КГБ [18+]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » КГБ [18+] » Осень 2066 года » [18.10.2066] Не перелистывайте чью-то жизнь!


[18.10.2066] Не перелистывайте чью-то жизнь!

Сообщений 1 страница 30 из 35

1

Время: 18 октября 2066 года.
Место: Канада, район Гудзонова залива, провинция Онтарио (приблизительно), бывшие эльфийские территории, таёжный лес.
Действующие лица: Лайли, Трандуил, Максимилиан Лабиен.
Описание ситуации:
На дорогах судьбы распутица,
Грязь да холод – куда направиться?
Вправо, влево, вперед – что нравится,
Лишь назад, увы, не получится. (цы)

Канада всегда считалась страной далёкой, неисхоженной и даже загадочной. Ведь что только не встретишь в многовековых лесах этой страны!
Война, разразившаяся на территории Канады, принадлежала совсем не рукам людей. Эльфы, столько лет мирившиеся с соседством вампиров, однажды восстали. Но вновь понесли огромные потери именно остроухие. Войска Лабиенов и д’Эстенов уже несколько недель подряд сметали с лица земли эльфийскую расу, представители которой были не способны вести равный бой.
Сожжённые дотла поселения, тысячи убитых и десятки тысяч пленных. Эльфы, прижатые к Гудзонову заливу, практически не имеют иных возможностей, как уходить вглубь леса, который остаётся труднодоступным для техники вампиров. Но кровососы не так просты. У великих родов всегда есть туз в рукаве. Нынче секретным оружием суждено стать одному безызвестному доселе эльфу.
Преисполненный ненавистью к своим собратьям, Трандуил ведёт вампиров в леса, по известным лишь эльфам тропам. Чтобы найти себе славу, чтобы утопить в крови свою месть и ненависть к остроухим. Но встречаясь со своим прошлым, иногда так трудно от него отвернуться. Просто чей-то ребёнок. Очередная жертва жестокой войны… постойте, кто тут жертва? За ангельской внешностью часто скрывается страшный демон, осторожнее.
Эльф, ведомый местью, маленькая девочка и старый вампир. Так распорядилась нынче судьба, сведя троих в одной точке.
Найдётся ли место жизни, когда кругом одна лишь смерть?
Дополнительно:
Война, смерть, боль, драма. Чуточку странного юмора и обычного тепла.
+10 ZEUR начислено всем участникам эпизода.

+5

2

Девочка неторопливо брела по лесу, ощущая себя безумно глупо. Безумно настолько, что хуже просто быть не могло. Что за идиотская ситуация? Непонятно откуда свалившаяся на голову война, паника, перебежки...Почему это все должно было портить ей жизнь? Это сугубо их проблемы, вот пусть из они и решают.
Ушастой повезло. Она уходила вглубь леса, когда на ее общину напали, а возвращаясь, она услышала звуки сражения еще издалека и мудро вернулась обратно в лес. Выходить в цепкие лапы нападавших совершенно не хотелось, а жалость к соклановцам...Уступила место насмешливому "так им и надо, нужно было лучше прятаться".
Правда уже на следующее утро девочка раскаялась. Непривычная к одиночеству она бесилась от того, что не может нормально себя накормить и согреть. Большой ошибкой было то, что ушла Лайли в легкой одежде, рассчитанной лишь на не длительную пробежку по лесу, а судьба коварно распорядилась иначе.
В итоге, первую ночь после побега из под самого носа вампиров, Лайли провела гениально: в полом стволе поваленного дерева, закрывшись еловыми лапами. Правда к утру она промерзла настолько, что согреться не могла больше часа, проведенного на бегу. К середине дня подходил уже второй день, ушастая была голодной, холодной и очень злой. Казалось, что дайте ей вампира вот прямо сейчас, а она его зажарит и съест. Аппетиты у девочки с голоду оказались очень даже плотоядными.
- Глупые чертовы идиоты. Чего вот ради все начали? - возмутилась Лайли вслух, сама себе, - Чем вот вам соседний берег не понравился? Обошли бы нас и пошли развлекаться в другую сторону. Ух, сволочи.
Как ни странно, свою общину какой-либо жалостью она не вспоминала. Лишь с легкой досадой подумала о том, что тем, кто угодил в рабство сейчас хотя бы тепло. А она такая бедная, несчастная, одинокая и замерзшая малышка.
- Ух, попадитесь вы мне....
Эльфийка мрачно оглядела одну из вполне удобных елок и начала медленное восхождение. Бегать она уже устала, да и ноги устали. Так много и беспрерывно ходить девочка не привыкла. А елка была вполне себе пушистой и могла защитить от ветра. Да и шишками кидаться было удобно.
На восхождение Лайли потратила около двадцати минут, зато забралась довольно высоко и устроилась у уютного ствола, меж двух веток. Получилось не плохо, даже прилечь можно было почти без риска к падению.
Девочка взялась негромко насвистывать мотив какой-то песенки, особо не скрываясь. Вампирам явно было не до того, чтобы лезть тайными эльфийскими тропами, а какой-нибудь проходящий мимо клан, спасающийся от зубастых, вполне мог и подобрать бедного ребенка. Так что Лайли оставалось только немного подождать.

Отредактировано Лайли (01.02.2015 20:21:20)

+4

3

Осень прекрасная пора, великолепная в своей красоте и яркости. Но отныне осень нарядится не только в золото, но и кровью окрасится земля, духом смерти пропитаются леса ранее спокойные и с высока своих веков глядящее на, казалось бы, вечных соседей - эльфов. Кровь, боль, отчаянье. Сколько их, потомков Дану, вынужденно прячется за деревьями по неисхоженным тайным тропам? Никому не уйти от гнева могущественных вампиров, пришедших на эту землю мстить за своих сородичей.
Чья-то ошибка в толковании знамения о казывается смертным приговором для остальных, но так ли все будет?
Очередная разоренная община сородичей, таких как и сам Трандуил, детей Дану, не принесла удовлетворения, которого так ждал эльф. Гордо глядя на закованных в цепи остроухих, Трандуил все еще жаждал сатисфакции за долгие годы унижений. Крики отчаянья и суровые укоризненный взгляды его не трогали, но и не приносили желанных чувств. Все было пусто. Сердце его не откликалось восторгом от свершенной мести, лишь где-то глубоко царапалась неприязнь к самому себе, которую он старательно давил, выслушивая скудную, по личным меркам, похвалу от покровителя. И все ждал, ждал, когда же он сможет насладиться своей победой. Когда...
Остатки эльфов уходили глубже в леса.
Быть может, когда последний сородич будет пойман, когда кто-то из них, гордых, увидев Трандуила, того, кто всю жизнь был для них посмешищем, спросит, почему он это делает? И тогда эльф ответит. Тогда они пожалеют и разглядят наконец все величие бывшего шута. И будут молить, просить его сделать что-то, повлиять, ведь теперь он тоже отчасти, как и эти кровососы, властен над их жизнями. Теперь, он тоже "кто-то" важный. Пусть и с сожалениями в душе, но важный, "кто-то"...
"Никто не уйдет от меня... Никто, не останется непойманным." - навязчивая мысль билась вместе с каждым ударом сердца, когда Трандуил взяв, когда-то привычные своим рукам, лук и колчан со стрелами отправился вслед за теми немногими выжившими. Выследить, найти лично. Высокомерие таяло, когда он вслушивался в то, что "говорит" лес. Пытаясь отделить шорох осенних листьев от дуновения ветра и от случайного или намеренного прикосновения руки. Читая, едва разлечимые следы лловких и быстрых ног, оставленные на земле, он вел за собой одного лишь вампира. Самого главного упыря среди всех. И, к слову, лучше бы за Трандуилом отправился кто-то помоложе, посообразительнее, и не такой шумный. Потому что идти и выслеживать при этом существ с невероятно чутким слухом, привыкших прятаться среди деревьев, в компании того самого слона из посудной лавки, было прям-таки напряжно.
Эльфу постоянно приходилось шикать, призывая старого гада заглохнуть, чтоб было возможно сосредоточиться или прислушаться.
- Ты хоть представляешь, что они нас слышат? - яростно прошипел в очередной раз Трандуил, в какой-то момент остановившись, и резко приблизившись к вампиру. Плевать он хотел на то, кто из них главный, покровитель и вообще может легко обидеться и снести эльфу голову к ебеням! - По твоему, эльфы это лютики? Лес их дом, здесь, если они захотят, вы не найдете их, ни-ког-да...
Трандуил хотел еще было что-то произнести преисполненный гнева в адрес шумного кровососа, но, вдруг, сам услышал что-то. Плавно повернул голову, немного откланяясь назад и застывая на месте, прикрывая веки и стараясь слиться с окружающей обстановкой, определяя с какой стороны идет звук.
Трель весенней капели, журчание ручейка пробивающегося сквозь снег, цветение первых цветов, рвущихся сквозь мерзлую землю к первым теплым лучам солнца. Все это, не смотря на осень, и еще немного тепла живого тела в обычном свисте существа совсем еще юного. Лес "говорил", что источник звука совсем недалеко. И распахнув глаза, что засияли сейчас азартом, эльф неслышно двинулся на звук, жестом призывая вампира также быть тише.

Отредактировано Трандуил (02.02.2015 06:22:06)

+6

4

- Да и хрен с ними – пусть слышат. Здесь найдёшь их ты. Если отойдут дальше – выйдут прямиком на войска д’Эстенов. А кот знает, что с ними делать дальше, в этом он мастак, ты сам в курсе.
Вампир уже даже не говорил шепотом. Он устал, выбился из сил. Он хотел жрать, спать и под бок к любимой жинке, а не бродить по холодным лесам Канады в сопровождении этого чуда в перьях.
- Ты прав. Мы – никогда не найдём. А ты – найдёшь. Ты ж в этом мастер. Так ведь, Трандуил?
Невозмутимо поинтересовался патриарх, пропуская мимо ушей неуважительный тон в свой адрес. По возвращению, остроухому стоит преподать пару уроков хороших манер.
«Или мне сдать тебя в личное рабство Клоду??»
Лабиен злился. На себя, на кота и на эльфа. На всех эльфов. Остроухие оказались посмышлёней, чем думали кровососы. После первых удачных захватов деревень, эльфы приспособились уходить вглубь лесов, затрудняя поиски. Тут-то как раз и пригодился незадолго до этого припрятанный в рукаве, козырь Максимилиана. В своё время, Клод даже посмеялся над этой затеей с эльфом. Мол, ничего из этого не выйдет. Вернётся на родину, вспомнит о предках и сорвёт крышу остроухому. Пойдёт своих спасать. Но Макс никогда не ошибался в подборе кадров. Трандуил был другим. Он был обижен на эльфов. Ему не чужды были чувства обиды, злости и гнева, хотя остроухие частенько считают, что они выше всего этого. Трандуил умел чисто и честно ненавидеть представителей своей расы. Некогда, они посмели унижать и оскорблять его, теперь же он жаждал отомстить за всё сторицей. А Лабиену это было только на руку.
«За что они его так? Обычный эльф. Такой же высокомерный, вечно недовольный. Уши, вон, такие же. Ну высоковат для своей расы. Подумаешь».
Размышлял вампир, нехотя пробираясь за эльфом вглубь леса, уходя всё дальше и дальше от своих основных войск. Кто-то считал такую затею глупой. Остроухий мог предать. Он мог завести в самую чащу и бросить вампира там. Он мог убить его, или сдать своим. Макс же знал, что нихрена подобного не будет.
«Странный народец, однако. Добры друг к другу, но если отличаешься, не попадаешь под выдуманное кем-то лекало, ты автоматически становишься изгоем, посмешищем абсолютно для всех. И хрен исправишь такое положение. Ничем не отличаются они ни от нас, ни от оборотней, ни от людей. Такие же напыщенные придурки, жаждущие власти и признания».
Лабиен нехотя пробирался сквозь чащу леса, по дороге, известной только самому Трандуилу. Вампир уже замучался спотыкаться, ушибая ноги, о бесконечные корни деревьев и камни, что были будто специально разбросаны по земле. Через несколько минут, древний всё-таки остановился, сильнее кутаясь в изрядно испачканную, тёмную и нифига не греющую форму его собственных же войск.
«Как они вообще в этом воюют тут?»
Удивлялся патриарх, думая о том, что стоит пересмотреть модель походной формы солдат. Эльф будто вообще не уставал. Разумеется, этому-то бегать по лесам не впервой. Максимилиан же последний раз был в подобном лесу в веке восемнадцатом. И сейчас сильно страдал от того, что согласился идти сюда.
«Да пошло всё нахуй!»
Вампир недовольно фыркнул, когда остроухий опять тронулся с места, ступая по земле так же мягко, аккуратно и легко, как и пару часов тому назад. Лабиен устал окончательно, уселся на землю и поклялся самому себе больше никуда не двигаться в ближайшие сутки. И плевать, что Трандуил уверенно уходил всё дальше и дальше. Вернётся он. Никуда, сука, не денется. А потом… потом Макс выскажет ему всё, что думает о нём! Если только эльф не притащит с собой новую партию рабов для КГБ. Или, хотя бы, что-нибудь интересненькое.

+7

5

Девочка просидела почти два часа, прежде чем взбесилась окончательно. Ее никто не торопился находить или спасать. Ее, главную радость всей общины! Бессердечный сволочи, нельзя не так ребенка бросать, в конце концов. Так и простудиться и заболеть недолго!
Лайли принялась обдирать висевшие рядом шишки и кидаться ими на дорогу. Просто так, без цели, лишь бы занять руки. Недовольство росло с каждой минутой и уже почти доходило до того, чтобы девочка спустилась и направилась на поиски хоть кого-нибудь, с целью хорошенько поскандалить и высказать все свои недовольства.
Время тянулось мучительно медленно, будто мироздание специально замедляло скорость течения секунд, только для того, чтобы досадить остроухой.
"Почему все так не вовремя!" - Лайли скривилась, прикасаясь ладошкой к стволу дерева. Это почему-то успокаивало, дарило интересное чувство...спокойствия?
- Даже если весь мир станет нашим врагом, улыбнись, твоих слез не увидит чужой. И улыбку твою беззаветно любя буду верен тебе, буду рядом с тобой, - негромко напела эльфийка. Настроение потихоньку пошло в плюс. В конце-концов, от голода за несколько дней еще никто не умирал, воду найти не проблема, да и вообще, вокруг родной лес, который всегда готов скрыть, защитить и помочь.
Успокоившись окончательно, девочка положила голову на ветку, переходя в режим сосредоточенности. Лес сразу будто заискрил яркими дорожками, по которым пробегали звери, проходили птицы и прошуршали жучки. Все было так...спокойно. Здесь еще не было никого чужого, не незнакомых общин, не вампиров с их желанием убивать. И это немного напрягало. Неужели она смогла забраться так далеко, что ее тут никто не найдет?
Попасться вампирам было не страшно. Лайли была совершенна уверена в своей неотразимости и способности очаровать кого угодно. Так что если ее не убьют сразу, то острый язычок и милый голосок помогут ей выжить дальше. И чем Дану не шутит, может даже так все и должно было случиться. Ведь Лайли всерьез считала себя особенной.
- Много много лет назад за тысячью морей, жили люди с душами, что были тьмы черней, лишь одной единственною светлою была, дева деревенская, чудесна как весна. Все в...- девочка резко замолчала и прислушалась. Из своей задумчивости она еще не вышла и почувствовала тревогу птиц. К месту, где пряталась девочка кто-то шел. И этот кто-то спугнул птиц.

+5

6

Легко, мягко, со стороны казалось и вовсе невесомо, ступал эльф по земле, бывшей когда-то родной, но ныне чужой. С тех самых пор, когда племя его оставило подыхать у стен особняка кровососов. Тогда, будучи спасенным чужаками, впервые Трандуил поклялся верой в Богиню, что вернется сюда и отомстит им всем. Что свершится возмездие над его братьями и сестрами, что слишком долго смеялись над ним. Злость таилась в сердце эльфа, а вперед же его вело желание увидеть как можно больше страданий своего народа. Он слушал, искал в понятных ему одному знаках на тропе кто и куда направился. Положение увядающей с холодом травы, тончайшие ветки, случайно сломанные в неосторожности и желании как можно скорее спрятаться глубже в лесу. Как глупо это было. Ведь вампир Максимилиан был прав, где-то там, ближе к озеру располагались войска Кота, как называл д'Эстена Лабиен. Они не пропустят, не упустят, и растопчут остатки гордых и самоуверенных эльфов.
Такова уж их участь, стараться уйти от одной опасности и попасться ей же, терпеливо поджидающей.
Свист и пение утихли, растворяясь меж стволов вековых деревьев, теряясь с звуком взметнувшейся стайки птиц где-то позади Трандуила. Случайность или же чей-то умысел, чтоб провести охотника. Но Трандуил был бы не собой, если бы отступил от пути, или сдался.
"Не в этот раз, не в этот раз." - с птицами, подозрительно притих и вампир. Эльфу в какой-то момент даже показалось, что Макс, всего через несколько часов пути, наконец научился не спотыкаться о коренья деревьев и не шуметь. Но это всего лишь показалось остроухому. И каково было его удивление, когда Трандуил понял, что кровосос отстал. Всего-навсего не угнался за быстроногим эльфом, или еще хуже того - потерялся. Пение было слышно совсем рядом и нельзя было допустить, чтоб из-за оплошности вампира, он упустил эту неизвестную певчую "птичку". Поэтому, блондин решил не возвращаться за гадом, а сам тихо, неслышно и осторожно продолжил пробираться туда, откуда еще недавно доносился мелодичный голосок.
"Сам найдет, или вернусь к нему позже, с добычей." - невольное мысленное сравнение самого себя с какой-то низкосортной ищейкой, заставило эльфа весьме неприязненно поморщиться, но тут же, все негативные чувства отступили, когда взгляд Трандуила зацепился за шишки не естественно разбросанные по узкой тропе. Эльф сосредоточился, прислушиваясь и прислоняясь спиной к одной из сосен, прячась в ее тени. Обнаруживать себя, пока не обнаружена жертва, было рано. Одежда его, в зелено-коричнневых тонах под цвет леса, играла здесь на руку, создавая эффект камуфляжа среди деревьев. Его не видно и не слышно, за то он нашел то, за чем следовал. Совсем неуловимое, для обычных глаз, но не для привычного охотника,  движение на дереве. Он разглядел ту, что пела. Маленькая незнакомая девочка, казалось, тоже настороженно приглядывалась и прислушивалась к тому, что "говорит" ей лес. Рука Трандуила дрогнула, потянувшись было к луку. С такокого растояния он без труда попадет девчонке аккурат в глаз. Но, он ведь не пачкает убийством руки сам, предпочитая давать выбор вампирам, забирать сородичей в рабство или уничтожать на месте.
- Lle anta amin tu?* - проговорил Трандуил на родном наречии, обращаясь к девочке, и выходя из тени. Никаких резких движений, никакого оружия в руках, только обворожительная улыбка и внимательный взгляд. Родной язык снежных эльфов, должен был расположить девчонку хотя бы на контакт.


*Вам нужна помощь?

Отредактировано Трандуил (03.02.2015 08:38:15)

+6

7

Несмотря на то, что Лайли тоже была эльфийкой, ее чутье в разы уступало взрослым и мудрым остроухим. Она была еще ребенком и только училась видеть лес, чувствовать его и понимать. Так что было вполне понятно, что нормально за подошедшим собратом она уследить не смогла и заметила его только тогда, когда он сам подал голос и этим обратил на себя внимание девочки.
Лайли мгновенно сменила выражение лица. Только что оно было недовольным и оскорбленным, что даже казалось старше, но сейчас оно уже стало испуганно грустным, как у маленького ребенка. Девочка неуверенно кивнула, с испугом оглядывая эльфа. В театральном таланте малышка тоже преуспела, научившись обманывать своих немногочисленных нянек.
"Странный ты, правда какой-то. Совсем не похож на того, кто спасался бегством от вампиров. Скорее, будто неторопливо прогуливался по лесу, не подозревая об опасности или не считая ее достаточно весомой? Подозрительный тип. Но ничего, я справлюсь и с тобой." - примерно так рассуждая, Лайли начала медленно спускаться, добавляя свой эльфийской грации немного детской неуклюжести. Не один эльф никогда бы не свалился с дерева, но поиграть в беззащитного ребенка сейчас было самой хорошей и полезной штукой. Детей всегда жалели и помогали. Так что в нынешней ситуации это тоже было бы не лишним.
Вернувшись на твердую землю девочка с нескрываемым любопытством оглядела эльфа, подмечая детали. Оружие. Совсем не испачканную чем-либо одежду...Это казалось все более и более подозрительным. Но не пропадать же было такой хорошей задумке?
Вообще, Лайли бы не отказалась сразу попасться вампирам. Это было бы понятнее в разы. Девочка прекрасно знала о слухах, ровно как и о том, откуда растут их ноги. Пленных эльфов забирали вампиры. Пленных эльфов продавали в рабство. А что делали с ними там, приличным девочкам уже не рассказывали. Но неприличная Лайли нагло подслушала перешептывания старших. Особо ничего не поняла, что там что-то говорили о продажном сексе и интимных услугах. Этим девочка тоже голову не забивала, ибо была слишком мала. А безумная природная самоуверенность говорила малышке о том, что даже оказавшись в рабстве она не пропадет, а сможет пробиться выше, чем многие. А здесь, в общине? Ну какое у нее могло быть будущее то, в конце-концов? Так что разборки с вампирами начались очень вовремя, чтобы изменить жизнь одного самоуверенного ребенка.
Девочка осторожно, будто испуганно подошла к эльфу и резко обняла его за пояс, заливаясь самыми что ни наесть настоящими горькими слезами одинокого ребенка.
- Они меня бросили! Все-все бросили, сказали ждать в лесу и они за мной вернутся! Но я тут уже почти два дня сижу, мне страшно и так одиноко! Я никогда одна так надолго не оставалась, - девочка покрепче обняла эльфа, всхлипывая и вздрагивая. Потом подняла заплаканную мордашку и вгляделась эльфу в лицо, - Не оставляйте меня одну, пожалуйста. Я больше не хочу быть одна!
Операция "возьми эльфа на крючок" была начата. У Лайли было страшное оружие, в виде детских слез и идеально отыгранного испуга.

+5

8

Эльф невозмутимо наблюдал за движениями девочки, не двигаясь с места. Подмечал детскую неуклюжесть, что выглядела натурально наивно и, более того - очаровательно. И возможно бы, он с большим пониманием смотрел на ребенка, если бы не одно весьма весомое "но", что намертво приклеив его стопы к земле, удерживало от каких-либо действий и попыток помочь малышке. Более всего в своей жизни Трандуил ненавидел три вещи. Сородичей, грязь и детей. Пожалуй всегда. И вот когда это все начало надвигаться на эльфа, угрожающе чумазое, остроухий только лишь неловко сделал шаг назад, жалея что не взял, минутами ранее, в руки лук, что не натянул бесшумно тетиву, что не выпутил стрелу, избавляя свой идеально-чистый костюм того, что об него сейчас вытирали руки. Объятия были неожиданными и Трандуил стоя на месте словно дерево вросшее корнями в землю, не двигался, судорожно думая, что бы предпринять и напряженно глядя пред собой. Девочка не производила на эльфа абсолютно никакого впречатления, кроме желания отстирать ее хорошенько.
"Два дня. Два дня она находится здесь. Ждет своих. Ждет. Долго. Ждет..." - мысли увлеченные соображениями о том, что теперь он, прекрасный Трандуил, благодаря этой девочке, видом своим неопрятным, ничем не отличается от большинства воинов вампирской армии, не хотели формироваться во что-то ясное. Нужно было думать, что делать с ребенком, но взгляд его синих глаз возвращался к чумазой мордашке эльфийки. Нужно было ей что-то сказать.
"Сказать..." - он с трудом отцепил от себя девчонку, неприязненно касаясь пальцами ее плеч и искренне радуясь в душе, что руки его в перчатках.
- Не оставлю, - коротко произнес эльф, абсолютно бездумно и не вкладывая какого либо смысла в эти слова, склонив голову набок и было потянулся рукой к маленькой эльфийке, желая утешительно погладить, но тут же отдернул руку, пряча за спину, - Тут недалеко, есть еще наши. Те, кому удалось уцелеть. Идем, нужно держаться вместе, - с этими словами, эльф решительно развернулся и направился обратно туда, откуда пришел. Маленькую эльфийку стоило отвести к старому патриарху. Так решил Трандуил. Таскаться по лесу с детьми было еще хуже, чем со стариками. Зато кровопийца Максимилиан придумает, что делать с девчонкой.

+6

9

Лайли с удивление констатировала, что эльф ее видеть был не особенно и рад. Просто закостенел под ее руками, которыми она его обняла, замер...будто дышать перестал. Как будто она была не обычным ребенком, я каким-то ядовитым монстром. Почти сразу у остроухой возникло желание хама пнуть. Как он вообще так посмел? Детей необходимо жалеть, обнимать и успокаивать, когда они плачут. В какой дыре он воспитывался, если не знает таких элементарных вещей?
Однако юное коварное создание на поводу у своих мстительных мыслей не пошло. Эльф был пока единственным, к кому можно было приклеиться для безопасности и Лайли продолжала разыгрывать испуганного ребенка. А приличные испуганные дети не бьют взрослых мужиков кулаками между ног, отбивая самое ценное.
Эльф же просто поражал своей необычной...холодностью, что ли? В общине девочки не было никого, кто бы не повелся на слезы ребенка или не попытался утешить и успокоить. Встреченный же остроухий утешать так и не начал, лишь оторвал Лайли от себя, стараясь как можно меньше к ней прикоснуться, будто она была прокаженной.
"Странный ты какой-то. Может у тебя стресс от нападения вампиров? Да не похоже, разве что ты как и я сбежал. Но тряпки у тебя все-равно не такие. Хотя, может напали только сегодня...Ладно, не суть. Он берет меня с собой и это уже главное. Может у него еще и поесть выпросить? Вдруг есть что-то с собой.
- Спасибо, дяденька! - эльфийка счастливо просияла сквозь слезы, стирая их тыльной стороной ладони. На чистоте лица это отразилось не лучшим образом, но сейчас малышке было на это наплевать.
С тщательно отыгранным любопытством Лайли проследила за тем, как остроухий попытался ее коснуться, но в последний момент передумал. Это было странно и непривычно. Эльфы довольно часто использовали прикосновения как средство общения или выражения эмоций. Обнять вместо приветствия, потрепать по волосам...ну и всякое такое прочее. А этот остроухий будто обжечься боялся. Странный.
Однако девочка только обворожительно и немного несчастно улыбнулась, кивая на его слова и затараторила:
- Да, конечно, пойдемте дяденька. Я уже больше не могу быть одна, это так страшно. А еще я замерзла и есть хочу. У вас есть какая-нибудь еда? - Лайли догнала эльфа, намертво цепляясь ему за руку, пачкая форму окончательно, - А сколько нас там? Много уцелело? А они меня не прогонят, я же чужая и никого не знаю?

Отредактировано Лайли (05.02.2015 16:07:26)

+5

10

Дану шутница озорная, Дану тоже любить играть с судьбами своих детей. Вышивает полотна встречь и прощаний, добавляя новых нитей, переплетая их меж собой, путая окончательно, заставляя проживать все то, что приходит в хитрую голову непостижимого божества. И нельзя уже противиться, нельзя возражать. Лишь жить и смотреть вперед.
Злую шутку сыграла Богиня с Трандуилом, подкинув ему на пути надоедливое, болтающее навязчиво, дитя, что хваталось за эльфа своими ручками, пачкало его, да еще и есть просило. И как бы остроухий тягостно не вздыхал, как бы не желал при этом оставить девчонку на месте, предворительно накрепко привязав ту к дереву, он все же вел ее за собой. Угрюмо молчал, игнорируя вопросы на которые не знал ответов, только изредко поглядывая на спутницу. Непонимающе, мысленно взывая к духам леса и северному ветру, прося терпения и легкости в сердце, взамен тяжелейшего  камня воспоминаний и ненависти. Однако не получал ничего. Несправедливость! Ведь это он вернулся в родные леса, чтоб мстить. Это он несет возмездие, карая неразумных собратьев. Это его всю жизнь унижали и мешали с грязью, не оглядываясь на время года. Так, за что ему попалась еще и эта девчонка.
Наказание. По воле Дану.
Эльф в очередной раз вздохнул, забирая свою руку у спутницы. Сурово глянул на нее, остановившись. Желание сказать ребенку что-нибудь обидное все крепло в его душе, но мысленно, Трандуил вдруг вернулся к вампиру Максимилиану. Что получит эльф, если уставший и голодный кровопийца не получит сейчас хотя бы одного раба? Очевидно же, что ничего. И это в лучшем случае, а в худшем будет нагоняй и жалобы старика на то, что Трандуил бесполезен и тот зря его кормит. Жалоб не хотелось в большей степени, чем нагоняй, поэтому маленькую чумазую эльфийку следовало все же вести. А уж остальных, можно будет отправиться искать, избавившись от девчонки.
- Не отставай, - бросил остроухий через плечо, даже не поворачиваясь, и продолжая свой путь.
"Два дня. Так долго. Куда им идти?... Если не... к озеру!" - мысль, подобно удару грома раздалась в сознании Трандуила. Все вставало на места. Рядом с озером есть места, где вампиры еще не успели побывать, и именно там надеялись отсидеться остатки гордого народа. Эльф ускорил шаг, взглядом подмечая детали, ловя их же из памяти. Где-то примерно здесь он, погруженный в свои мысли, перестал замечать уставшее сопение гада Лабиена. Где-то уже, наверно, совсем близко. Если, разумеется, старому кровопийце не пришло в голову прогуляться по округе и заблудиться...

+7

11

В какой-то момент Макс твёрдо уверовал в то, что Клод оказался прав. Эльф сбежал. Эльф кинул патриарха и теперь, видимо, спасал кого-нибудь, уводя дальше в леса, в безопасные места, не доступные технике вампиров. Да и вообще – никому не доступные. Предательство древний прощать не собирался. Кровососы выжгут к чёртовой матери все леса до основания, но найдут Трандуила по приказу Лабиена. И тогда… О, тогда будет час возмездия.
Макс успел неплохо отдохнуть за время отсутствия эльфа и чувствовал себя очень даже хорошо. Перестало отдавать болью и тяжестью тело, голова просветлела и даже поднялось настроение. Кровосос был непростительно сыт. Столько жрать вообще было нельзя, но Лабиен трепетно запасался, поглощая крови столько, сколько только вообще мог в себя вместить. От переизбытка можно и поправиться. Жинку будет возмущаться. Хотя, если учесть постоянные походы по пересечённой, лесистой местности, хрен тут потолстеешь даже на несколько грамм!
Устроившись возле дерева как можно удобнее, Максимилиан, даже не подумав двигаться с места в поиске эльфа, восседал у корней. Тут совсем не было промозглого ветра, поэтому вампир прикрыл глаза, давая возможность себе полностью расслабиться и отдохнуть.
Приближение эльфа он больше ощутил, чем услышал. Остроухие ступали по земле слишком тихо, чтобы вампир мог различить такие шаги, но зато отлично выдавали своё присутствие мыслями, чувствами и запахом.
«А, дрянь, вернулся-таки. Что, напугал кто, или ты правда такой весь, сука, ответственный и преданный мне?»
Лабиен чуть шевельнулся возле дерева, даже не думая подниматься на ноги. Знакомый силуэт остроухого уже показался из-за ближайших деревьев и Максимилиан мог видеть, как идёт к нему Трандуил – величественный и сильный эльф. Плавно, не слышно ступал он по родным лесам, зная дороги, которых не увидишь взглядом. Вампир не обманулся. Он оказался прав – эльф не предал. И не предаст потом.
- Я погляжу, ты соблаговолил вернуться?
Задал свой вопрос Лабиен, прищурившись глядя на подходящего эльфа. Лёд и пламень. Вечно холоден, суров, но где-то в глубине его растерзанной эльфийской души всегда скрывается доброта. Ну а как ещё можно было объяснить факт наличия маленькой эльфийки, что старательно пыталась нагнать Трандуила, шагающего быстрее её маленьких ножек?
- Да ещё и не один.
Максимилиан замолк, пару раз всё-таки бросив предупредительные взгляды на эльфа, ожидая услышать развёрнутый доклад о том, что он приволок, почему только одну штуку и, вообще, где он столько носился, Макс заждался его. И много чего успел надумать. Непростительно! Лабиен не спешил отчитывать Трандуила ни за то, что тот так бесцеремонно кинул его посреди леса, ни даже за то, что Макс так и не дождался надлежащих в такой ситуации извинений от остроухого. Эльф не любил, когда его персону отчитывают перед кем-либо, особенно перед сородичами. Сразу замыкался в себе, становился хмурым и терялся в докладах. Лабиен быстро просёк эту тему, поэтому старался при первом же поводе не срываться на Трандуила, требуя объяснений и угрожая заковать того в цепи наравне со всеми. Эльф не выносил, когда что-то выходило из-под его контроля, и тяготился подобным слишком сильно. Поэтому Максимилиан быстро смекнул, что отчитывать остроухого сразу же вообще не следовало. Стоило помолчать, выждать тот момент, когда эльф будет готов рассказать всё сам, добровольно, не путаясь в фактах и не стараясь больше защитить себя, нежели сказать то, что на самом деле ждёт от него вампир. Вот и сейчас, не предпринимая лишних действий, Лабиен проверял свою сформировавшуюся теорию об эльфах. Тем более, был ещё один объект, который привлекал Лабиена. Эльфийка. Совсем маленькая, можно сказать – настоящий ребёнок. Максимилиан не видел до сего момента таких остроухих: слишком мало времени он провёл в Канаде, и слишком много успело произойти за его отсутствие. Девочка казалась беззащитной, хрупкой и невинной. Но… этот взгляд. Где-то Макс его уже видел. Отчего-то вспомнилась Алиша и Лабиен насторожился окончательно.

+7

12

Лайли болтала без умолку, явно вынося своим звонким голоском остатки мыслей своего спутника. Абсолютно не затыкалась, не отставала, цеплялась за рукав раз за разом, игнорируя то, что эльф отбирает руку и явно не желает того, чтобы малышка за него хваталась. Девочке было нужно просто получше запутать мысли остроухого, чтобы он не особо сильно к ней приглядывался. И судя по тому, что эльф все ускорял и ускорял шаг, явно неосознанно пытаясь сбежать, у нее это получалось. В конце-концов, в общине это срабатывало. Главным было просто действительно болтать без перерыва, засыпать вопросами, не давая времени на них ответить. Жаловаться, ныть...В общем, по полной программе пожирать мозг так, как умеют только дети и зомби.
На самом деле, девочка еще даже не устала чесать языком. Так что если эльф собирался идти еще пару часов, Лайли бы вполне справилась с идеей довести бедного сопровождающего до состояния истерики.
Однако, эльфу повезло немного раньше. Идти оказалось не так долго и девочка даже пожалела, что не задала и половины коварно распланированных вопросов.
В итоге, эльф все же ушел немного вперед, когда ему удалось отобрать свою руку у девочки. Так что догонять почти остановившегося эльфа пришлось бегом. Так что устроившегося у корней дерева вампира Лайли заметила не сразу, а лишь после того, как он заговорил. Да и сообразила, что это вампир, а не человек с ощутимым запозданием, который со стороны можно были признать за страх.
"Ух ты. Эльф и вампир. Вместе. Круто. Настоящий, живой вампир, а не сказки учителя, который только и делал, что запугивал, а не объяснял толком."
Да, от своих не особенно многочисленных воспитателей девочка о вампирах слышала. Только вот проблема была в том, что Лайли иногда казалось, что они сами о них почти ничего не знаю. Ибо больше пугали и говорили, что на вампиров лучше не натыкаться и ничем хорошим это не закончится. А еще они все злые, кровожадные и пьют кровь. В целом все. На этом знания девочки заканчивали. Но она разумно рассудила, что раз ее сопровождающего вампир не съел, то может и не съесть ее. Взрослый остроухий был забыт и отброшен как что-то не такое интересное.
Девочка обогнала эльфа, подбегая к вампиру и разглядывая его с самым что ни на есть настоящим и живым интересом, в котором не было места обычному притворству.
Неутомимое дите обежало дерево два раза по кругу, затем остановилось на расстоянии вытянутой от вампира руки и засыпало его потоком вопросов:
- А вы правда вампир? А настоящий? А кровь пьете? А что вы тут делаете? А вы правда напали на нашу общину? А зачем? А сколько вам лет? А вы правда в полнолуние на шабаши летаете? А как летаете? А у вас крылья есть или на чем-то другом? А меня вы есть не будете? - девочка перевела дыхание и добавила, - А еще я есть хочу, он со мной ничем не поделился и все время летел так, что я чуть за ним успевала, вот!
Лайли обличительно ткнула пальцем в стоящего в стороне эльфа и просияла, борясь с желанием вампира потрогать. Но видок у него был больно серьезный, так что девочка не рискнула, лишь добавив еще:
- А вас потрогать можно? Никогда не видела живых вампиров!
На мужчина эльфийка уставилась сияющими глазами, явно ожидая ответа на все свои вопросы сразу.

+4

13

Эльф не был преданым именно этому вампиру. Но вместе с тем, он был ответственен безусловно и благодарен Лабиену за то, что тот не заковал его в цепи, как грозился множество раз, а дал шанс проявить себя, показать и быть полезным, но самое важное, что чистокровный кровопийца позволил Трандуилу осуществить свои планы и мстить. Даже этой маленькой и беззащитной девочке, которую он привел к Максимилиану.
- Не оставлять же мне тебя одного, - эльф мягко склонил голову в приветственном легком кивке и на мгновение прикрывая веки, - Я не на столько бессердечен.
Со стороны могло и вовсе показаться, что он своим возвращением делает одолжение гаду. Движения расслабленные и свободные, слова ровные и будто покрытые тонким слоем инея. Звук шагов его гордых по ковру из листьев, неслышно терялся в легком шуме осеннего ветра. Не был Трандуил рабом до встречи с Максимилианом и не стал им сейчас. А уж контраст во внешнем виде, и вовсе мог поразить. Эльф, величественный и прекрасный, одетый с иголочки, пусть и немного испачканный маленькими ручками девчонки, смотрелся как господин рядом с вампиром в рядовой форме обычных воинов. Разве что, теперь на высокое происхождение Максимилиана указывало то, что тот все же отдохнул и выглядел свежее, чем час назад.
- Одна она, - эльф взглядом указал на девчонку, что, показалось, испугалась присутствия древнего. Но она наконец замолчала, даровав слуху долгожданную тишину, - Остальные, еще два дня назад ушли в сторону воды. Если с ними есть кто-то из мудрых, магия духов леса поможет им укрыться...
Трандуил хотел еще сказать что-то о том, что все бессмысленно и безнадежно. Что не укрыться его собратьям, не спрятаться от того, кто умеет видеть и слышать больше, чем доступно вампирам и их технике. Но, вдруг, снова заголосила маленькая эльфийка, ураганом вырываясь вперед и нападая с ворохом бесконечных вопросов на Лабиена. Страх и опасения, что с ней может статься что-то очень нехорошее от встречи с вампиром, ее будто миновали, как и удивление от того, что Трандуил привел ее не к сородичам, а к врагу в лапы. Эльфу только и оставалось, что изумленно хлопать глазами, поражаясь такому поведению. Опасения и осторожность, такие привычные его народу, будто были совсем неведомы этому наглому ребенку, что под конец своей сумасшедшей речи еще и обвинительно указал в сторону остроухого.
Возмущению Трандуила не было предела. И будь он младше и не привычен к нападкам в свой адрес, быть может, он позволил бы себе сейчас много раз больше, кроме сурового взгляда и кривой ухмылки, что следом легла на губы.
- Прекрасная уличительная речь, - остроухий даже несколько раз хлопнул в ладоши, лениво имитируя аплодисменты, - Но маленькой пиявке, конечно, не пришло в голову, что еды у меня с собой нет, - эльф презрительно хмыкнул в адрес девчонки, глядя на ту свысока своего роста, - Если тебе не нравится этот экземпляр, я могу отвести ее обратно туда, откуда взял.
Эти слова уже были обращены к вампиру. Только ему принадлежала отныне жизнь маленькой надоедливой эльфийки и выбор, что делать с ней дальше. А уж Трандуилу оставалось только надеяться и просить Дану о том, что довесок в виде ребенка более не будет беспокоить его своей навязчивостью и звонкой пустой болтовней.

Отредактировано Трандуил (07.02.2015 09:11:04)

+5

14

«Конечно, сама доброта. Вон, девку с собой приволок. Куда она нам? Даже накормить нечем. Ты брал что-то из еды? Я, вот, пожрал на месте, ещё в лагере, и мне не нужно никакой пищи ближайшие несколько дней».
Эльф говорил о тех, кто ушел вглубь лесов. О тех, кто мечтал укрыться у воды с помощью магии. Вампир молча кивнул. Трандуилу он не сказал и слова. Тот и так знал, что они выдвинутся в сторону войск д’Эстенов. Нужно собрать армию, остроухого же стоит отправить на разведку, но – чуть позже. Когда силы будут собраны, а эльфы найдены – вампиры нанесут свой завершающий удар, покончив с данной группой остроухих. Лабиен не сомневался, что Трандуилу под силу отыскать разрозненные группки эльфов из разгромленной в последние дни общины.
Размышления вампира прервала неожиданная тирада из вопросов, что задавала девочка, даже не пытаясь умолкнуть. Проигнорировав все возможные законы осторожности, известные вампиру, она подошла слишком близко к нему. А ведь он мог убить, даже не двигаясь с места.
«У этого эльфа явно плохая карма. Его даже незнакомые дети игнорируют! Хм, но мелкая тоже не промах. У неё чуйка что ли на вампиров? Или на что-то другое. Посмотрим».
- И с чего ты взяла, что я – вампир?
Макс мягко улыбнулся, поднимая взгляд на маленькую девочку. Смотрел спокойно, скользя взглядом по миловидному личику и хрупкому телу. Девчушка была очень даже не дурно сложена.
- Может, я обычный человек. Вот и всё.
Предположил Лабиен, разведя руками, и всё же кряхтя поднялся со своего уютного места, отряхиваясь. Максимилиан заинтересовался девочкой на пару лишних минут, заботливо усаживая ту поближе к корням деревьев. Там, где только что сидел сам, укрываясь от промозглого ветра.
- Я просто дампир, полукровка, из армии вампиров. Солдат.
Доходчиво объяснил малютке Макс. Лабиен всё-таки решил сыграть. Чутьё подсказывало, что малышка падкая либо на заботу, либо на социальное положение. И не стал вскрывать все карты. А, может быть, она не на столько проста и глупа, как казалось с первого раза. Тогда ещё интереснее.
- Так ведь, господин Трандуил?
Вампир повернулся лицом к эльфу, внимательно глядя тому в глаза, будто пытаясь внушить свою задумку и ему. Отправить прямо в мозг, минуя долгие объяснения и рассуждения по теме вслух.
«Подыграй мне, ну».
- Прошу прощения за неподобающее поведение, господин. Я просто сильно устал. Простому дампиру не угнаться за таким великим воином, как вы.
Почтительный поклон последовал по окончанию речи. Вампир играл правдоподобно. Притворяться кем-то ниже по положению было привычным делом. Лабиен по молодости часто ходил в разведку, и ещё чаще – строил из себя необученного призывника в действующей армии во время битв. Чтобы видеть всё, своими глазами. Чтобы карты, которые он нанесёт на бумагу к началу решающего боя, были на столько правдоподобны, что солдаты каждую кочку будут знать, каждый бугорок и впадинку. Каждый камешек, чтобы использовать его против своего врага, выиграв войну.
- Так что, маленькая, не вампир я. Простой полукровка, которому не перевалило даже за первую половину сотни лет.
Пожал плечами кровосос, будто бы не хотел так сильно расстраивать эльфийку. Разочаровывать в себе. И тут же полез спешно рыться в походном мешке, отыскивая еду. Пару кусков белого хлеба и клубень варёного картофеля, которые просто так положил эльф, видимо полагая, что они могут и задержаться в пути. В отличие от сытого вампира, Трандуилу могла понадобиться пища. Но не теперь. Сейчас они уже знали план дальнейших действий, и задерживаться понапрасну в лесу было без надобности.
- Вот, покушай.
Вручил скудный провиант маленькой девочке, бережно погладив ту по головке.
- Господин Трандуил, вы же не против, если я отдам свою еду маленькой девочке?
Вампир копошился возле дерева, даже не глядя на эльфа и только потом встал, выпрямившись в полный рост.
- И мы же возьмём её с собой. Не так ли.
Вопроса в конце предложения не прозвучало, хотя он должен был быть там. Командир решает, кого брать в плен и для чего. Не рядовые. Но командиром здесь был Максимилиан.
Холодный, повелевающий взгляд бездонно чёрных глаз древнего был направлен на Трандуила. Единственное неверное решение с его стороны – и он останется в этом лесу навеки, погибший бесславной смертью нерадивого раба. Могилой станут ему падшие листья, холодные ветра разнесут его кости, разметают сгнившее мясо по чёрной земле, смешав с грязью. Таков конец ждёт всех, кто посмеет перечить воле великого патриарха рода Лабиен. На сколько абсурдна не была бы она.

Отредактировано Максимилиан Лабиен (07.02.2015 16:22:54)

+6

15

Девочке обвинения остроухого не понравились. Ребенок нахмурил тонкие бровки, косясь на эльфа. С ней никто не смел так обращаться. Даже более старший эльф. Она ребенок, да еще и девочка. Маленькая,потерявшаяся и несчастная. Никто не имеет права так грубо с ней говорить, а тем более оскорблять. Где этот странный эльф воспитывался, если так обращается с детьми? Хамло и невоспитанность. Ужасно.
- Маленькая пиявка не одобряет тот факт, что большой взрослый дядя так плохо обращается с ребенком. Нельзя же так! - девочка скорчила мордашку, оборачиваясь тогда, когда мужчина заговорил.
"С чего? Неуютно рядом с тобой как-то. И учитель говорил, что от вас от всех пахнет кровью. А от тебя - пахнет. Я чувствую. И лесу ты как-то...не нравишься."
Девочка неуловимо пожала плечами тут же отвечая на вопрос.
- У вас окружение такое. Я не знаю, как это правильно называется...Но как-то давит сильно. Так что вы точно не простой человек. Так что на счет этого я уверена.
Девочка удивленно улыбнулась, когда мужчина осторожно подхватил ее на руки и усадил в дереву. Там было ощутимо уютнее и даже совсем не дуло. Так что было значительно теплее.
- Полукровка? - недоуменно переспросила девочка, не особенно понимая, что значит это слово и как такие существа вообще получаются. Но частично что-то стало понятнее, если слово разобрать по частям. Половина крови. Половина вампира а половина...чья?
Девочка внимательно проследила за действиями мужчины, за его поклоном и абсолютным спокойствием, с которым эльф принял этот поклон. На тщательно разыгранное представление это не тянуло совершенно. Но девочку что-то мучительно смущало. Что-то непонятное, будто говорящее ей, что здесь что-то не так. Интуиция просто недоверчиво шептала. Дошло до Лайли это внезапно и неожиданно. Вампиры убивают эльфов. Эльф не может управлять вампиром. Тонкостей политики девочка не знала, но вполне могла связать два и два.
Ну, а следующие слова мужчины только убедили ее в том, что она права. Этот эльф смотрел так же, как один из их старейшин. А ему тогда было больше двухсот лет. Значит в теории, ее сопровождающему было примерно столько же. И его ауру девочка ощущала как нечто очень гнетущее. А мужчина своим присутствием давил на нее в разы сильнее. Значит он точно старше эльфа. А значит, он врал о своем возрасте. И это уже было странно. Но пока свои идеи малышка озвучивать не стала. И искренним счастьем девочка взяла у вампира картошку и хлеб, сразу начиная есть. Желудок у девочки голодно заурчал, требуя еду, которая сейчас была так близко. А под чужую руку Лайли приласкалась без раздумий.
- Спасибо, добрый дяденька, - малышка искренне ему улыбнулась.
Когда вампир заговорил снова, девочка уже дожевывала картошку, от хлеба же уже не осталось совершенно ничего. Лайли сильно оголодала и не намерена была растягивать удовольствие, пока никто тут не передумал.
- Возьмите. Не бросайте меня тут одну, я же не смогу так выжить. И, дяденька, я не знаю, вампир вы или какая-то непонятная полукровка, кстати, что это такое я тоже не знаю, но по-моему, его вы старше, - девочка снова ткнула пальцем в эльфа, - Вы...давите. Сильнее, будто воздух густой становится. Так что вам точно не меньше пятидесяти. Может я и малявка совсем, но не полная идиотка. В моей общине были эльфы разного возраста и я знаю, как давит кто-то из них. И можно еще глупый вопрос? А как вы кровь пьете? Куда она у вас утекает? В желудок? Но мне рассказывали, что вампиры ее пьет много-много, а в желудок столько не влезет, я точно знаю! Мы тогда на спор воду пили, больше пяти литров никто из нас не смог.
Девочка явно повеселела после того как поела и немного согрелась.

+4

16

Так уж случилось, что взрослый дядя эльф прибывал прямо-таки в шоке от слов маленькой пиявки. С ранних лет в каждом эльфе воспитывалось уважение к старшим. Уважение, почитание, детям надлежало слушать, внемать и не раскрывать своего рта даже в собственную защиту. Ведь все, что решали старшие, было неприложно. Мудрость говорила устами старших. Всегда. В то время, как младшие всего лишь учились. И Трандуил учился, и слышал в словах учителей и старейшин своего племени мудрость. Но не эта маленькая девчонка. Банального уважения к возрасту в ней не было. Лишь только дерзость, что была зелена как вешние листья. Но демонстративное равнодушие эльфа сглаживало и это. В душе, терзаемый несправедливостью, что маленькая девчонка не питает должного уважения, Трандуил продолжал лишь легко улыбаться. И только взгляд его суровый и острый, выдавал истинные эмоции, что остроухий предпочел скрыть, опустив очи, тем самым демонстрируя, что принимает правила игры патриарха.
Неожиданное вдохновение, будто призванное любовью его расы к гармонии, отразилось на лице эльфа. Сыграть господина, не являясь им, однако чувствуя себя таковым, было проще простого. Нужно было всего лишь вести себя так, как обычно. Повелительно взирать на мир сверху вниз, благосклонно кивая, или же отворачиваясь в сторону собственных доводов.
Дампир. Полукровка. Солдат. Он просил извинений у своего господина.
- В другой раз, солдат, усталость не должна говорить за тебя, - Трандуил понимающе посмотрел в сторону древнего, - В другой раз дорога может быть много раз дольше и тяжелее.
Слова его были намеком на то, что не один поход еще предстоит в леса из лагеря в поисках выживших эльфов. Но в этот раз, задача эльфа-разведчика упрощалась знанием того, куда следует идти за собратьями. И именно с этой задачей, сердце его вдруг откликнулось учащенными ударами и гулким холодным ветром, заслользившим по душе. Совсем не много оставалось до того, чтоб месть его завершилась. Совсем немного оставалось эльфов в лесах и все они стремились в сторону воды. Он был уверен.
- Ты можешь брать с собой все, что угодно. Detholalle, mellonamin*. Няньчиться с этим будешь сам и рассказывать Коту о ценности дитя - тоже. - Трандуил успел лишь улыбнуться старому вампиру, когда в разговор снова смешалась девочка, что начала говорить воистину непонятные вещи, используя некрасивые жесты. Эльф хмурился, слушая новый поток абсолютно бесполезной информации, что лился отныне только на вампира, но звук от чего, по-прежнему раздражал слух Трандуила. Жалость к самому себе и Максимилиану, ядовитой стрелой пронзила сердце остроухого. Слушать все это было мучительно сложно и единственным желанием было скрыться из виду. Однако, "дампир" был явно не против слушать. Желал ли он таким образом узнать у девчонки что-то полезное - эльф не знал. Ведь, вероятность, что дитя в процессе болтовни обмолвится об оставшихся из ее общины, таяла на глазах, по мере того, как эльфийка рассказывала очередную порцию ошеломляющего бреда, продолжая напрочь игнорировать всякие традиции и манеры.


*Дело твое, друг мой.

Отредактировано Трандуил (08.02.2015 12:05:35)

+6

17

Black Lab - This Night

Клод всегда любил охоту, а охотой на эльфов занимался с того самого возраста, когда Эмилию заинтересовало селекционирование — выведение особой породы эльфов. Мягких, покладистых, послушных "кошечек" — как ласково называла их сестра. Эльфы в лесах не были простой добычей, чуткие и буквально слившиеся с природой, они были хуже даже самого пугливого зверя. Легче всего их было застать врасплох в деревне, но, когда этого не удавалось, начиналось самое интересное.
Клод охотился за ними исподтишка на территории Рейли много лет и уводил тех, кого поймал, к себе. В конце концов, Эмилии нужен был новый материал для работ, а самому Клоду просто нравился процесс. Несколько раз за браконьерством его даже ловили внимательные хозяева, но вампирам удавалось договариваться между собой так, что всех всё устраивало, и, в конце концов, им даже получилось «сдружиться» настолько, что Эмилия подумывала отдать за братьев Рейли своих дочерей. Это могло бы расширить влияние д’Эстенов на Канаду, как она полагала, и, в итоге, оказалась права. Влияние их рода теперь здесь было колоссальным.
Клод не знал всю территорию Канады, как свои пять пальцев, но в лесах чувствовал себя уверенно. Когда эльфы начали скрываться, ему хватило ума не жечь попросту вековую древесину, а планомерно исследовать территорию. Эльфы пользовались магией, сливались с лесом, но у вампиров были вертолёты и тепловизоры. Он разбил войско на отдельные отряды, а карту — на квадраты, и уверенно прошаривал дюйм за дюймом в поиске вставших как кость в горле врагов. Конечно, партизанскими усилиями эльфов его технически лучше оснащенная армия теперь получала гораздо более сильный урон по сравнению с открытыми сражениями, на после каждой внезапной пропажи д’Эстен знал, где искать ушастых.
Если бы Клод вдруг вздумал пофилософствовать, он бы, разумеется, нашел бы в себе силы поржать над обстоятельствами: всего одна небольшая группа фанатиков поставила под вопрос выживание вида, ведь будь его воля, от этого отребья ничего бы не осталось. Он не умел прощать и не собирался этому учиться. Он желал удовлетворения и, в каком-то смысле, с каждым пойманным или убитым врагом, оно приходило. По крайней мере, аппетит к Клоду вернулся и за неделю активных походов он, практически, набрал обычную норму. К тому же с недавних пор он начал спать стал лучше. После изнурительных и напряжённых переходов, Клод проваливался в глубокий сон без сновидений на несколько часов. Этого, казалось, было достаточно.

Войска д’Эстенов и Лабиентов сжимали оставшихся эльфов в тугое кольцо уже некоторое время, когда Клод получил сообщение о том, что Максимилиан вернулся из Африки в расположение своей армии. — «Давно пора», — буркнул вампир, хотя особой радости по поводу этого сообщения не испытывал. Строго говоря, без бдительного внимания он чувствовал себя гораздо комфортнее, но, тем не менее, сразу же решил с ним встретиться. Занятый войной Клод, вновь начинал упускать новости, находящиеся за пределами его интересов, а Максимилиан, наверняка, мог бы рассказать многое, если бы, конечно, захотел.
Союзные войска к этому моменту находились на относительно небольшом расстоянии, и Клод со своим личным отрядом, оставив основную армию позади, двинулся к ним напрямик. По дороге, как они и рассчитывали, им повезло напороться на группку бегущих, очевидно, от армии Лабиенов эльфов. Расправиться с паникующими ушастыми было несложно: часть сдалась сразу, другая, оказав небольшое сопротивление. Как убедился д’Эстен — смерть особо дерзких моментально поспособствует налаживанию мирных отношений.
Чтобы проверить, не осталось ли по близости их товарищей, Клод выдвинулся вперёд. Даже при учёте того, что отряду было запрещено использование огнестрельного оружия без острой нужды, он один вёл себя в лесу тише, чем солдаты, отягощённые будущими рабами. К тому же сенсорика позволяла ему одновременно скрывать своё присутствия и обнаруживать чужую эмоциональную и мысленную активность, а голод (на охоту вампир всегда выходил голодным) обострял его инстинкты
Когда настроенный на температуру эльфийских тел тепловизор засёк какое-то движение, Клод двинулся в ту сторону, но не успел он преодолеть разделяющее его и жертву расстояние, как к ней присоединился ещё один источник тепла. — «Любопытно», — усмехнулся вампир. Охота становилась интересней. Следуя за своей добычей, в надежде, что она выведет его к эльфийской стоянке, Клод старался держаться подветренной стороны и очень медленно сокращал разделяющую их дистанцию. Эльфы имели невероятно чуткий слух и умели как-то по-особенному вслушиваться в окружающий их лес, но звонкий девичий голосок, далеко распространяющийся по лесу, давал вполне отчётливое понятие о том, почему присутствие Клода, сохраняющего все предосторожности, не засекли.
Когда эльфы остановились, приблизившись к третьему источнику тепла, температура которого более подходила вампиру, Клод тихо двинулся следом. Военная форма защитного цвета и удобная обувь до некоторых пор помогали ему сохранять инкогнито. Вскоре до слуха д’Эстена начали доноситься обрывки разговоров, из которых следовало, что старый Лабиен (или кто-то имеющий слишком похожий на его голос) либо впал в маразм, либо играет в какую-то игру. Армии рядом Клод не заметил и, по его данным, она находилась несколько дальше. Вопрос, что, в таком случае, мог делать Максимилиан в чаще в обществе двух эльфов, оставался открытым, но долго мается им Клод не стал. Он находился так близко, что его, наверняка, или уже заметили, или вот-вот заметят, поэтому скрываться дальше было бессмысленно.
— Итак, — произнёс д’Эстен, выходя из лесного укрытия. Заряженное и готовое к использованию оружие Клод оставил в открытой кобуре, но больше ничем материальным свою угрозу не подкреплял. Он больше не прятался, поэтому аура безопасности с него спала, оголяя неприкрытую дикую агрессию.— Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит? — окрашенный алым взгляд вампира скользил по лицам, останавливаясь поочередно то на высоком эльфе, то на маленькой чумазой эльфийской девчонке, то, наконец, на Максимилиане. — Может быть вы... господин? — с насмешливой учтивостью поинтересовался Клод у высокого эльфа.

+6

18

- Господин Трандуил имел ввиду, что он сам обо всём доложит Коту, не так ли?
Лабиен успокоился, оставив эльфа в покое и полностью отвлекшись на ребёнка. Устроился рядом с ней, прогладив для порядку по волосам в очередной раз. Девчушка была смешной и казалась Лабиену забавной, но далеко не глупой. Что-то было в ней. Что было трудно разглядеть с первого взгляда.
В каждой женщине должна быть загадка. И чем она интересней, запутанней и нелогичней – тем лучше. Потому что к такой женщине не потерять интереса. Она не может надоесть, и её не захочется просто выбросить, как разгаданный кроссворд. Такой была Калиса – супруга Максимилиана, которая прожила с ним бок о бок несколько сот лет. Подобные браки – редкость среди долгоживущих. Маленькая, безродная девочка некогда превратилась в королеву, но не потерял к ней интерес древний вампир. Ни когда ей было семнадцать, ни когда перевалило за пять сотен лет. Она была его непоколебимым идеалом. Вечной загадкой его жизни. Такой он хотел видеть свою дочь. И она тоже не разочаровала Лабиена. Больше в жизни Максимилиана не было женщин, которыми он бы восхищался. Все они были или уже чьими-то, или просто пустышками. Кем была эта маленькая девочка, задававшая кучу вопросов, но которая не боялась самого Лабиена?

Вампир, скорее, заметил настороженный взгляд эльфа, нежели ощутил чьё-то присутствие рядом. Он полагался на чутьё остроухого больше, чем было то необходимо.
«Д’Эстен? Откуда ты ещё нарисовался».
- Спокойно, Клод.
Лабиен предупредительно глянул на второго вампира, оценивая ситуацию.
- Какими судьбами? Я ждал тебя позже. Кажется, мы собирались встретиться в твоей ставке. Нет, разве?
Конечно же – нет.
«Нда, будет он мирно и ровно сидеть на заднице и ждать, пока я припрусь к нему сам. Мальчишка. Только дай поиграть в войнушку – уничтожит полпланеты».
Вампир был не особо доволен таким положением дел, но старался не выказывать коту своего искреннего неуважения. Всё-таки, в этот век они союзники. Очень сильные, кстати говоря, союзники. Что было немаловажно. В прочем, всю ситуацию Лабиен решил пока не прояснять Клоду. Было тут одно маленькое дельце…
- А тебе придётся многому научиться, если хочешь, чтобы тебя взяли с собой. В первую очередь – уметь привлекать к себе внимание иными способами. Не будь пустышкой. Тогда тебя не съедят на завтрак такие, как я.
Серьёзно заявил вампир, оставляя девочку одну сидеть возле корней деревьев. Он теперь не был ей ровней. И не собирался дальше играть в собственный же спектакль.
- Видишь этого эльфа.
Обратился Лабиен к девочке, подходя к Трандуилу, легко опуская руку тому на плечо.
- Он не простой эльф, не раб, как все вы.
Кажется, объяснял он ещё и Клоду заодно. А, может, и правда счёл нужным уделить больше внимания эльфийскому ребёнку, нежели чистокровному вампиру.
- На его шее нет ошейника, руки не скованны цепями и он имеет право высказывать своё мнение даже мне.
Древний говорил спокойно. Объяснял, холодно смотря на девчушку. Она была слишком мала, чтобы понимать. И, кажется, Лабиен просто зря тратил время.
«Убить её я и так успею».
Подумал вскользь Макс, и всё же продолжил говорить.
- Я сохраню тебе жизнь. До того момента, покуда я не потеряю к тебе интереса. Час. Два. День. Сколько проживёшь ты?
Лабиен ухмыльнулся в сторону девчонки.
- Пошли, коль не боишься.
Всё-таки позвал он ребёнка с собой. Но на этом всё внимание к девочке закончилось. Макс глянул на эльфа, кивнув в сторону – надо было обговорить всё с Клодом. Трандуил обладал намного большими возможностями, чем техника вампиров. Д’Эстен навряд ли оценит затею с остроухим, но Лабиен всегда был способен убеждать. Тех, кто умел скрываться, прячась в магии леса, невозможно отыскать с помощью спутника или тепловизора. У эльфов тоже было достаточно загадок. Которые и предстояло разгадать кровососам. Лучше это было делать с помощью того, кто не понаслышке знал об эльфах.
- А ты делаешь успехи, Клод. Я думал, тут уже сплошное пожарище, а здесь даже леса стоят! В целости и сохранности.
Важно произнёс Макс, по старой привычке подходя к Клоду почти в плотную. Жестом указав Трандуилу остановиться поодаль: подходить к разъярённому хищнику слишком близко было опасно. А котяра, кажется, смотрел на остроухого, как на свой обед.
- Знакомься, это Трандуил. Да, он – снежный эльф. Мои глаза и уши в этих лесах.
Вампир замолчал, чуть склонившись к Клоду.
- Он тебе понравится. У вас общего уйма. Правда, вы и отличаетесь многим. У него сформированная давно месть. Успевшая остыть. Выдержанная, воспитанная в нём с малых лет. Это куда ценнее, чем твоя необдуманная ярость.
Ставить эльфа выше чистокровного вампира? Как неуважительно. Но… Макс и не собирался уважать Клода.
- Мы ходим в этих лесах, как в лабиринте. Всматриваемся в карты, но не смотрим под ноги. Разглядываем показания приборов, покуда эльфы, скрытые магией, уходят у нас из-под носа. Клод, это война будет вечной. Нам нужно другое оружие. И оно у нас есть.

+6

19

Девочка уже совсем не думала о эльфе. Не думала и о своей общине, лихорадочно просчитывая варианты. Ей врали, целенаправленно врали, зачем? Зачем кому-то нужно обманывать ребенка? Что с этого можно поиметь? Да ничего толком, ничего важного она не знает, вампиры и так прекрасно умеют находить их деревни. Но почему тогда мужчина вел себя так странно? Ответ был только один, но подтверждать его было нечем. Выгода. Да, в свои тринадцать лет Лайли прекрасно знала это слово.
Пользоваться своим положением девочка научилась почти сразу, как осиротела. Хорошо быть самой маленькой девочкой, совершенно без семьи и даже без двоюродных и троюродных родственников. Тогда стоит только лишний раз сделать грустные и несчастные глаза, намекнуть, что тебе так одиноко и ты скучаешь, как тебе отдадут все, что пожелаешь. Свое умение плести пока еще совсем небольшие, но все же интриги, Лайли тренировала не один год и воистину считала, что вполне в этом деле преуспела. Нет счета мелким ссорам детишек, которых она перессорила и перемирила в качестве тренировок.
Размышления малышки прервало появление еще одного мужчины. Почти сразу же ощутилась и его аура. Почти такая же как и у эльфа, только она тоже отдавала чем-то железным. Значит, скорее всего, это тоже был вампир. Лезть к нему Лайли уже не стала, посчитав, что это точно будет масштабным переигрыванием и провалом всего плана.
А тепло вампира рядом удивительно успокаивало. Будто просила прижаться к нему покрепче, обнять, сказать что-то...хорошее чтоли? Почему возникало это странное чувство малышка не понимала и честно с ним боролась. Это было так неестественно, странно и удивительно. Но вот прикосновения мужчины ей нравились. Так что когда ее снова погладили по волосам, девочка только улыбнулась, но ничего не сказала.
Мужчина перебросился с новоприбывшим всего парочкой фраз, затем снова проявляя внимание к Лайли. Только на этот раз он сильно изменился. Манера речь, манера себя держать, взгляд. Все стало другим, будто мужчина отбросил маску. Говорил он сложные, умные, но вполне понятные девочке вещи. И справедливые. Хочешь жить- умей вертеться. Умей подать себя, заинтересовать собой и доказать, что ты не серая мышка, а настоящий борец. По характеру, личности и внешности.
Пока малышка только кивала, не желая прерывать такие слова оправданиями или ответами. Стоило немного подумать, чтобы затем ответить сразу на все. И придумать, как правильно это сделать.
Больше всего девочку заинтересовало то, как назвал мужчина эльфа. Свободным, но на службе у вампира. А за такое покровительство определенно стоило побороться. Девочка была почти уверена, что сможет выбраться даже из рабства, но зачем идти обходным путем, когда нормальная дорога прямо перед тобой, на развилке? Только нужно верно ее выбрать.
"Но он позвал меня!" - девочка мысленно просияла, хотя пока это еще ничего ей не обещало. Сейчас же малышка лихорадочно думала. Как, как его заинтересовать не на несколько часов, а на года? Ну или хотя бы пока правильно начать.
Лайли осторожно поднялась, пока оставаясь рядом с деревом, с жадным любопытством слушая не особенно понятный ей разговор, но в точности его запоминая. Все это могло когда-то ей пригодиться, если ее сейчас все-же не убьют.
Честно дождавшись паузы в разговоре, малышка подумала, что может попробовать сейчас заговорить. Немного ближе подойдя к вампирам девочка подняла на мужчину серьезные глаза. Сейчас в них уже не осталось того детского страха и доброты. Малышка будто разом прибавила лет десять, а то и больше.
- Господин, я не знаю вашего имени, так что обращусь так. Я могу вести себя иначе. Нормально, без этих соплей и милых глаз. А могу и вести, если это вам будет казаться более интересным. Научиться чему-то новому я никогда не против, а учусь я очень быстро, несмотря на то, что я еще мелкая. Я уверена, что смогу оказаться вам полезной и без крайних мер, в конце которых от меня останется обескровленный труп, - девочка скрестила руки на груди, - Я благодарна вам за то, что сейчас вы оставляете мне жизнь и я постараюсь отплатить вам чем-то выгодным за это. Игра в одни ворота никогда не интересует и это даст мне слишком мало времени, если я буду только что-то от вас брать и ничего не отдавать взамен. Если вы действительно берете меня с собой, я буду рядом. Не воспользуюсь ситуацией, чтобы усыпить ваше доверие и сбежать. Не думаю, что вы поверите моему слову, но все же я могу вам его дать.
Лайли вздохнула, легко косясь на Трандуила и потом снова вернула взгляд к вампиру.
- Вы упомянули о том, что он движется благодаря мести. Я этим похвастаться не могу, но у меня есть нечто другое. Отвращение к соплеменникам, которые так много внимания уделяют придуманной богине, традициям и устоям. Это скучно и бессмысленно. Так никогда не уйти далеко, не развиться и не стать великими. Я не хочу быть одной из них и проживать жизнь в убогой лачуге. Я хочу по настоящему жить. И дабы не быть баснословной, я могу показать вам одно укромное место нашей деревни и парочки соседних. Я не разбираюсь в вашей магии, в ваших...приборах, но я слышала разговоры старейшин. Это хитрое место. Что-то внутри него не дает нащупать это место магически, а природные условия не дадут почуять тепло тел. И я знаю, где оно находится. Вдруг там сейчас кто-то есть?

офф:

Если я малость обнаглела с придумыванием такого закутка, можно ткнуть меня пальчиком и погрозить. Уберу это из текста. А то меня занесло немного =.=

+1

20

Эльф слышал приближение молодого вампира, земля шумно дышала под его тяжелыми шагами, говоря о приближении опасности. Никогда до этого Трандуил не видел лично того, кто принес с собой смерть в его родные леса, не был он знаком с Котом, поэтому с интересом глядел на Клода, чьи глаза были полны голода и ярости. Трандуилу было известно о причинах приведших д'Эстена в Канаду. Та ночь в каменном доме кровопиц Рейли оказалась роковой и для него. Его потеря кого-то близкого, обернулась массовым истреблением целой расы. Месть вела его также, как и остроухого. Страшная месть, что засела болючей занозой скорби в самое сердце...
Вампир первым заговорил, задавая вопросы. Но не своему союзнику, а именно эльфу. Так скоро, едва явившись, включился в игру, или же решил вести собственное представление? Трандуил не знал, как и не знал того, как ему вести себя сейчас. Бросил мимолетный взгляд в сторону патриарха, мысленно вопрошая, что же теперь? Но тот заговорил сам. Несколько рядовых фраз одного командира, обращенных к другому. Максимилиан слишком быстро преобразился, превращаясь обратно в, уже привычного эльфу, гада. И девчонка видела это тоже, потому как и ее преображение не укрылось от взора эльфа. Теперь, маленькой пиявке было не просто любопытно то, с чем она столкнулась впервые за свою еще совсем короткую жизнь, теперь ей было интересно по-настоящему, потому как она, наконец, замолкла и начала внимательнейше слушать слова старого вампира.
Патриарх рассказывал о полезности и правильности выбора, о том, что может помочь дальше в жизни маленькой эльфийки. Говорил о том, что он, Трандуил, не раб и эльф благосклонным кивком соглашался с ним. Елью высокою вытягиваясь, когда вампир подошел ближе и положил руку ему на плечо, эльф гордо глядел на девчонку, с трудом борясь в душе с гнетущим желанием, сбросить с себя ладонь Лабиена и оказаться как можно дальше, там, где ауре древнего вампира будет до него не достать. Но, хвала Дану, все кончилось быстро.
Однако за этим последовала еще одна "официальная" часть.
Трандуил благоразумно не стал приближаться к д'Эстену. И не потому что, так ему жестом показал древний, а потому, что сам эльф видел и чувствовал опасность рядом с Котом, что подобно дикому раненому зверю глядел на весь мир. Подойти к нему ближе положенного, означало подвергнуть свою жизнь опасности, а Трандуил все же был благоразумным эльфом.
- Холодная месть полезна, но ярость может быть разрушительна. Разве не к одному и тому же результату мы стремимся, - улыбаясь одними уголками губ произнес остроухий. Смысл фразы, сказанной им, был более, чем понятен. Одна, единая цель есть и у эльфа и у вампиров, им не обязательно нравиться друг другу. Достаточно просто понимать. И Трандуил понимал скорбь Клода по утраченной сестре, что превратилась в гнев, сметающий все на своем пути... в отличии от этой маленькой эльфийки, что снова, без оглядки на традиции, лезла к старшим. Правда теперь, ее глупости стали серьезнее, что заставило остроухого на миг даже изумиться. Всего лишь на миг, потому что в следующее мгновение злость затопила его разум.
Ни малейшего уважения, ни любви и сострадания не было в этом маленьком ребенке. Внешне подобная ангелу, она говорила ужасные вещи. Гнев метался в душе Трандуила подобно палому листу на осеннем промозглом ветру. Отвращения испытывать к собственным братьям и сестрам не мог даже он, которого унижали и гнобили всю его долгую жизнь. Вера в Дану была непоколебима с раннего возраста, а уважение к традициям всегда превыше всего и не смотря ни на что. Да он тот, кто ведет за собой кровопийц из мести, чернотой ночи сковавшей его сердце. Да, неведома ему доброта и жалость к своим собратьям, а лишь желание видеть как можно больше их мук. Но все же, даже Трандуил желает снова забрать свою жизнь себе в руки, чтоб она принадлежала ему одному, а не испепеляющей душу жажде мести.
А в этой девчонке нет ничего. И только слова ее были любопытны.
- Значит, маленькая пиявка знает тропы до места, где скрываются ее собратья? - говоря это, эльф с трудом подавил в себе ярость и изумление, вызванные неуважительностью дитя. Но все-таки смог, - И именно поэтому ты не пошла за ними, а двое суток провела прячась на дереве? - Трандуил строго посмотрел на эльфийку, ожидая ответа на вполне логичные вопросы. Девочка была, что называется, с сюрпризом и себе на уме. Но даже при этом, еще один провожатый для вампиров не помешает. Оставалось только выяснить так ли все то, что говорит эльфийка.

+6

21

Ленивой походкой Клод сократил расстояние между собой и Лабиеном так, чтобы не приходилось кричать на всю поляну.
— Я совершенно спокоен, — с белозубой улыбкой ответствовал вампир. Пожалуй, он был даже уверен, что это правда. Ведь не пришло же ему в голову, что Максимилиана, к примеру, захватили, и этих двух эльфов необходимо срочно уничтожить. Да, симпатии к ним он не испытывал, и от их близости ярость его становилась сильнее, но, до тех пор пока он внезапно не вспорол кому-нибудь из них живот, можно с уверенностью утверждать, что д'Эстен полностью держит себя в руках.
— Ну, зачем так жестоко? Может, я соскучился, — Клод пожал плечами. Ни о какой встрече они, разумеется, не договаривались, но тыкать в это пальцем было бы, наверное, грубо и глупо. С Максимилианом сложно спорить конструктивно, а пространственные споры такого рода проще просто-напросто не начинать. У Клода банального терпения не хватит, чтобы бодаться на пустом месте. — К тому же мы были тут недалеко. Ловили тут, всяких.
Он вновь глянул на отодвинувшегося от него эльфа. Слушать нравоучения было само по себе неприятно, но выслушивать их при подобных зрителях казалось почти оскорбительно.
«Не раб», — повторил д'Эстен про себя и хмыкнул. Возможно, на этом красавце не было очевидного ошейника, но поводок из страха за свою жизнь, наверняка, имелся. Чем принципиальным, в таком случае, отличался он от всех остальных, Клод не понимал. Но, честно говоря, он никогда не понимал и систему рабства, как пользователь. Да, он большую часть жизни ловил и продавал эльфов, но никогда бы не хотел владеть кем-то, как вещью. Зачем иметь рядом того, кто в любой момент может укусить?
Только непосредственная близость Лабиена вынудила Клода, отвести взгляд от «господина эльфа».
— Я люблю леса... — уклончиво ответил вампир. Леса были ресурсами, территорией и благом, а вот населяющие их эльфы — заразой, которыми леса были больны. Конечно, Клод допускал, что рано или поздно он дойдёт до стадии, когда миновать разрушения не получиться, по пока война, по его мнению, успешно продвигалась без радикальных мер. Можно сказать, что скорость захвата его полностью устраивала — позволяла насладиться процессом.
— ...Я не люблю эльфов, — закончил он, когда Максимилиан представил ему красавца. «Глаза и уши, значит? А что ещё?» — здороваться с Трандуилом Клод, разумеется, не стал, и когда тот самолично вмешался в разговор испытал чувство, слишком близкое к открытой ненависти. Возможно, в других обстоятельствах его и заинтересовал бы этот экземпляр, но Максимиан сделал всё, чтобы злость на всю расу начала концентрироваться на одном-единственном представителе.
— О, я так подозреваю, эльфы не убивали его сестру, не так ли? — зло ответил д'Эстен. Ему не так было важно, что Максимилиан считал Трандуила — эльфа-одиночку, ополчившегося против своих соплеменников, — ценнее вампира, возглавляющего целый род. А вот критика его поведения Клоду относительно надоела, в особенности, в разрезе того, что он действительно сдерживался! Только потому, что он сдерживался, они до сих пор гуляют по лесам и отлавливают эльфов по маленьким глупым группкам! Только потому, что он сдерживался, эльфы, раз за разом, вмешиваются в его разговор!
— Нет, это просто невыносимо! — со злым смехом заметил д'Эстен. Поведение Трандуила, который явно находился в фаворе у Лабиена, было ему ещё более-менее понятно. Бедняга лез в беседу потому, что вежливое разрешение Максимилиана высказывать свои мысли, убедило его, будто он — Трандуил — ровня вампиру. Но девчонка оказалась просто потрясающе тупой. — Удивительно болтливое и лишённое здравого смысла создание. Похоже, она никогда не подвергалась настоящей угрозе, — Клод оскалился в недоброй улыбке. Единственная причина, по которой вампир позволил ей высказаться, заключалась в банальном шоке от того, что она вообще рискнула открыть свой миленький ротик при ком-то, кто намного сильнее её и не испытывает к ней ни малейшей симпатии.
— Дай догадаюсь. Эти эльфы должны помочь нам. Так? — Клод выразительно приподнял бровь, глядя на перепалку двух эльфов. Вопросы Трандуила к девчонке были разумны. Он бы и сам задался подобными вопросами, если бы желал вести разговор с девчонкой. Но сам факт, что два эльфа и пяти минут не могут помолчать в то время, как два высокопоставленных вампира разговаривают, удручал. — Есть гораздо более эффективные способы, чем вера в долговязого предателя и маленькую сучку. В моих лабораториях вовсю идёт работа над созданием вируса, который бы поражал исключительно эльфов, но даже если не ударяться в такие сложности, есть химическое оружие, биологическое оружие, оружие массового поражения. История знает, что одного показательного выступления бывает достаточно, чтобы народ сдался и пал, — конечно же, Клод напоминал о двух маленьких ядерных боеголовках, которые однажды настигли Японию.

Отредактировано Клод д'Эстен (09.02.2015 13:56:02)

+6

22

Максимилиан много к чему был привычен в своей долгой жизни. Но ему всегда не нравилось, когда кто-то смел ломать его планы. Мешать.
Важный, казалось, разговор с Клодом быстро отошёл на второй план, а Максимилиан взирал почерневшими глазами на ребёнка. Вампиры не могут быть человечны. Им чуждо милосердие и понимание. Лабиен был чистокровным вампиром.
- Никогда не открывай свой рот, покуда не спросили тебя.
В речи его не было ни злости, ни опасности. Вампир говорил спокойно, не глядя на ребёнка. Слова были обращены ни к одной девочке. Высокомерный Трандуил, самоуверенный Клод – все они в раз стали противны патриарху.
- U-aeb henath vedir vaelen, u-aeb einior bedir hollen.*
Лабиен был слишком стар для этого мира. Когда-то давно были иные ценности. Добродетель тоже был иным. Порядки, законы… некогда было модно уметь говорить на вражьем языке. Сейчас на это не тратили свои годы жизни молодые вампиры. Проще было запретить говорить на языке захваченных народов, и карать, если кто-то ослушивался приказа. Максимилиан не принадлежал этому миру. Он привык делать всё так, как некогда научили его предки. 
И без того малое расстояние между ним и эльфийкой, было сокращено меньше, чем за несколько секунд. Древний не был страшен в гневе, потому что жертва никогда не успевала испугаться. Макс схватил ребёнка за волосы, грубо сжимая пальцы. Ведь убивать её сейчас он не был намерен. Такая симпатичная сучка точно бы понравилась какому-нибудь педофилу извращенцу в КГБ.
- Беги отсюда, пока ноги целы.
Лабиен хищно ухмыльнулся, отшвыривая девчонку от себя как можно дальше и лишь потом позволил своему дару, подавлению воли, сполна распространиться, достигнув каждого из стоящих рядом. Кажется, собранный эльф и забывший обо всех предосторожностях Кот, были почти в равном положении перед силой древнего. Даванул хорошенько, от души, чтобы все трое, что были обеспокоены собственным положением, пытались считать себя выше других, вспомнили, кто тут на самом деле силён на столько, что постоянно сдерживает свои способности, чтобы не навредить никому из них. Равных по силе Максимилиану здесь не было. И по положению – тоже.
Тот, кто считался буквально несколько дней назад погибшим от рук Лабиена. Тот, кто служил ему, и та, кто пыталась быть полезной. Убить каждого из них древнему не составило особого труда. Да, может быть, пришлось бы повозиться с котом. Хотя, при его-то нынешней несдержанности.
- Ты, а ну пошли. Поговорить надо.
Максимилиан подошёл к Клоду, грубо, резко хватая того за руку, как нашкодившего подростка. Хотел было за ухо потащить, но передумал: всё-таки эльфам не стоило видеть всей теплоты, с которой относился Макс к д‘Эстену
- Идём, идём.
Уже спокойнее произнёс вампир, но руку кота не отпустил, утягивая того подальше в лес. Заблудиться Макс не боялся, уже привыкший к перемещению по пересечённой местности. Наконец-то, опомнившись, перестал давить. На эльфа Лабиен даже и не глянул. Может – уже просто бросил за ненадобностью, как и эту девчушку. Просто забыл, перешагнул и вот-вот отдаст приказ об их ликвидации.

- Какое химическое, к чертям собачьим, оружие? Клод, ты себя вообще слышишь?
Макс, отойдя на почтительное расстояние, отпустил Клода, проходя чуть вперёд. Кот заигрался. В истребителя, в месть и в войнушку. Лабиена это совершенно не устраивало. Америкосы не умели воевать. Они умели лишь истреблять. Полностью. Запасливого и продуманного Максимилиана от этого коробило даже больше, чем от высокомерия эльфа.
Прогулка на пару с котом сыграла своё – Лабиен начинал потихоньку успокаиваться. Вздохнул глубже, глянув на Клода.
- Мне докладывали ни единожды, что довольно приличной группе эльфов удаётся постоянно выходить из окружения.
Начал спокойно рассказывать свои доводы Макс, надеясь, что д’Эстен уже успел успокоиться и не начнёт опять строить из себя малого ребёнка.
«Выпорю сучонка».
В последний раз разозлился Лабиен, успокоившись окончательно.
- Командиры моей армии ни разу не смогли засечь, каким же способом остроухим так искусно удаётся спрятаться. Ведь они не выходили из окружения. Это солдаты, зачищая территорию, не могли их найти и снимали оцепление. Никакие приборы не давали возможности всё-таки найти странное убежище наших врагов.
Максимилиан сделал паузу, внимательно глядя на кота и с чего-то разулыбался.
- А потом я отправил сюда Трандуила. Все были против моего решения. Но когда ему удалось найти то, что не было подвластно ни приборам, ни чутью вампиров, мои подчинённые согласились с тем, что я был прав. Чтобы уничтожить врага, надо смотреть его глазами, Клод.
«К чёрту. Надо выдернуть сюда и Цепеша. Если д’Эстен пойдёт против меня, я не успею перебросить всю армию в Канаду. Подкрепление от Доминика будет очень кстати».
Лабиен не собирался полностью доверять коту. Точнее сказать – он не доверял его ненависти и мести, что всё больше и больше поглощало сознание будущего патриарха.
«Умершие патриархами не становятся, Клод».
- У тебя больше данных по расположению эльфов. Нам надо работать совместно. Иначе мы скорее развяжем войну между родами, чем захватим земли остроухих полностью. Что для тебя важнее, Клод?
Максимилиан ждал ответа д’Эстена. Ведь теперь всё зависит от него – изменить историю одним лишь поступком могут далеко не все. Но Лабиен не прочь повоевать как на стороне Клода, так и против него.
_____________
*Не всё детское является глупым, не всё взрослое является умным.

Отредактировано Максимилиан Лабиен (09.02.2015 17:19:09)

+7

23

Кажется, Клоду впору получить удовлетворение. По крайней мере, Максимилиан не настолько размяк, чтобы позволять эльфам перебивать себя. Это почти радовало. На тот же факт, что раздача Макса попала и по нему, вампир смотрел философски. Максимилиан делал так, потому что был сильнее и старше. Когда-нибудь Клоду может прийти в голову всё это припомнить, но пока проще и эффективней сжать зубы и перетерпеть.
В этот раз с давлением Максимилиана д’Эстен справился лучше, успел закрыться своим даром и не получил по полной, но, тем не менее, безропотно позволил оттащить себя подальше. Клод и сам хотел с ним переговорить, правда, определённо не в том тоне, который задавал Максимилиан. По мере его монолога, д’Эстен смотрел на патриарха Лабиенов со всё более ошарашенным и недоверчивым выражением на лице.
«Он это серьёзно?» — задавался вопросом вампир, глаза которого всё расширялись от новых и новых... Предупреждений? Угроз? — «Он серьёзно предпочтёт войну с другим вампирским родом, только чтобы задействовать своё великое тайное оружие?» — это определённо какая-то глупость. Люди миллионами гибнут в войнах, которые разжигают вампиры. Какого хрена Максимилиан Лабиен стал вдруг радикальным пацифистом?!
— Ты, верно, устал, Макс. Тебе стоит отдохнуть, выпить, съездить к жене... — Клод бы погладил патриарха по плечу, но тот мельтешил на расстоянии, и привлекать к себе его пристальное внимание, откровенно говоря, не хотелось. Ничего хорошего, когда он находился в непосредственной близости, как правило, не происходило.
— Ты сам-то себя слышишь? Какая война родов, Макс, из-за чего? Из-за того, что я не доверяю эльфу?! — уточнил вампир и, плюя на обычную для себя в лесу предосторожность, полез в карман за пачкой сигарет. В трезвом состоянии подробную хрень переносить слишком тяжело.
— Тебе нужны данные? Окей! Мне не жалко! Бери! Однако я одного искренне не понимаю, над кем ты так печёшься?! Над ними? — Клод кивнул в сторону двух эльфов и сплюнул. — Я не знаю, что там в голове твоего Трандуила творится, но эта девка только что не просто сдала своих с потрохами, чтобы выжить, а призналась, что ей положить на свою религию, на своих близких, на всех жителей своего сообщества. Ей сколько? Одиннадцать? Двенадцать? И она уже больший монстр, чем я.
Он закурил, с отвращением вдыхая запах табачного дыма.
— Не будут они верны тебе только за хорошее отношение. Не будут! Потому что ты сильнее и тот факт, что ты в любую секунду можешь их уничтожить, унижает. Рано или поздно они наберутся сил и укусят. До убийства Рейли или моей сестры тебе дела нет, но, Максимилиан, там была твоя жена. Она спаслась только чудом. Неужели тебе и на это посрать? Неужели десятки таких чумазых девчонок стоят одной-единственной любимой женщины?! — нет, он этого искренне не понимал. Максимилиан уже не раз говорил, что д’Эстену мешает что-то выйти на один уровень с такими титанами политики, как он. Может, это как раз личное отношение? Но на кой хрен быть патриархом, быть самым сильным, если, в итоге, нет никого, кем ты дорожишь?
— Они конечно очень милые ушастики, и таких охренеть послушные, и уважающие авторитет старших, — с неприкрытым сарказмом говорил Клод, — но через пять сранных лет, или десять, или, блять, двадцать в их ебанутые головы снова стрельнет какая-то хуйня. И что тогда?! — он работал с эльфами много лет. Ловил, выращивал, отдавал на продажу. Безропотные эльфы без особых возражений отдавали своих женщин, юношей, детей, и это продолжалось годами, а потом они взяли и напали на особняк Рейли, потому что мимо пролетела какая-то звезда. — Единственный способ избежать очередного бешенства, это истребление всех заражённых и полный контроль над здоровыми. Нужно воспитать их так, чтобы в самих генах было заложено: использовать оружие против вампира нельзя, мечтать о свободе нельзя, думать о нанесении какого-то вреда вампирам нельзя!

Отредактировано Клод д'Эстен (11.02.2015 02:56:08)

+7

24

Трандуилу и прежде доводилось испытывать на себе подавление воли страрго кровопийцы, но никогда это не было так сильно. Так ужасающе неприятно и страшно, что на мгновение эльфу даже показалось, что земля уходит у него из-под ног. Потеряться во времени, застыть ледяной статуей, не ощущающей ничего, кроме собственной ничтожности в сравнении с чьей-то силой. Забыть кто ты и зачем здесь. Вот каково это было. А еще, где-то там, глубоко в душе больно до омерзения от того, что нет ни сил, ни возможностей противиться. И ощущение реальности, вдруг, горячим песком сыплется сквозь пальцы на сырую осеннюю землю. Как схватить, как удержать то, что грело душу эльфа все это время, Трандуил не знал. И лишь беспомощно шарил взглядом перед собой, цепляясь за привычную картинку леса.
В одночасье остроухий потерял все. Свою надежду на какое-то будущее. Свою хрупкую свободу, что древний вампир так великодушно даровал ему. Свою значимость для кого-то и полезность. Трандуил потерял себя. В осеннем хороводе опадающих листьев, гружащихся под звуки холодного ветра, эльфу казалось, что он слышит все, что было с ним до этого и не слышит ничего, что последует дальше. Духи леса говорили с ним, шепотом рассказывая, что потом его ждет лишь пустота. Что снова остроухий не нужен никому и наградой, за предательство своего народа, будет ему лишь смерть от рук вампира. А быть может, тот даже и пачкаться не станет о кровь какого-то ушастого выродка, всегда всенепременно мешающегося всем.
Трандуил болезненно прикрыл веки, хмуря брови и пошатнувшись на месте, силясь ловить губами воздух. Словно бы вспоминал, каково оно - дышать. В какое мгновение Лабиен перестал давлеть над ним и его чувствами, эльф не понял. Зато тут же вспомнил предостерегающие слова старейшин, что советовали покоряться древним кровопийцам при встрече и не вступать в открытую борьбу с младшими вампирами.
"Покоряться и не бороться" - это не все, что помнил Трандуил и чему его учили, но именно это стало сейчас навязчивой мыслью, которую хотелось взять руками и вырвать из своей головы, швырнув обратно учителям и этой маленькой девчонке, с чьего появления все началось. О, как бы эльфу сейчас хотелось, чтоб маленькая пиявка ощутила всю его боль, окунуть ее лицом в гнев, ненависть и жажду мести каждому собрату. Чтоб дитя поняла, сколь долго он терпел, ждал, мечтал и в душе своей гасил все, однажды желая насладиться победой. Чтоб дитя поняла, что она сломала своим появлением и наивным вмешательством. Ведь теперь, неизвестно, что станется дальше, теперь все окончательно вышло из-под контроля, что подобно воздуху был необходим эльфу.
"Посеешь ветер - пожнешь бурю" - шептало сознание, в то время, как сам эльф гневно смотрел в соторону девчонки. Не было в его, почерневшей с годами, душе сострадания к собратьям прежде, не будет и теперь. Физическое наказание, что досталось эльфийке, было сущим пустяком и мусором в сравнении с тем, что терял Трандуил. И если Дану решит не отнимать у него жизнь руками древнего вампира, эльф сам поквитается с маленькой пиявкой.

Отредактировано Трандуил (10.02.2015 15:54:37)

+4

25

Лайли не успела даже толком испугаться или обидеться. Сначала было больно, потом стало еще больнее, когда девочка, отброшенная вампиром по инерции пролетела по земле, сдирая локти и частично руки о землю. Но ей так же было и обидно. Она в действительности сказала правду. Она не чувствовала какой-то особой связи со своими эльфийскими корнями, почитала Дану только по привычке, иногда поминая ее в разговоре. Но веры во все это у нее просто не было. А почему так вышло, Лайли просто не задумывалась.
Сейчас же, за то, что она предложила вампиру свою помощь, на нее только накричали и доказали, что все это не так уж и ценно, как ей казалось. И именно это было обидно. Малышка искренне считала, что ее жизнь закончена и вампир сейчас ее добьет. Но все оказалось даже в разы страшнее.
Воздух будто резко стал холодным и густым, как сироп. Чтобы вдохнуть, девочке пришлось напомнить себе, как это делается.
Выход-вдох. Выдох-вдох.
Голову затопило. Казалось, что исчезли все мысли до одной. Не осталось ничего, только жадная пустота, которая нашептывала что-то свое. Подчинись. Услышь чужой голос, не противься. Ты должна вести себя так, как тебе скажут. Ты никто, ничто, ты не существуешь сама по себе. Тебя нет. Ты даже не пыль, не мусор. Просто никто.
Лайли снова стало не хватать воздуха. С безумным усилием девочка заставила себя вспомнить.
Вдох-выдох. Вдох- выдох.
Малышка сжалась на земле, не имея сил даже зареветь от ужаса и безысходности. Будто всю ее голову вывернули в какую-то не ту сторону, убрав из нее все, кроме желания сделать так, как велят. Но проблема была в том, что приказа не поступало. В голове шумело, что нужно подчиняться, нужно доказать, что ты -ничто. Но как это было сделать? Невыполнимый приказ только делал хуже и больнее. Возможно, если бы Лайли выполнила то, что велели, ей бы стало лучше.
Вдох-выдох.
Все закончилось так же резко как и началось. Воздух стал обычным, пустота в голове сменилась привычными мыслями, накатила запоздалая боль. Мерзкая, унизительная для девочки, которая привыкла быть центром мира.
Малышка поперхнулась кашлем, когда попыталась схватить больше воздуха, чем нужно сразу. Дыхание выровнялось с трудом, будто прикидывая, нужно ли оно еще этому ребенку или он все-равно скоро умрет?
Лайли села на земле, косясь на эльфа. Она не успела ему ответить, когда эта чернота ее накрыла. Сначала у нее в планах даже была идея помочь ему найти своих. Но сейчас девочка уже передумала. Раз он такой взрослый и умный, то пусть все и делает сам.
- Дяденька эльф, если вы такой взрослый и умудренный опытом...- девочка говорила открыто, уже не боясь разозлить вампиров, они отошли довольно далеко, - То может быть вы воспользуетесь своими просвященными мозгами и подумаете сами над ответом на ваш вопрос. Я знаю, где скрываются остатки моей общины. Я не хотела возвращаться. Я думала, что мне удастся сесть кому-то на хвост и или попасть в другую общину или оказаться в еще более интересном месте. И я не ошиблась. Моя судьба не прозябать в жалких лачужках остроухих, молясь непонятно кому. Если вам интересно так развлекаться- наслаждайтесь. Я же хочу другой жизни.
Девочка с достоинством поднялась, прошествовав в сторону леса. Формальный приказ вампира она услышала, ей велели убираться прочь. Но далеко она уходить не собиралась. Ровно настолько, чтобы быть рядом, но и не мозолить глаза.
Далеко малявка уйти не успела. Ее за шиворот поймал какой-то человек в форме, легко поднимая трофейную эльфийку над землей. Лайли успела только сообразить, что от него тоже пахнет кровью.
Малявке было ощутимо неуютно рядом с такими количеством взрослых, которые еще и были одеты в военную форму. В знаках различия девочка не разбиралась, так что даже по ним не могла ничего узнать. Потребовалось несколько минут клятв и обещаний на то, что она тут правда на просто так и вон на той полянке торчат два каких-то взрослых вампира и эльф в количестве одной штуки. Эльфа зовут Трандуилом, одного из вампиров- Клод. И это все, что она особо знает. И ее, вроде как, уже поймали.
На слово ушастой не поверили, так что солдаты перекинулись несколькими фразами и поймавший девочку мужчина выволок ее на поляну, несмотря на все ее протесты, что она в состоянии идти сама и вообще ее можно просто держать, а не напрягаться.
Только там ее соизволили поставить на землю, цепко удерживая ее за плечо. По ощущениям девочки, еще чуть-чуть и плечо ей сломают точно, но сообщать об этом было как-то страшновато, так что она гордо терпела.
Правда на эльфа она смотрела с нескрываемым презрением, явно демонтируя всем своим чумазым видом, что его мнение о ней она видела в гробу и тапочках. А то и еще глубже.
Солдат же явно не спешил лезть в разговор двух вампиров, так что просто стоял и честно ждал, пока его начальство покажется лично и докажет, что трофейная девочка уже до этой поимки трофейная.

Отредактировано Лайли (12.02.2015 03:02:12)

+4

26

И все-таки, не смотря на потрясение, вызванное подавлением воли, сознание эльфа начинало приходить в себя. Кроме безсвязных мыслей о прошлом и ускользающем будущем, Трандуил теперь был способен думать и о настоящем, что препятствием стояло перед ним, и которое следовало решить. По возможности прямо сейчас. Смерть - это слишком бесславный исход для такого, как он. Острая необходимость быть полезным кому-то, быть ценным не только благодаря собственному обаянию, но и каким-то действиям, снова ударяла по самолюбию остроухого. Его не могут просто так выкинуть, о нем не могут просто так забыть. Он не позволит.
Гнев перестал концентрироваться на маленькой эльфийке, когда та осмелилась с ним заговорить. Как ни в чем не бывало. В который раз Трандуил поражался глупости и наглости дитя, он уже сбился со счета. Ее слова, брошенные так неосторожно в его сторону, не вызывали ничего, кроме глухой насмешки, что следуя за чувствами, теперь отражалась на лице.
- Задавая вопрос, я жду на него ответа от того, кому вопрос задан, - эльф говорил слишком ровно, чтоб что-то еще, кроме холода и безразличия слышалось в его голосе. Долгая жизнь в общине и бесконечные насмешки в свой адрес, взяли свое, научив этого эльфа внешне оставаться равнодушным и не позволять огню слепой ярости и обиды вырываться наповерхность, - Ты говорила об укрытиях нескольких соседствующих общин, не только о своей.
Эльф усмехнулся, отходя к дереву и облокачиваясь о него плечом. Теперь он смотрел на девчонку в упор. Жестко, внимательно, будто бы стараясь увидеть больше, чем доступно взгляду. Дитя, как дитя. Ее невежество и отношение к тому, что было основой его жизни всегда и неприложно, Трандуила забавляло на столько же, на сколько и злило. В мыслях эльфа рождалось множество образов и сравнений себя с этой девчонкой. Она тоже была не такой, как другие эльфы, но отчего-то Дану благоволила ей больше. Трандуилу так казалось. Все речи девчушки и детская уверенность, рождали в душе остроухого подозрения, что не смотря на непохожесть, отношений в общине к ней было лучше, чем к нему. Отчего? Чем она заслужила это, будучи всего лишь надоедливым и бесполезным ребенком, в то время, как он умел очень многое и всегда верил в Богиню.
Ответа на свои слова эльф так и не получил. В прочем, огорчения оттого не было. Девчонка решила воспользоваться "советом" древнего вампира и унести ноги подальше от этого места. Трандуил лишь хмыкнул, провожая ее взглядом. Дорога ее вряд ли окажется долгой, учитывая, что эльфы свободно разгуливающие по лесам отлавливались солдатами вампирской армии. И сомкнутся ли на ее тонких запястья кандалы с короткими тяжелыми цепями, это было лишь вопросом времени. Зато, остроухому было теперь время, без помех, подумать о том, что его ждет и как ему возвращать былое расположение Лабиена. Всего лишь короткие обрывки фраз из разговора двух вампиров, доносились до слуха эльфа. Имя его произносилось не единожды, что наводило Трандуила на мысли, что еще возможно не все потеряно и Дану снова дарует ему шанс. Ведь он этого достоин! Он один был ценен для старого гада все это время, находясь на службе. Ни какая-то там мудреная техника, а его чутье и способности видеть больше, чем доступно приборам. И он может быть полезен и дальше, по-прежнему находя разрозненные группки собратьев, скрывающихся в лесу. Он один, он достоин, но...
Воспоминания о том, что минуты назад пришлось эльфу испытать на себе подавление воли, горечью и недоверием отзвались где-то в глубине души. Взгляд его скользнул по земле и опавшим листьям, поднимаясь туда, где стояли и беседовали командиры. Он больше не верил чистокровному древнему кровопийце. Но вместе с тем, и желал вернуть себе то, что по вине девчонки так неосторожно упустил. Эльф хотел будущего. Желательно даже хорошего, где планам его суждено было исполниться.
Отпрянув от дерева, Трандуил прошелся по поляне, в ту сторону, куда только ушла маленькая эльфийка и каково же было его удивление, когда он увидел, что обратно ее тащит кто-то из подчиненных Кота.
- Что, плохо пряталась на дереве, или не успела забраться? - не скрывая ехидства в голосе, поинтересовался эльф, криво ухмыляясь. Теперь, выгнанная за ненадобностью Лабиеном и пойманная по новой, людьми из отряда д'Эстена, девчонка скорей всего принадлежала последним, что не могло, пусть и недолго но, не веселить эльфа.

+5

27

- Из-за того, что ты не доверяешь мне и моим решениям, Клод.
Макс остановился напротив вампира, но не подошёл ближе: всё-таки в чём-то кот был прав, Лабиен пытался себя в этом убедить, найти в словах д‘Эстена что-то, что не противоречило доводам самого древнего.
- Я пекусь о свободных территориях. Мне плевать на этих или любых других эльфов.
Макс замолчал, что-то прикидывая. Всё-таки, не на всех остроухих. Но об этом пока коту знать лучше не стоило.
«Если мы сейчас начнём уничтожать леса, применять химию, то что же останется тут? Голая пустыня? Второй Африки мне здесь не надо. Остроухие – зараза местных лесов. Но и без них природа будет неполноценна».
- Если мы не найдём все стоянки эльфов. Если не возьмём под контроль всех – толку с этого похода не будет совершенно. Ты верно сказал – следует истребить всех зараженных. Но как это сделать, если они слишком хорошо прячутся? Или ты желаешь заодно с эльфами навредить лесам и местным территориям, Клод?
На этом Лабиен замолк, прикидывая, говорить ли дальше, да и кот мог захотеть высказать что-то своё. Хотя Макса это не интересовало, но всё же. Глянул пару раз на д’Эстена – недоверчиво. Кот был в каком-то странном расположении духа: Макса это настораживало и одновременно успокаивало. Всё-таки, Клод был вменяем, даже трезв и способен вести диалог. Это не могло не радовать старого вампира. Спустя несколько минут молчания, Лабиен продолжил. Заодно и проверил, достаточны ли запасы терпения у д’Эстена, или его и правда стоит выдрать хорошенько.
- Есть некто другие. Не совсем обычные эльфы. И вот в них сила. У них есть то, что неизвестно нам. И, скорее всего, это они трактовали тот знак с чёртовым метеоритом. Они послали эльфов убивать вампиров. И не многие остроухие на самом деле знают, где скрываются «великие эльфы». Сколько не пытай – если не знают, просто не скажут. Сольют левую информацию. Но истина останется покрытой мраком.
Лабиен замолчал, хотя теперь – лишь на пару секунд.
- А ты желаешь срубить только крону у дерева. Но новые побеги будут куда сильнее прежних. Ты хочешь повторения той ужасной ночи, Клод? Хочешь потерять кого-то ещё? Я – нет!
Максимилиан, взведённый своими же мыслями, не спешил успокаиваться. Было и то, что ему не нравилось совершенно. Д’Эстен нихрена не понимал, с кем разговаривает. С кем имеет дело.
- Да.
Макс уверенно зашагал ближе к Клоду, пристально смотря тому в глаза.
- Ещё раз что-то скажешь про мою супругу. Что-то, что мне не понравится – тебе не жить. И вот мне правда будет плевать на остальные войны. На твои ракеты и боеголовки. Я просто. Убью. Тебя.
Лабиен побрезговал использовать даже подавление воли. Ещё скопытиться кот, дважды подряд жахать-то.
- Идём. Нам надо сверить карты. И из одного штаба нам будет проще руководить войсками – действия армий будут слажены.
Спокойно объяснил патриарх, будто той мимолётной вспышки ярости совершенно и не было.
- Так что – приглашай в гости.
Для Макса и правда такое поведение было привычным: с Цепешем они иногда и до рукоприкладства по отношению друг к другу доходили. А если вдруг выяснялись расхождения в тактике боя, то тут их даже генералы не разнимали: бесполезно. Правда, Лабиен забыл подумать о том, что кот этого совершенно не знал… ну ничего, никогда не поздно начинать постигать азы военного дела. Цепеш и Лабиен при совместных действиях, не проиграли ни одного боя. Неважно же, сколько драк, мата, обид и прочего было до этого. Победителей не судят.
Оставив Клода одного, Лабиен решил вернуться на поляну. Всё-таки, надо было проверить, что сталось с остроухим после того, как Макс сорвался. Сразу-то вампир не догадался уточнить у эльфа, жив ли он. Даже не глянул в его сторону, уходя с Клодом в глубь леса.

- Да отпусти ты её, куда она убежит-то, своими ножками.
Махнул рукой в сторону солдат из отряда Клода, что держали девчонку подле себя. Те Лабиену не подчинялись, но приказ выполнили: видимо, известен был уже Макс не только в своей армии.
- Будешь себя плохо вести – на цепь посажу.
Пригрозил он ребёнку, больше шутя, но строгость во взгляде говорила об обратном: Лабиен никогда не откажется от своих слов, в какой бы форме они ни были произнесены им.
Эльф стоял чуть поодаль. Макс вскользь глянул на него. Тот вроде бы был даже живым и здоровым.
«Значит, выдержал. В прочем, девчонка тоже жива. Такая мелкая, хоть и была дальше остальных, но даже на своих двоих бегает шустро».
Отметил про себя вампир и направился к Трандуилу. Коту нужно было просто увидеть его в действии. И он всё поймёт: о чём говорил Макс, и почему так рьяно настаивал на использовании «секретного оружия».
- Отправишься в штаб к Клоду. Нужно проверить то место, возле озера, о котором ты говорил.
Говорила и девочка, но её слова пока что мало интересовали Лабиена. Доверия к ней ещё не было, в отличие от эльфа.
- Вначале, укажешь это место на карте. Пусть Кот проверит его самостоятельно, с помощью своих войск.
Приказ получился слишком официальным. Макс поморщился, продолжив более обыденно:
- Да пусть хоть сам туда нос сунет! Без тебя он не найдёт ничего. Кругами ходить будет – не увидит.
Лабиен был полностью уверен в своём эльфе. Д’Эстен может говорить что угодно и сколь угодно долго. На деле окажется правым Макс.
- Как ты себя чувствуешь?
Тише и мягче спросил Максимилиан, подходя к эльфу ближе, взглянув тому в глаза.
«Будто спокойное озеро, поражающее своей красотой и бесконечностью. Но что там, в глубине, эльф? Я чувствую больше, чем ты хотел бы».
- Знаешь же о подавлении воли. Убираться подальше надо в таких случаях. Иначе может прилететь куда сильнее.
Лабиен не хотел убивать эльфа. На него были далеко идущие планы, о которых Макс предусмотрительно молчал. Не время сейчас говорить о будущем. Всё может кардинально измениться в секунды. Это война.
- Бежать надо. Чем дальше – тем лучше, Трандуил. Ты же знаешь.
Вампир замолк, широко улыбнувшись.
- Не побежишь же. К чему я это.
Потянулся рукой к эльфу, аккуратно убирая с его плеча рыжий лист, что, ведомый порывом ветра, опустился на прядь светлых волос Трандуила.
- Я постараюсь… больше не делать больно.
Тише произнёс вампир, улыбнувшись остроухому, и отошёл на пару шагов назад. Нужно было дождаться Клода. И выиграть эту войну – тоже. Сейчас их объединяла одна цель. Но порознь они к ней навряд ли дойдут. Лишь вместе.

+6

28

Всецело доверял Клод исключительно одному существу — Эмилии д'Эстен, обо всех остальных он предпочитал знать точно. Что-то ему подсказывало, что вряд ли патриарх Лабиенов сильно от него в этом отличается.
Союз с Лабиеном был выгоден, но не являлся той опорой, которой можно доверять. Да он защищал д'Эстенов от посягательств со стороны других вампирских родов, жаждущих занять их место в Корпорации, но от реальных врагов Клод слышал угроз меньше, чем от Лабиена. Пяти минут не проходило без того, чтобы существование клана д'Эстен, жизнь близких Клоду существ или даже его собственная жизнь не вставали под вопросом. Может быть, у Лабиена была такая манера общаться и другим она нравилась, но Клоду сильно отбило чувство юмора с тех пор, как убили Эмилию, и он не воспринимал подобные выпады, как шутку.
«Свободные территории?» — Клод выразительно приподнял брови. Слова о том, что Максимилиану якобы плевать на эльфов, он пропустил мимо ушей. Практика показывала иное. Если бы Максимилиану было плевать, если бы он так не настаивал на живых эльфах, если бы раз за разом не вдалбливал, что эльфов убивать нельзя, разве растянулась бы это война настолько? Но даже если избегать подобных масштабов, уже по реакции Лабиена на этих двоих, Клод видел насколько тому наплевать.
— Не желаю, — хмуро буркнул д'Эстен, который до этого всё больше отмалчивался, пока его отчитывали, как нерадивого ребёнка. Ради своей мести он мог уничтожить кого и что угодно, но сообщать об этом Максимилиану было бы лишним. Он, похоже, на такие сообщения реагировал нервно.
К тому же Лабиен, наконец, сказал то, что было интересно вампиру. Не какие-то угрозы или морали, а дельную информацию, от которой д'Эстен почувствовал лёгкость во всем теле. Виновники есть! Есть те, кого можно обвинить в гибели Эмилии, кого можно наказать, растоптать, уничтожить, после смерти которых он сможет думать о сестре без горечи и чувства поглощающей вины.
— И ты знаешь, где эти великие эльфы? Или он знает? — нетерпеливо поинтересовался Клод, кивнув в сторону поляны. Он не хотел слышать упрёки о том, что собирается допустить очередную трагедию от того, кто всеми силами сдерживает его. И даже очередная угроза принесла д’Эстену скорее хмурое удовлетворение. Значит, и Максимилиана проняло, и ему не наплевать, и он собирается не просто выступать за мир и справедливость, а наказывать.
— Я рад, что мы друг друга поняли, — хмыкнул Клод. Некоторое время он отвечал Лабиену хмурым взглядом, но потом, сделав над собой усилие, улыбнулся. — «Хорошо иметь репутацию неадекватного сумасшедшего».
— Да брось ты, Максимилиан! Что с тобой? То порывы к пацифизму, то разговоры об отсутствии доверия... Откуда всё это?! Мы обсуждаем нашу дальнейшую тактику, так? И я всего лишь заметил, что можно найти другой способ. Но эльфы так эльфы, — он пожал плечами и Лабиен, видимо, сочтя такой ответ удовлетворительным, направился к своим.
«Он не услышит меня», — понимал д'Эстен, у которого были решения, даже не включающие в себя массовую расправу. Пейн каждый день выдавал ему ворох идей о том, как можно подавить эту заразу. Да, среди них встречались откровенно безумные, но даже их можно было использовать так, чтобы минимизировать потери и сохранить мать-природу, если пытаться.
Даже сама идея использовать Трандуила претила Клоду не настолько, чтобы брезговать ей. Он был слишком практичным, чтобы отказываться от лёгкого пути. Если были рядом эльфы, готовые с удовольствием слить информацию о местонахождении убежищ и способе проникновения в них, он будет только рад получить её. Тем более, куда сильнее его интересовали не они, не одиночки-предатели, которых всегда можно найти и использовать, а те, кто виноват, те, из-за кого Эмилия была убита.
Единственное, что по-настоящему напрягало Клода в плане Лабиена, это возведение Трандуила в статус панацеи. Как не рекламировал его Максимилиан, Клод по-прежнему отказывался видеть в эльфе решение всех проблем.
«Ты же понимаешь, Макс, что даже если твоя тактика работает, она не единственная, а один эльф не может обойти всю Канаду. Понимаешь же?» — Клод проводил его хмурым взглядом и мысленно бросил солдату приказ, отпустить девчонку, когда этого захотел патриарх. Не хватало ещё, чтобы Лабиен начал активно убивать его солдат из-за маленькой эльфийской дряни.
Сам он также двинулся к своему отряду и отдал несколько распоряжений. Основной штаб находился на расстоянии не менее двадцати километров, поэтому легче было отойти к дороге — узкой просеке, по которой могла проходить не слишком тяжелая техника, — и добраться уже по ней на транспорте.

Возвращаясь к Лабиену, Клод услышал только последние обрывки разговора и мысленно повеселился с совета, данного патриархом. Бегство, как по себе знал д’Эстена, даже при хорошем настроении будит хищника и провоцирует нападение, а при плохом...
«Впрочем, не моё дело».
— Я не помешал? — поинтересовался Клод слишком вежливым тоном. Он перевёл взгляд с Лабиена на эльфа. — «Уж не трахает ли он его?» — это бы многое объясняло, но Клод быстро почувствовал, что ему неинтересно знать такие подробности.
— Здесь недалеко есть дорога, — вампир развернул планшет так, чтобы всем было видно. — Идти до неё бодрым шагом минут пятнадцать. Там нас будет ждать транспорт. Штаб здесь у озера и рядом с ним, довольно обширная территория, проникнуть на которую хм... затруднительно. Мы подозреваем одно из больших убежищ именно там, но из слов нашей юной красавицы я так понял, что неподалёку есть другое или даже другие, — Клод вновь перевёл взгляд с Лабиена на эльфа. К нему у вампира было много вопросов. В конце концов, если эксплуатировать, то полностью.
— Может, господин эльф нам расскажет об этих убежищах?

+7

29

Вытягиваться по стойке смирно эльф не умел. Банально не учили его этому никогда. Но он видел, как приветсвуют командиров другие солдаты. Видел и запоминал, подмечая для себя, как и в какой ситуации стоит себя вести. Подобраться, встать прямо, внимание все на Лабиена, что начал говорить о деле и сразу. Слишком официально. Слишком по-командирски. Как с подчиненным и будто ничего до этого не происходило. Будто не было той вспышки ярости старого вампира, при которой эльф чувствовал себя бесполезным ничтожиством. Будто все по-прежнему. И это настораживало, одновременно с этим заставляя выдыхать с облегчением, снова из осколков собирая в сознании картинку своего будущего.
Так легко все происходило у вампиров и так сложно было все-таки Трандуилу привыкнуть.
Максимилиан говорил о том, что Кот, имея технику и людей, все равно не найдет ничего сам. Эльф согласно кивал на слова древнего, хотя был согласен лишь отчасти. В вековых лесах Канады, есть множество мест, где могут прятаться гордые остроухие и не все они, безусловно, доступны Трандуилу. Лишь те, где ему приходилось бывать самому и те, куда его способны привести следы, оставленные собратьями. Именно поэтому он, как только прибыл с Лабиеном на свою родину, был отправлен в леса. Изучать, присматриваться, слушать, искать и ходить в обход тех дорог, которые использовали люди и вмпиры. А затем, вести солдат за собой, показывая тайные тропы, скрытые от взора обычных путников. Такой подход к выслеживанию и поимке эльфов был действенным, но, увы, не экономил времени и в то время, как одна-две группки остроухих ловились, остальные ускользали. Ненадолго.
- Я хоршо себя чувствую, - коротко ответил эльф на следующую фразу, спокойно глядя на вампира. И то было правдой, поскольку паника неконтролируемая уже миновала прочь из его чувств, оставляя взамен лишь множество вопросов, на которые ответить можно было со временем. А вот слова о том, что в случае, когда кровопийце снова взбредет в голову давить, следует бежать, в душе Трандуила вызвали если не протест, то очень четкое и ясное желание противиться и возражать.
"Бегство не выход. Бегство унизительно и..."
Хвала Дану, вампир говорил это не всерьез и сам прекрасно понимал, что остроухий не просто не побежит прочь из гордости, он не повернется спиной к тому, кто однажды оказался добр к нему и отнесся с пониманием. С сомнениями в душе, множеством вопросов в мыслях, с недоверием, что отныне темной липкой дланью сжимало его сердце, но Трандуил не побежит. На все воля Богини и ему, остается лишь принимать решения судьбы ясным взором глядя перед собой.
Но одного принимать эльф не хотел, равно как и понимать. Рука древнего гада, что тянулась к нему, легко и невесомо касаясь светлых волос, убирая палый осенний лист, краской своей более похожий на ржавое пятно. С изумлением и шоком Трандуил наблюдал за Лабиеном, широко распахнув глаза и едва владея собой, чтоб не отшатнуться прочь. Странности сегодняшнего дня не желали кончаться, подкидывая новых вопросов, на которые ответы искать, как подозревал остроухий, придется не один час, а то и день.
- Мне должно быть от этого легче? - привычно холодно и где-то даже высокомерно произнес он, - Tanya nae eina. Uuma dela*, - уже с улыбкой закончил эльф на своем родном языке, обращаясь к древнему кровопийце и внимательно глядя на подходящего Кота. Отвлечься от этих всех неловких попыток Макса извиниться и не менее неловких попыток Трандуила понять его действия, было очень кстати, поэтому вмешавшегося д'Эстена эльф встретил благосклонным кивков и взглядом полным благодарности. Дела и война были сейчас важнее, возможность оказаться снова у дел и как-то полезным, воодушевляла блондина.
- Верно. Здесь. - Трандуил вгляделся в карту, предоставленную Клодом, - Все следы, что я нашел в лесу, указывают на то, что большая часть эльфов идут именно к озеру. Если они идут туда, значит, с ними есть Мудрые. Старейшины из общин, что владеют магией. Духи леса помогают им скрываться от взгляда ваших солдат, путая их и уводя в другую сторону. В таком случае, если не знать куда идти и не видеть знаков на тропе, вы будете кружить вокруг еще очень долго, - эльф на мгновение замолчал, оглядев вампиров, но тут же продолжил, - Я знаю куда идти и она, - он кивнул в сторону девчонки, - Вы можете и дальше посылать своих людей-солдат исследовать местность, но без проводника вам не обойтись. И... - Трандуил не хотел обращаться к помощи девчонки, не желал бы, чтоб она оказалась нужнее его, но будучи достаточно благоразумным, он понимал, что идти ему одному туда, где есть достаточно много эльфов, не самый лучший вариант. К тому же, по его мнению, Лабиен должен был оценить его сообразительность, - Если позволите, господа, то я бы хотел предложить свой вариант. Одного месяца моего отсутствия недостаточно для того, чтоб заросли тропы, протоптанные моими собратьями и места стоянок поменялись, но этого месяца достаточно для того, чтоб я стал для них чужим. А вот она - нет, - эльф снова выразительно кивнул в сторону девчонки, - Она вызывалась идти, так пусть идет. Войти в убежище не составит ей труда. А также, пронести с собой то, что вы зовете гранатами, и устроить взрыв, который ослабит их изнутри.
Идея, конечно, была не идеальной и сам эльф понимал, что возможно, вампиры откажутся от нее в виду излишнего шума или списав на абсурдность, но предложить ее, и проявить инициативу, все же стоило. А там, на все остальное есть воля Дану.


*Это было забавно. Не беспокойся.

+6

30

Когда плечо девочки наконец выпустили, Лайли вздохнула с облегчением. Стальная хватка ее напрягала и делала больно, но урок мелкая усвоила. Перебивать вампиров, когда они вроде замолчали, но разговор не закончили- чревато.
Так что когда с ней заговорили и пригрозили посадить на цепь, девочка только фыркнула, но кивнула, что поняла. Язык просто чесался что-то ляпнуть, но самоубийцей Лайли не была.
Пока вампир обращался к Трандуилу, малышка прислушивалась, но внимательно наблюдала за Клодом. На всякий случай стоило посмотреть и за ним. Информация никогда не была лишней, особенно в ситуации, где больше делать было нечего, кроме как наблюдать, молчать и запоминать. Кто знает, что из услышанного сегодня могло бы ей когда-нибудь помочь?
Девочка насмешливо улыбнулась, когда увидела на лице Клода смешение эмоций от того, что вампир утешал Трандуила. Самой ей было тоже смешно. Ну не комедия ли, взрослого эльфа, который только и делал, что взглядом и всей позой доказывал, что он тут самый великий успокаивают как пятилетку разбившую коленку? Самолюбие Лайли вернулось на прежний уровень. Эльф больше не казался ей каким-то противным, теперь она больше склонялась к тому, что он жалок.
Правда девочке было неприятно, что с ним советоваться по поводу поисков эльфов хотят, а с ней нет. Ну и тут быстро нашлось объяснение. Она была чужая, а еще и формально пленница. Веры ее словам не было, как бы она не старалась. Вон как Трандуила перекосило, когда она заговорила о том, что не поддерживает корни эльфийских традиций и верований. Малышка вздохнула. Она ведь действительно сказала этим вампирам правду. Она не хотела той жизни, которую могли дать ей общины. Даже вместе взятые.
Когда Трандуил указал на Лайли, девочка сначала напряглась. Но сообразив, что он хотел сказать, малышка справилась с искушением поковырять в ухе. Серьезно? Этот эльф которой только и делал, что шипел на нее и зло косился предлагал ей что-то самостоятельно сделать? Помочь?
"Тут определенно есть какой-то подвох. Правда я не знаю, что такое гранаты, но раз предлагают, то может это не так уж и страшно. Но с чего это он так расщедрился? В принципе, влевать. Главное результат. Хотя, я не думаю, что они согласятся."
Мысли девочки захватило злорадное удовлетворение. Если предложение эльфа получит одобрение, она сможет доказать вампирам, что не врет и не выкручивается, наговаривая на своих. А действительно не желает к ним возвращаться и презирает их. А еще более сладко было от того, что она сможет отправить их на смерть или плен своими руками.
Глаза у Лайли кровожадно заблестели и малышка перевела взгляд на старшего вампира. Она надеялась, что он сможет все понять и без слов. Как бы не хотелось ей сейчас заявить, что она согласна, она с удовольствием это сделает...говорить ей не разрешали, а понять, что в разговоры жалким пленницам лезть не стоит тоже уже дали.

+5


Вы здесь » КГБ [18+] » Осень 2066 года » [18.10.2066] Не перелистывайте чью-то жизнь!