КГБ [18+]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » КГБ [18+] » Осень 2066 года » [18.10.2066] О будущем стоит говорить в настоящем


[18.10.2066] О будущем стоит говорить в настоящем

Сообщений 1 страница 25 из 25

1

Время: 18 октября 2066 год. Временной период с момента, когда Лайли направляется взрывать убежища эльфов, до момента утраты связи с Трандуилом.

Место: Канада, совмещённый штаб войск Лабиенов и д‘Эстенов, район Гудзонова залива, Онтарио.

Действующие лица: Клод д'Эстен, Максимилиан Лабиен

Описание ситуации: что делать с захваченными территориями, если кроме лесов, болот и отвратительной погоды тут ничего больше нет? Правильно! Надо продать их тем, у кого вы их только что отобрали.
Обсуждение дальнейшей судьбы бывших территорий эльфов.
После накрывшего мир экономического кризиса 2013-го года, Канада, потеряв возможность вести торговлю лесом с Европой и США, из-за вмешательства Корпорации, часть своих земель превращает в бесхозные территории, давая возможность людям, проживавшим там, перебраться ближе к городам. Территории возле Гудзонова залива представляют собой практически девственную природу со специфическим климатом. Эти места, откуда некогда убрались люди, были облюбованы эльфами. Неприхотливые, спасающиеся бегством от деспотичных вампиров и кровожадных оборотней, они были вынуждены селиться там, где не было любопытных глаз. На землях, брошенных всеми… Но вновь судьбу остроухих созданий решать лишь захватчикам.

+10 ZEUR начислено всем участникам эпизода.

+2

2

За то время, пока Клод добирался до штаба, обучал Лайли основам взрывотехника и убеждался, что, в общем-то, смышлёная, смазливая, но неприятная ему девчонка всё поняла правильно, войска обоих вампирских кланов соединись и разворачивали лагерь. Лайли Клод оставил заботам своих ребят и её Богов (если те, конечно, были готовы поддерживать её в данном мероприятии). Пусть проведут девочку до «убежища» и зададут ей направление. Что и где взрывать малышка уже знала, вампир об этом позаботился, и теперь результат мероприятия полностью зависел от неё.
Хорошо, если всё получится. Тогда добыча, доведённая до паники взрывами, произошедшими в месте, где они чувствовали себя в безопасности, бросится в их руки горячая и готовая к употреблению. Люди д'Эстена были уже расположены так, чтобы принимать их: ловить и скручивать тех, кто обороняться был не настроен, и калечить, ломать, убивать всех остальных. От этой мысли Клод чувствовал возбуждение. Война и охота всегда будоражили его, а в данном мероприятии многое мешалось на личном интересе. Мысль о том, что кому-то из «них» будет больно, доставляла Клоду неразумное, дикое и приятное удовлетворение.
Хорошо, если у неё не получится. Тогда можно будет представить отчёт о недееспособности эльфов, как военного механизма. Подобный исход нравился вампиру даже больше. Ему не хотелось вынужденно доверять врагам, не хотелось зависеть от тех, кто, подчиняясь комете, решился убивать своих хозяев. Клод, в любом случае, не сомневался в победе. Во много это действительно было вопросом времени, ресурсов и сил, но с магией, если уж на то пошло, можно будет бороться магией, а доверять тем же, кого они собирались победить, вампир считал глупым и неоправданным.
Частично, именно поэтому, закончив свои дела, Клод направился на поиски Максимилиана. Тому должно быть интересно узнать о ходе начатого мероприятия, а Клоду было интересно понять, о чём говорил Максимилиан тогда, на поляне. Ему хотелось подробнее услышать про не-раба Трандуила, про планы Лабиена, касающиеся Канады, и, наконец, про Мудрых. Клод хотел мести. Да, возможность отхватить себе кусок территорий, ресурсов, власти подвернулся удачный, и упускать его вампир был не намерен, но вся эта резня совершенно не имела смысла, если ему не удастся убить тех, кто её начал.
— Девчонка ушла, — произнёс он, завидев Максимилиана. Приветствовать вампира снова было лишним, они недавно виделись, было лишним и уточнять, какая девчонка и куда именно ушла. — Теперь закладывать заряды и взрывать она умеет. Вопрос лишь в том, захочет ли.

+4

3

В штабе объединённых армий было спокойно и тихо. Даже прежней возни, что наблюдалась сразу после прихода войск Лабиена, теперь не было видно. Караульные зевали, мерно прогуливаясь вдоль обозначенных линий охраны территории. Вся территория штаба была заблаговременно окружена плотным кольцом тяжелых танков, которые обеспечивали полную безопасность лагерю. Несколько зенитных установок, расположенных по периметру и в центре, говорили об обеспечении защиты с воздуха. Мышь не проползёт, не говоря уже об эльфах.
Война с остроухими. Кто бы мог подумать, что через столько лет придётся вновь воевать с этой расой, казалось, полностью завоёванной ранее. Они были рабами. Они не пытались изменить этот порядок вещей. Пока что…
На горизонте не вспыхнула та звезда, та чёртова комета, в которой они рассмотрели знамение. Остроухие уёбки. Мало того, что напали на Рейли. Но они покушались на жизнь и других вампиров. Лабиен не доверял эльфам и раньше, видя в них вполне разумных существ, а не безропотный скот. И он ждал, что однажды придётся взяться за оружие и не только за него. Хочешь выиграть в войне, тогда заставь своего врага сыграть во что-то другое. Например, в политику. Почему бы и нет. Эльфы захотели быть значимыми. Значит таковыми им и придётся быть. А поиграть лучше по правилам Макса.
Кто-то приближался, тот, кого Лабиен давно уже ждал. Клод д’Эстен. Первый кандидат на должность патриарха рода. Кто бы мог подумать, ведь есть и более мудрые, старшие. Но Максимилиану был удобен именно он. Молодой, горячий, деятельный. Его просто контролировать, он поддаётся внушению древнего – отличная марионетка. Да, его можно было бы использовать именно так, если бы Лабиен был полным дибилом. Но патриарх им не был. Было в этом молодом вампире то, что довольно редко можно разглядеть в кровососах. Он умел мыслить, принимать решения на основе всех данных, анализировать и извлекать пользу для себя. В нём была жила предпринимателя, руководителя и управленца. Но главное, он умел слушать и слышать то, что ему говорили, анализируя. И Максу это очень нравилось.
Взять даже того же Цепеша. Нет, разумеется, Лабиен сотрудничал с Домиником уже давно и полностью доверял ему. Но если бы пришлось заключать соглашения в эту эпоху, то Максимилиан скорее грохнул Цепеша и посадил на его место кого-то другого, но никак не стал бы с ним сотрудничать. Повернуться спиной к Цепешу? Да рядом с ним пройти-то опасно. Хорошо, что всё произошло своевременно, и договоры были давно в действии. Лабиен любил своевременность, она часто спасала ему жизнь. Сейчас же воинственный Доминик создал бы уйму проблем при заключении договоров, опираясь на старые законы, утратившие давно силу. Когда у тебя есть в руках пушка, это здорово. Но когда у тебя есть собственная земля, признанная мировым сообществом, на границах которой стоит твоя армия… это есть сила. Она была у Макса, и он по-дружески делился ею с тем же Домиником, разрешая ему даже командовать. Всё справедливо и правильно. Вовремя. Всех устраивало. И на престол д’Эстенов Лабиен посадит Клода. Тоже – вовремя. Тогда у всех будет будущее, которое надо сообща оберегать, холить и лелеять. Но об этом чуть позже. Вначале война с эльфами. Неплохой разогрев перед стартом. Дальше будет сложнее, но об этом потом.
- Захочет.
Отстранённо отозвался Макс на речи Клода, поворачиваясь к нему вполоборота. Сам Кот притопал доложить о подготовке эльфийки? Вы серьёзно? Нет. Лабиен знал, зачем пришёл Клод к нему. Знал и вопросы, которые волновали его больше, чем взрыв в одном из убежищ остроухих.
- Нам стоит поговорить. Об эльфах. Или у тебя какие-то другие вопросы?
Макс развернулся к Коту, заглянув тому в глаза, и довольно ухмыльнулся.
- Те, кто организовал нападение на Рейли и их полное уничтожение – давно уже за пределами этих земель. Здесь остались либо фанатики, либо пострадавшие. Эта война не имеет никакого смысла. Разве что, занимательная охота, но пейзажи тут настолько скучны, что и она надоедает слишком быстро.
Лабиен специально не называл нападавших эльфами. Он не был уверен на все сто процентов, что они относились к этой расе. Но чтобы озвучить свои догадки, Максу требовались подтверждения собственных слов. Их не было. Поэтому он и молчал.
- А для того, чтобы суметь выцепить ту заразу, которая забрала жизнь твоей сестры, нам нужно проиграть.
С нажимом закончил говорить вампир. Выиграв в этой войне, они не преподнесут сюрпризов никому. Значит, и выигрывать им нужно совсем не в войне. А в политике. Именно туда, как предполагал Лабиен, не имеют доступа причастные к убийству вампиров существа. Будь они эльфами, людьми, оборотнями или… кровососами. Корпорация окажется сильнее.

Отредактировано Максимилиан Лабиен (22.04.2015 22:51:58)

+5

4

— Ты только приехал и уже устал от пейзажей? — с лёгким, почти не наигранным удивлением спросил д’Эстен. — Здесь чистый воздух, практически девственная природа и охота в этих лесах хороша для тех, кто любит охотиться.
«Но это уже не охота, а бойня», — мысленно добавил Клод. Он охотиться любил, ему нравился запах бегущей жертвы, нравилось ощущение собранности и контроля, нравилось достигать цель. Он давал жертвам фору и не пользовался всеми преимуществами, и потому считал охоту делом честным и даже правильным, но в этой войне, несмотря на все эльфийские потуги, ни честности, ни правильности не было. Жертва имела шансы убежать, а здесь, что бы не думала Окумура, кому бы не молились остроухие, конец мог быть только один.
Как всегда, когда Лабиен говорил вещи, противоречащие действительности, планам или предыдущим своим словам, Клод испытывал короткое замешательство. Недоверие в нём смешивалось с недовольством и прорывалось в желании ворчать. Однако ему было даже интересно, чем в этот раз объяснит свою прихоть Паук. У этого гада всегда на всё были объяснения, вроде бы складные и правильные, но от того не менее противные.
— Слишком много суеты мы развели, чтобы проиграть, — буркнул вампир. — Зачем столько усилий? К чему были наставления и попытки всучить дрессированного эльфа, если мы планируем проиграть? — он оглядел лагерь: палатки, технику и людей. Было уже поздно, и часть их армии готовилась устроиться на ночлег. Доносился запах готовящейся на кострах и переносных жаровнях еды, слышался смех и гул отдалённых разговоров.
Если бы Клод смог отстранённо посмотреть на происходящее действо, он, быть может, согласился бы, что эта война смысла не имеет. Более того, смысла в ней не было с самого начала. Эльфы, которых они побеждали, слабые, плохо оснащённые и не готовые к современным баталиям воины. Кто бы не поднял их и по какой бы причине это сделано не было, вряд ли они могли рассчитывать на победу. Вполне возможно, данная акция провели даже не против вампиров, а против самих эльфов, но, тем не менее, оставлять попытку террора с их стороны было нельзя.
Даже с точки зрения холодного разума Клод не мог бы пропустить подобной выходки, но в этом случае на его поступки к тому же сильно влияли эмоции. Собаку, в бешенстве укусившую хозяина, убивают, и здесь следовало поступить точно также. Эльфы убили его сестру, сделали ли они это сами в фанатическом припадке или по науськиванию каких-то чертей, было относительно неважно. Они это сделали и должны были понести своё наказание.
— Мы не сможем проиграть, Максимилиан, даже если захотим. Посмотри на это. По какой причине нам отступить? Из-за нехватки средств, из-за отсутствия продовольствия? Мы не можем уйти только потому, что война надоела. Любая война — это деньги и эти деньги надо вернуть.
Самый важный для себя вопрос д'Эстен придержал на конец. Так ему легче было контролировать собственные эмоции и не выражать злость по любому поводу. Максилимиан регулярно дразнил его намёками на то, что знает, кто виноват в гибели Эмилии. Играл с ним, подкидывая какие-то смятые фантики информации, но толком так ничего и не говорил. Это выводило Клода из себя, но от гнева он умнее не становился, а тупить и оставаться в дураках ему, в конце концов, надоело.
— Несколькими часами ранее ты говорил о Мудрых, мол они всё это затеяли и они виноваты. Так давай ловить этих мудрых и выяснять у них, на какие средства они подняли своё дикое войско.
Всё и всегда сводилось к деньгам. В лесах эльфы могли жить без них, выращивая овощи, собирая грибы и ягоды, убивая дичь, но если луки и стрелы можно соорудить, не выбираясь из средневековья, на хорошее огнестрельное оружие нужны деньги, которые не заработаешь продажей рукодельных безделушек. Нужны деньги, время и наставники, чтобы научить держать оружие правильно, правильно двигаться с ним, правильно им пользоваться.

+4

5

- От этих пейзажей я устал слишком давно.
Это была не первая война в Канаде. Какая разница, с кем воевать и в какую эпоху – всё остаётся прежним. И здесь осталось.
- Суета – вещь полезная. Особенно когда показная, а не настоящая.
Лабиен замолчал, взглянув на Клода. Он хотел воевать и воевал. Макс же воевать уже давно не собирался ни с кем. Разве что, для совершения определённых манёвров. Поэтому он и его войска здесь, а не на АБ.
- Верно. В эту войну вложено не мало средств. Собираешься их окупить продажей рабов? Или будешь мариновать эльфийские ушки и продавать на местных рынках? Безделушки ещё продавать можно, их много тут.
Ухмыльнулся вампир. Клод был молодым и, кажется, иногда всё-таки забывал смотреть чуть шире, чем было доступно. Но это поправимо.
- Мудрые, хм. Были бы они мудрыми, не полезли бы на вампиров.
Рассмеялся Лабиен. Ситуация и правда была комична. Кто-то серьёзно думал, что вампиры попадутся на эту байку? Ах, да. Вон, Кот почти даже поверил. Хорошо, что умел он всё-таки иногда думать, а то выглядел бы полным идиотом.
- Спонсорской помощью они пользовались очень даже знатно. А обойти нашу экономическую сеть, которой завязан нынче весь мир, не смогли бы простые люди или нелюди. Кто-то приближённый к Корпорации замешан здесь. Кто-то, кого мы пока не рассматриваем в качестве своего врага.
Но претендентов на эту роль было много лишь с первого взгляда.
- Джонсоны. Потеряли патриарха. Давно уже выказывали своё недовольство Корпорацией. Окумуры. Накадзимы. Им не выгодно свержение Алмазного Берега, им выгодно залезть туда, участвовать, но никак не уничтожать. Раубфогели. Слишком сильно связаны рядами договоров с нами, они бы не смогли настолько виртуозно обойти всю систему, не замаравшись. Имаму. Они завязли в войне с Цепешами, которая началась чуть раньше войны в Канаде. И знаешь что, Клод, они не оказывали вначале весомого сопротивления войскам волков, хотя о нападении их знали, кажется, уже все и ждали его со времён основания Корпорации. Позже, когда Доминик развернул первую линию обороны и начал продвижение вглубь, он встретил жестокое сопротивление… но не с внутренних рубежей обороны нигеров, а с внешних. Они атаковали с воды. Они откуда-то вели свои войска, вели корабли, подлодки. Откуда, мать твою? Откуда они шли, почему не развернули оборону в Африке сразу же. Просто прятались? Или подтягивали основные силы с других рубежей, о которых мы ничего не знали.
И в этом Макс тоже не был уверен. Но факты оставались фактами очевидными и весомыми. Имаму всегда обходили экономическую систему Корпорации. Могли сделать тоже самое и в этот раз. Цепеш намеренно долгое время концентрировал свои войска на территории Египта. Но выступил с Сомали. Лабиен был против, чтоб в войну Доминик тащил Египет, он был слишком развитым и очень полезным не в руинах и огне, а в рабочем состоянии. И манёвр с Сомали оказался фатальным для войск Имаму: их просто не оказалось там вначале захвата. Лишь потом, когда Цепеш повёл войска через всю Африку, с юга на север, армию Имаму вначале заметили на берегах Мавритании, Анголы, Намибии, а чуть позже и вовсе в Атлантическом океане. Кроме того, властям Марокко пришлось экстренно запрашивать поддержку ЕС и АБ, когда в водных её границах оказались корабли без опознавательных знаков. Как выяснилось, те корабли тоже принадлежали чернокожим вампирам. Совпадения, всего лишь. Проблемы заключались не только в том, как отыскать организаторов уничтожения Рейли и убийства матриарха Котов, а так же покушение на жизнь иных знатных вампиров, но и выползти из этой ситуации чистыми.
- Власти Канады уже в открытую высказывают недовольство затянувшейся войной с террористами. Уже не раз говорилось о том, что войска США и АБ преследуют собственные цели. И пошли слухи о захвате Канады Корпорацией. Это отвратительный вариант. Ещё немного, и Европа заговорит об этом же. Ты же уже понял, кого поддержит Мексика в этом противостоянии? И у нас не будет рычагов управления, чтобы удержать нынешнюю политическую стабильность в мире, так выгодную нам.
Нестабильная политическая обстановка. Что может быть хуже? Только война с Европой, одновременно с военными действиями в Северной Америке и Африке. Мир на пороге того, чтобы скинуть власть вампиров так просто. И ведь сами же влезли, подставились. Но как иначе? Бросить Клода одного? Он бы всё равно полез бы в Канаду. Не позволить Цепешу развязать войну в Африке? Тогда следующим ходом Имаму был бы Египет. А там недалеко и до Европы и Алмазного Берега. Нет, врагов стоило ликвидировать всех, даже если лезли они из разных щелей, одновременно и в разных направлениях.
- Канада, освободившаяся от Рейли, не пустит к управлению кого-то ещё. Особенно из США. Они сделают всё, что угодно, лишь бы не допустить подобный захват власти. Союз с Мексикой их устроит.
Мексике выгодна конфронтация с ослабленной Америкой, войска которой завязли глубоко в Канаде. Это д’Эстен должен был знать и понимать. И, что уж таить, России тоже выгоден такой расклад. Оттяпать Аляску захотят и Цепеши, науськивая политиков РФ на разворачивание военных действий. Значит, Россия уберёт часть своих войск с границ Латвии. Нестабильная территория под боком Алмазного Берега, которую так и не привели в порядок, придёт в движение. А ещё наличие враждебных кланов оборотней усугубит и без того отвратительное положение. Лабиен немедленно концентрирует все свои войска на территории Алмазного Берега, тем самым вызвав недовольство ЕС разворачиванием армии возле их границ. Недовольные положением дел Джонсоны смогут убедить Англию в необходимости конфронтации с Италией, и когда Лабиен кинет часть войск  туда, дабы защитить собственные владения, то это будет уже война.
Единства в Тенях уже сейчас нет, его не будет далее, если только… Если только проблема не станет опять общей. Для этого её и нужно сделать таковой.
- Поэтому, мы проиграем. Уйдём из Канады. Мы, вампиры, уйдём. Эльфы – останутся. Но будут принадлежать нам. Так же, как эта земля.
Ухмыльнулся Лабиен. Клода не устроит план Макса, и он знал об этом. Но пока что это был единственный красивый выход из всеобщего дерьма, которое пытались навалить и на Корпорацию.
Клод заинтересуется Имаму и их причастностью к гибели матриарха. Цепеш уже заинтересовался войной в Канаде. Джонсоны не рыпнутся до момента избрания нового патриарха и Тени Корпорации. Всё под контролем? Как бы не так, Лабиен о таком никогда даже не мечтал. Просто стабильность. Общая проблема – общее решение.

+3

6

«Я собираюсь их окупать», — подумал Клод. Как именно он будет их окупать, зависело от многих факторов, начиная от дальнейших действий, заканчивая банальной удачей, но, так или иначе, его армия  не уйдёт с этой земли несолоно хлебавши, а он сам в убытке не останется.
Максимилиан рассмеялся, а Клод до скрипа сжал челюсти, борясь с бесполезным желанием вмазать ему, запихав этот смех обратно в глотку вместе с доброй половиной, если не откровенно лживых, то вывернутых наизнанку слов. Ему было совсем не весело. Он до чертиков устал от жалких подачек информации о том единственном, что его по-настоящему волновало. Ему надоело, что с ним игрались, что им манипулировали, что его считали слишком юным для «взрослых» игр, но зачем-то упорно тянули них.
Впрочем, нет, на вопрос «зачем?» у Клода ответ имелся. Годный такой ответ, от которого сейчас ситуация совершенно не менялась. По какой-то причине, наличие д'Эстенов в Корпорации было выгодно, то ли самой Корпорации, то ли исключительно Лабиену. Почему именно выгодно, Клод сейчас не вникал, хотя, пожалуй, и стоило. Возможно, Лабиен опасался беспредела, который мог создать Клод, не будь его действия как-то ограничены. Возможно, ему просто хотелось стабильности. Клод даже мог допустить мысль о том, что Лабиен был прав в своём опасении и всё делал правильно, и, тем не менее, от слов Паука ему становилось тошно.
С самого начала Максимилиан давал понять, что что-то знает по поводу убийства Эмилии или, как минимум, собирается это выяснить. Он намекал на это тогда же, когда грозился уничтожить д'Эстенов, говорил об этом несколько часов назад, но теперь в его словах было нечто другое — то самое высокополитическое, которое не было до конца понятно Клоду. Да, конечно, во внушительном монологе Лабиена хватало важных и впечатляющих слов, но единственное, что Клод из него вынес— это абсолютную уверенность в том, что Максимилиан понятия не имеет ни о том, что убил Эмилию, ни о том, кто мутит воду в Корпорации. Он просто-напросто пользуется сестрой, чтобы управлять Клодом, а вместе с ним, всеми д'Эстенами.
Клод подозревал, что ничего путного из поисков с посторонней помощью не выйдет. Ему стоило тогда ещё, по горячим следам выследить террористов и поймать тех, кто ими командовал. Поймать и хорошенько допросить. Но впервые часы он находился не в сознании, а позже смерть Эмилии слишком шокировала его, чтобы он мог думать о чём-либо, кроме своей потери. Горе захватило его, и он допустил ряд ошибок, из-за которых сейчас и прыгает по науськиванию Лабиена.
— Ты пытаешься убедить меня в том, что в гибели Эмилии виноваты или Имаму, или Джонсоны? — уточнил вампир, выслушав расклад Лабиена. «За последними, кстати, ещё один грешок: этот весёленький сбой в ЦИЭМе». Каким-то “чудом” во время него на нижних этажах, в бункере с мертвяками, оказалась целая толпа высокопоставленных членов кланов, занятых в управлении Корпорации. Точнее сказать, “чудо” заключалось в том, что часть из этих членов выжила. Лучшая часть, как считал д'Эстен. В ЦИЭМе он потерял руку, но нашёл сына. В общем-то, такая сделка его устраивала полностью, даже с учётом того, что возвращение функциональной конечности превратилось во не вполне весёлый квест, а Денни, в конце концов, поменял свою диету.
—Даже если так, я не могу предъявлять им обвинения, не имея никаких доказательств. В Канаде были эльфы, Максимилиан. Кто бы не поднял их со стороны, это были эльфы, управляемые эльфами, и вот этих управленцев я и хочу найти. Гораздо проще спрашивать у конкретных исполнителей, чем гадать на кофейной гуще политических движений.
Рассуждения Лабиена напоминали анализ кругов на озере, потревоженном брошенным камнем. Даже если верить, что он, на самом деле, не знает, кто и какой камень бросил, и искренне пытается понять их, доверяться им не стоило. По форме и количеству волн, Паук пытался судить о камне, но основываясь только на логике, они могли не прийти к правильному решению. В конце концов, если рассуждать с точки зрения поиска лица, получающего наибольшую пользу от гибели Эмилии и Рейли, то им становился Клод. Он одним махом приобретал и власть над своим кланом, и перспективу откусить от жирного пирога под названием «Канада». Неплохой такой расклад в то время, когда Джонсоны потеряли патриарха, а Имаму опоздали с защитой.
— Кроме того, мы, действительно, не можем проиграть, Максимилиан. С этой армией, с развёрнутыми планами действий, с техникой и вооружением мы не проигрываем. Единственное, что мы можем сделать, это разыграть чувствительную барышню: всплеснуть ручками, сказать «ой, всё!» и, обидевшись на плохих прячущихся эльфов, уйти домой. Ты, правда, считаешь, что подобному манёвру кто-нибудь поверит?!

Отредактировано Клод д'Эстен (17.05.2015 10:07:07)

+2

7

Вампир лишь пожал плечами. Он не намерен был убеждать д’Эстена именно в этом. Обвинить Имаму или Джонсонов – дело времени и техники. Вот в том, что эльфам нужно дать свободу – это да, это обязательно, но чуть позже. Виновные же найдутся сами. Лабиен знал одно точно: ищут они их не там, иначе давно нашли бы. Территории захвачены внушительные. Не может быть того, что зачинщики оставались где-то здесь, рядом. Если имели доступ к огнестрельному оружию, значит не такие идиоты, чтоб сидеть и ждать, пока их придут разделывать злобные вампиры, мстящие за погибших.
- И где ты возьмёшь этих конкретных исполнителей, Клод? Где? Эльфы. И много ты с них поимеешь-то, с этих эльфов?
Лабиена начинала выводить вся эта ситуация. Кот хотел мстить и убивать всех, кто был причастен к убийству Эмилии, но Макс, да и сам Клод, знал, что Рейли смогли дать неплохой отпор врагу, судя по количеству вражьих тел на поле боя. Не было выживших. Кроме одного, единственного – Трандуила. Пока что Лабиен молчал об этом. Но он знал, что видел в тот день эльф. Он ни единожды возвращался в то время вторжения, которое осталось в памяти Трандуила, раз за разом просматривая воспоминания эльфа. И никак не мог понять, что же вело остроухими. Но это были не их боги. Это было нечто иное. Разумеется, своего эльфа Лабиен в курс дела не вводил и об использовании его памяти в личных целях умалчивал.
- Не осталось этих исполнителей. Они полегли там, возле особняка. Ты был там. Ты всё видел. Так же, как и я. И заложников взять не удалось. Раненых не забирали с собой, их просто убивали. Свои же. Но эльфы не столь кровожадны, чтоб такое творить.
Никто не взялся бы тыкать пальцами друг в друга, ища виновных. Клоду была на руку смерть мартриарха. И заварушка в Канаде. Про это говорил Цепеш, и именно поэтому он тоже полез в Канаду, пусть и собираясь стать лишь молчаливым наблюдателем с тысячным войском. Он мог начать действовать против Клода, если бы Лабиен дал подобный шанс. Но Максу было такое противостояние не выгодным. Потерять д’Эстенов, значит потерять США. Минус одна машинка, печатающая деньги, и Евросоюз перестанет молча скалить клыки и начнёт кусаться.
- Ну если ты считаешь, что мы способны лишь на подобную лажу…
Максимилиан выразительно глянул на Клода, сдерживая улыбку. Интересно, в его возрасте Лабиен был таким же? В молодости иначе смотришь на мир и вещи. Всё кажется большим и недвижимым. С возрастом же понимаешь, что привести в движение целые системы, отработанные веками – мелкий пустяк. Но только если у тебя тоже есть собственная мощная система, рычаги управления которой, словно щупальца спрута, тянутся внутрь иных объединений и союзов. То, что было очевидно для Макса, для многих оставалось лишь тайной, покрытой мраком. Поэтому-то прослыл Паук в обществе тем ещё эксцентричным идиотом, который вбухивает всё своё состояние не пойми во что, а потом случайно выигрывает. Случайности не случайны. Как это можно не понимать?! Разве так сложно… было бы просто, не выигрывал бы так долго и постоянно сам Лабиен.
- Канада не отдаст эти земли просто так. Вцепится в них мёртвой хваткой, и тогда нам грозит иная война. Нам, прежде всего – тебе и твоей стране, это не нужно. Корпорации тоже даром не сдалось. Конфликт не выгоден. Но если эти земли станут непригодными для проживания и возделывания? Тогда Канаде придётся отказаться от них. Их экономика слаба, а они сами по уши в долгах. Корпорация сможет продавить через тот же ООН. Поэтому, террористы должны якобы взорвать тут что-нибудь этакое, что будет признано опасным для людей. А мы – проиграем, отступив. И вернёмся на эту землю уже полноправными собственниками. Эльфы же станут нашим народом. Как некогда им же стали и оборотни. Только на иных условиях.
Довольно ухмыльнулся вампир. Его планы всегда идеальны, но больше похожи на отвратительные сказки, поэтому-то за Лабиеном мало кто ходил раньше, находя его фантазии больными и несбыточными. Какая глупость.
- А если в страхе отступит армия США и Корпорации, сюда ни один идиот не сунется ещё лет пятьдесят точно, зная о нашей мощи. Для этого и нужен проигрыш. И мы проиграем. Покинем Канаду. Оставим её территории под своей юрисдикцией, заселив эльфами. Нейтральная территория. Зелёный коридор. Бесплатная рабочая сила. И в это время ты вырастишь новую канадскую власть, которая будет на стороне Корпорации и США.
В принципе, у Лабиена был ещё один вариант, если вдруг Кот не начнёт вменяемо думать. Клод будет против эльфов, но не сможет пойти против Лабиена. А если пойдёт… то у Макса есть Цепеш, который не прочь развязать войну и в Канаде. Между прочим, волчара зарится на Аляску не первое столетие. Развязать ему руки не составит труда. Но всё же д’Эстен выглядел вполне разумно, чтобы понимать планы Максимилиана.
«Не согласится. Будет протестовать. У него на это в порядке недели. А далее… или война, или мир».

+2

8

— Если бы я знал, то давно бы нашёл их, — раздражённо бросил вампир. Признавать этого не хотелось, но зерно истины в словах Лабиена было. Слишком много трупов ушастых они обнаружили и слишком мало среди них нашлось живых. Тогда Клода это не удивляло, он собственноручно убивал каждого, кого видел, но со временем подобная кровожадность, действительно, бросилась в глаза. Вампир был согласен с тем, что эльфы выбрались из норы по чьему-то науськиванию, но не мог даже близко предположить, по чьему именно. Боль потери была всё ещё слишком сильна, и хотелось сохранить какое-то подобие самообладания, прежде чем броситься на кого-то с кулаками. Например, на Лабиена. Он может быть виноват так же, как и все остальные, и его кандидатуру можно было обосновать логическими доводами даже лучше, чем кандидатуры Имаму или Джонсонов. Но Клод этого не делал. Недоверчивый и доводящий осторожность в некоторых вопросах вплоть до паранойи, он, тем не менее, не видел смысла реализовывать свою подозрительность изобличающими вопросами. Рано или поздно, правда выплывет, тут вампир был с Лабиеном согласен, но всё равно хотел именно «рано».
— Твоя девчонка хороший пример не кровожадного эльфа, так? — усмехнулся д'Эстен. Маленькая дрянь меньше всего походила на образ сказочного эльфа, каким любили потчевать себя люди, и больше — на те страшные сказки, которые рассказывались в более старые, даже с точки зрения Клода, времена. — Эльфы — исполнительные фанатики, — чётко выговорил он. — И идеальные рабы. Они скалятся и артачатся, как любые другие, не спорю, но, рано или поздно, приручаются и выполняют приказы. Причём, скорее рано, чем поздно.
Клод предчувствовал, что сейчас на его голову падут логические доводы, под весом которых ему должно согласиться и оттаскивать армию назад, домой. Армию, которая не победила дикарей. Гордость д'Эстена и собственные чувства Клода требовали довести дело до конца. Не первый раз Европа была недовольна действиями США, но такое недовольство ничем страшным, как правило, не кончалось. Впрочем, возможно, с точки зрения Корпорации, всё сложнее.
«Ну и нахрена мне такая сложность?! Месяца не прошло, как он убеждал меня, что нужно всего лишь правильно зайти в Канаду. И что теперь? Стоило шумихе слегка утихнуть, как правительство завыло в новую сирену?!» — Клод сморщился, будто только что проглотил горькую пилюлю. Очередную ересь о том, что Канада не захочет впускать к себе очередных Рейли, он слушать не хотел! Рано или поздно, эта территория всё равно окажется чьей-либо вотчиной. Клод предпочитал не оставлять этот процесс на самотёк, в конце концов, Канада — ближайший его сосед. Так что канадцы были не так уж неправы: эльфийская охота (именованная на официальном языке противотеррористической военной операцией) являла собой прекрасный повод для введения войск на их чудесную, плодородную, обширную и сытую территорию когда-то, по воле случайности, не ставшую частью возлюбленных Богом Штатов.
— Я не знаю, на что мы способны, Максимилиан, поэтому брать на понты меня не нужно. Обосновать и разыграть можно любой спектакль, если понять, зачем именно? Зачем нам проигрывать, если можно победить, зачем штурмовать убежища, если мы должны проиграть? Я не склонен делать то, смысл чего не понимаю, только потому, что кто-то мне сказал, что так нужно, — беспрекословно слушался Клод только Эмилию, да и то далеко не всегда, а сейчас ему ещё приходилось бороться с ощущением, будто Лабиен водит его за нос. Хотя с этим ощущением и бороться, строго говоря, не стоило, вряд ли что-то в отношении с Максимилианом изменится настолько, чтобы он начал бы говорить и действовать нормально.
— Максимилиан, скажи, у тебя мозг взорвётся, если ты выразишь свою мысль прямо? — не без скепсиса поинтересовался Клод. — То, о чём ты говоришь, не проигрыш. И ты должен понимать это лучше кого-либо другого. Так зачем ты мне голову морочишь?! — между «уйти ни с чем» и «закрепить за собой территории и экономическое влияние» лежала пропасть, глубиной в несколько войн. Клод готов был упереться в своё мнение и стоять так до конца, но не из принципа же! Если тот же результат можно получить чуть более длительным и менее кровопролитным путём, почему нет?! Он же не варвар какой-то!
— В целом, такое предложение меня устраивает. — Более чем! Лабиен собирался сам отдать ему Канаду. Да, там была оговорка «для Корпорации», но, чёрт возьми, это мелочи! Клод всё равно планировал прибрать эти земли себе, но воевать с Лабиенами, Цепешами и всем миром в придачу было бы несподручно, и отказываться от хороших подарков он не привык. Пусть дарит, его гибкая гордость ничего зазорного в подобном не видела.
— Правда, остаётся два вопроса, — уже скорее деловым, чем напряжённым тоном заговорил Клод. Сейчас он был больше настроен обсуждать, чем спорить. — Первый: откуда у тебя такая уверенность, что ни одна учёная, военная или гринписовская жопа не появится на месте катаклизма? Даже если мы всё подстроим и купим, найдутся идеалисты, которые не поверят. Если ситуация настолько нестабильная, как ты говоришь, возможно кого-нибудь и правда придётся отравить. Пару небольших населённых пунктов на границе территории.
«И только не надо выносить мне мозг спонтанной миролюбивостью! Мне самому все эти жертвы поперёк глотки, насмотрелся, но без жертв срока, достаточного для обустройства, нам могут не дать, и опять начнётся нытьё на всё мировое сообщество. Напугать словами можно на год или два, но реальные цифры заставляют бояться дольше, оставляют предрассудки и порастают легендами».
— Главное, чтобы никому в голову не пришло, что это наша работа, а не террористическая, — буркнул вампир. — Развелось поклонников мирового заговора. — Не то, чтобы они не правы, но от их ума особого толка нет. Больше шума. Лучше бы направили свою энергию в полезное русло.
— И второй вопрос, главный. Ты говоришь красиво о зелёном коридоре, бесплатной рабочей силе, нейтральной территории, но как-то обтекаешь организацию этой территории. Территории, мать её, заселённой эльфами, которые ни сном, ни духом о том, что они должны стать рабочей силой! Мне это не нравится. Да, если мы их не убиваем, то нужно где-то держать. Канада, в общем, ничем не хуже любого другого места. Даже лучше: деньги на перевозку тратить не надо. Но нужна армия, чтобы их контролировать. Пусть небольшая, но армия. И централизованное поселение, чтобы не ловить их по всей Канаде. Как ты себе это представляешь? Что-то мне подсказывает, что армию будет сложно спрятать от нервных канадцев.
Как-то точно представляет, иначе бы не пел так складно, так пускай поёт дальше.

+3

9

- Если бы, Клод, я всегда выражал свою мысль прямо… Не было бы ни Корпорации, ни этого союза. Да много чего вообще не было. Кстати, об этом мечтают многие. Ты, случаем, не состоишь в каком-нибудь обществе моих лютых ненавистников? Говорят, такие есть. Сам я точно не знаю, не искал как-то. Моя разведка такой хернёй не занимается. Есть дела поважнее.
Серьёзно заявил вампир, успешно сдерживая довольную ухмылку. Лишь такой молодой и неопытный политик, как Клод, мог так явно и открыто льстить старому кровососу. Это было, стоит заметить, вполне приятно. Правда, наравне с этим стоило заметить, что за последние пару дней Макс и стал куда серьёзнее относиться к Клоду. Он был молод, горяч и не умел рыть так же глубоко, как сам Лабиен. Но д’Эстен не был пустышкой. И марионетку из него делать совершенно не выгодно. Неопытность проходит со временем и возрастом только в том случае, если в молодости ты мог считаться неопытным лишь для очень бывалых. В ином случае, проще было бы превратить такого в марионетку, а не ждать, пока он вырастет и начнёт умнеть, может быть, когда-то на досуге, лет через пятьсот, к примеру. Клод являлся тем, кому можно было что-то объяснить. И он уяснит это, сможет применить на практике, а не просто проигнорирует лишь из-за непонимания.
- Эльфы.
Ответил одним единственным словом Макс на все вопросы Клода. Гринпис, НАТО, учёные. Да кто угодно из людей – толку-то? Что они увидят, если придут сюда? Королевство эльфов. Остроухий народ. Да, да, из тех сказок.
- Пусть идут. Нам что с этого? Прикинь, пробрались через кордоны парочка гринписовцев. И увидели эльфов. И рассказали всему миру, после своего чудесного возвращения, о том, что тут живут остроухие разумные существа.
Лабиен даже рассмеялся. Нет, это было, правда, забавно, он совершенно не специально и даже злить никого не хотел, почти что. Правда, да.
- Наши войска будут охранять радиоактивную зону. И помутнение рассудка, сотрясения и облучения любопытных можно и подстроить. А все цифровые носители – уничтожить. У нас достаточно техники для того, чтоб выявить флэшки, вшитые под кожу, и даже проглоченные. Ведь так, Клод?
Д’Эстен, кажется, в какой-то момент и правда оказался на той самой волне, на которой был сам Лабиен. Смотреть выше, чем показывают, копать глубже, чем позволено. Это и есть политика. Точнее, её малая, ничтожная часть.
- Конечно, придётся. Куда мы без жертв-то? Отравим, облучим, сведём с ума.
Спокойно отозвался Макс. Это и правда было в порядке вещей.
- Поклонники мирового заговора на нашей стороне. Уже. Цепеш неплохо поработал в Африке. А после нападения чернокожих на Египет, ни у кого не осталось сомнений, что война в Канаде и Африке – взаимосвязаны. И что это дело рук одной и той же группировки. Доминик едет сюда не с пустыми руками. Он везёт не только армию, это вторично, она не нужна нам тут. Он везёт тех, кто устроил этот мировой заговор. Черножопые. Мы их скормим поклонникам мирового заговора. С ними уже работают телепаты, мы внушим им то, что они и скажут на допросах. Террористы будут реальными, из плоти и крови, и говорить будут то, что нужно нам. Потому что я… Нет. Мы. Мы не играем в игрушки, мы создаём реальность, Клод. Выход есть всегда, просто иногда стоит смотреть не только по сторонам, но и вверх.
Но главный вопрос всё равно оставался открытым. На деле было всё просто: город эльфов, страна, под покровительством вампиров. Со своим лидером, который и будет обладать реальной властью. Тоталитарный режим. Всё схвачено. Но это лишь теории. И если уж СССР смог просуществовать столько лет, то и ему пришёл конец. А ведь схема в общем-то была такой же.
- Нам не понадобится огромная армия. Эльфы сами будут охранять себя. И они будут это делать, как не парадоксально звучит. Потому что Трандуил поведёт их за собой. И они пойдут. Он сделает то, что недоступно было другим остроухим. Он договорится с вампирами. И вампиры прекратят убивать эльфов. Этого будет достаточно, чтобы взять их под контроль и начать диктовать условия. В прочем, если они решатся на побег в Канаду, то у нас будет план и на этот случай: тогда мы облучим эту территорию по-настоящему. Каждый из остроухих будет это знать. Они держатся за семью, за своих близких и родных. Они не пойдут на подобное никогда. А если пойдут – погибнут. К тому же, есть у них ещё один милый божок. Дану, или как там её. Появилось же как-то пророчество о падении звезды и смене эпох. Так почему бы не появиться другому? О короле, великом эльфе, что объединит разрозненные племена и приведёт их к свободе? Ты никогда не хотел стать чьим-то богом, Клод? Неплохое занятие, скажу я тебе. Помнится, в России и скандинавских странах до сих пор опираются на учения наших богов. Про Японию я вовсе промолчу: хоть боги были и другие, управлялись не нами, но ты посмотри – до сих пор работает система. И здесь сработает.
Система с богами была идеальной. И именно её Лабиен собирался соединить с системой тоталитаризма. Проигрыша быть не должно, но сбои обеспечены.
- Знаешь, чем мы, вампиры, дожившие до двадцать первого века, отличаемся от вампиров, канувших в небытие в предыдущих веках? Мы не только красиво говорим, мы ещё складно делаем. Вопросы?

Отредактировано Максимилиан Лабиен (29.04.2015 18:59:31)

+4

10

Клод в ответ пробурчал что-то невнятное. Он не думал, что понятливость речи как-то принципиально изменила бы мышление Максимилиана, и, тем более, не говорил, что Максимилиану стоит всегда говорить только понятно, но, чёрт побери, хотя бы иногда можно было бы сделать одолжение и не превращать собеседника в дурака!
— Может, и ненавижу, — хмыкнул д'Эстен. Паука легко ненавидеть — стоит задуматься и всегда найдётся за что. В конце концов, Лабиен унизил его,  угрожал ему и его семье, и Клод этого не забыл. Но пока этот странный союз был выгодней, чем какие-то обижульки, и пока он гораздо сильнее ненавидел эльфов, убийц Эмилии и тех, кто эту смерть подстроил. В случайности Клод практически не верил и точно не верил в такие удачные случайности.
От одного упоминания эльфов д'Эстен ощутимо напрягся, но не стал перебивать. Клод не льстил, когда говорил об уме Лабиена. Он отвешивал комплименты девушкам, если имел настроение быть галантным, но даже тогда говорил то, что считал правдой. Врать д'Эстен умел, но не пользовался этим талантом, когда надобности такой не видел. Он был прямолинейныс и даже грубым, и не чувствовал потребности исправляться. Максимилиан к тому же на барышню совсем не походил, и льстить ему было особо не для чего. Клод вполне искренне считал его умным и пронырливым. Гордость и чувство самосохранения мешали ему воспринимать слова Максимилиана на веру, и это было правильно, но, тем не менее, нельзя было сказать, что он совсем не считался с ними.
— Выявить и сломать, — задумчиво кивнул вампир. — Думаю, мы можем устроить так, что при пересечении какой-то границы, техника выходила бы из строя. Электромагнитные импульсы пагубно влияют на сложные механизмы. Такой импульс возникает во время взрыва ядерного оружия, и его наличие для тех, кто не верит в эльфах и магию, только подтвердит скормленную теорию о террористах, — конечно миллионы не поверят в ушастую расу, но и у бредовых идей есть свои слушатели. Лично Клоду не хотелось бы, чтобы к закрытой зоне тёк тоненький ручеек туристов-фанатов.
— В любом из случаев, и СМИ, и общественность останутся в равной степени накормленными и довольными. И жёлтая пресса тоже, — он хмыкнул. — Хотя лучше, чтобы они ничего лишний раз не увидели. Кажется, звук на определённой частоте может повлиять на восприятие, вызвать временное помутнение рассудка, обморок и даже галлюцинации. Если не звук, то ядовитые испарения точно, — он снова кивнул. Если оправданные жертвы возможны, а террористы, по крайней мере, официальные будут пойманы и наказаны, всё и, правда, может выйти красиво.
По крайней мере, Клод так думал, пока не услышал план до конца.
— Нет, — произнёс он, не раздумывая ни секунды. Короля-Трандуила ему не нужно. — Единственная причина, по которой эльфы живы, это перспектива сделать их рабами. Не более. Ты даёшь им свободу, централизованную власть и возможность расти в  условиях полной изолированности — отсутствии каких-либо помех. Сегодня это сработает, завтра они своей армией снесут охраняющий на границе кордон и снова нападут на чей-нибудь дом. Их народ, подчиняясь стороннему приказу, своим старейшинам, своему трактованию звёзд или всему сразу, убил мою сестру. Я это оставить просто так не могу.
«Я буду очень жестоким богом, Максимилиан», — он когда-то читал про то, что отец ребёнка до определённого возраста является его богом. Для Клода всё было иначе. Он смутно помнил своего отца, погибшего слишком рано, чтобы оказать на него серьёзное влияние, но цитата все равно была хорошо знакома ему. Правда, Богом для него являлся  кое-кто другой.
— Эльфы не могут иметь даже иллюзию свободы и право на жизнь до тех пор, пока я не знаю, кто из них причастен к убийству сестры. Да, — он вскинул руку, — ты говорил, что все террористы погибли. Я знаю это. Но ты также говоришь, что эльфы живут общинами. У террористов есть братья, сестры, отцы и матери. Есть, в конце концов, друзья. Я хочу, чтобы они рассказали мне, почему их близкие решились на это, кто их надоумил. Я хочу, чтобы виновные в гибели Эмилии были мертвы. До тех пор решение дать эльфам свободу я буду считать полнейшим бредом. Пусть докажут свою лояльность.

Отредактировано Клод д'Эстен (17.05.2015 09:15:26)

+3

11

- Верно. Таких, как я, стоит ненавидеть. Главное, чтоб ненавидеть не стал я тебя. Вот это уже проблема посерьёзнее.
Ухмыльнулся вампир. Ведь это и правда могло стать проблемой. Особенно если учесть тот факт, что те, кого ненавидел Макс, долго на этом свете не задерживались, расставаясь с жизнью самыми непредсказуемыми способами.
- Мм, да. Такое подойдёт. Электромагнитные импульсы. И позже мы тоже их сможем поддерживать. То, что нужно. Кстати, не так затратно, надо сказать.
Схватывали на лету далеко не все, но у Клода получалось, что радовало.
- Жертвы всегда будут. Ведь дело всё же значительное. Не хило – оттяпать пол Канады. Ни раз и не два, думаю, твой род зарился на эти земли, так же?
Ну кто вообще мог сомневаться в этом? Д’Эстенам не было плевать на Канаду, и лишь имея под боком Рейли, с которыми Корпорация имела сносные отношения, Коты не пытались лезть на рожон. И правильно.
«Иногда надо просто уметь ждать. Подтягивать союзников. Увеличивать капитал. И увидеть тот самый шанс. Ну а потом – дело техники».
За столько столетий схемы не поменялись. Они модернизировались, совершенствовались, разрабатывались вглубь, ввысь, вширь, но не менялись.
- Сделать рабами всех? Ты в своём уме, Клод? Где ты их хранить… то есть – содержать будешь-то?! Они ж сбегут рано или поздно. Тем более, я против их хранения. Тфу ты, содержания, на Алмазном Берегу. Если в клубе образуется их излишек, то они поднимут восстание. И подавить его мы не сможем сразу. Я не собираюсь подвергать такой опасности государство.
В общем, такое поведение Клода было ожидаемо. Заставить его признать это объединение эльфов в государство необходимым и нужным, будет проблемно. Конечно, Макс с ним был бы даже солидарен. Лет сто назад – вот точно. Но сейчас – нет. Это было, как минимум, совершенно не выгодно.
- А ведь у нас под боком Россия и Европа. Если восстание просочится туда? Ты только представь, что будет. Мы потеряем доверие мировых держав. И я гарантирую, тебе тоже достанется. США не выйдет чистой из конфликта. Я найду, чем вас зацепить и как преподнести это на мировой арене.
Это было даже не угрозой, а банальной констатацией факта. И молчать Лабиен не собирался. В другой ситуации – возможно, но он уже начал доверять д’Эстену, и умалчивать о возможной подковёрной возне считал лишним и совершенно не правильным. Они же союзники, в конце концов.
- Я даю им централизованную власть. Кто говорил о свободе? Свобода – это лишь красивое слово, приложение, доступное только для эльфов. Знаешь, такое приятное приложение. И, кажется, я не помню, чтобы СССР успешно развивался в условиях полной изолированности. А ты?
Схемы Лабиена вечно были странными, но всегда работали. Вампир даже удивился, чего это Клод так реагирует, пока что не вспомнил о том, что во времена образования Советского Союза, Клода с ними не было. Совсем.
- Внутренняя валюта, контролируемая нами, и не конвертируемая ни в одной стране мира, не позволит им закупать оружие и сотрудничать с кем-то из-за границы. Никто не будет работать за бесполезные фантики, даже если у кого-то их будет очень много. Твою сестру убили вампиры, а эльфы лишь искали лучшей жизни. Пообещали им что-то, вот они пошли и исполнили. А если обещать будем только мы, тогда они и будут исполнять наши приказы.
Потеря сестры сказывалась на д’Эстене плохо. Оно и понятно, Лабиен сам бы, кажется, вёл себя так же. Но тяжкое бремя нынче легло на молодого Кота. Это было плохо, но это уже произошло. И исправить было нереально.
- Виновные должны быть наказаны. Но просто так уничтожить их – значит быть вероломным захватчиком. Напиши законы, по которым их возможно будет убить. И все примут это как данность. Да, будут и недовольные, но и их можно ликвидировать. Когда в твоих руках законодательная база, по которой вынуждены жить окружающие, в рамках закона ты волен творить всё, что угодно. Напиши такие законы, которые развяжут тебе руки, а на шеи твоих подданных накинут ошейники. И даже в этом случае ты будешь правителем, которого будут любить, почитать и бояться. Это политика.
Дать свободу, чтобы получить полный контроль над народом. Кажется, это не такая уж и большая плата за правление.

Отредактировано Максимилиан Лабиен (01.05.2015 19:42:00)

+2

12

— За что меня ненавидеть? Я же такой хороший котик,— ухмыльнулся в ответ д’Эстен. Можно было воспринять слова Максимилиана, как угрозу, и встретить её в штыки, но угрозы Паука становились привычными для слуха. До тех пор, пока он не перешёл от слов к делу, обижаться на них, означало бы, в пустую тратить время. Слова — это ветер, а время — деньги.
— Об Алмазном Береге я ничего не говорил. Заполнять рынок живым товаром глупо, цены упадут и мы потеряем в деньгах. Это не говоря о том, что нужно жильё, пища и транспорт. Убивать их выгодней и безопасней, чем содержать живыми, — Клод говорил со скрытым укором — он изначально предлагал извести эту нечисть под корень, — но прошлого энтузиазма в его словах уже не чувствовалось. Убийства невиновных, как бы много их не было, радости и удовлетворения ему не приносили. Так можно напугать, но месть, таким образом, не осуществить.
— Я не против статуса вероломного захватчика, но постараюсь обойтись без репрессий и восстаний,— Клод с видимым равнодушием пожал плечами. По сути, если закрыть глаза на личные мотивы, отбить у эльфов желание сражаться было бы достаточно. Необязательно переносить их в другое место. Рабскую резервацию можно создать здесь, и с этой точки зрения все планы Лабиена Клода устраивали. Все кроме эльфийской власти и постоянно откладывающейся мести.
Со старыми работать тяжело. Вся их тактика, в конце концов, сводится к бесконечному ожиданию. Они ждут и ждут: когда враг покажет нос, когда даст слабину, когда оговорится или умрёт сам собой. Они ждут и, если ожидание не превращает их в слабовольный камень, побеждают. У Клода с ожиданием всё обстояло немного хуже. Охота предполагала наличие терпения и умение ждать, ни чем себя не выдавая, но время, необходимое для того, чтобы подкараулить жертву в лесу, не шло ни в какое сравнение с тем, которое требовалось на поиски истинных убийц Эмилии.
Максимилиан был прав или, по крайней мере, мог быть прав с большой долей вероятности. На Рейли напали эльфы, но руководил парадом кто-то ещё. Вполне возможно, что вампиры. Именно в руках этой расы имеются деньги и влияние достаточные для того, чтобы рискнуть убийством целого рода. Однако кого хотели убить? Только Рейли или д’Эстенов в том числе? И была ли, на самом деле, угроза жизни Лабиенов?
Максилимиан намекал на Имаму и Джонсонов. Из этих двоих Клод бы ставил на черномазых — их притязании на территории казались более логичными, — но виноватыми могли оказаться Цепеши, Лабиены, кто-нибудь из менее заметных семей, надеющихся, таким образом, проложить себе путь в Тени, или даже кто-то из близких. Последняя мысль была противней всего, а все эти мысли в целом — бесполезными. Клод никогда не отличался доверчивостью, поэтому для него ничего не изменится от того, что он станет мысленно примерять на союзников шкуры врагов и предателей. Ему нужны были не домыслы, а имена тех, кто участвовал в резне, имена их начальников, тех, кто их спонсировал и тех, кто отдавал приказы.
— Пусть будет так. Однако смотри: когда я всё же схвачу за глотку того, что виноват в её смерти, ни одна твоя политически веская причина не станет достаточно хорошей, чтобы сохранить ему жизнь, — пообещал вампир.
Можно было выпендриваться, проявить гордость, показать характер, но особого смысла в этом д’Эстен не видел. Он всё равно бы проглотил это эльфийское государство, потому что в обмен получит возможность напрямую оказывать влияние на Канаду и поджать её под себе. Данный обмен казался ему вполне честным, а в случае, если Трандуил не справится со своими обязанностями, можно будет вернуться к плану «А».
— Почему королевство? — спросил Клод. — У эльфов не бывает королей. Зачем им принимать твоего Трандуила и зачем тебе оставлять его у власти? — выгода. У всего должна быть своя выгода. Если понять её, можно не то, чтобы доверять, но, по крайней мере, ждать чего-то конкретного. Возможно, в организации закрытого Королевства был определённый смысл и удобство, но, в первую очередь, оно казалось бредом впавшего в маразм старика.

+2

13

- Некоторым достаточно и этого, Клод. Хороший, да ещё и котик… сколько причин одновременно! Далеко ходить не надо – бери и ненавидь, круто!
Почему-то вампир говорил серьёзно, даже не ухмылялся. На самом деле за такое некоторые и, правда, готовы были бы ненавидеть. За положительные качества порой ненавидят куда сильнее, чем за отрицательные. Поэтому Макс был Гадом и любил жрать вишенку. Чтоб ненавидели все, кому не лень. Так было проще держать врагов подле себя, но всегда на незримой привязи.
- Без репрессий вероломные захватчики не обходятся, это уж точно.
Бесцветно ухмыльнулся вампир на слова д’Эстена. Дыма без огня не бывает.
- Если всё так было бы просто – ты бы его уже схватил. И убил бы, что уж.
Но Клод пока что даже не знал, кто стоит за этим. И Лабиен не знал, но догадывался. Имаму. Они давно стремились в Корпорацию, но так и не заслужили доверие ни одного из Теней. И никогда не оставляли попыток захватить власть. В особняке Рейли, в тот роковой день, находились представители сразу нескольких семей. И убив всех, Имаму бы добились весомого предлога войти в состав Корпорации. Мало того, они бы претендовали на роль одного из Теней. И ещё неизвестно, как бы повёл себя Паук, если бы среди жертв в канадском особняке была и его супруга. Не пошёл бы так же сломя голову мстить, как это делал Клод? Возможно.
- А почему бы и нет?! Королевство, король, строгая иерархия власти, абсолютная монархия. За спиной же правителя будут стоять Тени. Управлять одним эльфом проще, чем управлять несколькими сотнями разрозненных общин остроухих. У них различный уровень развития. Кто-то умудрялся сотрудничать с людьми и обустраивал свой дом на уровне технологий этого века. А кто-то разжигал огонь с помощью палок и камней, и про электричество не слыхивал даже в сказках. Как этим добром управлять?
Вампир замолчал, смерив внимательным взглядом Клода, и продолжил.
- Если уничтожить всех эльфов, лесам не жить. Нам не нужны пустыни. Нам нужно то, что будет приносить прибыль. И свободными, но подконтрольными и организованными они принесут большую пользу, чем мёртвыми или рабами. Нет пользы от невольника. Ну заставишь ты его выполнять какую-то работу. Но и её он будет делать только из-под палки. Значит, к нему надо приставить тех, кто будет этой палкой махать. Затратно.
У Максимилиана всегда были идеально бредовые планы. Ничем не подкреплённые, но работающие долгие столетия. В этот раз было иначе. Лабиен знал, о чём он говорил и куда вёл данную кампанию.
- У эльфов было королевство. Очень давно. В ту эпоху вампиры жили разрозненными родами, и каждый из родов пытался поделиться ещё на более мелкие. Остроухие умели договариваться, меняться. И поэтому их старались избегать. Нас было легко сломить, но однажды кровососы смогли объединиться против одного врага. Эльфы. Им удавалось жить в гармонии с природой и с собой. Их было не так много, но развитие их достигало очень высокого уровня. Мечи, стрелы, и те, кто ими великолепно управлялся. У вампиров не было шансов противостоять им. И тогда они пошли по иному пути – они уничтожили эльфийского владыку и тех, кто сидел во власти, посеяв тем самым хаос в ряды остроухих. С тех пор остроухие не смогли больше создать нечто подобное. Потом начались гонения и постоянные воины. Они покидали свои земли, бежали в надежде найти укрытие. Их оставили в покое лишь в Канаде. Но нового короля так и не появилось. Потому что не было больше знамения. Эльфы ждали и молили своих богов дать знак. Через сотни лет они отчаялись, а ещё через несколько сотен – стали забывать. Но теперь знамение было. Его трактовали не так, потому что Имаму нужна была бойня, а не благополучие эльфов. Но если им напомнить о настоящем смысле знамения, они поверят. Отчаявшиеся, потерявшие так много… они пойдут за тем, кто сделает невозможное и договорится с нами. Трандуил поведёт их за собой, и они пойдут. А мы поможем ему привести его народ туда, куда выгодно будет нам. Потому что их король будет обладать властью только лишь на землях эльфов. В остальном, станет подчиняться законам Корпорации и АБ. Нашим законам, Клод.
План был не на столько идеален, чтобы не ждать подвоха как от эльфов, так и от самого Трандуила. Но вернуться к плану о полном уничтожении остроухих тварей никогда не поздно, ведь так?

+3

14

Вампир пожал плечами. В общем-то, да, причин для ненависти можно найти много, в особенности, если озадачиться и искать. В случае с Клодом даже не пришлось бы подтягивать факты за уши и тратить время на выдумывание причин: он слишком молод, у него слишком много власти и денег, он жесток и развёл войну, он не хочет останавливаться, он будет мстить. Мало ли за что его ненавидели и ненавидят, но у Максимилиана вроде бы особых причин для зависти или гнева не было, так что Клод решил пропустить это замечанием мимо ушей. По крайней мере, пока.
— Это верно, — д'Эстен сморщился так, словно бы только что запил съеденный лимон уксусом. Если бы всё было бы просто, возможно, удалось бы воздержаться без жертв. Впрочем, нет, — поправил себя Клод, — не удалось бы. Канада слишком лакомый кусок, чтобы можно было не воспользоваться злосчастным терактом, а поступок эльфов, в любом случае, требовал наказания.
Он чувствовал себя неуютно от того, что соглашается слишком часто, и был готов поспорить хотя бы из-за меню на ужин. В общем-то, пока никаких критичных для себя или семьи условий д'Эстен не принял, и, наоборот, кругом выигрывал, однако ощущение, что Максимилиан водит его за нос, не отпускало, и перспектива, что ему вновь наступят на хвост в самый решающий момент, заранее злила.
— Не рассказывай мне о том, как работает рабство. Это я знаю, — сморщился д'Эстен. Он никогда особо не любил эту систему, и уважал тех, кто пытался ей противиться. Если бы эльфы не убивали Эмилию, Клод бы первым говорил о том, что это вампиры довели их до такого. Вампиры и рабство. Впрочем, даже такие разговоры не остановили бы его желание захватить их страну и заселенные ими леса. К тому же история, в любом случае, не терпит сослагательного наклонения: Эмилия мертва, сделали это эльфы и Клод был готов за это их уничтожить. Отстаивать теперь их права теперь было как-то глупо.
«А вот про эльфийские королевства не знал», — мысленно добавил вампир. Возможно, и знал что-то такое — про миграции и войны, — но про королей нет. Из тех, кого они обычно ловили, мало кто распространялся о своей истории. Строго говоря, мало кого о чём-то подобном спрашивали. Они же рабы, товар, мясо, а у мяса истории нет.
Клод бы, быть может, выразил бы больше интереса к рассказу. У него заранее формировалось немало вопросов об эльфах, об их свободах, об их короле, о лесах, которые везде как-то без эльфов обходятся, а тут обязательно должны погибнуть, но Максимилиан второй раз называл имя, и теперь уже не оставлял сомнений о том, в каком смысле стоит понимать его.
— Значит, Имаму, — проговорил Клод, проводя рукой по лицу. Что ж вполне вероятно и даже логично. По крайней мере, причины для этого были, как политические, так и естественные —животные. Между их семьями немало общего, но различий всё же больше. Магия, которую практикуют д'Эстены родом из Африки, но эта магия чёрных рабов. Чёрные вампиры, вполне возможно, никогда особо за это их не любили.
— Они хоть живы ещё? — поинтересовался вампир. Там же война была, да ещё и с Цепешем. Было бы досадно, если бы Имаму уже благополучно проиграли и сдохли. Тогда правду узнать не удастся, а Клод хотел этой правды, хотел был уверенным в том, что все, виновные в убийстве Эмилии, убиты ещё более жестоким образом.

+2

15

Лабиен лишь едва заметно ухмыльнулся на слова Клода. Да, Имаму. И да, теперь д’Эстену это было куда важнее. С эльфами Макс сделает всё сам, а коту скормит то, что он так жаждет – Имаму и месть им. Выходит, США тоже теперь понадобится этот чёрный материк. А, значит, они будут ожидаемо молчать в тряпочку на все возмущения ЕС, касательно войны в Африке. Жертвы, нападения, нарушения границ – США это будет безразлично, потому что Клоду нужна месть за Эмилию, вот и пусть мстит.
«Как по маслу».
Мысленно отметил вампир, мимолётно глянув на Клода. Тот был очень решителен, и не забывал решительность свою демонстрировать сполна.
- Живы, разумеется. Не все, конечно, но сути это не меняет. Тебе же они нужны, ведь так? Значит, Цепеш оставит тебе парочку, я позабочусь об этом.
Лабиен много о чём мог позаботиться. О том, чтоб часть Имаму осталась в живых, о том, чтоб Цепеш и правда их довёз до Америки, и о том, чтоб Клоду этого было достаточно, и он не препятствовал больше Максимилиану. Глобальные канадские планы были у Лабиена. И он не был против ими поделиться, не собирался умалчивать, но вот всё же Клода вновь заботило нечто иное. Как же на руку может быть чья-то месть. Особенно сейчас.
- Так что с эльфами? Надо что-то решить с королевством. И с королём.
Несмотря на то, что Лабиен уже всё решил, стоило согласовать свои действия. Ему не нужна была Канада, возможно – некие территории к северу, но точно не вся страна. Тем более, Цепеши с Аляской и постоянными притязаниями на неё слишком близко, а Паукам точно не нужны споры с ними. Сейчас, когда мир вновь оказывался на пороге краха. Когда система вновь проверялась на прочность временем и событиями, нужно удержать её в очередной раз. Не дать сломать и сломаться. Тогда актуально будет и Канада с эльфами, и Африка с Имаму, и даже истребление Джонсонов. Но позже.
- Канаду не сломить сразу, не взять нахрапом. Но каждую систему возможно расшатать. Мы заберём у них самые неудобные территории, ненаселённые, неразработанные. И построим там королевство эльфов. Дальше за нас работать будет время. Так же, как и эльфы будут работать на нас. А куда им деваться? Не решатся же они на восстание так скоро, если копили обиду и терпели сотни лет?! Не решатся. Разделим их общество, поставим в жесткие рамки и заставим делать так и то, что будет нужно и полезно нам.
План был идеален во всём. Да, риски были, но они были всегда, их не избежать. Лабиен ставил на то, что д’Эстен не испугается этих рисков, как не испугался его предок, переселившийся на новый, неизведанный и не занятый вампирами материк. Клоду нужна была месть, и лучше всего, с точки зрения Максимилиана – это мстить долго. Захватить, покорить, заставить жить по правилам захватчика, но не забывать дать свободы и права. Не одно общество строилось подобным способом. Некоторые функционируют до сих пор, уже столько сотен лет. Бывают и сбои. И восстания. И революции. Но без этого было бы банально скучно жить и править. Интересная игра в политику, это, в первую очередь, сложная игра. Без сложностей не было бы смысла играть, и невозможно было бы выиграть. Постоянная борьба за место под солнцем. Или лишь игра, спланированная такими, как Лабиен? Решать уже тем, кто будет жить по законам кровососов.
Всю свою жизнь вампиры жаждали власти и денег. Пытались захватить правление многими странами, но терпели поражение за поражением, довольствуясь малой властью на строго определённой территории. Людям, оборотням, эльфам, да и самим кровососущим не нравилось делить абсолютную власть с кем-то ещё. И тогда Лабиен пошёл иным путём. Если им не нравится видеть власть над собой, то может не стоит её показывать? Вампиры, их семьи, складывающиеся в рода, под покровительством которых находятся другие существа, в том числе – люди. Малые группки, объединённые в одну большую. В них – своя иерархия, своё деление и своё понимание власти. Но верхушку никто не должен видеть, она не видна многим. Отсутствие явной, зримой власти даёт всем подчинённым ощущение, что каждый из них работает на себя, на свои цели. Решает свои проблемы. Проблемы своей семьи. Своего рода. Своих друзей, близких, знакомых. Зарабатывают свой капитал и тратят его туда, куда хотят, когда захотят и как захотят. И за всем этим стоят Тени – незримые, невидимые существа, которые заправляют всем. Так появилась Корпорация. И под её властью оказался весь мир. Канада не станет исключением, тоже подчинившись. Люди и эльфы медленно, но верно войдут в состав мощнейшей системы этого Мира, построенной вампирами.

+2

16

«Парочку», — мысленно повторил Клод и нахмурился. «Парочка» его явно не устраивала. Тем более его не устраивала парочка тех, кто ничего ни о каких терактах, совершаемых руками эльфов, не знал и зачинщиком не был. Клоду нужны были убийцы Эмилии и ответы. Ему нужно было услышать, за что погибла женщина, которую он любил. Вряд ли в этих ответах он найдёт что-то новое для себя, и, тем не менее, ему хотелось услышать их от тех, кто отдавал приказы. Хотелось убедиться, что Имаму, действительно, позарились на кусок, который не сумели проглотить.
— Не сочти меня не благодарным, но парочка тех, кто понятия не имеет, за что их убивают, меня не интересует. Было бы круто, если бы в живых остались виновные — те, кто понимал, что делает, и знал о планах семьи, — гнев, который поглощал Клода в самом начале операции, значительно стих, реализовавшись в военных действиях, но всё ещё не погас полностью. И желание реализовать своё горе на виновнике по-прежнему было сильно.
Во влиянии Максимилиана Клод ни секунды не сомневался, и у него было немало причин полагать, что всё, что исходит от Цепеша, так или иначе, согласовано с Лабиеном. Снисходительно подарить Клоду парочку козлов отпущения — было удобно всем. Более того, Клод был вынужден согласиться с тем, что и его, в общем и целом, устраивал вариант согласиться с виной Имаму даже в случае, если они, на самом деле, не причастны к смерти Эмилии. Но разница между тем, чтобы согласиться вслепую и знать точно, была принципиальной. В его семье были те, кого связывали с Имаму кровные узы. Клод предпочёл бы обойтись без внутренних расколов или, по крайней мере, не добавлять новых. Даже теперь вряд ли дорогие родственнички ждут его дома с распростёртыми объятьями. По крайней мере, часть из них с большим удовольствием посидела бы на его похоронах, чем встретилась с ним снова. Эта мысль неожиданно ободряла.
— Пусть будет королевство, — Клод пожал плечами. Расчёт Лабиена оказался верен: трудности вампира не пугали и, получив своего виновника и свой кусок от большого пирога под названием Канада, д’Эстен не собирался продолжать священную войну. Благо, впечатления, будто они расходятся с Максимилианом в чём-то принципиальном, у него не возникало, а потому вполне можно было и согласиться.
— В конце концов, концепция единой власти для нас удобней и, насколько я помню, всегда работала. Лишь бы королёк не подведёт, — задавать очередные вопросы о происхождении Трандуила, Клод не стал. Если им, действительно, придётся работать вместе, рано или поздно, он узнает, откуда Максимилиан вырыл столь верного ушастого, что ему захотелось срочно возложить на него корону.
— Есть что-то ещё, что я должен знать?

+2

17

- Ну значит не парочка. Сколько тебе нужно? Десяток? Два? Сотню? Африка частично в подчинении Цепеша, и если он не смог изловить тех, непосредственно причастных к гибели вампиров, то, возможно, это сделаешь ты? Собери войска, договорись с Цепешем, и возьми столько, сколько тебе нужно. Я ж не против, ты понимаешь это. Я могу отдать только парочку.
Вампир ухмыльнулся и кивнул Клоду. Нет, ребёнок ребёнком.
- Только не забудь о том, что у тебя ещё Мексика где-то тут, рядом, а там тоже эльфы, только дикие, лесные. Да и Аляска у тебя, понимаешь ли, есть.
Как говорится – наглость второе счастье. Но никто же не говорил, что это будет поощряться Лабиеном. Если рассуждать иначе, то где гарантии, что к гибели Рейли не были причастны, к примеру, Цепеши или японцы? Неудобно будет же. Или Имаму, отданные Клоду, вдруг совершенно случайно начнут валить все события на того же Лабиена, ибо терять-то им нечего теперь.
- Так что, ты подумай на счёт ввода своих войск в Африку.
Пауку было совершенно без разницы, полезет ли Кот в пески Сахары со своими войсками, или останется здесь, удерживая власть на территории Канады, оба варианта устраивали Макса. Вот он и не возмущался.
- Виновные в данном случае те, кто решил посредством эльфов ликвидировать Рейли? Или тот, кто убил заодно и Эмилию? Кто тебе нужен?
Месть, конечно, здорово, но кому мстил Клод? Организаторам, которые могли и не знать о появлении в особняке канадских вампиров кого-то ещё, или исполнителям, которые не уточняли пофамильно, прежде чем убить. Ситуация, не смотря на её бесспорную трагичность, была вполне забавной, и Лабиен, при других обстоятельствах, от души бы посмеялся, но в тот злополучный день в особняке Рейли оказалась и его жена, которая могла пострадать наравне с той же Эмилией. Но почему-то не пострадала.
- Главное – построить королевство. А короля мы можем заменить, если он не устроит нас. Если эльфы начнут действовать против нас, мы просто продолжим воевать с ними. И на этот раз истребим ушастое отродье.
Надо хотя бы попробовать начать сотрудничать. Некогда эльфы в культуре и развитии многократно превосходили вампиров. И всё же, даже в те времена войны развязывали именно кровососы, ведомые лишь одной алчностью. Лабиен тоже был до невозможности жаден, но куда более умён, чем его предшественники. Поэтому подвернувшаяся возможность даровать несчастным эльфам свободу и позже использовать их в своих целях, не могла пройти мимо Максимилиана. Да и леса здесь хорошие, кто за ними приглядывать будет? И заготавливать древесину для импортирования по всему миру. Своевременное обогащение Корпорации – залог долгого процветания ведущих вампирских семей. Проходить мимо этого нельзя.
- Основное я рассказал. В любом случае, решения будем принимать совместно, уже после прибытия Доминика. У него тоже должны быть вопросы по поводу эльфийского государства, и довольно много вопросов.
В общем-то, это всё, что хотел сказать Лабиен. Но было ещё кое-что.
- Если в руки мне или Цепешу попадёт информация об убийцах Эмили, об организаторах восстания или об исполнителях – мы передадим их тебе.
Ни самому Лабиену, ни тем более Цепешу ни к чему были расследования по поводу резни в особняке Рейли. Всё же Макс знал о договорённостях и об их нарушении канадским родом вампиров. Сами виноваты, но погибла ещё Эмилия, теперь у Клода было полное право разбираться в произошедшем.

+3

18

— Заманчивое предложение, — плотоядно ухмыльнулся д'Эстен. Он был жаден и желание иметь больше власти, влияния, денег было для него естественным. Кроме того, занимаясь завоеваниями, он чувствовал себя при деле, настоящим и живым. В конце концов, что он будет делать дома со своими родственниками и без сестры, которая так умело ими управляла?
Эмилия была хорошим дипломатом — обаятельная и умная она интуитивно чувствовала то, до чего Клоду приходилось доходить умом, затрачивая гораздо больше времени и усилий. После её смерти желание решать проблемы только и исключительно дипломатией, исчерпало себя. Клод был уверен, если бы Имаму или кто-либо ещё осознавали все последствия, которые принесла за собой её гибель, они бы приложили усилия, чтобы сохранить ей жизнь. Или, по крайней мере, не стали бы его лишний раз нервировать.
Лабиен, казалось, так и делал: он давал Клоду то, чего тот хотел, и Клод, в свою очередь, не слишком задавался вопросами, зачем он это делает. До поры до времени подобный расклад устраивал всех. Или, по крайней мере, именно так казалось.
— Ты задаёшь хорошие вопросы. Мне стоило бы сказать что-то про Рейли, которые вполне могли стать роднёй, но я не буду. Мы с ними находили общий язык, это верно. Эмилии почти удалось довести наши с ними отношения до брачного союза или даже двух, но особой любви к ним я не испытывал. Возможно, моим племянницам повезло не приобрести себе подобных мужей. Возможно, повезло мужьям. Не суть важно. Правда в том, что даже если бы Эмилия не погибла, я бы влез в этот конфликт, просто потому что Канада слишком близко, также как Мексика и Аляска, но совсем не так, как Африка, — д'Эстен усмехнулся. Предложение бросить всё, рвануть за своим врагом в Африку и осуществлять вендетту уже там, было в какой-то мере заманчивым. Клод жаждал мести, но реализация её не должна идти в ущерб интересам семьи. Бросить Канаду и ломануться с войсками в Африку, где уже вовсю шумит Цепеш, было неосмотрительно. Он терял и завоеванные территории, и имеющиеся здесь и сейчас преимущества из-за призрака отмщенья, и подобный расклад его не устраивал.
— Пока я оставлю Африку Цепешу, а он пусть позаботится, чтобы парочка высокопоставленных Имаму дожила до моего общения с ними. Правду можно достать и из мёртвых, но только общение с живыми имеет юридическую силу, — это была шутка и Клод улыбнулся. Кажется, впервые за долгое время, он немного понимал, о чём его спрашивает Лабиен. Это чувство оказалось приятным.
— Я не собираюсь верить всему, что мне говорят. Существуют способы поменять память и вампиры, как и все прочие, склонны врать, если верят, что это может сохранить им жизнь. А я ищу правду. Я хочу знать, кто и почему убил её. Моя сестра была прекрасной женщиной, и я хочу знать, почему её нет со мной. Неважно, будет ли эта причина глупой или случайной. Она в любом случае казалась бы мне недостаточно серьёзной. Я просто хочу её знать. И я буду искать этот ответ, сколько бы времени не понадобилось.
В этот раз он поостерёгся упоминать Калису, хотя ему по-прежнему казалось невероятным, что эльфы случайно напали на поместье именно в этот день. Наверняка, Лабиен думает о том же: вся эта ситуация, весь этот бунт, теракт, акт насилия, в конечном итоге, можно истрактовать тысячами способов, и одному Богу известно, за каким из них истина.
— Хорошо, — в конечном итоге, Лабиену удалось примирить Клода с эльфийским королевством. Он нашел ему нового врага, объявил, что Трандуил перестал быть центром вселенной, а эльфы, в случае ослушания, будут наказаны, и все эти пункты полностью устраивали д'Эстена. — Когда приедет Цепеш? — благодарить за обещание дать информацию Клод не стал, но кивнул на эти слова. Любая информация об убийце Эмилии ему была интересна.

+3

19

Ничего нового о себе девочка так и не узнала. Судя по виду, вампиры были немного озадачены тем, что в их лагерь таким наглым образом прет какая-то остроухая малявка. Особенно много ляпнуть не удалось от слова вообще. Да и стал бы ее вообще кто-то слушать? Спасибо надо было сказать, что сразу шею не свернули.
Девочка уже ругала себя за то, что ни о чем нормально не договорилась, когда уходила подрывать пещеры. И лагерь то вампирский пришлось искать самостоятельно. Лайли старательно гнала от себя мысли о том, что она тут больше никому особенно то и не нужна. А что? Свою задачу девочка выполнила, пещеры взорвала, но вот незадача, еще и выжить умудрилась. И еще и зачем-то вернуться.
Несколько раз пришлось повторить, что ей очень нужно видеть господина Лабиена, потому что у нее есть информация о непонятых работорговцах и Трандуиле. Да, о том самом, который служил вышеуказаному Лабиену.
От такого количества повторений и вампиров, что крутились вокруг, уже болела голова и терялась суть изложения. И пока вампиры выясняли, что с ней делать, ее, как игрушечную, таскали за собой.
Наконец все это закончилось. Девочка понятия не имела, спросил ли кто-то у старших о ее судьбе или просто решили разобраться на месте, но ее утащили куда-то вглубь лагеря и предъявили пред светлы очи искомого вампира. При чем он был не один. Рядом обнаружился еще и второй, который совсем недавно обучал остроухую работать со взрывчаткой.
Только тут девочка спохватилась, как она вообще выглядит. Какая-то средней симпатичности тряпка вместо платья. При чем перепачканная землей и травой. Средняя лохматость на голове и вообще видок такой, будто ей пол подметали. Решив не испытывать судьбу молчанием Лайли уверенно подняла глаза на Лабиена и быстро выпалила:
- Трандуила взяли работорговцы.
Докладывать о завершенном деле по взрыву она не стала. Они должны были быть уже в курсе всего, ведь малявка носилась по лесу довольно долго.

оф

Если я опять с чем-то накосячила - ткните в личку. Боюсь я уже за чужих НПС-ов играть. Но мне же надо было как-то рядом с вами оказаться и не растянуть это на два-три поста .__. Сильно не бейте за самодеятельность...

+2

20

- Окей, я передам Доминику твои пожелания. Тебя он слушать точно не будет, а меня, вот пока что, слушает. Но ты подумай на счёт Африки.
Макс бы чисто ради интереса посмотрел бы, как Клод влезет в Африку, увязнув в своей мести и военных действиях где-нибудь в песках Сахары. Чернокожие вампиры ухищрялись выставлять оборонительные сооружения в крайне непригодных для выживания местах, Цепеш, вон, и то удивлялся, а он-то много чего в своей жизни повидал. Ослабнет США из-за кровопролитной войны на другом континенте, и не факт, что Цепеш не воспользуется этой ситуацией, чтоб не отхватить несколько интересных территорий у д’Эстенов. И Мексика рядом. Очень любопытно.
- Хорошо, ищи. Уведомишь меня, если найдёшь. Мне тоже интересно.
Макс знал Эмилию не слишком хорошо, чтобы судить о ней, но пребывая в Тенях столько лет, он ни разу с ней не конфликтовал открыто. Да, несогласия были, и противоречия обнаруживались часто, но вражды открытой не было.
- В прочем, если мне посчастливится найти убийцу первым – я передам его тебе, как договаривались. Только сразу не убивай – у меня к нему будет пара… десятков вопросов, очень важных.
Скорее всего, у Клода вопросов будет не меньше, и они точно дублируются. Но надо же ж обозначить своё лидерство и свою позицию. Всё-таки смерть Эмилии была не особо на руку Максу, а он не любил, когда что-то вокруг происходит неудобно для него лично.
- Цепеш обещался развернуть оборону на берегу Тихого океана через три дня, значит, в ставку он прибудет дня через четыре, может – пять, максимум. Но меня пока беспокоит другое, Клод. Эльфийские тропы проходят по всему лесу, ты знаешь это, и я тоже это знаю. Но есть такие, которых не видит даже мой эльф, хотя он родился здесь и лес воспринимает его, как своего. Скорее всего, эти тропы специально сокрыты от тех, кому не нужно их видеть. И не важно – эльф ты, человек или вампир. Если кто-то их скрывает, значит, для чего-то это вдруг стало необходимо. Меня это очень настораживает, Клод.
Всё-таки решил поделиться своими размышлениями Лабиен, хотя почему-то ему казалось, что д’Эстену это совершенно не будет интересно.
- Выяснить бы, проверить – кто по ним ходит, как часто и для чего.
Максимилиан настороженно взглянул на Клода, задержав на нём взгляд чуть дольше. Враг ли он? Может ли Кот на самом деле оказаться врагом? Может. Смерть Эмилии была ему на руку, как никому другому. Значит, вся это война может оказаться простым спектаклем и не более того. Но Макс будет готов и к этому. Не первый век он ходил по земле, многое видел и многое пережил.
- Что там творится?
Нарастающий шум снаружи настораживал. Вдруг, все опасения Лабиена верны, и прямо сейчас, в эту самую минуту, выяснится предательство Клода? Но этого не случилось. Зато на пороге появилась та самая мелкая эльфийка, которую, сказать к слову, Макс видеть уже и не собирался. Или взорвётся вместе с боезарядами, или сбежит куда-нибудь подальше. Но нет же. Остроухая была либо совсем тупой, либо как Трандуил – слишком умной.
- Вот это сюрприз – живая, да и конечности все на месте, во дети-то пошли!
Восхитился Лабиен, даже разулыбался, правда – не на долго. Сообщение юной эльфийской девы заставило вначале насторожится.
- Как взяли? Какие, нахрен, работорговцы?!
Повысил голос вампир, обращаясь уже к Клоду. Его войска прочёсывали эту часть леса, они готовили плацдарм к приходу армий Лабина, а теперь выясняется, что тут, на земле вампиров, какие-то чёртовы работорговцы воруют личного эльфа самого Паука?!
- Какого, скажи мне, хрена тут творится?!
Зло глянув в сторону Клода, вежливо уточнил Макс. Чертыхнулся вновь, подходя к Коту ближе. Почему-то любимый Цепешевский хук справа как-то сам собой напрашивался, но Лабиен решил руки не распускать, союзники ж.
- Клод, какие работорговцы? Твоя армия разве не прочёсывала леса до моего прихода? Откуда здесь взялись работорговцы?
Спокойно спросил Паук, не обращая внимания на внутреннее желание убить Кота прямо тут и сразу.
- Наши войска стоят плотным кольцом, оцепляя нужную поляну. Каким образом туда кто-то смог пройти и, мало того – увести с собой моего эльфа?!
Недоумевал Лабиен. А если Трандуила убьют? Он ж совсем не раб! Чего, не видно по нему что ли? Убьют остроухого, и кого он поставит королём этих чёртовых земель, которые пока что даже совсем не захвачены. Макс не любил, когда его планы не выполнялись. Ещё больше он не любил, когда они нагло рушились. И вот кем? А фиг поймёшь. Может, Кот реально предатель?
- Где это произошло? В каком месте моего… в смысле – Трандуила, где взяли его работорговцы?!
Принялся допрашивать девчонку Лабиен, попутно бросая злобные взгляды в сторону Клода. Всё-таки, он ж ему доверял, а тут работорговцы беспалевно ходят, ещё и эльфов воруют, на которых, кстати, такие надежды возложены.
- Карту. Клод, нам нужны карты местности, которые точные, срочно!
Казалось, что не всё ещё потеряно, и всё вполне себе можно исправить. В конце-концов, возможно, Трандуил ещё жив. А это главное в королевстве – живой король.

+3

21

Клод не имел ни малейших сомнений на тот счёт, что Цепеш срать бы хотел на любые его требования или просьбы — уж больно старый волчара был непримиримым, резким и скорым на всякого рода расправы. Но то, что и Максимилиан, вроде как, не имел над ним полной власти, стало для д'Эстена открытием. Он, как и все на АБ, принимал за известный факт то, что Волки находятся на короткой привязи у Паука, и, откровенно говоря, не торопился отказываться от этого убеждения. Не зная всей предыстории и не стремясь её узнать, Клод всё же понимал, что Цепеш против Лабиена не пойдёт или пойдёт только при каких-то особенных обстоятельствах. Так или иначе, им удавалось находить компромисс на протяжении сотен лет. Это, по мнению Клода, указывало на то, что рычаги управления у Лабиена были, и любое самовольство Цепеша всегда вписывалось в его планы.
Во внезапной откровенности Максимилиана Клоду виделась скрытая угроза. Максимилиан предупреждал его, и, одновременно, предлагал столкнуться лбами в Африке. И если одно было более-менее понятно Клоду (или просто привычно уже), то второе вызывало недоумение. Зачем Лабиену нужна дополнительная грызня? Какая в ней выгода? Или старику просто хочется полюбоваться на что-то забавненькое? В том, что там будет именно столкновение, Клод не сомневался. В общем и целом, они с Домиником были довольно похожи, в особенности, в непримиримости и упрямстве, а сочетание этих качеств обязательно приведёт к конфликту. Конфликтовать с Цепешем Клод без особой надобности не торопился. Войны, как он считал, хватит на всех. Но может у Лабиена другие мысли на этот счёт?
— Я подумаю, — отозвался вампир, хотя думать собирался только о насущном. От любых посторонних размышлений и попыток вникнуть в высокий замысел, у Клода только начинала гудеть голова. Не заточен он на такие задачи. Или, по крайней мере, пока не заточился.
Д’Эстен рассеянно кивнул, соглашаясь дать возможность Лабиену расспросить убийцу, коль скоро тот попадётся ему в руки. Как оно там получится на самом деле, Клод не брался предсказывать. Ещё две недели назад он, не задумываясь, убил бы любого подозреваемого. Чужие мотивы и приказы его не волновали. Всё его сознание захватывала горечь от потери и жажда мести. Сейчас эта жажда меньше не стала, но ненависть перестала слепить Клода или, по крайней мере, начала слепить меньше. Теперь ему уже хватило бы ума не давать волю гневу и выяснить все обстоятельства, но за то, что вероятный убийца вынесет его допрос, Клод ручаться бы не стал.
«Тропы, скрытые от эльфов?» — вампир выразительно приподнял бровь и ухмыльнулся. Он знал, что польза Трандуила сильно преувеличена, и слова Лабиена стали для него приятной новостью. С магией, если она тут замешана (а об этом ему говорил не только Лабиен, но и Акира), они будут бороться магией, не завися от эльфийских предателей.
— Выясним, — уверенно осклабился вампир. По тайным тропам можно было бежать или готовить нападение. Если тропы, действительно, эльфийские, то Клод ставил на второй вариант — бежать-то им особо некуда. К тому же именно второй вариант объяснял, почему обыденным Детям Леса эти тропы не видны. Как бы Клоду не было неприятно признавать это, но снежные эльфы, в целом, мирный народ — они предпочитают прятаться, а не воевать, защищаться, а не нападать. Тем не менее, среди них есть воинствующая группа. Они нападают и убивают без малейших сожалений. Вероятно, эти таинственные тропы принадлежат им.
«Конечно, было бы неплохо узнать этот секрет и вытащить ушастых до того, как они что-то предпримут, но, если я прав, так или иначе, они придут сами», — Клод делал этот вывод на основании логических предпосылок: слов самого Макса, личных данных, имеющегося опыта ведения боевых действий в канадских лесах. И если Лабиена данные обстоятельства беспокоили, Клода, скорее, они устраивали. Даже ему было сложно удерживать должный уровень ненависти против тех, кто сразу падает на колени. Ему нужны были террористы, убийцы, достойные враги, и они, вероятно, наконец, должны были появиться.

До того, как Клод успел озвучить свои предположения, связанные с таинственными тропами, и согласовать план действий, Лабиена привлёк приближающийся к палатке лагерный шум. Солдаты бурно реагировали на что-то, орали и даже смеялись. Учитывая, что воя тревоги при этом не было, Клод реальных поводов для беспокойства не видел, и в ответ на вопрос Максимилиана неопределённо пожал плечами. Помятая, взъерошенная, ещё более чумазая, чем при первой встречи девочка, возникшая на пороге, ответила за себя сама.
О том, что что-то пошло не так, Клод догадался до того, как девочка открыла рот: ему не доложили об итоге операции, а от маленькой манипуляторши не пахло ни гордостью, ни самоуверенностью. Тем не менее, сообщение о работорговцах его более чем удивило, а к реакции Лабиена вампир оказался не готов от слова «совсем».
— Не ори на меня, — глухо отозвался он. Канадские леса — огромная территория. Задача вампирских войск была на грани непосильной — прочесать их, выставить загородительный кордон, гнать остроухих в одно место. Клода не шокировала вероятность того, что они могли кого-то при этом пропустить. Его армия искала эльфов, а не браконьеров, и могла оказаться виновна не больше, чем войска самого Лабиена — ещё вопрос с какой стороны пробрались «гости». Бесило Клода то, что он должен оправдываться, блять, за то, что его Максимилиана величественное сокровище где-то облажалось! Бесило, что маленькая тварь как-то добралась до вампирского лагеря, но при этом виноват он! Он, блять, виноват в том, что тупая ушастая подстилка Лабиена попалась в лапы работорговцев, а не менее тупая дрянь, вместо того, чтобы ломануться к поджидающим их войскам, побежала в лагерь!
«Если тебе был так дорог этот остроухий, стоило держать его при себе, а не посылать одного на задание, где он был, по сути, бесполезен!» — Клод сжал кулаки. С мгновение он выбирал наиболее хлёсткие эпитеты, которыми бы можно было охарактеризовать Лабиена и его эльфов, но, в конце концов, сказал другое:
— Если это, действительно, работорговцы, им нужен живой товар. За трупы у нас не платят, — Клод достал планшет. Карты-картами, но самая свежая информация у него всегда дублировалась на электронном носителе. Это привычка, как показывала практика, была очень удобной. — Где-то здесь вход в… — за неимением лучших слов, Клод выразился более понятными лично ему терминами, — на тайную эльфийскую базу. Ты должна была установить заряды с этой стороны. Взрыв погнал бы эльфов сюда. Кольцо оцепления проходило здесь, — Клод отмечал озвученные места стрелками и кружками. Убедившись, что Лайли поняла о чём речь, он вопросительно посмотрел на неё. — Где взяли Трандуила? Кто это был? Как они выглядели?
Всё ещё существовала возможность, что девочка просто испугалась, с перепугу что-то напутала, и Трандуила взяли не работорговцы, а вампирские войска. Вот бы тогда Клод поржал с паники, которую раздул Максимилиан из-за одного гребанного эльфа!

+3

22

Особо много сказать девочка не успела. Лабиену вполне хватило одной фразы, чтобы мгновенно взбеситься и кинуться выяснять отношения ко второму зубастому. Лайли успела мысленно поблагодарить судьбу за то, что вся эта энергия ушла не в ее сторону. В измотанном и уставшем состоянии она бы просто не выдержала такого напора. Да и вообще стоять рядом с двумя взрослыми и очень нервными вампирами было тяжело.
"Ужасно. Сама хотела рассчитывать хоть на что-то в будущем, но что с меня теперь взять? Влезла, вмешалась в их разговор, почти перессорила. И видок у меня еще тот. Хоть бы немного что-то более приличное на мне было одето. Лохматая, в тряпках каких-то. На что я вообще должна рассчитывать? И Трандуила подвела..."
Девочка тихо выдохнула себе под нос, испытывая искреннее чувство вины. Она ведь видела, как и кто уводил Трандуила. Но что она могла сделать? Может язычок и мозги у нее были, но против работорговцев с этим не попрешь, явно не получится. Да и встреченная по дороге эльфийка уверенности в нее не вселила.
"Злые они какие-то. Хорошо хоть на меня вину не валят, хотя и могли бы. Но ведь та эльфийка была не права. Они меня не убьют, по крайней мере пока. Но...я уже не совсем уверена в том, что вообще нужна им. Зато у меня есть информация, которая может помочь Трандуилу. Надеюсь ему еще ничего особенно сделать не успели."
Лайли с трудом представляла старшего эльфа в цепях. Он был слишком могущественным, величественным...и мудрым, чтобы угодить в такие неприятности. Ну не может он там и пропасть, это будет слишком нелепо!
Пусть девочка не совсем считала Трандуила другом или товарищем, но она была обязана ему за спасение. Ведь если бы не он, малышка бы оказалась в цепях вместе со всеми. А свои долги девочка привыкла возвращать. Именно это и гнало ее вперед, велело искать вампиров и спасать Трандуила. Или заставить их это сделать в конце-концов. Неужели на целый зубастый лагерь не найдется того, кто может ей помочь?
Силы у малышки были уже наисходе. И держалась она уже больше на упрямстве и силе воли, чтобы не улечься прямо тут и заснуть. Все же приключений для Лайли было многовато. Она слишком много времени до этого провела в спокойствии. В целом, всю прошлую жизнь. Разговор вампиров она слушала в пол уха. Планировала подумать о нем потом, сейчас было не до этого.
Наконец мужчины на чем-то сошлись и Лабиен обратил свое внимание на девочку. Та вместо того, чтобы сжаться, упорно выпрямилась и подняла на него взгляд. Она говорила правду, она хотела помочь. Бояться ей было нечего.
- На поляне, неподалеку от пещеры. Примерно в часе ходьбы. Нашем, эльфийском. Так, может чуть больше, - честно отозвалась девочка.
Вопросы второго вампиры были более конкретными. Лайли вгляделась в показанную ей штуковину, с трудом понимая, что от нее хотят. Но после объяснений стало в разы проще.
- Вот где-то здесь. Я шла сюда, не сворачивала, лес не дал бы мне перепутать. Вот в этом районе, - девочка указала пальцем, наскоро припоминая, чтобы не разболтаться и кратко, но емко описала нападавших. Особое внимание уделила рыжему мужчине, который командовал. Девочка вполне справилась с описанием его одежды, оружия и внешности. Замолчала и решила добавить:
- У него был какой-то амулет, который запутывал лес. И меня тоже запутывал, там было много магии. Но сам он не эльф, это точно. Когда я уходила, его связывали. С работорговцев были собой еще эльфы, так что он был их не единственной добычей. Вы же его спасете, правда?
Девочка с надеждой вгляделась в лица вампиров и добавила:
- Если я что-то не очень ясно показала на карте, я могу так показать это место! Проводить, если нужно. Я смогу.
Лайли явно себе льстила. Силы у нее были уже совсем наисходе и еще одной беготни по лесу она бы просто не осилила. Но это все было не так важно, как желание помочь.

+4

23

- Я даже не начал!
Громко рявкнул Макс, особо не стараясь скрыть довольную ухмылку, появившуюся на губах. Клод был молод. Клод не любил, когда на него повышали голос. Клод ненавидел подчиняться. Да и посрать, вот честно! Лабиен-то любил доводить всех подряд. И если этот молокосос собирается вправду продолжать сотрудничать с ними – ему придётся засунуть свою чёртову гордость в свою мерзкую задницу и заткнуться по-хорошему.
«А мог бы, кстати, и продолжить».
Вампир прокашлялся, и даже сделал попытку перестать ухмыляться. Получилось не особо успешно, ну да и ладно. Читать мысли – иногда это очень полезный дар, особенно когда ты ненавидишь ждать. Клод всё ярился, а Лабиен даже совладал с собой, чтоб не рассмеяться. Нет, ну как же просто вывести из себя д’Эстена! Будущий патриарх рода, посмотрите на него.
«Убил бы, если б ты не был мне так удобен».
Про себя решил Лабиен, и не без удовольствия отметил, что Кот даже способен думать в таких обстоятельствах – растёт мальчик, чего уж тут.
- Работорговцы это. Главное, чтоб его свои же не взяли – убьют, точно.
Мелкая быстро вникла в дела, даже чего-то там показала на карте, хоть Клод подсунул ей планшетник, вместо более привычного бумажного варианта.
- Откуда они всё-таки взялись, эти работорговцы. Войска стоят довольно плотно. Или их пропустили, потому что этому была причина?
Лабиен нахмурился. Причина, причина. Ему казалось, что он думает не о том, что всё намного проще. И нет никакого предательства, и войска пропустили работорговцев по очень весомой причине, а не из-за упущения.
- Одеты обыкновенно.
Констатировал очевидных факт Макс больше для себя, нежели для кого-то.
- Они могут быть кем-то из наших? Может, кто-то из засланных Цепешами.
Нет, что-то не сходилось. Войска Волка на тот момент не высаживались на территории Канады. Может, разумеется, кто-то прибыл раньше, но Цепешу это не выгодно, всё-таки основной проблемой для него была сейчас Африка.
- Амулет, говоришь. Магия, значит. Шаман? Или не он сам…
Продолжил рассуждать вслух Лабиен, хотя сам никак не мог прийти к конечному варианту. Описаний было мало, да и что девчонка могла увидеть, быстро улепётывая к лагерю вампиров. В прочем, хоть она добралась.
- Ведь сообщений о завершении операции к нам не поступало, Клод.
Как бы ни хотелось, но приходится признать факт провала задания, как войсками Кота, так и своими собственными. Но если провалились оба лагеря, выходит, дело-то серьёзное и совершенно непонятное, а от этого даже хуже.
- Спасём. Но позже.
Коротко ответил на вопрос девочки вампир. Им всем нужен был план. Трандуил, конечно, фигура ценная, но больше Макса волновали эти нарисовавшиеся не пойми откуда работорговцы. Кто такие, что там делали? Смогли пройти мимо войск. Ну не по-пластунски же такая орава проползла под носом у солдат! Выходит, есть некий туз в рукаве у того рыжего.
- Клод, нужно укрепить оборону. Нам нельзя сейчас растягивать войска, если кто-то ходит рядом и безнаказанно проходит сквозь оцепление, возможно, это кто-то из наших. Корпорация, Комитет Безопасности – у нас уйма структур, удостоверения которых служат пропуском ко многому.
Лабиен делал ставку на другое. Вариант с работорговцами звучал как-то неправдоподобно. Особенно тот факт, что какому-то работорговцу удалось пройти заграждения. Выходит, этот некто имел право на перемещение сквозь войска и Лабиена и Д’Эстена. И теперь следует установить личность этого кого-то. Задача не из простых, если учесть то, что этот некто будет от подобного совершенно не в восторге и, скорее всего, предпочтёт остаться не раскрытым. Кто, к примеру, мешает исполнителю Корпорации, либо служащему Комитета Безопасности, взять пару лишних автоматов и пойти охотиться на эльфов, которых и так убивают тут толпами и не глядя? Верно, никто не помешает. И ведь предателем-то не назовёшь, и не поймаешь с поличным. Даже если возьмут они его с эльфами наперевес, что с того? Обороняться-то им не запретишь. Кто докажет, что эльфы напали не первыми? Никто не докажет, а остроухих никто и слушать даже не станет.
- Я уведомлю Цепеша – пусть он со своими войсками высадится в этом районе и прочешет лес. Нам же надо укреплять оборону, а не идти сквозь леса, особенно если мы совершенно не знаем – что там, в этих лесах, творится. Это опасно, и это не выгодно. Не находишь, Клод?
Срываться с места и бросаться на выручку тому, кто, возможно, уже и мёртв давно – не в правилах Лабиена. Лишь чёткие, взвешенные и верные планы.

+3

24

Клод сморщился, но в этот раз промолчал, ограничившись тяжелым подозрительным взглядом в сторону Лабиена. Старик выглядел довольным. Даже слишком. Создавалось впечатление, что ему нравилось тыкать палочкой в д'Эстена и смотреть, какой из тычков вызовет реакцию. И ведь реакцию, чтоб его, вызывало многое! Клод никогда не отличался самообладанием и терпеливостью, и последние события благополучно на его характере не отразились. Быть же предметом насмешки и развлечения ему не то, чтобы очень нравилось.
«Быстро же у него настроение меняется», — буркнул про себя Клод. Неужели ситуация с Трандуилом уже развлекает Лабиена? Или он изначально только провоцировал д'Эстена, так, на всякий случай? В конце концов, предательство никто из них никогда не исключал из списка возможных вариантов... — «А к чёрту», — решил он, стараясь не зацикливаться на том, что было ему непонятно и мало относилось к делу.
— Если бы «свои» могли взять, то уже бы взяли, — заметил Клод, не став при этом уточнять, кого именно Лабиен подразумевает под «своими». Эльфы, судя по всему, слишком заняты войной с вампирами. Даже те из эльфов, кто может представлять хоть какую-то опасность. А их собственные войска, по идее, не должны открывать огонь на поражение без соответствующего приказа. Впрочем, если Трандуилу удастся сбежать, и он напорется на какой-либо их отряд в одиночку или в толпе эльфов... Определённый риск для его жизни был, но в таком случае Клод не завидовал отряду, который нечаянно покалечит игрушку Лабиена.
— Возможно, — коротко ответил вампир. Описание девчонки, сколько бы она не старалась дать его как можно чётче, ничего толком д'Эстену не говорило — неопределённая толпа народа, смахивающая то ли на браконьеров, то ли на наёмников. Единственное, что их отличало, это какие-то талисманы. Могли ли они защитить их от вампирских войск, Клод был не уверен. Эльфийская магия, судя по всему, защищала, но среди этой толпы эльфов не было.
— Вообще это странно. По идее, на контролируемой нами территории никаких посторонних оказаться не должно. Тем более, не в таком количестве. Значит, остаётся только допустить мысль, что развлекается кто-то из своих или это кто-то, кто имеет право здесь находиться. Впрочем, гадать бессмысленно, — Клод нетерпеливо пожал плечами. — Нужно ловить их и разбираться уже на месте.
На вопрос Лабиена он покачал головой. Если бы операция уже закончилась, неважно, провалом или победой, ему бы сообщили. Не звонком, так по рации в штаб, а оттуда бы уже кого-нибудь прислали. Он раздал достаточно чёткие указания, чтобы никому не пришло в голову, что нужно дожидаться командира и только потом сообщать об итоге операции. В конце концов, даже молчание в эфире, которое могло бы означать провал гибель отрядов, вызвало бы подозрение со стороны штабных и его снова бы предупредили. Тишина означала работу... или чью-то тупую ошибку. За последнее Клод был намерен свернуть голову тому, кто её допустил.
— Хорошо. Я дам соответствующие распоряжения, Операцию, так понимаю, можно прерывать? — Клод вопросительно приподнял бровь. Вообще это было более чем разумно, учитывая, что они до сих пор не знали точное число посторонних, оказавшихся в тылу вампирских войск, и могли лишь догадываться об их целях, но после бурной реакции Лабиена казалось странным. Клод был готов к тому, что людей, задействованных в операции, развернут на поиск эльфа. С другой стороны, он не настолько хорошо понимал логику Лабиена, чтобы судить о том, что для него странным, а что правильным. До тех пор пока дело не пахло безумием, д'Эстена всё устраивало.
— Что-нибудь от меня ещё нужно? — он протянул Максимилиану планшет, на котором со слов девочки было отмечено место похищения.

+2

25

Надежды на то, что Трандуила действительно спасут все возрастали. Раз вампиры явно занервничали и собрались строить планы, значит работорговцев они возьмут. А раз возьмут то спасут и старшего эльфа. Не бросят же они его там в самом деле. Да и Трандуил явно был нужен Лабиену. По крайней мере малышка честно на это надеялась и верила, что не зря сюда вообще пришла в поисках помощи. Но с другой стороны выбора у нее особо не было. Сама она не смогла бы ничего. Слишком маленькая, слишком слабая и бесполезная. Только магия леса и доступна, но совершенно не в тех же вариантах, которыми владели эльфы нормального возраста. Как бы Лайли не храбрилась и не убеждала всех вокруг что она взрослая - сильнее и опытнее она от этого не становилась. А в ходе последних появившихся амулетов с которыми щеголяли работорговцы...В нее не было шансов. Ну, разумеется кроме того, чтобы попасться им. Замечательная была бы встреча.
Лайли нервно ощупала левое запястье и горло, будто там уже появилось сковывающее ее свободу железо. Чувство было настолько реальным, что девочка почти прослушала вампиров, погрузившись в собственные ощущения. Но все схлынуло так же быстро, как и пришло.
"Они его спасут. Точно вот, можно даже не сомневаться. Он ведь говорил, что он на него работает. А если работает, но все обязательно будет хорошо!" - убеждала сама себя девочка. Ей действительно было стыдно за то, что она до этого успела поругаться с Трандуилом и надеялась, что у нее будет возможность помириться. Лайли бы уже без раздумий отдала свою удачливость при совершении подрыва именно старшему эльфу. А что, ей ведь очень повезло, что она выбралась живой. Значит, если повезет Трандуилу - он тоже выберется живым.
"Ты там только дождись их. Они тут вообще непонятно что решают, вместо того, чтобы тебя спасать. Проникновение, засады...Но ведь кто-то из вас за него волнуется, правда? Должны же быть у вас хоть какие-то чувства!"
Девочка с надеждой покосилась на вампиров. Лезть в их разговор она не решилась, больно уж нервными они ей казались. Так вот пришибут под горячую руку и даже не заметят!
О своей дальнейшей судьбе Лайли уже не думала. Она свое дело выполнила, она смогла рассказать о похищении старшего эльфа и даже показать, где это произошло. В общем, сделала что могла. Девочка уже слишком устала, чтобы думать еще о чем-то далеком.
Пока вампиры обсуждали то, что девочка не особенно понимала, она тихо села на пол, тихо вздыхая себе под нос. Ей очень хотелось спать и болела голова. Неизвестно уже от чего, от усталости, страха или нервов.
- Господа, я вообще хоть чем-то вам еще помочь смогу? - негромко позвала Лайли, решив обратить на себя внимание.

+1


Вы здесь » КГБ [18+] » Осень 2066 года » [18.10.2066] О будущем стоит говорить в настоящем