахнулся, обнажая некогда белоснежную рубашку, пропитанную кровью.
Битва продолжилась. Пару раз стрела пролетела мимо, но добраться до арбалетчика не было возможностей. Они стояли ни одной линии: Бен и два мечника. Ни шагу назад.  Два меча против одной сабли. Не имея иного защитного средства, Джонсон подхватил с пола оставленную Игорем простыню, обмотал ее вокруг левой руки. Слабая защита. Ткань лишь глушила часть ударов, но не защищала от них полностью.
Конечно, он был вампиром, но он не был сделан из железа и прекрасно понимал, что битва долго продолжаться не может. Скоро к нынешним противникам присоединятся другие. Так что все, что оставалось — играть ва-банк и надеяться на то, что теория подтвердится практикой.
Он скинул тряпку с руки. Дождался подходящего момент и выставил в защиту свою левую руку, позволяя острию пройти мимо лучевой и локтевой кости и легким поворотом фиксируя оружие. И пока противники в шоке от происходящего, последние силы вкладываются в два удара, приносящие им смерть.
Обессиленный опустился на пол и рывком выдернул меч из руки. Легкий шорох  заставил оторваться от созерцания пола и на время отложить мысли о том, как хорошо бы  к этому полу приложиться разгоряченным лбом.
В паре метров от него стоял лучник, испуганный, ошарашенный, но горимый желанием до конца выполнять свою роль. Исход битвы зависел от того, кто окажется быстрее. Бен замахнулся и устало отправил меч в полет как раз в то мгновение, когда лучник натягивал тетеву. Чавкающий звук, новая порция кровавого аромата заполнила воздух...

Беннет провел рукой по лбу, стирая пот. Через плечо посмотрел на Игоря, отмечая, что тот жив.
- Я сейчас!
Застегнул камзол, пряча под ним окровавленную одежду и, медленно затягивающуюся дырку в боку.
Заставил себя встать, вытащил саблю из рук одного из оборотней и воткнул ее в дверь, предупреждая проникновение других посланцев хозяев замка. Приблизился к саквояжу, пошарил, достал таблетки, закинул в рот горсть, рассыпая по полу все остальное содержимое тюбика и лишь после приблизился к Игорю. Освободил плечо от ткани, прощупал место вокруг ранения, отмечая, что важные органы не  повреждены.
Аккуратно щипцами разрубил стрелу на две части. Часть с оперением откинул в сторону.
- На счет три, хорошо? -  Встал сзади, уперся ногой в тело вампира.
- Раз!
Счета три ждать не стал. Просто дернул, не удержался на ногах и вместе со стрелой рухнул на пол.
Попытка встать не увенчалась успехом.
- Там на саквояже в синем флаконе. Сможешь сам обработать жидкостью свою рану?
Он проследил за Игорем взглядом, отмечая, что у того все в порядке. А сам лег на пол и уставился на потолок.. Красивый, черт его побери!
- Я сейчас!
Прошептал сухими губами, восстанавливая дыхание и разглядывая узор над собой.

+1

18

Сказать, что вампира удивил вопль лекаря – не сказать ничего. Он даже на короткое время забыл о жрущей его плечо боли, вывернув голову и глядя в сторону, где… а, собственно, было на что посмотреть!
Мелкий, используя весьма нетривиальные трюки, успешно сдерживал натиск мечников. Правда, кроме них были ещё ловчий и арбалетчик, которые, решив, что Цепеша можно списать со счетов, обратили внимание на вторую «проблему». Только сейчас, с пола, Игорь мог оценить то, что лекарь не просиживал портки даром, как в прошлые разы, а принял очень даже деятельное участие в схватке. И наследил тоже… знатно.
Ощущая, как звенит в голове, попытался приподняться, но простреленная рука не работала. Кажется, он её вовсе не чувствовал – однако, при попытке опереться на неё, ранение взорвалось такой вспышкой боли, что стала очевидной ошибочность такого мнения. Волк, хрипло выдохнув, скривился и попытался вытащить болт самостоятельно, но чёртова дрянь засела слишком глубоко, пробив насквозь грудь и глубоко засев под первым ребром…
Каждый вдох давался с каким-то трудом, а вскоре вампир с недоумением отметил  вкус крови во рту… своей крови. Что, ещё спустя какое-то время, вспенилась выдохами на губах, стекая по челюсти вниз.
«- Неприятно…» - холодным тоном подумалось вампиру, и он, сцепив зубы, снова потянулся пальцами к болту. Он мешал. Раздражал. Но каждое прикосновение к нему отдавалось болью, терпеть которую не хотелось – но приходилось.
Впрочем, опытным путём Игорь выяснил, что остриё торчит из спины. А когда, заведя руку назад, потрогал лопатку – выяснил, что та целая. Что было уже хорошо – раздробленная кость была бы большей бедой, чем… пробитое лёгкое. Цепеш кашлянул, отирая рот ладонью, и с каким-то равнодушие созерцая тёмную полосу крови.
- Дерьмо… - сплюнул в сторону тёмный сгусток. Собственный вкус сейчас, скорее, раздражал. Как ни странно, мысли стали на редкость чистыми, незамутнёнными эйфорией боя. Что было, если вдуматься, не слишком хорошо – скоро схлынет запал, и боль станет острее. Цепеш не раз замечал то, что раны, полученные им в бою, и которые он просто не замечал, в дальнейшем могли бы стать более чем серьёзной проблемой, если бы не регенерация.
Меж тем, его спутник с переменным успехом сражался с ловчим, у которого гораздо эффективнее вышло использовать сеть, дабы обезвредить врага.
«- Что ж ты делаешь, идиот…» - прошипел мысленно – вслух просто не хотел тратить дыхания, что с каждым ударом сердца становилось всё тяжелее. Но дико жгло желание вскочить на ноги. И показать этому кретину низкорослому, как нужно держать в руках меч. Эх, если бы…
Подобрался, усилием воли приводя себя в сидячее положение. Оставил в покое стрелу, опираясь здоровой рукой о пол и подтягивая ноги, чтобы иметь какую-то опору – но только не стену, до которой было далеко.
Пойманный собственной рукой клинок одного из оборотней, очевидно, оказался достаточной причиной, чтобы заставить ошалеть всех (не исключая Игоря), и привести к их смерти. Цепеш оценил скупость и отточенность ударов, которыми вампир наградил поверженных врагов. А затем, какого-то хрена, Морриган решил, что всё закончилось, тогда как…
- Арбалетчик, ёб твою мать! – прохрипел Волк, с бессильной злобой наблюдая за тем, как тот, кто ранил его, побелевший от ужаса, взводит ворот, чтобы наградить так вовремя и удачного решившего отдохнуть противника болтом промеж глаз! Но лекарь, видимо, тоже уже понял, что был не прав в своём желании прилечь, и, используя свой клинок как метательное оружие – вывел стрелка из строя. Полностью.
Тишина, снова очень неубедительно воцарившаяся в помещении, была прерываема хрипящим дыханием наследника, да суетой, только что не трясущегося от горячки боя, лекаря. Сам Игорь понял, что ещё чуть-чуть – и он медленно завалится назад, что ему не нравилось совершенно. Так что, пытаясь сморгнуть нагнетаемую сочащейся в лёгкие кровью черноту, он с некоторым трудом удержал вертикальное положение, подобрав ноги и усаживаясь по-турецки, понимая, что жутко хочется  сгорбиться – но нельзя.
Приблизился молодой вампир, и выражение его лица вызвало на окровавленном лице Цепеша сардоническую ухмылку.
- Неплохо… держался, - выдохнул, склоняя голову к плечу и оценивающе окинув взглядом щипцы. Потом, правда, не выдержал – взвыл, когда лекарь даванул пальцами на вспухшую плоть вокруг болта, и едва удержался от того, чтобы треснуть его голове.
- Охрр… - выругаться не удалось – только вздрогнуть пару раз, когда из-за действий Морригана болт шевельнулся в груди, принеся просто неописуемые ощущения. Отчего-то вспомнился момент с допросом оборотня, где Игорь желал выяснить расположение арсенала.
- Дёр-ргай уже… - как-то булькающее проговорил, всё-таки заваливаясь вперёд, но, после того, как его спутник выдернул стрелу – снова взвыл. Коротко, на сей раз, и бессловесно, но мысленно изматерился просто страшно.
- Чтоб тебя… - схватился за рану, плеснувшую кровью, зажимая её пальцами и с бездумным выдохом складываясь пополам. – Коновал… хренов…
Благодарность? Не, не слышали…
Цепеш закашлялся, с каким-то остервенением, отхаркивая сгустки крови. Ране ничто не мешало теперь заживать, кроме того, что запас сил, после выпитой девушки уже слегка поистратился. Да и ранение было не из лёгких, так что просто оставить всё, как есть, нельзя. Надо встать… обработать рану.
Оглянулся через плечо, глядя на развалившегося и тоже покрытого кровью вампира. Криво усмехнулся, помотав головой.
- Сильно задело? – не льстя себе – на четвереньках добрался до саквояжа, прямо там усаживаясь и непослушными пальцами одной руки вскрывая пузырёк. Прищурился, плеснув из него прямо на рану. Глаза полезли на лоб, но умудрился не издать ни звука, хотя, с дури, прокусил нижнюю губу, и сейчас терзал её чуть ли не до лохмотьев.
- Это… тебе тоже надо… раны обработать, - говорил он нехотя и мало, не желая лишний раз возвращаться к мыслям о пробитом лёгком и скапливающейся крови, которая и без того периодически клокотала в горле, безумно раздражая.

+1

19

Последний год был относительно спокойным. Никаких сражений, никаких битв. Лишь небольшие тренировки, чтобы совсем не потерять форму. Поэтому сейчас Бен чувствовал себя вымотанным и обескровленным.
В принципе, второе было не так далеко от истины. Рука, превращенная в месиво, не только болела, но и продолжала терять кровь, сочащуюся из поврежденных сосудов и перебитой артерии. Но вместо всех этих мыслей о том, что не мешало бы перетянуть руку, было какое-то удовольствие о том, что трюк удался.
Все-таки кости у вампиров крепкие!
Регенерация работала, но не так быстро, как хотелось бы. Сказывался голод. Бен  жил среди людей, которые все еще искали ведьм и колдунов, рассказывали страшилки про вампиров, так что свою сущность лишний раз не палил и пил кровь только раз в неделю. Так кто же знал, что эта неделя будет такой насыщенной? А тут еще свою  порцию пришлось отдать этому куску мяса, так удачно севшего на вертел.
- Коновал… хренов…
- Не брыкайся, зверюшка!
Как ни странно, но злости на Игоря не было. Возможно потом, когда немного отдохнет и придет в себя, от припомнит вампиру такое обращение. Но это потом, а сейчас была лишь усталость.
Несмотря на  похвалу  вампира, в данной ситуации Бен себя героем не считал. Одного беглого взгляда было достаточно, чтобы  понять — выживших нет.  После того, как немного перевел дыхание, он все-таки подполз к одному оборотню, который, как казалось Бену, дышал. Однако видимо он желаемое принял за действительное. Перевертыш был мертв, так же, как и другие его коллеги.
Покрасневшими от голода глазами вампир глянул в сторону людей. Боль сводила с ума и некоторое время Бен даже не пытался посмотреть на свою руку. Как будто боялся сам себя испугать ее видом. И все-таки скосил глаза, рванул рукав рубашки, освобождая от ткани поврежденную плоть и понимая, что, в общем-то , могло быть и хуже. Но сейчас уже начинало действовать обезболивающее, поэтому боль чуть затихла, напоминая о себе лишь легкой болезненной пульсацией при отсутствии движения.
Отвел взгляд от людей: не хватало еще от них принять дозу снотворного, который в содружестве с выпитым обезболивающим мог дать интересный эффект. Вот только вряд ли данная ситуация подходила для того, чтобы начать экспериментировать.
"Идиот!" - в сердцах обозвал себя Бен, признавая, что, видимо, идея Игоря просто связать баб была бы в данных условиях более подходящей.
- У тебя изо рта кровь идет, - Джонсон прислонился к стене, наблюдая за  действиями Игоря.
- Черт! - на этот раз выругался вслух, стукнув рукой по полу. Тут же взвыл от боли и прокусил губу. - Легкое!!
Как он мог вообще об этом забыть? Как мог не заметить первые признаки повреждения???
Это было непростительно для военного хирурга. Это была грубая ошибка. И плевать, что речь идет о вампире, у которого регенерация затянет рану.
Он проигнорировал симптомы!
- Извини, мне просто еще не попадались раненые в легкое... в живом виде.
Ранения в легкое встречалось на поле боя часто Но тогда дело шло о людях, поэтому пока раненого доставляли в палатку к врачам, он уже успевал умереть не от крови в легких, а от другого сопутствующего повреждения.
Бен  сфокусировал взгляд на вампире, пододвинулся к нему поближе. Приложил ухо к спине, а руку положил на грудь. - Одышки нет? Ну-ка выдохни посильнее!
На вопрос о собственных ранах, Беннет лишь зашикал.... Ему важно было послушать дыхание пациента.
- Черт! Оно действительно свистит! - с восторгом воскликнул он. Приблизился еще ближе, фактически обнимая Цепеша. - Мне не слышно. Ну-ка разденься что ли....
Это было действительно интересно. Перед ним было существо, которое имело ранение, во многих случаях приводящее к смерти.  Причем существо было живое и судя по всему, умирать оно не собиралось. Таким шансом нельзя было не воспользоваться! И плевать, что в любой момент сюда могли ворваться оборотни и наделать в телах множество не менее интересных ран, для Бена все сосредоточилось на этой маленькой дырочке чуть ниже ключицы. Хотя дырочек было, конечно, две, но, черт побери, от этого интерес лишь только увеличивался!
- Будь другом, приложи руку к груди, к ране, а...  Я сейчас дуну, а ты расскажешь, что почувствуешь, хорошо? Минутку.
Он оглянулся в поисках какого-нибудь штыря, которым можно было бы разворотить ранку, чтобы вновь пробраться к уже затягивающемуся легкому.....
В руку попалась часть стрелы, до этого успешно вытащенная из плеча. Бен плюнул на нее  - все-таки не стоит в тела грязными предметами  лазить  - и поднес болт, прикидывая, как бы аккуратнее его запустить обратно, повторяя прежнюю траекторию.
- Я аккуратно! - предупредил он подопытного, в нетерпении закусывая клыком губу.

+1

20

Замечание про кровь, залившую подбородок липкой плёнкой, вызвало у Цепеша сдавленное фырканье.
- Да что ты говоришь… а я-то не заметил… - пробурчал, прижимая ладонь к хлюпающей отвратно при каждом вдохе-выдохе дырке в груди. Затем закатил глаза в ответ на дивное открытие, что сделал лекарь.
- Ты чего вопишь, как девка? – грубо рыкнул, поплатившись за проявленную вспышку гнева новой порцией неприятных ощущений. Замолчал, тревожно поёрзав, и затихая в определённой позе, при которой, кажется, «свистело» поменьше. Но этот чёртов Морриган, видимо, успокаиваться не собирался. Игорь перевёл на него ленивый взгляд, испытывая некоторое злорадное умиротворение – уж больно он забавно дёргался.
Впрочем, забавным это казалось ровно до того момент, как парень сунулся к нему со своими лапами, уже позабыв, судя по всему, обо всём на свете, и стремясь ощупать открытую рану со всех сторон. Вампира это более чем не радовало, и он, снова поморщившись, утробно зарычал, но звук этот отозвался клокотанием в горле, и он, сдавленно булькнув, сплюнул ещё одну порцию крови.
«- Какое счастье, что я не человек… давно бы сдох…» - если бы это ещё не звучало с мечтательными интонациями – было бы совсем замечательно. Волк постарался переместиться так, чтобы позади была стена, но, неожиданно, наткнулся на препятствие в лице возящегося рядом  лекаря, который сейчас изрядно походил на умалишённого.
- Отвали, - вяло отмахнулся здоровой рукой, но тут же выпучил глаза, когда этот придурок, подсев к нему вплотную, прильнул щекой к груди и ещё что-то требует! Дар речи даже на какое-то время оставил Игоря, но восторженные нотки в комментарии «оно действительно свистит!» - вернули его.
- Я сказал отвали! – толкнул сильнее, потому что поведение младшего вызывало уже оторопь на грани с неприятием. – Ты сдурел, что ли? По голове прилетело, а ты и не приметил? Ну-ка, руки прочь…
Впрочем, отогнать сейчас от себя лекаря оказалось не так-то просто. Дело осложнялось тем, что двигалась полноценно только одна рука, а поза, которую для своего покоя, принял Цепеш – не позволяла отвесить полноценный пинок. Он хотел просто спокойно посидеть – хоть сколько-то. Ну, может, рану ещё перевязать – не без помощи «коновала», что уж скрывать. Только, видимо, с этим придётся обождать.
- Тебя точно приложили… раздеться ему, ага, щас… может, ещё на столе сплясать? – с издёвкой поинтересовался, однако снова округлил глаза. – Дунешь?! Иди нахрен! Я тебе сейчас такую же проделаю, чтобы ты ощущения мог проконтролировать!
Нервно оскалился, подавшись назад и испытывая нечто сродни суеверному ужасу, какой обычные люди испытывают к юродивым или прокажённым. Наблюдать за действиями лекаря было завораживающе страшно, но Цепеш точно знал – к себе он этого кретина не подпустит, пока мозги того не прояснятся. Может, всё дело в тех пилюлях, что он в пасть закинул? Не многовато ли их было?
Впрочем, «юродивый», вроде как, определился с инструментом воздействия, в котором вампир не без отвращения опознал обломок того самого болта, что ранил его, и, поплевав – решая, очевидно, что это более чем достаточная дезинфекция – сунулся к нему, бормоча что-то об «аккуратности». Нервы Волка сдали, и он, слегка расширившимися глазами глядя на просто пылающую предвкушением рожу своего спутника, с коротким замахом засветил в неё кулаком. Удар, отработанный десятилетиями, был ориентирован на то, чтобы вырубать противника, не нанося ему, при этом, никаких повреждений, несовместимых с жизнью. Сейчас же, однако, наследник мог несколько не рассчитать силы, поскольку мнил себя слабее – из-за ранения, но и противник его был отнюдь не человеком. Так что выживет.
- Долбанный придурок… - процедил, тряхнув кулаком, глядя на бессознательного вампира, свалившегося рядом. Авось, придёт в себя – полегчает… избавится от навязчивого бреда.
Цепеш же, посидев ещё какое-то время, снова подтащился к саквояжу, принимаясь его потрошить. Правда, делал он это чрезвычайно аккуратно, стараясь ничего не разбить, не смешивать и не путать. Нужны были бинты, и, быть может, что-то типа той дряни, которой он «обработал» рану. Дырку было необходимо заклеить хоть чем-то. Были бы в лесу – можно, элементарно, листья сбрызнуть водкой, а то и прямо так, закрепить на перевязи – и сошло бы! А здесь…
Сдавленно ворча, вампир аккуратно сворачивал компресс, складывая бинт в несколько раз, и, опустив голову, пытался прилепить получившуюся конструкцию, пропитанную обеззараживающей жидкостью, к ране. Спереди выходило неплохо. Проблема состояла в том, что сзади была точно такая же, и её тоже надлежало закрыть.
- Ну почему у меня не три руки! – выдохнул взбешённо, пытаясь придерживать пальцами левой компресс, правой бился над перевязью. Выходило, прямо скажем, не очень, но Игорь явно не намеревался сдаваться.

+1

21

Игорь дергался. В принципе, ничего не обычного в этом не было. Пациенты всегда дергались, а иногда пытались даже давать советы или, что хуже всего, этим же советам и следовать. Ну нахрена тогда вообще вызывали лекаря? Чтобы он постоял, за ручку подержал, отметил время смерти и диагностировал причину как «на то божья воля?»
- Да сиди уж, — в очередной раз шикнул Бен, стараясь внимательно изучить рану. Проблема была в том, что одной рукой это делать было крайне неудобно.
Высказывания Игоря были оскорбительны, но Бен благоразумно решил, что нечего обижаться на недалекого волка, который , видимо, не получил никакого образования и кроме того, как держать в руках оружие, ничего не умеет. Родителей не выбирают, родственников тоже.
- Ты не понимаешь, это уникальный шанс  посмотреть на природу такого ранения, - медленно пояснил он неучу.
Удивленно посмотрел на вампира, предложившего танец.
- Нет, на столе танцевать не надо, - на полном серьезе заявил он, чуть нахмурив лоб. - Рана может открыться, а резкие движения могут вызвать иные повреждения, которые смажут симптоматику. И вообще, береги дыхание!
На отвращение, граничащее с испугом, не обратил никакого внимания. К подобным проявлениям эмоций Морриган привык. Бену действительно было интересно все, что связано  с телами. Он не брезговал заниматься людьми, он пытался помочь, где мог, оборотням и эльфам. Хотя многие чистокровные считали это ниже своего достоинства.
И даже если Джонсон не мог что-либо сделать для больного или раненого, он "использовал" знания, полученные от  несчастного для того, чтобы набраться опыта. Все, что он сейчас умеет, он обязан не только своим прежним учителям, но и тем, кто оказался рядом с  ним, раненый или мертвый.
Бен не боялся копаться в трупах, сгнивших, развороченных, не боялся испачкать руки в испражнениях. Его не пугали производные деятельности тела. В этом деле страшнее были результаты деятельности разума, который вынуждал вроде нормальных существ бросаться на себе подобных, разрывая их на клочья ради удовольствия или просто мести. Вот это действительно вызывало отвращение.
Для Бена чья-то смерть — это возможность кому-то спасти жизнь. Он выкупал трупы тех, чей исход представлял для него интерес. Слава хорошего лекаря позволяла ему неплохо зарабатывать. Правда, эта слава пару лет назад натравливала на него недоброжелателей и охотников за головами. Но все, что нас не убивает, делает нас сильнее. И именно так относился ко всем этим стычкам Беннет.
Сейчас же было важно рассмотреть все в деталях. А оборотни — оборотни подождут.. Как минимум 10 минут у Беннета были. Все-таки двери в те времена делали прочными — такие одним взмахом ноги не выломаешь, да и меч, который придерживал дверь, не за один день ковался!
- Итак, воздух через рану попадает в плевральную полость, вызывая...
Что вызывает подобное действие, Беннет так и не смог понять, так как свет неожиданно выключили, в голове раздался щелчок и все, что смогло сделать сознание до того, как полностью отключиться , так это задать  новый вопрос: какого хрена?
Сколько он провалялся без сознания, Бен не знал. Зрение окончательно не собиралось фокусироваться, в голове играл оркестр из сотен молоточков композицию под названием «Какофония».
Все вокруг кружилось и норовило упасть.. Бен подполз к стене и спиной облокотился на нее, не давая холодной поверхности вытанцовывать джигу. Прикрыл глаза, тряхнул головой, будто стараясь вытряхнуть из головы музыкантов с их инструментами.
Рвотный спазм скрутил горло. Но Бен не дал ничему покинуть свой организм. Да, в принципе, и покидать-то там особо было нечему... На ужин с пирогом он опоздал, на завтрак не попал из-за спешки к оборотням, а обеда его лишил...
"А где, кстати, этот говнюк?"
Бен провел рукой по лицу. От прикосновенен к носу в глазах опять потемнело.
Осознание того, что этот придурок намеренно решил его вырубить, было не из приятных. С чего это Бен решил, что они могут лишь вдвоем выбраться? Идиот... У одного вампира, у которого скоро регенерация залечит отверстие в легком, выбраться больше шансов, чем у двоих, особенно если у второго восстановление идет семимильными шагами...
- Черт!
Перед глазами прыгали кровавые круги. Одно радовало, что нос не сломан.
«Если я еще смогу встать и справиться с тошнотой, значит, сотрясения не было, - мысленно анализировал собственное состояние Морриган. -  Ну а эти кровавые мурашки... должны пройти.. наверное.»
Оркестр успокоился и только сейчас Бен заметил, что все еще находится в комнате не один.
Игорь, пользуясь бессознательным состоянием Морригана, решил обследовать его сундук. И вот этому мародеру он помогал?
Правило невмешательство на то и правило, что нарушать его не надо было!
На что же надеялся Бен, вмешиваясь в эту историю?
На то,  что сможет вытащить Игоря и заслужить хотя бы немного благодарности для рода от Цепешей? Идиот! Эти варвары не знали, что такое благодарность.
Трижды идиот, раз надеялся, что можно было бы положить начало окончания межродовой войны.
Для таких как Игорь, война, убийства — это жизнь. И если под боком не будет внешних врагов, они будут искать их внутри, расправляясь в первую очередь с теми, кто рядом.
- Сначала одежда с трупов, теперь мой сундук, - Игорь был ему противен и он не смог скрыть свое отвращение, появившееся на лице. 
- Я, конечно , еще жив, но можешь не стесняться, - провел холодной рукой по разгоряченному лбу, будто пытаясь отмахнуть от бегающих перед глазами чертиков.
- Золота там, конечно, нет, - губ коснулась кривая улыбка. - Но кое-что на рынке можно неплохо протолкнуть!
На попытку Игоря что-то сделать со своей рукой посмотрел лишь равнодушно. Второй раз по морде  получать не хотелось - тем более от этого идиота,  у которого любой удар нацелен на принесение смерти или увечий.
Медленно встал. Мир перестал вертеться, тошноты и рвоты не было. Хороший признак.
Отошел вглубь комнаты, вытаскивая из кучи простыни. Разорвал  одну из них на лоскуты, помогая себе здоровой рукой и клыками. Соорудил перевязь, в которую уложил раненую конечность. Несмотря на обезболивающее, при движении рукой боль отдавалась где-то в голове. С учетом того, что теперь он может рассчитывать лишь на себя, отвлекаться на это не стоило.
Откуда-то  из стены сильно дуло. Бен простучал поверхность, обнаружив внутри пустоту, которая шла где-то в метре от пола и уходила куда-то вверх. Информация была получена, оставалось лишь вновь ее обработать. А пока он обошел вампира, приближаясь к своему распотрошенному саквояжу. Аккуратно собрал разложенные скляночки, отправляя их обратно в сумку. 
Что ж, своего Игорь добился. Говорить с этим варваров не хотелось. Как, впрочем, и видеть его тоже!

+1

22

- О, очухался… - прокомментировал Цепеш поползновения лекаря к стене – до которой, в определённый момент, он сам не сумел добраться. Молодой вампир в этом преуспел, судя по звукам, лучше.
Тот хранил молчание, но так как на затылке Игорь глаз ещё не отрастил – то и выражения, с которым тот молчал, разобрать не мог. Да и не особо интересно ему это было – куда более увлекательным занятием оказалось одной рукой затянуть рану потуже, и, при этом, не свихнуть компресс, но, так или иначе, он с этим справился.
Морриган, меж тем, подал голос, и вот тут Волк не удержался – оглянулся на того, настолько отчётливо сочились презрением его слова.
- А что – лучше с голой задницей рассекать по коридорам, наводнённым оборотнями? Ты совсем идиот, или прикидываешься? – искренне недоумевал вампир, выслушивая дальнейшие, отчаянно патетические изречения, суть которых ускользала.
- А с чего бы тебе сдохнуть-то? Раны не смертельные – всё заживёт, как на собаке, - пожал правым плечом безмятежно, всё ещё не осознавая всей глубины абсурда ситуации.
- Да и зачем мне твоё барахло? Бинты вот – да, были нужны. Ну, ты был немного занят, мозги в порядок приводил. Они у тебя, кажись, после боя слегка затуманились, что ты додумался с этой пакостью лезть ковыряться в меня, - кивнул на валяющуюся неподалёку стрелу. – Но, судя по всему, я тебе помог их прочистить!
Белозубо и широко ухмыльнулся, что, должно быть, из-за обилия кровавых следов на лице выглядело не слишком-то ободряюще. С каждой минутой ему становилось легче, и пробудилось желание говорить, хотя это действие всё ещё вызывало некоторый дискомфорт.
Лекарь, тем временем, как-то неуверенно, изрядно напомнив новорождённого жеребёнка, поднялся на ноги, и с чрезвычайно важным видом потопал к столу с бельём, часть которого, по стечению обстоятельств, всё ещё оставалась чистым, даже несмотря на обилие крови, внутренностей и целых трупов в помещении. Запашок…
Только сейчас до вампира дошло, что в комнате служанок отчётливо смердит смертью. Следовательно, скоро тут будет немало  тех, кто близок ей, кто её чует иначе, чем могут ощутить обычные человечки.
- Надо убираться отсюда… - тревожно повёл шеей, оглянувшись на спутника снова. – Ты там чего вынюхиваешь? Давай, шевелись…
Тот, всё так же молча, протопал к саквояжу, который Цепеш разобрал в поисках перевязочных материалов, и начал приводить содержимое в порядок. Вызвало это лишь укол раздражения – ну чем этот олух думает сейчас? Хорошо хоть, тоже додумался соорудил себе повязку на развороченную руку.
- Эй, а тебе вот та гадость не нужна, что ли? – кивнул на синий флакон, явно не замечая угнетённого состояния Морригана.
- Жгучая, падла, но, кажись, помогает… щас бы внутрь чего-то покрепче, хотя я бы и от живого оборотня не отказался, - бросил взгляд на связанных и спящих девок, скривился. – Вот зря ты их теми пилюлями травил. Взяли бы щас одну – обоим бы стало легче! А ты… тьфу. Недальновидное ты существо.
Можно сказать – Игорь его почти что ласково пожурил, поскольку, по мнению Цепеша, молодой вампир себя отлично показал в схватке. И, что уж скрывать, снова спас ему жизнь. Ну плевать, что потом его какая-то блоха непонятная укусила, и он сунулся ставить на нём свои живодёрские эксперименты! Избежали ведь неприятностей.
Поднялся, надавив уже самостоятельно пальцами на рану, поверх повязки, оценивая её состояние. Немного у него осталось сил для регенерации, м-да.
Взглядом поневоле нашёл ту девушку, которую выпил «до дна», и в душе шевельнулось нечто среднее между жалостью и признательностью – ведь именно благодаря ей он ещё держался на ногах, а через пару-тройку часов, того и гляди, сможет дышать без мысли захлебнуться своей кровью. Не самое приятное ожидание, стоит признать.
- И ты это… если оставил свои придурочные попытки проткнуть меня повторно – глянь, что у меня на спине? – проговорил сосредоточенно, заводя руку назад и встревожено ощупывая кривую перевязку. – Вроде не кровит…
Осмотрел пальцы, не нашёл на них следов свежей крови и успокоился. И лишь сейчас ивзолил обратить внимание на то, что лекарь выглядит каким-то… надутым.
«- Может, его ранило сильнее, чем я думал? Да нет… ходит вон, язвит…» - по мнению Цепеша любое ранение, при котором пострадавший мог самостоятельно ходить, серьёзным не считалось. Следовательно, мелкий жить будет.
Вот только нельзя было отрицать того факта, что он сам теперь – не самый лучший и ловкий боец. С одной-то рукой. Да и мальчишка этот, продемонстрировавший изрядную сноровку в фехтовании, был точно как он выведен из строя. Значит, теперь нельзя было вступать в открытую конфронтацию. А ведь в этой комнате они были почти как в крысоловке.
Вампир обошёл по кругу комнату, принюхиваясь по-звериному к потокам воздуха. Он ведь тоже ощутил здесь нечто неправильное. Здесь было недостаточно тепло. Скорее, стены казались выстуженными, а ведь в таких помещениях, за каменной кладкой, обычно проходили трубы для циркуляции горячего воздуха – искусственный обогрев, но здесь, кажется, не топили камины уже давно. Или не слишком? Что за самоубийственная мысль – охлаждать дом в зиму?
Вновь трансформации подверглось лицо Игоря, теперь затрагивая и обонятельный аппарат – выдвинулось, неприятно искажая черты, окончательно довершая этакий незавершённый образ между волком и вампиром, и тем более дико над звериной мордой смотрелись совершенно человеческие глаза.
В итоге, он вернулся к той самой точке, которую «простукивал» Морриган, и, присев, тщательно повторил осмотр.
- Ух-х… быть нам каменщиками, - выдохнул, криво усмехаясь, и явно пребывая не в восторге от перспективы. Встал, оглядываясь по сторонам, в поисках того, что можно было бы использовать как молот или кирку. Взгляд остановился на шестопёре, которым ранее был вооружён один из оборотней – вон его голова лежит в углу, пялится неодобрительно.
Взяв оружие в здоровую руку, Цепеш, подбрасывая кистень, снова глянул на спутника.
- Вентиляция, как думаешь?

+1

23

Бен все-таки промолчал на первую реплику Игоря. Потому что считал себя действительно идиотом, так как по-хорошему надо было вообще этого вампиро-оборотня оставить в темнице.
Голая задница его, блин, смутила. Прикрыл бы ее шерстью, как первоначально советовал  Морриган, решил бы сразу несколько проблем. Так нет же, одежду ему подавай.
«Так бы и сказал, что стесняется своего маленького члена».
Бен прекрасно понимал, что все это по-детски и глупо. Но ничего не мог поделать с собой. Он был зол на Игоря. Но еще больше он был зол на себя. Вдали от сородичей он чувствовал себя взрослым. Да так и было. 40 лет - приличный срок по меркам людей. И даже среди нелюдей, когда не приходилось соревноваться в силе, когда оценка шла за знания, он был на высоте. Но стоило встать на путь сражения, как разница в возрасте ощущалась еще сильнее. И это бесило.
Морриган обещал отцу вернуться в гнездо, чтобы быть готовым к приближающейся битве. Вот только что он мог там сделать? Глупо надеяться, что его подпустят к раненым: знахарей в роду и без него много. А чтобы доказать, что методы Джонсона работают лучше,  нужно время. По всему выходило, что его либо опять будут прятать в замке, либо пошлют в бой как кусок мяса.
Не особо приятная перспектива, как ни крути.
- А с чего бы тебе сдохнуть-то? Раны не смертельные – всё заживёт, как на собаке.
И эта двуногая псина еще будет диагностировать его состояние?
Очередная фраза просто была последней каплей, переполнившей его терпение. 
- Да, приводил! - резко обернулся в сторону волчары. - Потому что мне, в отличие от тебя, есть, что приводить. А в твоей тупой башке уже давно, наверное, пусто. Или болтается в черепушке одинокая извилина, отвечающая за справление естественных потребностей. И все!
- Ваш род, наверное, так и выбирает себе соратников: по звуку издаваемому при ударе в голову. Это у вас что   вроде приветствия что ли?
ОН со злостью захлопнут саквояж, протащил через ручки жгут из разорванного покрывала.
- Помог! О да.. ты помог мне их прочистить! Эгоист хренов! - злость клокотала в груди. Нет, Бен не кричал. Он говорил тихо, выдавливая каждое слово. - Знаешь, сколько людей полегло из-за ран в легкие.. Ах да.. какое тебе дело до людей! Ты же высшее создание, блядь!  А высшим созданиям жалось к смертным не пристала. Так же не как не пристало иметь мозги, наверное!
- Трус! Чего ты испугался? Потерпел бы немного — ничего не случилось бы!  - он бросил взгляд на спину Игоря. - И нечего крутиться. У тебя уже давно все покрылось пленкой.
Зрачки пылали алым. Перед глазами иногда вновь возникали мошки, но в общем свое состояние Бен мог описать как стабильным.
Морригану тоже не помешала бы восстановительная жидкость. Регенерация работала слишком медленно, так что при резком движении раны вновь открывались и начинали кровоточить. Вот только того, что осталось во флаконе было слишком мало.
- Ты что думаешь, у меня тут нескончаемые запасы, блядь,  что ли? Или что у меня чемоданчик волшебный с самонаполняющимися флаконами! - тупость волка бесила. А еще бесило то, что узел на повязке не хотел завязываться. Пришлось вновь пустить в ход клыки, затягивая шнуровку. Перекинул новую перевязь через голову. Встал, проверяя, как на бедре держится сундук. Поправил оружейную перевязь, чтобы в случае необходимость можно было бы вытащить меч без проблем.
- Зато ты у нас дальновидный! Поэтому и оказался в плену у оборотней. И да, это я идиот, что взялся такой псине, как ты, помогать! Надо было, наверное, просто дать тебе сдохнуть там спокойно. Это было бы дальновиднее!
Возможно, последнего не стоило говорить. Но Бен слишком устал, чтобы в такой ситуации пытаться контролировать свои мысли, не давая им обрести словесную форму.
И даже трансформация морды Игоря не вызывало восторга.
Им действительно надо было выбираться из этой западни. Возможно, оборотни скоро будут ломиться сюда. Так что если им удастся как-то проникнуть на верхние этажи, то  можно сказать, что  они приблизятся к своему спасению.
Пока Игорь искал то, к чему бы можно было приложить свою силу, Бен использовал свою голову по назначению — думал!
Вентиляция не может обрываться на середине. Да и место , если приглядеться, слишком выделялось.
ОН оглянулся, обследуя близлежающую стену. Скрытый рычаг нашел в шаге от проема. Потянул. Панель отъехала в сторону, выталкивая в помещение целый ворог грязного белья.
- Лифт, - пояснил он. - Я такое видел в Винзоре. Там из столовой , находящейся внизу, таким образом доставляли блюда господам наверх. А здесь, видимо, так перемещали грязное белье.
ОН заглянул в шахту, которая уходила наверх.
- Мы сейчас все еще в подвале, если удастся пробраться наверх, то окажемся как раз в той части, что выходит на реку. Там и до свободы — рукой подать.
Шахта была не широкая, так что лезть наверх, используя одни ноги и опираясь на спину, будет вполне возможно.
- НО наверху нас могут поджидать, - на всякий случай предупредил он, а не то вдруг безмозглый «приятель» забудет учесть такую возможность.

+1

24

Вот чего Игорь не ожидал – так это того, что мальчишка всерьёз разозлится. Это было заметно и по тону его, и по неприятно шипящим интонациям, ну и, вполне очевидно, по тому, какие слова он выбирал для изречения своих мыслей.
Цепеш вначале даже оторопел, наткнувшись на встречную атаку лекаря, затем ему стало смешно, и даже несколько зло. Морриган перегибал палку. Наследник мог спустить пару-тройку оскорблений  - просто потому, что юнец спас ему жизнь, но, всё же, он не забывал ни на миг, кем он является.
Последней каплей лично для него стало упоминание о его пленении – акте чудовищно унизительном, и всё ещё отдающемся болью в груди, памятью о павших товарищах.
Вампир резко шагнул к притихшему и занявшемуся исследованием стены соратнику, резко вскидывая руку с шестопёром и поддевая навершием рукояти подбородок лекаря, заставляя смотреть на себя.
- Не тебе говорить о дальновидности – бывшему пленнику. И не тебе рассуждать о милосердии относительно тех, кто это сделал. Ты – целитель? Тебе жаль каждую жизнь? Говоришь о справедливости? Они уничтожали тех из моего отряда, кто не мог быть им полезен. Уничтожали издеваясь. Где хвалёный «удар милосердия» вампиру, с раздробленными ударами копыт конечностями? Или с головой, что разлетается как дыня? Они не проявили милосердия, но о какой дальновидности ты, Морриган, говоришь?! Это не война! Это – земли – союзников!
Искажённое морфом лицо Игоря выглядело чудовищно, но он, казалось, вовсе этого не замечал, не наступая, но и не отнимая булавы от лица вампира. Сейчас он снова полусознательно давил на младшего, собственной волей, злобой, ненавистью… всё ещё, к его счастью, относящейся к оборотням, а не направленную на ближайший объект.
- И ты… бескорыстное милосердие, - причудливо изогнулись тонкие звериные губы, изображая презрение и обнажая клыки. – Бросился мне помогать просто потому, что я нуждался в этом? Для того тебе было нужно знать, что я – Цепеш? Ты, на кого охотилась собственная семья, всё равно продолжаешь искать выгоду, даже в своих благородных поступках! Я не осуждаю тебя, но не смей мне говорить о помощи безвинно умирающим людям. Твои двойные стандарты… раздражают.
Силы иссякали, пробегали сквозь пальцы тонким ручейком – по мере того, как затягивались раны, как он продолжал «держать» лекаря, не позволяя ему ни отступить, ни перебить его. Хотелось выговориться. Выплеснуть на кого-то горечь давнишнего поражения – бессвязно, непоследовательно. Логические связи в его словах если и были, то прозрачными являлись только для самого Волка, а на объяснения времени не хватало.
- Мне плевать на твоё мнение обо мне. Ты, сопляк, хоть и сражаешься достойно, а всё не можешь осознать – какой момент подходящий для твоих наблюдений, а когда это более чем неуместно. Но сейчас мы должны выбираться. Хоть через этот гребучий лифт, хоть как ещё.
Вообще, конечно, Цепеш досадовал сам на себя за то, что не продумал такую вероятность – подъёмника, и уже был готов самолично разрушить кладку, чтобы выяснить, куда ведёт труба. Но, благодаря наблюдательности Морригана, теперь этого можно было избежать. Медленно Игорь опустил кистень, стукнув шипастым грузом по полу. Сгорбился слегка, несколько неловко изогнувшись, явно подаваясь навстречу левой руке, и провёл ладонью по лицу, словно стирая полузвериный облик. Он помог лишь отчасти, но сейчас был, скорее, лишним, поскольку лезть по шахте, заполненной запахами старых и грязных шмоток и белья – было тем ещё удовольствием.
- Ты лезешь первым, - безапелляционно заявил он, оборачиваясь к лекарю. – Ты мельче и легче. Если упадёшь – думаю, я шею не сверну, а вот если не удержусь я – тебе не поздоровится.
Пошевелил головой нетерпеливо, после чего довольно бесцеремонно протянул руку, сграбастав с плеча Морригана его саквояж, и забрасывая на себя, через шею. Младший был ослаблен сейчас кровопотерей, собственной усталостью, голодом, да и, явно, не привык к таким кульбитам. А Цепешу было безрадостно представлять, как вот этот самый «сундук», свалившись с лекаря, долбанёт  его по голове. К чему такие сложности?
- Вперёд, ну? – поторопил строптивого «товарища», оглянувшись на двери и даже слегка  прянув ушами в ту сторону. Вроде не слышно топота и окриков, но это явление крайне временное. Надо бы убраться до того, как сюда вломится отряд тех, кто, безусловно, будет не рад встрече с трупами своих бывших друзей и, возможно, братьев. Здесь им, как раз, на руку играла куча вываленного грязного белья, хотя от неё следовало бы как-то тоже избавиться – сразу наводить на след не стоило. И Волк принялся пинками разгонять тряпки по лужам крови и внутренностям, смешивая с грязью и смрадом. Часть, впрочем, оставил, чтобы запихнуть в шахту следом за собой.

+1

25

Никогда не стоит забывать о том, кто твой «союзник», иначе рискуешь за это поплатишься. Справедливость данного высказывания приходилось проверять на собственной шкуре.
Да, Бен знал, что правда никому не нравится. Но он врач! Если он не будет говорить правду своим пациентом, то у тех не будет никакого шанса на исцеления. Обман и подхалимаж — не его путь.
НО, видимо, то, что он произнес, задело Игоря. Хотя Бен не старался никого ни унизить, ни оскорбить. Он просто говорил факты. Голые факты, которые, конечно же, не всем были приятны.
По крайней мере Игорю точно было неприятно, судя по уткнувшемуся в подбородок Бена металлу. Не особо приятное положение, с учетом того, что воля давила, сводила сжатые до скрежета челюсти, не давая возможности даже пошевельнуться, чтобы ответить этому ублюдку прямым ударом по его клыкастой морде.. Таким ударом, от которого зубы крошатся, а челюсть начинает косить в какую-то сторону.
Это бесило! Заставляло сопротивляться, прилагая немалые силы для того, чтобы нарушить волевой захват.
Это было подло со стороны Игоря использовать то, чему Бен не мог дать отпор в силу возраста. И если собственное бессилие бесило, то поступок Цепеша, демонстрирующий его власть и положение, вызывал презрение, которое не могло не отразиться во взгляде.
Вампир все продолжал говорить о мести, оправдываясь, тасуя факты и не видя элементарного: данные события — не случайность, а то, что должно было случиться. И то, что Игорь не было готов к этому — не характеризует его с лучшей стороны!
Воля отпускала медленно. Тугой жгут, наложенный на шею, ослабевал, вызывая рефлекторный кашель. Силы, брошенные на сопротивление, оставляли, вызывая слабость.
- Ты идиот! - гасить отрицательные эмоции было сложно. Но больше всего Бен не хотел быть похожим на этих мордастых вампиров. Он вновь говорил медленно, будто разжевывал ребенку прописные истины. - Союз может быть только среди равных или среди тех, кто признал себя равными друг другу.
Провел рукой по подбородку, где остался след от рукояти. А ведь в данный момент они тоже были союзниками. Что не мешало им не только спорить, но и применять друг против друга силу, в том числе и родовую: подчиняя и унижая.
- И то, что тебя схватили на союзных землях, лишь означает, что условия, навязанные вами, их не устраивают. За это можешь сказать спасибо своему папочке. Ты прав, я  бы не стал тебе помогать, если бы ты не был Цепешем просто из-за того, что тогда бы ты вообще не угодил в эту мышеловку.
Упоминания о семье были не приятны. Но это была часть биографии Бена, от которой никуда не скроешься. Удивительно было то, что Игорь упомянул об этом, так как Морриган прекрасно помнил: своего имени он не называл. Видимо, в битве вампиру еще не все мозги отбили и сложить разные факты он вполне в состоянии. Когда хочет, конечно.
- От того, что моя семья от меня отказалась, она не перестала быть моей семьей. И меньше всего я хочу, чтобы твой отец использовал все это как повод, чтобы уничтожить  эти земли, а заодно и мой род.
О кровожадности рода Цепешей ходили легенды. Любой повод - и они готовы были броситься в бой, уничтожая все на своем пути. Такова была родовая политика.
Но вне зависимости от отношений между  Цепешами и Джонсонами  также между конкретно Беном и Игорем , оставаться последним в крепости оборотней не следовало.
- Ты прав, - вынужденно согласился Бен. - Потому что смыл по всеми этом будет лишь в том случае, если вы покинешь замок живым и живым вернешься к отцу.
- но  знаешь, - он приблизился к Игорю скользнул взглядом по его плечу, руке. Он не хотел, чтобы между ними были какие-то недомолвки, поэтому решил, что лучше предупредить. - Мне не нужно оружие , чтобы сделать тебя инвалидом на всю твою жизнь, избавив моих соотечественников от возможных схваток лично с тобой. Но я не буду этого делать. Так как я — не ты. И я не буду использовать свои способности против того, кто не сможет их отбить.
Он сделал паузу, будто раздумывая, стоит ли говорить все то, что накипело. Но понял, что сейчас не время и не место. Быть может потом, во время другой битвы...
Морриган неохотно расстался со своим саквояжем. Легкая улыбка коснулась губ: данный поступок Цепеша можно было расшифровать как страх... Ведь среди этих склянок, иголок, капсул было то, что  могло помочь Джонсону привести угрозу в исполнение.
Но в о дном Цепеш был прав: Бен был легче и мельче. Ему не стоило проблем проскользнуть по шахте. Правда, было одно НО. Если наверху их будут поджидать, нормально сражаться Морриган не сможет. В конце концов все возможности предусмотреть Цепеш не мог в силу особенностей своего разума. А это значит, что Джонсону придется прикрывать этого придурка, подставляя свою голову в возможную мясорубку.
Бен скользнул в шахту, уперся ногами в стену, закрепил нож на ноге так, чтобы в любой момент было удобно его вытащить. Меч в таком узком пространстве мог лишь мешаться, поэтому оставил его нетронутым в ножнах. Чуть  поднялся на верх, остановился, поджидая, когда в шахту скользнет Игорь.
-Потеряешь сундук — убью! - миролюбиво предупредил он, начиная подъем.

Отредактировано Беннет Морриган-Джонсон (22.02.2015 16:51:49)

0

26

Игорь не стал пихать тщедушного вампира в спину, и, вообще, не понукал никак – и, при этом, сам поражался своему терпению. Засранца следовало подвесить за его поганый язык на замковой стене – и посмотреть, выдержит ли тот такую нагрузку, но, пока, у них были совсем иные заботы.
А потом, скорее всего, у них будут и следующие… не до мелочных обидок.
Сделав ещё один круг по комнате, Цепеш, всё-таки, отбросил в сторону кистень, поднимая с пола «свой» меч, отнятый раньше у кого-то из оборотней, и прилаживая его к поясу. Не помешали бы, конечно, и ножны, а то и вовсе – полноценная перевязь, да не до жиру сейчас, когда в загривок дышит погоня… мужчина поёжился, встряхнувшись по-собачьи и недобро зыркнув в сторону двери – ещё замкнутой, и, сунув в подъёмник саквояж, следом за ним, преодолев отвращение, запихал и оставленную часть грязного белья. Затем, тихим кряхтением, Волк пролез в узкий лаз, нащупывая закрывающий механизм и замыкая за ними «каменную» кладку, возвращая всё в исходное положение, и, перевесив сундук на шею, на манер рыночного коробейника, устремился наверх, следом за пыхтящим Морриганом.
Боль в плече и груди не позволяла полноценно и легко взбираться по шахте подъёмника, и весьма затрудняла использование левой руки, но Цепеш покуда справлялся. Камнем вниз тянул сундук лекаря, импровизированный «ремень» немилосердно натирал шею, и где-то на половине подъёма искушение сбросить его вниз стало просто нестерпимым… но он держался.
Солёный пот стекал со лба, заливая глаза, и в какой-то момент Игорь изрядно приотстал от своего спутника, прижимаясь спиной к одной из стен, а в другие упираясь босыми ногами. Сапоги, как смутно он вспомнил, то ли сами с него свалились пяток метров назад, то ли он скинул их намеренно, справедливо полагая, что сильными и гибкими пальцами ног цепляться за каменную кладку проще, чем скользить грубой подошвой. Звериная натура, постепенно, брала своё.
- Под… о… жди… - ему казалось, что он это сказал. Отчётливо и вслух. На деле же – из горла вырвался хриплый и сбивчивый шёпот, и Волк сгорбился, поддерживая правой рукой саквояж, чтобы тот не упал, а левую ладонь вновь сжимал в ране. Ему показалось, что та снова открылась, и он дышит словно на два горла – глуховатое и угрожающее посвистывание мерещилось ему на каждом вдохе и выдохе.
«- Соберись, сволочь… ещё немного осталось… тварь… щенок…» - мысленно рычал он, стремясь возбудить злость и хотя бы тень былого боевого азарта, чтобы унять боль, чтобы снова взять силы на то, чтобы добраться до верха, и…
А что, собственно, должно быть дальше? Там ведь их, почти наверняка, ждут. И, при этом, совсем не с распростёртыми объятиями.
Вампир, опустив левую руку, коснулся рукояти меча, что до того нещадно цеплялся за любой возможный выступ и заставил проклясть «кусок железа» не единожды – но не бросить. Ибо, скорее, Игорь всё-таки выкинул имущество лекаря, чем оружие.
«- Собрался… и полез…»
Жёстко приказав себе, что передышка окончена, Цепеш продолжил нелёгкий подъём, тем более, что младший, судя по удалившемуся вверх сопению, оторвался от него значительно. Это было, в их случае, довольно опасно – сильно отрываться друг от друга, и потому, стиснув зубы, он заставил себя забыть о пробитом лёгком и лезть. Выше. Ещё и ещё. Одна линия кладки, вторая… камень, второй, десятый… хорошо, здесь, внутри, между ними щели были достаточно велики, что без труда пролазили пальцы. Удобно цепляться.
В какой-то момент он поймал себя на том, что даже улыбается простому механизму собственных действий. И где-то тогда же услышал, как стих шорох чужих движений над головой, а следом раздался тихий стук джонсоновских сапог. Значит, мелкий приземлился успешно. И, судя по тому, что не прозвучало никаких криков или звона оружия – в помещении никого не было. Это взбодрило и даже подарило несколько необходимых секунд прилива сил, и Игорь, наконец, достиг распахнутого проёма лифта, и совсем не ловко и не изящно перевалился через него, успев, в сё же, в последний момент не грохнуть об пол сундук.
Тело отказывалось разгибаться после крайне неудобного положения, проведённого в шахте, а плечо протестующее ныло, яростно напоминая о себе. Игорь с трудом разогнулся, сбрасывая через голову скрученный тряпичный жгут сундучной перевязи, и мутновато-мрачным взглядом окинул помещение.
- Верхние этажи, м-м-да?  - протянул невнятно слегка, с трудом облизнув потрескавшиеся и пересохшие губы, после чего закрыл за собой дверцу подъёмника. Неприятно было осознавать себя, загнанным на самый верх. В поддавалах плохо, на самом верху – тоже нехорошо… как много он бы отдал сейчас, чтобы вести бой на ровной земле, в окружении своих побратимов, товарищей! Но тех давно не было рядом… лишь этот, желторотый юнец Морриган, дивным образом умудряющийся тявкать.

+2

27

Бену действительно было легче подниматься, несмотря на раненую руку, несмотря на мелькающие черные мошки перед глазами. Последнее напрягало, но не настолько, чтобы посвятить свои думы данному аспекту. Не тошнит, голова не болит, ориентация в пространстве не нарушена — и слава богу, значит мозг не поврежден. А ведь это самое ценное, что у него было.  Мозги и сундук.
Бен остановился, проверяя, как там протискивает свое мощное тело его соратник.
Сопит, кряхтит и свистит.. По всему выходило, что не особо легкое спешило затягиваться. Что ж, придется учесть, что такие повреждения относятся к числу неприятных даже для вампиров.
Морриган остановился — не потому, что устал. Просто вновь заломило руку, да и дождаться носильщика надо было, а заодно и проследить, не сбросил ли тот ценный груз по дороге. Игорь медленно, но все-таки лез, издавая еще вместе со свистом какие-то странные звуки. Снизу поднялся отборный аромат мужских запахов, состоящий из смеси пота и немытых ног. Ничего сверхъестественного, учитывая их положение и то, как давно этот благородный представитель чуть ли не голубых волчьих кровей принимал душ. Хотя толку-то.. От Цепешей всегда поразительно несло псиной. Хотя возможно, по мнению тех же Цепешей, Джонсоны провоняли разными травами и лекарствами. Что ж... стереотипы, которые подтверждались на практике.
Вновь остановился буквально уже на выходе из лифта. Прислушался. К сожалению, кроме кряхтения снизу, никаких звуков услышать было невозможно. Бен вытащил нож, подправил ножны с мечом, чтобы в случае чего можно было бы быстро его вынуть, и отворил дверцу, проворно прыгая в комнату и вставая в стойку.
Тихо.
Осмотрелся. В комнате действительно было пусто. Но все это уже теряло значение. Главное были окна! Широкие светлые окна, из которых открывался вид на реку. Казалось, что надежда добраться до нее таяла с каждым разом, как беглецы натыкались на оборотней. Но сейчас вот она цель — перед глазами. И можно было не просто идти на ощупь, блуждая в темных коридорах, а точно знать, куда двигаться. Всего-то надо: перепрыгнуть через подоконник, спуститься вниз, пара метров по склону — и вот река — символ их способы и возможность покинуть эти не совсем гостеприимные места. Хотя, будем честны: Бен ничего не имел против оборотней, которые не только позволили ему, вампиру, здесь жить, но даже купить небольшой домик. Первая недвижимость, приобретенная на собственные деньги! Тут было чем гордиться. Вот только вряд ли теперь Морриган сможет туда вернуться.
Бен подошел к лифту, из которого выглянула взмыленная морда полуоборотня.
Легко подхватил сундук, не позволяя тому грохнуться на землю, а заодно помогая Игорю влезть в комнату.
- Кажется, ты не привык к таким тяжестям? Слабенький ты какой-то..- хорошенько приложился рукой по спине Игоря, помогая тому выпрямиться. 
- Ну тебя и скрючило! - присвистнул доктор, разглядывая теперь уже полностью вытащенного из лифта вампира, обливающегося потом. - Думаю, погони по лифту за нами не будет... Благодаря тебе - этот путь затоплен.
Вообще рассматривание взмыленного вампира на время отвлекло даже от мыслей о собственной больной руке. Бен опустил глаза, обнаружив и причину неприятного запаха, который он почувствовал в лифте.
- Золушка, ты нахрена оба башмака оставила, а? Принцу и одного достаточно. Хотя по мне — лучше бы сейчас обойтись без всяких этих.. твоих ухажеров. А не то еще танцевать джигу заставят. А я как-то на танцы не настроен.
Бен отошел подальше от приходящего в себя Игоря. А не то мало ли в каком тот состоянии — может с пОтом последние остатки мозгов вылились.
Раскрыл окно, вдыхая полной грудью прохладный воздух.
- Как выберемся отсюда, напомни, чтобы я все-таки осмотрел твою рану, - он оглянулся, на этот раз уже не скрывая улыбки. - Должен же я понять, какой своей дыркой ты издаешь такие смешные звуки.
Он кивнул головой,  приглашая Игоря приблизиться к окну и посмотреть вниз.
- Здесь 9 — 10 метров. Если сможешь трансформировать хотя бы то, что под ошейником, тело и ноги, преодолеешь без проблем.
В этом плане, правда, был один маленький нюанс. В здании достаточно было выступов, чтобы можно было за них зацепиться и медленно, но все-таки в целости и сохранности спуститься. Вот только план создавался тогда, когда у Морригана было 2 руки, а в нынешнем положении... Хорошо, если просто удастся обойтись вывихом. Да даже перелом не всегда бывает опасен. Сложнее — если кость раздробится, вгоняя острые куски в плоть. Но об этом лучше было не думать.
- Внизу придется подхватить меня и попробовать оттащить отсюда подальше. Справишься ли с ношей, силач?
Бен приблизился к сундуку, доставая оттуда веревку и привязывая ее к ручкам. Перед тем, как он спрыгнет, он опустит сундук. Без него Джонсон никуда не двинется.
Вот только действиям помешали. За дверью слышались шаги, много шагов, кто-то бежал по коридору, кто-то опять возвращался.
В любом случае, медлить было нельзя.
- Прыгай давай, - скомандовал Бен, вынимая меч из ножен одновременно с тем, как дверь распахнулась. - Прыгай, идиот, я прикрою.
Он видел, как Игорь взобрался на подоконник. Дальше рассматривать союзника времени не было. В дверь хлынули оборотни, а значит, надо было покрепче сжать меч и принять бой. Раненая рука совсем онемела,  а здоровая не всегда выдерживала натиск противника. Приходилось больше уворачиваться, чем отбиваться.  И все-таки пару раз лезвие ножа перерезало чью-то глотку. Пока смог сразить еще одного оборотня, Бен получил еще ряд незначительных повреждений. Силы были на исходе. Так что лучше всего было просто сигануть в окно, надеясь на удачу. Вот только удача была не на стороне Ворона. Путь к окну был отрезан.
«Хреновые твои дела, Морриган».
Он тяжело дышал, сердце гнало кровь по сосудам, а та прерывала свой путь в поврежденной вене на руке. Воздуха не хватало.  Забитый в угол, он чуть не выронил оружие. И все-таки сжал его и рванул вперед в последнем броске.
Он увернулся от ударов мечей, но не смог увернуться от мощного удара кулака. Тело описало дугу, и обмякло, встретившись со стеной. Сквозь шум в ушах он уловил приближение оборотня, приподнял оружие навстречу противнику.
«Чертовы Цепеши!»
Покидающее тело сознание лишь уловило, что острие вошло в чью-то плоть. А дальше была тишина....

Отредактировано Беннет Морриган-Джонсон (25.05.2015 11:16:38)

+1


Вы здесь » КГБ [18+] » Другое время » [декабрь 1606] Кidnapping прошлых веков